Во мгле ночной

      За окном завывал снег, двое рослых мужчин и один юноша сидели в теплой гостиной. Отблески огня в очаге плясали на их лицах. Какое-то время Уве сохранял молчание, ему нужно было время, чтобы сформулировать мысль. Мужчине был дан дар красноречия и сейчас ему требовалось использовать его по полной.       — Как я уже говорил ранее, мальчик, которого ты нашел на поле боя и якобы не признал, является наследником побочной королевской семьи, герцогом Аль-Фахимом. Судя по всему, старый лис Фадий сразу узнал его. — Уве развернулся к Эмину. — Послушай мальчик, ситуация в твоей империи развивается крайне неоднозначная. Король мертв и сейчас твой дядя главный претендент на престол, однако, он крайне враждебно настроен не только к Северу, но и всем сверхъестественным существам, я не хочу допустить эскалации конфликта. Пойдем со мной, тебя и твою семью люди герцогства очень любят, с поддержкой Северной империи ты сядешь на трон. Такая яркая личность не должна гнить тут в особняке в дали от цивилизации.       — Это обязательно? Разве у вас нет другого плана?              — Вообще есть и даже не один, но именно этот, с тобой в главной роли является наиболее выгодным. — Эмин нахмурился и Уве тут же понял, что ляпнул лишнего.       —Вы не хотите мира, вы желаете подмять под себя Южную империю. Я знаю о том, что на приграничных территориях развиваются конфликты. Грядет война и используя меня, вы ожидаете два варианта развития событий. Первый: разгорается гражданская война, так как большинство людей поддержат меня, а вот Совет встанет на сторону дяди и его семьи, мое появление так же ослабит Юг, вы сможете диктовать свои условия и тут уже не важно, займу я трон или нет. Второй: я все же взойду на престол, но вы будете использовать меня как свою марионетку и диктовать условия выгодные для Севера.       С каждым словом идеальное лицо Уве менялось, вначале он покраснел, а после начал бледнеть, на его лбу появилась испарина, которую мужчина поспешил утереть тыльной стороной ладони. Откашлявшись в кулак, Уве постарался принять прежний спокойный вид, но получалось не очень, вампир был весьма взволнован.              — А чего это он у тебя больно умный вырос?       — Как вырос, так и вырос. — Пожал плечами граф, ему в принципе происходящее было безразлично, ну или он пытался это показать. В конце концов, какое только дерьмо не случалось за его долгую жизнь. — Наверное у Ромула научился.              — Значит, я был прав, простите, но я откажусь. Я не гожусь в правители, да и мое место здесь с мальчиками. Господин Уве, уверен, вы справитесь и без моего присутствия.       — Ну конечно справлюсь. Северная Империя обладает достаточным могуществом, чтобы подмять под себя Юг. Присутствие какого-то мальчишки не обязательно.              — А что же вы тога делали все эти восемьсот лет? — Огрызнулся Эмин.       За года прожитые в поместье, он выучил непреложную истину: юноша будучи собственностью семьи Вульфстрат так же являлся ее частью. Никто кроме хозяев не смел унижать или запугивать его, пусть даже это была Императрица Севера или великий граф Леонстрат. Хозяин тщательно выбирал себе приближенных, будь то слуги или рабы, унизить их — нанести оскорбление семье Вульфтсрат и пусть не особо охотно, но Эмин отстаивал ее честь.       — Еще и грубит мне. — Уве выглядел несколько раздосадованно, его маленькая провокация не удалась. — Это твое право, я не могу заставить тебя, но оставаясь тут, ты подвергаешь всех присутствующих опасности. Помимо тебя и твоего дяди были еще претенденты, но все они погибли. Официально, это были несчастные случаи, однако моей разведке известно, что он убил их. Да и смерть всех наследников в течение пары лет, это уж очень странно. Как только твой дядя прознает о том, что ты жив, он поторопится это исправить.              — Но ведь он пока не знает. — Эмин нахмурился.              — Пока нет, но ты ведь его знаешь лучше меня.              — Это все очень сложно, простите, мне надо подумать. — Юноша поднялся с кресла, намереваясь уйти.              — Думаю нам не стоит его больше задерживать. — Уве поймал одобрительный взгляд графа и вновь развернулся к Эмину. — Мой дорогой друг любезно согласился потерпеть меня у себя еще день другой, так что мы будем ожидать твоего ответа.       Юноша не намеревался оставаться в столь неуютной для себя обстановке и направился на выход, не забыв украдкой прихватить с собой чашку с драгоценным кофе. Поднос с посудой он собирался забрать позже, когда господа соизволят пойти отдыхать.       — Я долго не мог вспомнить, кого же мне напоминает этот мальчик и почему ты так странно на него реагируешь. Как я раньше не догадался.       — Если ты сейчас же не заткнешься, я сверну тебе шею, не умрешь, но будет больно. — Хищно прошипел граф. Кажется, Уве наслаждался такой реакцией, поэтому просто мило улыбнулся и во избежание ссоры, поспешил перевести тему.       В поместье было спокойно и Эмин не преминул возможностью провести несколько минут в тишине на едине с собой. Он неспешно бродил по коридорам третьего этажа, иногда заглядывая в окно на ели, что шумел вдали и медленно пил кофе из своей чашки, наслаждаясь каждым глотком. Тем не менее, долго эта идилия продолжаться не могла, нужно было возвращаться к делам. Радовало одно, вместо нудной работы по дому, Эмину предстояло уложить Рэма спать.       Однако, как выяснилось позже, мальчик совсем не хотел ложиться в кровать, он считал себя достаточно взрослым, чтобы самостоятельно составлять свое расписание на вечер и сейчас он хотел уделить какое-то время исторической литературе. Дети взрослели и Эмин постепенно оказывался в довольно затруднительном положении: он все еще был обязан следить за мальчиками, но не мог перечить их приказам. С Рэмом было договориться куда проще, он был еще маленьким и довольно послушным, а вот его брат уже совсем вырос и в опеке не нуждался, во всяком случае так ему казалось.       Если раньше он иногда с неохотой, но все же слушал, что ему говорит слуга, то сейчас они поменялись местами и Эмин был вынужден исполнять любой его приказ, пусть он даже и был категорически с ним не согласен. В основном это касалось отдыха и сна: в последнее время Ромул слишком загружал себя делами, а с приездом родителей, переключился на учебу и фактически не выходил на улицу. Эмин все хотел с ним поговорить, но учитывая их прошлые разногласия, он рисковал снова вызвать гнев старшего наследника. Ссориться ему не хотелось. Тем не менее во взрослении Ромула были и свои неоспоримые плюсы: он был довольно самостоятельным, не требовал присмотра, а также являлся авторитетом для слуг и для маленького Рэма.       С тяжелым сердцем, юноше пришлось использовать запрещенный прием: пригрозить позвать старшего брата. На вампиреныша это всегда действовало безотказно, вот и сейчас после умывания он послушно улегся в кровать. Эмин подоткнул одеяло, разглаживая складки, чтобы мальчику было удобнее спать.       — Ты выглядишь очень опечаленным, что-то случилось?       — Ничего такого, чтобы требовало вашего внимания.       Рэм по привычке взял Эмина за руку и потерся о нее щекой. Ему все больше нравились прикосновения своего слуги, такие теплые и нежные, они давали чувство безопасности и комфорта, но мальчик все никак не мог выкинуть из головы тот опечаленный вид Эмина.       — Скажите, если я уйду, что вы будете делать?       — Уйдешь? — Рэм поднял на него свои большие круглые глаза, в которых читалось беспокойство. — Ты ведь не уйдешь, не оставишь меня. Я тебя не отпущу.       — Конечно не уйду. — Эмин улыбнулся, поглаживая мальчика по голове, пока тот сильнее ухватился за его руку.       — Я буду тихим и послушным, только не оставляй меня, я не хочу быть один.       Юноша не желал продолжать разговор на эту тему, подобные беседы объективно плохо сказывались на маленьком Рэме и явно его расстраивали, но с чего вдруг он решил, что будет один? Рядом ведь любящая семья и добродетельные слуги. Слова мальчика вновь поколебали волю Эмина. Его душу и разум терзали сомнения. Как ему следовало поступить? Оставить братьев и отправиться на родину? В конце концов, его народ нуждался в нем. Или же остаться тут вместе с мальчиками? Решение было принять не просто. Более того Уве однозначно решил извлечь из него наибольшую выгоду и попробовать даровать Северу власть над Южной Империей.       Эти два государства были непримиримыми врагами вот уже тысячелетиями. Никто не помнил с чего начались разногласия, но четыре великие Империи без устали воевали друг с другом, захватывали и вновь отдавали пограничные территории, лишь изредка прерываясь устраивая небольшие перемирия. Даже принц Филипп не смог принести окончательный мир на континент. Судя по всему, граф безумно устал от всего происходящего, как и его друг. Восемьсот лет воевать и вести подковерные интриги дорого стоит. Глубоко внутри, Эмину хотелось помочь им в установления мира, хотя бы еще лет на десять. Однако он не мог позволить Северной Империи через него давить на Юг. Юноша прожил совсем немного и сознательную часть жизни провел в качестве раба. Детские воспоминания о дворе, беззаботной жизни и обязанностях герцога остались где-то в прошлом и больше походили на чудный сон, в то время как реальная жизнь была куда суровее, но он, пожалуй, к ней привык.       Прошло уже какое-то время с момента, как он покинул гостиную и пора было возвращаться, чтобы забрать остатки посуды. Эмин ожидал, что господа уже должны были разойтись, однако на подходе к башне, он услышал тихие стоны, доносящиеся откуда-то сверху. Что ж, в конце концов, физиология вампиров от людской не отличалась, для Эмина главным было, чтобы его хозяева не сделали еще одного наследника или наследницу. Третьего вампиреныша он точно не перенесет.       В прохладный коридор неожиданно вышла Ив, она явно искала кого-то и завидев юношу, слабо помахала рукой. Ее хрупкая фигура выглядела более болезненно чем обычно.       — Как ты? — Эмин положил ладонь на ее лоб, тот в действительности был довольно горячим.       — Кажется, я простыла, забыла вчера ночью закрыть окно в комнате. Ты не мог бы подменить меня? Ноги совсем не держат.       — Конечно, может тебе что нибудь приготовить или принести лекарства? — Заботливо поинтересовался Эмин.       — Не надо, спасибо, я ведь и так тебя напрягаю, ты наверное уже собирался ложиться спать.       — Пустяки, иди отдохни как следует, я помогу нашей гостье вместо тебя.       Юноша прошел дальше по коридору. Он крайне редко бывал в женском крыле, ему здесь не очень нравилось: служанки так и норовили бесстыдно ущипнуть его или ухватить за что не положено. Их забавляла реакция юноши. Девушки находили веселым его возмущения и раскрасневшееся лицо. С другой стороны, в этой части поместья было намного уютнее: всегда тепло, да и интерьеры куда светлее и изящнее, особенно дорогая мебель в светло голубых оттенках. Почти на каждом шагу встречались горшки с растениями или живые цветы. Судя по всему, оформлением детских комнат так же занималась Корделия. Было в этих помещениях нечто схожее.       Обе графини сидели в небольшой гостиной подле камина и продолжали обсуждать насущные дела. Диана жаловалась на чересчур боязливого супруга: она уж очень хотела детей, но с ее здоровьем это было опасно, поэтому Уве никак не желал соглашаться на эту авантюру.       