Во мгле ночной

             Как и обещал, Ромул выдал брату деньги на карманные расходы, пришлось правда еще какое-то время слушать его нытье. Однако Рэм жаловался по делу, они всю свою жизнь прожили в глуши, лишь изредка выбираясь в соседние поместья и небольшие городишки. Оба брата понимали каким огромным состоянием обладает их семья, родители не скупились на содержание наследников. Вот только деньги эти тратить было совершенно некуда.       Граф отказывался везти детей в главный замок, настаивая на том, что первые года своей жизни, вплоть до восемнадцати лет они должны прожить в тишине и спокойствие. Вероятно, это было связано с его тяжелым детством и бурной юностью. Он желал своим детям самого лучшего, пусть они играют и наслаждаются беззаботными деньками пока есть возможность. Во взрослой жизни такого шанса им больше не предоставится. Все, вокруг включая Седрика и Эмина понимали это, однако объяснить столь неочевидные вещи братьям было попросту невозможно.       Мальчик молча помогал Рэму надевать уличную одежду. Он больше не валился с ног после каждого рабочего дня и не прятался по углам, трясясь от страха, у него появилось время чтобы подумать. Оказалось, его несбыточные мечты для кого-то были простой реальностью. Братья жили той жизнью, о которой он и помыслить не мог. У них было все: слуги, учителя, вкусная еда, игрушки и любящие родители. Седрик помог Рэму надеть накидку, пальцы его коснулись мягкого меха на воротнике, на секунду мальчик даже допустил мысль о том, что хочет чего-то похожего, но тут же отмел эту идею. Вероятно, он просто всего этого не заслуживал.       В ту же секунду мягкий мех коснулся щеки Седрика. Он отпрянул и испуганно взглянул на Эмина, который протягивал свою старую накидку. Ворот на ней был такой же пушистый и мягкий, разве что мех гораздо дешевле, да и обладал непонятным грязновато-коричневатым оттенком, но кажется Седрик этого и не заметил, он растеряно теребил ворот плаща своими тощими пальцами.       — Я быстро вырос, эта моя старая накидка, но она почти не ношеная, возьми себе.       — Ох, благодарю. — Промямлил мальчик, наблюдая за тем как собирается юноша.       Эмин резво обулся и получше застегнул свой плащ, под полами которого запрятались пустые ножны. Мимо как раз пробежал Джонатан, передавший юноше меч. Получше расположив оружие, Эмин лишь краем глаза заприметил любопытный взгляд маленького господина.       — Что-то не так?       — Зачем тебе меч?       — Я должен сопроводить вас до деревни и обратно. Мы полагали, что ваш отец расправился со всеми бандитами на своих землях, но судя по тому, что произошло с Седриком, извести эту гадость полностью не вышло. Так, что я отвечаю за вашу безопасность, ну и заодно решу кое какие дела, порученные Боргом.       Щелкнул меч в ножнах и юноша услужливо приоткрыл дверь, пропуская детей вперед. Седрик немного замешкался, он все еще ощупывал мех на вороте и не мог поверить своему счастью. У него и раньше была теплая одежда, все же его хозяева были не настолько глупы, чтобы разбрасываться рабами. Вот только, как правило ему доставалось рванье и обноски, хотя и они неплохо грели в зимнюю стужу.              Всю дорогу Рэм без устали о чем-то болтал. Седрик пытался поддержать беседу и учтиво отвечал на разного рода вопросы, даже если часть из них были ему неприятны. Эмин молча следовал за ними, иногда погладывая в чащу леса. Все же он оставался рабом и не имел права вмешиваться в разговор господина. К тому же, нужно было следить за безопасностью детей.       Юноша тяжело вздохнул, еще пару недель назад, графство вновь превратилось в тихое и мирное место, братья могли спокойно бегать по лесу, в деревню или к озеру, ничего не боясь, теперь же, после появления Седрика, Эмин был ни в чем не уверен. Вдруг по округе вновь ходят плохие люди?       