Красавица и Волдеморт // Beauty And Voldemort

Том       На пятый день заключения принцессы Гермионы Том забеспокоился. Он, разумеется, не запрещал ей есть, но она принципиально отказывалась от еды и начала чахнуть. Он снова взглянул на розу и увидел в своей спальне чертову чародейку.       Она не пришла в замок в обличье старой карги, в этом обмане больше не было необходимости. На ней было элегантное платье цвета слоновой кости, а длинные светлые волосы ниспадали мягкими волнами. Она была по-настоящему прекрасна, даже с белоснежными ангельскими крыльями. − Как ты мог посадить в темницу мою дочь? – воскликнула она, её фиалковые глаза заблестели от слез. – Она жила крестьянской жизнью с тем фермером, который её удочерил. Она не должна была встретиться с тобой. − Ты думаешь, я хотел, чтобы она явилась сюда? Ты ошибаешься, если считаешь, что я тронул хоть волос на её голове, − сердито возразил Том. – Она чахнет в своих покоях добровольно. Я разрешил ей доступ ко всему в замке, кроме моих покоев, даже слуг предоставил. Как ты смеешь меня обвинять, когда сама сделала меня уродом?! Верни мою внешность, мне тогда будет гораздо легче её очаровать.       Но королева вейл лишь рассмеялась ему в лицо. − О, нет, нет. Я не согласна, маленький принц-волшебник. Нет, если ты очаруешь её… Но если у тебя не получится, что ж, может, для неё так даже лучше. Но решай быстро, чародейчик, часики тикают. А если, когда последний лепесток упадет, ты останешься проклятым, просто знай: это случилось из-за твоего высокомерия в ту роковую ночь, когда ты прогнал беспомощную старую каргу. − Убирайся прочь, мстительная жестокая ведьма! – крикнул Том. – Мог бы я дать тебе приют, накормить? Да запросто. Но что делает ваш народ? Очаровывает и забирается в постели каждой чистокровной семьи, чтобы при помощи бастардов продолжить свой эльфийский род. Вы говорите: это все любовь, эта ведьма или волшебник ваша пара, но на самом деле это для вас единственный способ выбраться из грязи в князи. Так что не сравнивай свои жестокие махинации и семнадцатилетнего принца-волшебника.       Ярость поднялась внутри Селесты, королевы вейл. − Ты… ты хорошо осведомлен об истории магии. Но это не освобождает тебя от долга передо мной. − Ты что, не слушала меня? Я же сказал: твое проклятие глупо и бессмысленно. Верни мне мою внешность сейчас же, − потребовал Том.       Волшебница вновь звонко рассмеялась. − Впечатли меня, и, возможно, я подумаю об этом. Погоди, я не отказываюсь от своего слова. Нет, тебе просто придется изворачиваться, используя свои знаменитые чары, имея это лицо. Развлекайся, принц Томас.       Она с громким хлопком аппарировала, хохоча, будто ситуация была очень смешной. В ярости Том разнес вдребезги очередной стул в спальне. − Черт! – почти взвыл он. – Черт! Черт! Черт! Проклятущие вейлы!       Он уставился на зачарованную розу. Холодная улыбка тронула его тонкие губы. Что ж, если избалованная принцесса-вейла не будет есть, чтобы выжить, тогда какой в этом смысл? Он щелкнул пальцами, и в спальню скользнула Нагини, а за ней – несколько слуг. − Проследите, чтобы наша гостья поела, − распорядился он. − Мне плевать, подавлена ли она, или что там за женская ерундень в её голове творится. Она принцесса-вейла, и будет есть, даже если мне придется самому колдовством запихивать ей в глотку еду.       Нагини сердито зашипела на подчиненных: − Сир, если бы вы попытались поговорить с ней как цивилизованный волшебник, а не как избалованный ребенок, коим вас считали подданные, возможно, она бы поела. Она лишилась отца, и… ну, она не смогла скрыть чувства к бывшему любовнику, оставшемуся в деревне, когда я заглянула в ее разум.       Он понятия не имел, откуда взялась сильная ревность, вспыхнувшая в нем, когда он услышал это признание. Но все же девственницей она не была, это интриговало. Том понимающе улыбнулся, заполучив этот небольшой рычаг давления. Мысль, типичная для хорошего маленького слизеринца. − Тебе удалось узнать его имя? − Северус Снейп.       А вот теперь ему стало жарко и холодно одновременно. Нет, нет, нет! Невозможно. Маленькая сучка переспала со злейшими врагами его семьи. Черт бы её побрал. Снейпы были изгоями из королевской линии Принцев, они сражались против его отца в последней волшебной войне. Всему виной был предательский заговор Гриндевальда с целью лишить Гонтов трона. Неудивительно, что наследниц-Принц живет в изгнании после того, как его семью объявили предателями, и почти всех насадили на пики.       О, он с превеликим удовольствием убил бы своего соперника, если бы ему взбрело в голову заявить свои права на девушку, которая ему никогда не принадлежала. Разумеется, рано или поздно Том до него доберется. Единственное, что имеет значение, – это снять проклятие. Да, сейчас только это важно – вернуть себе прежнюю внешность. А потом он отрубит последнюю чахлую ветвь семьи проклятущих Принцев. С превеликим наслаждением. Проклятый принц рассмеялся холодным горьким смехом, в котором не было ни капли тепла. О да, месть будет за ним, и она будет сладкой…