На лице Эмина отобразилось удивление, которое он попытался скрыть, но от проницательной хозяйки этого было не утаить, однако она никак не стала реагировать на это, возвращаясь к беседе с Дианой, Эмин так же остался молчалив, лишь поинтересовался, нужно ли дорогой гостье еще чего-нибудь. Женщинам постороннее присутствие было ни к чему, поэтому дождавшись пока слуга заварит свежий чай, отослали его прочь, отдыхать. Время как никак было уже позднее.       Однако работы еще оставался непочатый край. Служанки успели прибрать на кухне и сделали заготовки для последующего завтрака. Чтобы гостья не чувствовала себя одиноко за столом, господа решили присоединиться к ней за трапезой, а значит, еду нужно было готовить на несколько персон.       Эмин поставил очередную тарелку на полку, он был напряжен и задумчив. Джонатан, усердно отмывавший посуду неподалеку, заметил его состояние, но не решился отвлекать друга, ожидая когда тот будет готов сам все рассказать. Юноша забрал из его рук очередную чашку, протер ее полотенцем насухо и поставил в сервант, а после тяжело вздохнул, будто собираясь с мыслями.       — Я хотел поговорить, это для меня очень важно.       — Конечно, я всегда готов тебя выслушать.       — Я не распространялся, хоть это и не было секретом, но ты, наверное, был не в курсе о моем происхождении и семье. Я действительно был оруженосцем, но не рядовым. Я из семьи Аль-Фахим, мы очень дальние родственники короля. Мне не хочется вдаваться в подробности, но если кратко, я обладаю некоторыми правами на престол. Господин Уве здесь именно за этим, только я не уверен, ни в чем уже не уверен.       Джонатан опустился на стул и почесал затылок. Эмин явно хотел поддержки или скорее совета, вот только вампир тут ничем помочь не мог, он ведь совсем в этом не разбирался. Он и простую математику некогда осилил с боем, а тут такие глобальные проблемы.              — Я не хочу всю жизнь пробыть рабом, все-таки я скучаю по прежней роскоши я так и не отвык от нее, а с другой стороны, я не желаю быть использованным. Мое возвращение скорее всего нанесет вред Южной Империи. Даже если все пройдет гладко, я боюсь не справиться с возложенными на меня обязанностями, все это слишком большая ответственность.       Джонатан оставался молчалив, досада появилась в его взгляде. Он не мог ничем помочь и сейчас озадаченно чесал затылок, задумчиво глядя на огонь в очаге. Спустя какое-то время, он решил прервать напряженное молчание, поднялся со своего места и тепло обнял Эмина.       — Я поддержу любой твой выбор, однако, если ты уедешь, мне будет грустно. Ты должен для себя решить как именно тебе будет лучше. Сам как думаешь, где твое место?       — Я плохо помню что было до, будто это и не со мной происходило, а сам я всю жизнь пробыл в этом поместье… — Юноша прикрыл глаза, обнимая возлюбленного за талию.       — Мне кажется, ты очень устал. Ложись в кровать уже поздно. В отдохнувшую голову приходят мысли получше, меня так матушка учила.       — Наверное ты прав, тогда остатки посуды на тебе.        Эмин хитро улыбнулся и попытался молниеносно ретироваться из кухни, оставляя ошарашенного вампира на едине с посудой, но Джонатан оказался быстрее. Ухватив юношу за запястье, он вновь притянул его в свои объятия, оставляя горячий поцелуй на губах.       Последующее утро как-то не задалось. Все валилось из рук, неудивительно, учитывая события прошлого вечера. Задев пьедестал с вазой, Эмин чуть не уронил ее, в попытке поймать утварь, он запутался в собственных ногах и полетел носом вниз. Чьи-то сильные руки подхватили его под живот. Эмин поднял ошарашенный взгляд и, словно ошпаренный кипятком, отпрыгнул назад от хозяина.       — Борг уже с утра успел на тебя пожаловаться. Сейчас спотыкаешься на ровном месте. Что происходит?       — Простите, я просто в своих мыслях витаю, обещаю, этого больше не повторится, я буду собран.       — Не заставляй тебя наказывать, пока гости не уехали. О чем же таком интересном ты думаешь? Как побыстрее убежать отсюда? — Граф отворил дверь, ведущую в свою башню, приглашая Эмина пройти внутрь. Несмотря на его насмешливый тон, юноша ожидал, что разговор будет серьезный.       Закрыв за собой дверь, он проследовал за хозяином по длинным прохладным коридорам, погруженным в полумрак. Предчувствие было не самым приятным, хотя граф внешне оставался абсолютно спокоен. Мужчина закрыл дверь в кабинет и уселся в кресло, многозначительно глядя на Эмина.       — Я не знаю, я еще не принял решение.       — Тебе предоставляется возможность выбрать свободную жизнь, а ты сомневаешься? Я поддержу любой твой выбор. Как раб ты очень ценный экземпляр: покорный и покладистый. Однако, от отпрыска столь знатного рода, я, признаться, ожидал…большей гордости и строптивости, а ты так просто сдался. Нет, мне же от этого лучше, не пришлось долго тебя дрессировать. Точно ли Уве прав и ты тот за кого себя выдаешь?       Граф поднялся со своего места и обошел юношу по кругу, после чего склонился к его уху, последний свой вопрос он буквально прошептал, не скрывая своей хитрой усмешки. Лицо Эмина потемнело, он опустил голову, не позволяя проскочить и единой эмоции. Юноша не понимал, что он такого сделал и почему граф так над ним измывается. Он, пусть и был суровым хозяином, все же никогда не позволял себе унижать кого-либо из своего окружения.       — Я никогда не врал о своем происхождении. — Наконец сдавленно проговорил Эмин. — И я не сдавался, просто я не дурак и прекрасно понимал, что выбора у меня нет. Если я не подчинюсь, только сделаю себе хуже.              — Я тебе верю, ты действительно говоришь правду. Учитывая складывающиеся политические обстоятельства, я считаю себя не в праве удерживать тебя здесь насильно. Но справишься ли ты с возложенной на тебя ответственностью? — Граф отошел подальше, давая Эмину немного свободного пространства и вернулся в кресло, но только для того, чтобы окинуть раба оценивающим взглядом.       — Я не уверен…       — Тогда я добавлю тебе мотивации. Ты ведь еще не знаешь, кто открыл мне ворота. Я расскажу, не секрет, что это был твой дядя, и на твоем месте я бы без раздумий сделал все, чтобы отомстить.       — Я не вы. — Эмин упрямо посмотрел на графа. Он больше не хотел продолжать этот унизительный для него диалог. Пренебрежительный тон хозяина его безмерно раздражал и мужчина это чувствовал, от чего на его тонких губах играла еле заметная улыбка.       Граф лишь отмахнулся, разрешая слуге покинуть кабинет. Юноша выскочил в коридор и отойдя на приличное расстояние, позволил своим эмоциям выйти наружу. Эмин остановился в пустых коридорах третьего этажа. Они предназначались для гостей, но сейчас пустовали. Здесь бы его никто не потревожил, а Боргу он потом что-нибудь соврет. Обхватив руками голову, Эмин по стене сполз на пол и поджал колени. Его трясло.       Он не мог описать эмоции что бушевали внутри. Была ли это злость, обида, досада или страх? Возможно все вместе. Граф был прав, пусть он и не хотел отпускать от себя любимого раба, его совет отомстить был весьма дельным. Вот только, Эмин сомневался. Хватит ли у него сил и способностей, даже при поддержке Севера? Его появление могло сделать только хуже, принести еще больший раздор на родные земли. Дух его хаотично метался от одной мысли к другой и не было никого мудрого рядом, чтобы спросить совета. Оба графа были предвзяты и лишь искали для себя выгоду, а вот Джонатан в этом вообще ничего не понимал. Эмин не знал, сколько он провел в таком состоянии, но пора было возвращаться к работе.