Рэм резко смолк, кажется, он заметил, что их разговор расстраивает нового слугу. Мальчик взял его за руку и поспешил к деревне, чтобы быстрее помочь отвлечься от плохих мыслей. Юноша, засмотревшийся на птичек, мирно щебетавших на ветке, тут же рванул следом. Наконец, все трое вышли к деревне, которая уже начинала походить на небольшой городок и все благодаря семье Вульфстрат.       — Тут вполне тихо, так что с вашего позволения, я вас оставлю, а сам пойду к местному старосте. Прошу, только не встревайте в неприятности. Если вам наскучит гулять по площади, пожалуйста, заходите в ратушу, для вас специально подготовят гостевую комнату.       — Ой, да ничего с нами не будет, я здесь уже сто лет гуляю.       Эмин кивнул и получше перехватив сумку с документами, покинул площадь, направляясь к небольшому каменному трехэтажному зданию, которое служило чем-то вроде ратуши. Рэм долго ждать не стал и ухватив Седрика за руку потянул к лавкам.       — Деньги-то я выпросил, а вот на что их тратить ума не приложу. — Мальчик глубоко задумался, потирая подбородок. — У тебя есть какие-нибудь идеи? Котелок вроде варит.       — Простите, тут я не помогу. Подумайте, чего вам хочется?       — Того что я хочу здесь отродясь не было и нет. Это лесная деревня, а все мои заказы выполняются искусными мастерами и привозятся, как правило, из столиц.       — Может, подумаете насчет чего-то более простого? Даже незаметная мелочь может принести радость. — Седрик немного отвернулся, перебирая пальцами мех на накидке и задумчиво взглянул на верхушки гор, видневшихся в дали - его родной дом, по которому он совсем не скучал.       — Хм, придумал. А чего хочется тебе?              — Мне? — Растерялся мальчик. — Я не знаю.       — Ну же, подумай.       — Правда не знаю, да и я не взял с собой деньги.       — Не переживай насчет этого. Раз я себе не могу подыскать чего-то стоящего, поищу другим подарки.       Пытать Седрика о его предпочтениях было бессмысленно, он слишком мало видел и пробовал, чтобы хотеть нечто конкретное. С Эмином таких проблем не возникало, он скорее наоборот отучивался от прекрас роскошной жизни, успел многое повидать и точно знал чего желал. Рэм недолго думая, отвел слугу к пекарне, вручив тому самую простую сладость - сахарный леденец на палочке в виде петушка. Сам мальчик воздержался от угощения, уж слишком он заботился о качестве своих белоснежных клычков, а вот Седрику угощение вполне понравилось, этот вкус был ему знаком и навевал теплые воспоминания. Однажды на праздник его матушка стащила мешочек сахара из которого и наварила для сына леденцов.       — Благодарю вас, вы очень добры. — Улыбнулся Седрик.       — Да не стоит, это ты еще с Эмином мало знаком. Ну раз ты не знаешь чего тебе хочется, давай еще походим по торговой площади, я заодно посмотрю подарки для прислуги и брата. Маленькие сюрпризы, это всегда приятно.       Торговый район, занимавший центральную площадь был совсем крохотный, поэтому обход его не занял много времени. Рэм бухнулся на камень, что стоял на обочине. Седрик поспешил постелить свой плащ, чтобы было мягче и не так холодно но тут же получил строгий отказ, разве мог господин допустить, чтобы его слуга заболел из-за такой мелочи. Мальчик поставил сумку с подарками на землю и устало взглянул на ратушу. Эмин был все еще занят и освободился бы явно не скоро.       Ухо Рэма дернулось, откуда-то издалека донесся детский смех и радостные разговоры. Некоторое время мальчик внимательно вслушивался, звуки веселой компании все приближались, пока мимо ураганом не промчалась стайка детей. Рэм задумался, а после хитро улыбнулся.       — У меня есть идея.       — Я не знаю, что вы задумали, но это явно плохая затея. — Седрик подозрительно взглянул на мальчика. — Ваш брат - мой непосредственный наниматель обязал меня следить за вами, так что глупым идеям я потакать не буду.       — Ты говоришь прямо как Эмин. Седрик, ну пожалуйста, хотя бы выслушай. — Рэм ухватил мальчика за рукав, жалобно глядя тому в глаза.              