Трилогия «Омега»: книга первая

— Вы хотите есть, Альфа-сама? Только когда Омега заговорил, Ирука понял, что у него урчит в животе. Он понятия не имел, сколько прошло времени с тех пор, как они забрались на дерево… он полностью погрузился в созерцание красот перед собой. Он с тихим смешком повернулся к Какаши, почесывая затылок. — Да, наверное, хочу. — Тогда я сейчас всё для вас подготовлю. С этими словами он спрыгнул с ветки и направился прямиком к корзинке, все еще обнимая хихикающего Хисаши. Ирука с улыбкой покачала головой и пошел за ними. Какаши опустился на колени рядом с корзиной, укладывая Хисаши на мягкую ткань; малыш тут же сразу же схватил край покрывала и засунул его себе в рот, пока его родитель был занят бенто. — Это ваше, Альфа-сама, — сказал Какаши и снял крышку. Сегодняшний обед состоял из онигири, эдамаме и маленькими бутербродиками с тамаго. — Спасибо, — ответил Ирука, усаживаясь рядом, а затем с неким предвкушением наблюдая, как Какаши с изумлением открывает второе бенто, наполненное теми же самыми блюдами. — Я велел им сделать тебе такой же обед, как и мне, — с улыбкой пояснил он. Какаши потрясенно на Альфу. — Вы… что? — Надеюсь, тебе понравится, потому что за начинку я ответа не держал. Омега еле сглотнул, продолжая держать бенто в трясущихся пальцах. — Мне… никогда еще не давали столько еды, — прошептал он. Ирука понимал, о чём. Хотя Ирука всегда делился с Какаши едой, иногда отдавая ему всё, что было на тарелке, это был первый случай, когда блюдо было приготовлено специально для Какаши. — Ох… ты прав. Так не пойдет. Я передам леди Чоу, что хочу, чтобы отныне твои блюда были такими же, как и мои. Какаши резко вскинул голову. — Нет, Альфа-сама, вы не должны этого делать! Ирука склонил голову набок. — Почему нет? — Принц… Ирука почувствовал, как в душе начинает нарастать гнев. — Меня не волнует, что по этому поводу думает Исоджин. — Пожалуйста, Альфа-сама… Теперь дрожали не только его пальцы, но и все тело. — Ладно. — тихо сказал Ирука, беря Омегу за руку. — Ладно. Я не буду ни о чем просить. Какаши снова опустил свой взгляд на еду. — Я… знаю, что вы заботитесь обо мне, господин. — прошептал он. — Но у меня всё есть. Ирука сдержанно рассмеялся. — Думаю, мы слишком друг о друге беспокоимся. Какаши бросил на него быстрый взгляд из-под длинных ресниц. — Вы не знаете, как он опасен, Альфа-сама. Ирука ощутил, как его ладонь медленно спускается по руке Какаши. Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и затем негромко произнёс: — Что этот ублюдок с тобой сделал? Какаши вздрогнул и закрыл глаза. — Прошу, Альфа-сама… Я… Ирука быстро отстранился. — Мне жаль. Ты, наверное, не хочешь об этом говорить. — Нет, вовсе нет! То есть, я не хочу, но если вы этого желаете, я… — Мы не будет это обсуждать. Не хочу, чтобы ты тормошил неприятные воспоминания. — Меня это не заденет. — Какаши поднял на него затуманенный взгляд. — Но у вас слишком доброе сердце, чтобы знать такое. Я убью его за то, что он поднял руки на мою Омегу! Ирука мягко коснулся его щеки. — Давай больше не будем об этом. Мы сегодня собирались счастливо отдохнуть. Какаши сморгнул слезы до того, как те успели пролиться. — Хорошо, Альфа-сама. В этот момент к нему подполз Хисаши и положил ручку на его колено. — Гуу-ах! Ирука рассмеялся и, протянув руки, подхватил малыша. — Давай я с тобой поиграю, а мама пусть поест. — Господин… — Ты кормишь грудью, — мягко напомнил он, — так что не беспокойся, ешь. Как оказалось, Хисаши совсем не хотел играть с Ирукой. Он не плакал, но был очень суетлив… вертелся и выворачивался, пока Какаши не протянул к нему руки. Малыш завизжал от восторга и потянулся к матери, едва не дрожа от переполнявших его эмоций. — Ты любишь свою маму, да? — спросил Ирука, передавая мальчика. Какаши посмотрел на него сверху вниз. — Он вас тоже любит, Альфа-сама. — Не сомневаюсь. Но это совсем другая любовь, не такая, как у вас. Они принялись за обед. Хисаши был счастлив сидеть на коленях у Какаши. Ирука наелся до отвала, и в его бенто еще оставалось много еды. Какаши откусывал от бутерброда, прижимая Хисаши к себе, пока кормил грудью. Хисаши заметил бутерброд и внезапно потерял интерес к молоку. Он отпустил сосок Какаши, махнув рукой в сторону сэндвича. Ирука усмехнулся. — Кажется, он хочет попробовать. — Вы думаете, ему можно, Альфа-сама? — Яйцо мягкое, так что думаю, ничего страшного. После этих слов Какаши отломил маленький кусочек яйца и поднес его к ребенку, который тут же засунул его в рот. Глаза Хисаши сразу же загорелись, когда он начал жевать, и он радостно запищал. Ирука ухмыльнулся. — Думаю, ему нравится. После этого Хисаши стал похож на сгусток энергии. Он ползал по траве, срывая полевые цветы и сорняки. Какаши не мог расслабиться, потому что Хисаши постоянно мешал ему класть всё в рот. Ирука пытался помочь, но Хисаши не хотел иметь с ним ничего общего, и терпел только своего родителя. Ирука снял сандалии и сел на крутой берег, свесив ноги в воду. Было холодно, но не так уж неприятно. Ему бы не хотелось купаться в воде такой температуры, но отмочить слегка ноющие ноги было действительно приятно. Если бы только вся Страна Бронзы была такой прекрасной. Хотя он был бесконечно признателен Какаши и Хисаши за то, что они появились в его жизни, часть его всё ещё хотела, чтобы это было не взаправду. Он не знал, что в мире всё ещё существуют настолько патриархальные сообщества, не говоря уже о таких крайностях. Он был невежественен, и это было настоящим блаженством, как говорится в старой поговорке. Несмотря на все это, ему очень нравилось работать с местной молодежью. Все юные альфы были удивительно уникальны и по-своему подавали надежды… возможно, даже о лучшем будущем для всех жителей Бронзы. Что ж, чтобы это произошло, омеги должны сначала перестать быть рабами. Он вспомнил лорда Соту. Ирука знал, что старик по своей сущности был добрым человеком, чего не скажешь о проводимой им политике. Но, в некотором смысле, он не мог его винить. Каждый его выбор был следствием прожитого горя и жаждой мести после того, как Киёши убил его отца. Горе не является оправданием для порабощения других людей. Ирука обернулся и увидел, что к нему подходит Какаши с сонным Хисаши на руках. — Неужели он наконец-то выдохся? — весело спросил он. — Похоже на то, — ответил Какаши, опускаясь на колени. Ирука заметил, как поникли его плечи и еще больше опустились веки. — Ты тоже устал. Почему бы тебе не вздремнуть вместе с Хисаши? Какаши расправил плечи и покачал головой. — Я в порядке, господин. — Мне сейчас от тебя ничего не нужно, — сказал ему Ирука, зная, что именно это и было причиной протеста Омеги. — Иди поспи,аната. Солнце сейчас так греет… с приближением зимы таких дней у нас будет не так уж много. Я, пожалуй, и сам скоро прилягу отдохнуть. — Как вы пожелаете, Альфа-сама. Какаши вернулся к покрывалу, и Ирука наблюдал, как он укладывает Хисаши. Малыш потянулся, а затем перевернулся на бок свернулся калачиком. Какаши лег рядом с ним, поглаживая маленькую щечку. Ирука вздохнул и вытащил ноги из воды, ложась на берег. Он сцепил пальцы за головой, чтобы острая галька не впивалась в затылок, и позволил ветру высушить его ноги. На самом деле он и не подозревал, что заснул, пока не почувствовал, пока кто-то не наступил ему на грудь. Альфа проснулся и увидел серую лапу и пару золотистых глаз, смотрящих на него сверху вниз. Губы сами расплылись в улыбке. — Сана! Волчица тихо тявкнула. Ирука повернул голову, собираясь позвать Какаши, чтобы сообщить, что его подруга здесь (что было странно, ведь Какаши говорил, что она приходит только по ночам?) но Сана стукнула его лапой, будто останавливая. Ирука оглянулся на нее. — Ты… не хочешь будить Какаши, не так ли? Она убрала лапу, и Ирука сел. Волчица тихо заскулила и отвернулась. Пройдя несколько шагов, она оглянулась на него. Затем прошла еще немного и снова посмотрела на него, но на этот раз зарычала. — Ты… хочешь, чтобы я пошел за тобой? Она моргнула и стала ждать. Думаю, это значит «да». Он надел сандалии, затем взглянул на Какаши и Хисаши. С ними все будет в порядке? Ему очень не хотелось оставлять их одних… Сана гавкнула, привлекая его внимание. Затем она повернулась и бросилась в лес. Ирука знал, что волчица очень умна и действительно заботится о Какаши и Хисаши. Если бы она почувствовала, что они в опасности, она бы не стала их разлучать. Ирука встал и прыгнул на деревья, следуя за Саной.