Как бы Седрик не сопротивлялся, он был слишком мал и робок, чтобы перечить своему господину, поэтому нехотя, но согласился на авантюру. Им удалось раздобыть простую одежду для Рэма, точнее, они ее попросту украли, но мальчик все же оставил пару медяков хозяевам. С волосами пришлось несколько тяжелее, но Седрик помог их запрятать под плотную вязаную шапку.       — Господин, я понимаю, местные дети не образованы, но они не глупы, сразу же распознают в чужом вампире вас.       — Да ничего подобного, я все продумал. Здесь остановились торговцы и один из них как раз таки вампир с золотыми глазами. Представлюсь его сыном, нужно же хоть как-то развлекаться.       Мальчик нехотя кивнул, разве он смел перечить своему господину? Все что оставалось, это лишь следовать за ним и смотреть, чтобы ничего не приключилось. Совсем скоро, парочке удалось выйти к берегу небольшой реки, у которой игрались ребятишки. Заметив незнакомцев, они оторвались от своего самодельного мяча и внимательно посмотрели на них. Рэм помахал рукой и немного улыбнулся.       — Привет, я тут проездом, прибыл вместе с торговым обозом. Пока отец занят, мне безумно скучно, можно с вами поиграть?       Дети переглянулись, самому старшему из них было лет тринадцать, а самому маленькому не больше пяти. Компания подобралась разношерстная и девочки и мальчики, но все одеты тепло, пусть и довольно скромно. Сезон посевных работ был закончен, работы в поле не было и дети почти весь день слонялись без дела, предоставленные сами себе, лишь изредка, они расходились по домам, когда их отцы охотники приносили из лесов богатую добычу.       — Да мы и не против. Хочешь, присоединяйся, мы тут мяч пинаем, правда, он уже сломался, но папа обещал починить.       Невысокая девочка - хозяйка мяча, кажется, была здесь самой главной. Поначалу, прочие дети отнеслись к незнакомцам весьма скептически, но получив от своего лидера одобрение, все же несколько расступились, подпуская Рэма ближе, однако несогласные все же нашлись и вперед вышел высокий тощий мальчуган. Он деловито скрестил руки на груди и недовольно посмотрел на Рэма.       — Ну нет, вы посмотрите на него, он же вампиренок. С такими играть - себе дороже, у них силы недюжие, мяч доломает и нас покалечит.       — А вот и не покалечу, — Насупился Рэм. — Честное слово.       Девочка была вполне уверена в своем решении и доверилась словам нового друга, он показался ей надежным. Прочим деревенским ребятам пришлось смириться с этим, но вскоре все быстро забыли о своих разногласиях. Играть с Рэмом действительно было весело, он не обладал выдающейся силой, скорость свою сдерживал, да и в целом в мяч играть не особо умел, поэтому периодически спотыкался и падал, как и прочие, заставляя Седрика сильно переживать, но видя, как весело его господину, мальчик вмешиваться не решил.       Спустя еще час игры дети все же выдохлись и расселись по бревнам возле берега, чтобы отдышаться. Было еще довольно светло, поэтому никто никуда не торопился. Постепенно неспешный веселый разговор зашел о страшилках.       — Если твой работник не играет, пусть хотя бы сядет рядом, а то торчит вон в одиночестве или наших историй испугался. — Вновь заговорила бойкая девочка.       Рэм обернулся и взглянул на Седркиа. Тот всю прошлую игру просидел на пенечке, отказываясь присоединяться, да и сейчас явно стеснялся подсаживаться. Мальчик откашлялся в кулак, он не хотел тревожить своего слугу, тому явно не доставляло удовольствия нахождение в столь шумной кампании, но не мог же Рэм признаться, что посреди дня испугался страшилок. Ему однозначно требовалась поддержка, поэтому он жестом пригласил Седрика к себе и чуть отодвинулся, освобождая тому место на уже согретом бревне.       — Ну, ты такой молчаливый, может сможешь напугать нас?       — Рассказать страшилку? – Седрик поднял на нее свои большие зеленые глаза. — Вся моя жизнь одна сплошная страшилка.       — Ой не слушай его, он имеет ввиду, что вырос далеко на севере, а там много пугающих легенд и поверий.       Рэм поспешил закрыть мальчику рот, чтобы тот не ляпнул лишнего, но было уже поздно и вся компания с интересом уставилась на Седрика. Мальчик быстро осознал, что наговорил, лишнего, а подставлять доброго господина не хотелось, поэтому он тяжело вздохнул и посмотрел на серое тяжелое небо. Подул холодный ветер и природа вокруг словно стихла, даже темные воды реки будто замерли, не издавая ни звука.       — Далеко-далеко на севере, у подножья гор, в густом-густом лесу есть поместье, рядом с которым находится заброшенная старая мельница, говорят там раньше жила ведьма, поэтому даже спустя много лет, ее жернова не рушатся, а каменная кладка все так же свежа. Поместье уже заброшено, а мельница все стоит, вот только, теперь она проклята. В том доме жил жестокий хозяин, у него было множество рабов. Все они тяжело работали и старались изо всех сил, уж очень они боялись хозяина. Ведь он не щадил никого, за любую провинность жестоко избивал, а всех больных и немощных скидывал внутрь старой мельницы и повезло, если ты разобьешься о каменный пол и погибнешь сразу, иначе, тебе грозит страшная медленная смерть от ран, голода и жажды, среди гниющих трупов. Никто не знает, что случилось с тем человеком, говорят, ведьма - хозяйка древней мельницы, решила вернуться домой, но услышала стенания несчастных душ и подняла мертвецов из их могилы. В ту темную ночь, двери старой мельницы распахнулись и покойники затащили хозяина внутрь, где растерзали на мелкие кусочки. С тех пор никто не видел, ни того хозяина, ни ведьму, особняк давно разрушен, а проклятое место не тронуто временем. Но это не конец легенды, говорят, если прийти в любую заброшенную мельницу и три раза назвать имя того господина, он явится и утащит тебя за собой в ад, если вовремя не убежишь.       Седрик умолк, окончив свой рассказ и взглянул на окружающих. Кажется, он сильно напугал своего господина, Рэм сидел бледный и нервно теребил край потрепанной курточки, а вот деревенские ребята кажется были очень воодушевлены историей.       — А давайте попробуем, у нас же тоже неподалеку есть заброшенная мельница.       — Ага, попробуем, тот хозяин может и страшный, а вот старшие ребята, которые там околачиваются еще страшнее. — На бойкую командиршу опять нашелся несогласный. На сей раз это был пухлый мальчик - сын местной цветочницы.       — А с нами теперь...а как тебя зовут-то? Впрочем, с нами теперь вампир, а значит нас будет куда сложнее выгнать.       —Зови меня Терри.        Рэм быстро сориентировался и очаровательно улыбнулся девочке, однако, кажется, ее это вообще не впечатлило, она уже активно агитировала всех присутствующих собираться и чуть ли не штурмом брать мельницу. Рэм поспешил проследовать за детьми, но Седрик осторожно взял его за руку.       — Господин, нам нужно возвращаться в деревню, Эмин велел оставаться на площади.       — Да брось, мельница вон за тем холмом, совсем недалеко, сейчас разгар дня, Эмин наверняка еще занят скучной работой в ратуше, идем повеселимся в кои-то веки. Все будет хорошо.       Рэм покрепче сжал руку Седрика и побежал за детьми. Мельница словно темный обелиск грозно возвышалась над поляной и мальчик уже пожалел о том, что согласился на эту авантюру. Пустые разбитые окна зияли чернотой. Поломанные крылья угрожающе тоскливо скрипели на ветру. Детвора быстро хлынула внутрь и осмотрелась. У Рэма отлегло на сердце, мельница изнутри была не такая уж и пугающая как снаружи, но он на всякий случай покрепче сжал Седркиа за руку. Судя по всему, деревенская молодежь и правда любила проводить тут время. Жернова были расколоты, но возле них кто-то заботливо постелил теплый старый плед. Кое-где лежали свечи, засохшая булочка и одинокая забытая баклажка воды.       — Ура, здесь никого нет. — Дети тут же разбрелись по мельнице, устраиваясь кто где.       — А что за старшие ребята, которые вас донимают?       — А да так, местные подростки. Их компания та еще заноза в заднице, они оккупировали эту мельницу, самое интересное место в деревушке, собираются тут, а нас постоянно палками гоняют. Недавно с учебы к местному леснику сын вернулся, его еще больше ненавижу, он мне по ногам розгой зарядил. Знаешь как больно!?       — Да все ты выдумываешь, Марфа. — В разговор встрял самый маленький мальчик. — То, что палками пригрозили верно, но розгой тебя никто не бил, ты просто влюбилась и пытаешься привлечь внимание.       — Да неправда! А будешь глупости говорить, тебя мертвецу отдам.       — Он прав, влюбилась же. — Заступилась за брата девочка постарше и получше укуталась в теплый серый платок.       — Давайте вызывать этого хозяина, пока старшие не пришли, как там его звали. — Поспешила перевести тему Марфа.       — Кажется Лоренцо... нужно подойти к жернову и позвать. — Седрик как неподвижная статуя стоял возле своего господина, они были довольно далеко от деревни и мальчик начинал переживать все больше.       — Так, а кто самый смелый? — Выкрикнул кто-то из ребят.       В компании воцарилась тишина, все смотрели друг на друга. Слабый свет пробивался сквозь высокие окна, тускло освещая внутренности мельницы, где всегда царил полумрак. Смельчаков сразу поубавилось и дети взглянули на Рэма, в конце-концов, он был вампиром, а значит, самым быстрым и сильным. Мальчика прошиб пот, он нервно взглотнул, в горле сразу пересохло. Нельзя было показаться трусом и упасть в грязь лицом перед новыми друзьями.       — Я позову. Моя история, значит мне и вызывать. — Вперед вышел Седрик, он сжалился на Рэмом. К тому же, только ему было известно, что рассказанная история от начала и до конца была выдумкой, никто бы не появился и тем более не утащил никого в ад.       — Лоренцо, Лоренцо... — Мальчик медлили, он окинул взглядом перепуганных, но крайне взбудораженных детей. — Лоренцо.       — Стой!       Ухо Рэма дернулось. За секунду до этого, он услышал подозрительный шум, но было уже поздно. Седрик в последний раз произнес запретное имя, в то же мгновение раздался треск и с потолка упала нечто темное. Дети не стали разбираться что произошло, они с визгом бросились в рассыпную, снося Рэма с ног. Он ухватил Седрика за воротник и буквально вышвырнул из дверей мельницы, поскольку тот был ближе всех к потенциальной угрозе.       Мальчик не удержался на ногах и пропахал носом землю. Откуда-то сверху послышался дикий хохот, а затем детская ругань. На выходе из мельницы, стайку детей уже окружили около семи подростков, они держались за животы и пытались не надорваться от смеха.       — А ну, пусти, сейчас я найду того, кто это придумал и отобью ему последние мозги палкой. — Двое детей держали Марфу, которая уже раздобыла корягу и угрожающе махала ей в сторону подростков.       Рэм помог Седрику подняться, отряхнул его от грязи, после чего достал платок и помог утереть кровь с лица. Он успел знатно напугаться, но довольно быстро понял, что произошло, а деревенские дрязги его мало интересовали, ведь слуга пострадал.       — Ну я придумал и что? Опять попытаешься меня побить, так ножки короткие, не догонишь. — Невдалеке послышался знакомый голос.       — А это кто? — Рэм поднял голову. Над Марфой склонился высокий темноволосый юноша с пронзительными серыми глазами, он кого-то жутко напоминал.       — Так, лесничий сын же. — Пробубнил пухлый мальчуган.       — Лесничий сын, да? — Рэм насупился и скрестил руки на груди.       Ромул вздрогнул и замер на месте, он напрягся и осторожно повернул голову. И без того бледное лицо его стало словно у покойника. Юноша специально в этот день решил не соваться в деревню, чтобы избежать ненужных встреч. Однако, довольно быстро до него дошло, что и брата здесь быть не должно, тем более в таком непотребном виде, так и стояли они молча, буравя друг-друга взглядом.       — Господин, господин... ваши волосы. — Тихо проговорил Седрик.       Рэм быстро опомнился, из-под шапки выбились пару прядей светлых волос, мальчик поспешил судорожно убрать их обратно под головной убор дрожащими пальцами, но они предательски не слушались. Шапка слетела на землю, на плечи упали шелковистые серебряные волосы. Все присутствующие замерли и уставились на Рэма, который тут же опустил голову и обнял руку Седрика, зарываясь лицом в его плече. Крестьяне глубоко поклонились.       — Это же младший наследник. — Принялись перешептываться дети.       — Простите нас за наше непристойное поведение. Вам не нужно скрываться, просто прикажите и мы поиграем с вами во что захотите, отец принесет новый чистый мяч. — Вечно буйная и бойкая Марфа теперь выглядела совсем сникшей и покорной. Она не смела поднять головы.       — Но я не хочу приказывать.       Рэм все же не мог сдержать слез, они горячими дорожками стекали по его щекам, мальчик боялся поднять голову, чувствуя, все эти напряженные взгляды. Неожиданно, на его плече легка холодная рука. Ромул снял так ему надоевший темный парик и распустил волосы.       — Не гневайтесь на нас, мы ничего плохого не хотели. С вами просто интересно проводить время, а представься мы теми кем являемся, разве было бы такое веселье?       Ромул погладил брата по голове и немного поклонился всем присутствующим в знак извинения. Дети переглянулись между собой и осторожно, бочком стали расходиться. Кроме одной девушки. Послышался хлесткий удар. Ромул схватился за щеку и ошарашенно взглянул на нее.       — Графский сын, да? Я думала у нас все серьезно, подарила тебе первый поцелуй! А ты только развлекался. Идем, Марфа! Я тебе говорила, аристократы - все козлы. — Девушка ухватила сестру за руку и грозно топая сапогами, удалилась прочь.       — Это было заслуженно. — Юноша потер щеку и тяжело вздохнул, глядя вслед расходящейся толпе. — Потом обсудим, все что тут произошло, а нам, особенно тебе, следует немедленно вернуться в деревню.       Уже на подходе к площади, братья заслышали странный шум. Недоброе подозрение закралось в сердца и они поспешили на звук. Пара десятков людей, собралась вокруг Эмина, они охали, из толпы доносились испуганные возгласы. Юноша смахнул кровь с меча, голубые глаза пылали злобой. Перед ним лежало два мертвых тела, Рэм никогда не видел его в такой ярости и испугавшись, крепко обнял брата за руку. Никто не понимал, что здесь происходит, а в суматохе нельзя было понять, о чем конкретно говорят люди. Эмин поднял глаза, заметив в толпе мальчика, он тут же отбросил меч и подскочил к нему, опускаясь на колени и крепко обнимая.       — Я вас обыскался, господи, я так испугался. Где вы были? Я же велел оставаться на площади! — Юноша поднялся с земли, взгляд его упал на Седрика. — Ты был обязан следить за ним, куда ты смотрел?       Эмин занес руку. Мальчик инстинктивно прикрыл голову и зажмурившись, сжался в дрожащий комок, но удара не последовало. Когда Седрик открыл глаза, он увидел стоящего впереди Рэма, который прикрывал его собой. Ромул крепко держал Эмина за руку, не давая ему пошевелиться.       — Довольно, Седрик не виноват, он слушался приказов брата. Лучше ты немедля объяснись, что здесь происходит. — Ромул грозно взглянул на толпу. — Разошлись быстро, свидетелей и местного жандарма мне, живо.       — Что же я натворил...простите. — Юноша опустил руку и потер припухшее запястье. — Прости меня. Я так перепугался, прости. Вы с Рэмом неожиданно пропали с площади и я обегал всю деревню в поисках вас. Местные не видели куда вы ушли, и в кабаке я наткнулся на двух мужчин. То были охотники за головами, они искали Седрика и заодно обсуждали поимку вампира. Я подумал, что вас уже схватили. Допросить их не вышло, завязалась драка, я не смог связать их до прибытия стражи, пришлось убить, я просто защищался.       Эмин закрыл лицо руками и тяжело, прерывисто вздохнул, протер глаза и сделал шаг назад, подальше от Седрика. Мальчик хотел приободрить его и протянул руку, но юноша лишь отпрянул, боясь лишний раз прикасаться к нему. Хорошо, что братья остановили его, иначе вина за проступок никогда не покинула его.       — Опять тут всякая грязь шляется, когда же это прекратится?— Ромул выглядел крайне разгневанным. — Отведи их обратно в особняк, я здесь разберусь.       Юноша поклонился и подобрав меч, поспешил исполнить приказ. Всю дорогу все трое шли молча, мальчики двигались чуть впереди, а Эмин брел позади. Ему было стыдно смотреть в глаза Седрика или кому-то из братьев.       Мальчик удобно устроился в кресле напротив камина, укутавшись в теплый плед. Огонь уютно потрескивал, теплая вода грела ноги, а горячий чай - душу. День был ужасно насыщенный и Седрик выдохся, благо теперь, у него выдалась пара минут чтобы расслабиться перед сном, но идилия продлилась недолго.       Дверь отворилась и в гостиную вошел Эмин, весь день он бегал от особняка к деревне, вначале чтобы проводить мальчиков, а после дать показания местным жандармам и подробно рассказать Ромулу о произошедшем. Он тоже был вымотан, но все не мог найти себе места.       — У тебя есть минутка поговорить?       — Опять будешь извиняться? — Устало вздохнул Седрик. — В этом нет нужды, я же сказал.       — Прости, что докучаю. — Юноша опустился на колени рядом и взял руку Седрика в свои ладони. — Я очень виноват перед тобой. Я обещал, что тебя никто не обидит, а сам в итоге...       — Ну не ударил ведь, да и что мне будет от твоего шлепка? Щека зачешется? Я прекрасно понимаю: ты перенервничал, тебе пришлось убить двоих людей. Может для деревенских из захолустья это шок, но убирать трупы пачками, было моей обязанностью. Эмин, пожалуйста, прекрати корить себя и дай мне отдохнуть. Я сам виноват, должен был настоять на том, чтобы Рэм остался в деревне, а не поткать его идеям.       — Хорошо, отдыхай, —Наконец сдался Эмин. – Но я еще обязательно вернусь и придумаю как искупить свою вину.       Юноша поднялся с пола и быстрым шагом покинул гостиную. Седрик прикрыл глаза рукой и устало выдохнул. Он и вправду тогда здорово напугался, но злиться на Эмина причин у него не было. На лице проступила легкая улыбка, если не брать в расчет последние события, день прошел довольно интересно. Играть с ровесниками было очень весело.       Джонатан подпер щеку рукой, меланхолично наблюдая за тем, как Эмин мечется туда-сюда по комнате. Время было уже позднее и все давно легли спать. Вампир немного улыбнулся, уже спустя минут пять он перестал слушать, как юноша виноват перед Седриком и как планирует свое искупление, гораздо приятнее было рассматривать его обнаженное тело, мелькавшее в зелени растений. Видеть как свет от камина, отражается на смуглой коже. Вампир позаботился о том, чтобы в его комнате было тепло, поэтому Эмин даже полностью голый, чувствовал себя вполне комфортно.       — Хватит мельтешить перед глазами, пол третьего ночи, иди уже сюда. — Джонатан приподнял одеяло, затаскивая юношу к себе в объятия. — Кстати, что это за склянка с красной жидкостью, которой ты постоянно пользуешься?       — Да так, мелочи, подарок одной ведьмы, забудь. Лучше скажи, ты разбудишь меня часа через три? Я переберусь к себе в спальню. — Эмин все же лег под одеяло, прижимаясь к возлюбленному.       — Как скажешь принцесса.       — Как ты меня назвал? Перенял очередное дурацкое прозвище от братьев?       — Да нет, просто мне же завтра тебя пороть. Опять сесть не сможешь и будешь, как принцесса на иголках скакать на стуле. — Джонатан старался сохранять свое прежнее насмешливое выражение лица, но голос его предательски дрогнул.       — Не напоминай. — Пробурчал Эмин, поплотнее закутываясь в теплое одеяло. — Всяко лучше если Ромул отчитается о наказании отцу, чем хозяин приедет сюда и сам распорядиться всыпать мне уже плетью. Нет, лучше розги.       Юноша зевнул, он уже засыпал, этот ужасный день его так вымотал, что грядущее наказание его мало заботило, да и боль от розги он воспринимал как расплату за свой проступок. Изначально, Ромул хотел наказать обоих, но Эмин взял всю вину на себя и настоял на том, что он один заслуживает наказания, ведь Седрик никак не виноват в случившемся, он лишь подчинялся приказам своего господина. Эмин слабо верил в то, что когда нибудь сможет себя простить.