Во мгле ночной

      Несмотря на резкий порыв чувств со стороны господина, в целом, ужин закончился милой болтовней до поздней ночи. Эмин как и обещал уложил господина спать и только ближе к четырем утра вернулся в свою комнату. Не удивительно, что под утро он был хуже сонной мухи.       Поспать подольше тоже не представлялось возможным, Эмин обещал Рэму провести время вместе. Поэтому с самого утра нянчился с ним. Получив разрешение от Ромула, юноша ненадолго вывел мальчика на прогулку в осенний лес, побродив немного в окрестностях, Эмин предложил выйти к лесному озеру, посмотреть на улетающих уток. В голове сразу возник ворох воспоминаний о том, как он водил мальчиков купаться. То время казалось ему счастливым. Хотелось остаться там подольше, но вскоре пришла пора возвращаться: по расписанию у Рэм была тренировка с Джонатаном.       — Я с вами попрощаюсь, но ненадолго. Как только закончите и пойдете отдыхать, я могу подать чай.       — Помнишь ты говорил про какао? Хочу его попробовать.       — Где же я вам его возьму? Даже на моей родине это был весьма редкий напиток.       — Чего? И у торговцев не купить?       — Простите, вероятно, из-за войны все торговые пути перекрыты и товары с юга не поставляются.       Мальчик явно расстроился, он-то надеялся в ближайшее время затариться продуктами, в том числе и какао, чтобы вместе с Седриком и Ив отработать новые рецепты к празднику Зимнего Солнцестояния. Уж очень ему понравилось готовить всякого рода сладкую выпечку. А чем еще было заняться в отдаленном особняке?       Пока Рэм вместе с Джонатаном усиленно избивали несчастную деревяшку, служившую манекеном, Эмин решил вздремнуть. У него было около двух часов на сон, пока о его существовании вновь не вспомнили и не загрузили работой. Борг как раз вновь отбыл, забрав с собой какие-то важные бумаги. Он хотел прихватить и Седрика в качестве своего помощника, но мальчик был морально не готов, да и Рэм категорически отказался его отпускать. Граф пребывал на поле боя и Борг в его отсутствие был обязан управлять главным замком, который теперь еще и служил временным пристанищем для Императрицы. Разумеется на старости лет, ему требовался кто-то молодой, разумный и энергичный в качестве заместителя.       Юношу разбудил обиженный Джонатан, которому поручили поднять слугу. Он явно все еще дулся. Ромул дал Эмину несколько часов на отдых и тот мог использовать их на свое усмотрение, но вместо столь редкой и желанной прогулки с любимым, решил вновь провести время с Рэмом, хотя и так возился с ним почти каждый день.       Юноша сонно зевнул и взглянув на обиженного вампира, обвил руками его шею. — Ну не дуйся, хочешь, этой ночью я все отработаю. — Эмин приподнялся на носочки, соблазнительно шепча на ухо всякие милые пошлости, что заставило Джонатана густо покраснеть.       — Ты просто нагло пользуешься моими слабостями. Я все еще обижен и спать с тобой не намерен. Ты думаешь меня сексом можно задобрить?       — Как насчет горлового?       — Ладно, договорились. — Джонатан откашлялся в кулак и, пытаясь скрыть все нарастающее смущение, покинул комнату.       Эмин улыбнулся ему вслед и, поправив скомкавшееся одеяло, направился в кабинет к Ромулу. На сегодня делами его особо не загружали, поэтому, прежде чем отнести обещанный чай Рэму, юноша решил заглянуть к его брату и разузнать не требуется ли какая-то помощь.       — А...ты вовремя. — Ромул держал в руках письмо, выглядел он крайне подавлено.              — Господин, что случилось? Все в порядке?       — И да и нет, как бы сказать...отец требует организовать праздник для дворянства в этом году, устроить им большой бал. Империя, в том числе и правящие семьи переживают некоторый кризис, мы обязаны показать могущество и величие рода Вульфтсрат. В главном замке будет происходить самое важное торжество, но не все могут быть там.       — Это же ужасно, словно пир во время чумы.       — Оставь свои метафоры при себе и не умничай. До праздника осталось около полутора месяцев, работы нам предстоит море.       — Рэм очень расстроится. Он ведь хотел провести этот день в тихой семейной обстановке.       — Насчет этого не переживай, гостей сплавим. Традиционно бал окончится в 6 вечера. Не только мы хотим в этот праздник сидеть дома у камина, традиция есть традиция. — Ромул раздраженно поскреб когтем по столу.       — Вы боитесь.       — Конечно боюсь! А что если я не справлюсь? Мне всего пятнадцать, какой из меня хозяин?       — Самый лучший. — Эмин улыбнулся, он неспешно подошел к Ромулу и опустившись на пол, взял его за руки. — Я, Дагмар, Джонатан, все слуги сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь вам в очередной раз показать блистательность Рода Вульфстрат.       Ромул улыбнулся в ответ и, погладив слугу по голове, прижал его к себе, после чего неохотно отстранился. — Чего расселся тогда? Иди составляй смету, я ее перепроверю и завтра же отправишься в деревню. Зови сюда Жозе, Седрика и Джонатана немедля.       Эмин тут же без лишних слов поднялся с пола и спешно поклонившись, выскочил из кабинета, оставляя господина на едине со своими переживаниями. Юноша очень хотел бы остаться и поддержать его, но понимал, что лучшей помощью для Ромула, будет его усердная работа.       К вечеру, а точнее к глубокой ночи, Эмин рухнул на кровать, чуть не снеся горшок с очередным растением. Он затопил камин у Седрика в комнате, чтобы мальчик смог лечь в кровать сразу после рабочего дня, но сил прогреть свою комнату уже не было. Джонатан тоже весьма вымотался, поэтому он даже не запустил пневматическую печь.       Вместо этого вампир растопил камин в своей комнате, чтобы цветы не замерзли и вновь ушел по делам, из-за обилия растений и теплых шкур, которыми был устлан пол, в комнате всегда было уютно, неудивительно, что Джонатан, застал спящего в своей кровати Эмина. Будить его он не хотел, но юноша все равно проснулся, как только почувствовал что-то большое и родное рядом с собой.       — Прости, сегодня без минета. — Устало пробормотал он.       — Тебя вот только это беспокоит?       — Нет, еще Рэм. Он, бедняга, опять предоставлен сам в себе. Указ от графа пришел так неожиданно, надеюсь, за неделю с предварительной подготовкой управимся и я буду посвободнее, чтобы провести с ним время.       Джонатан встал с кровати и порывшись в комоде, выудил шерстяное покрывало, которое набросил на Эмина, после чего так же молча вышел из комнаты. Отсутствовал вампир минуты две. На улице резко разыгралась метель и один камин вряд ли был способен хорошо протопить каменные стены в такую погоду, поэтому, Джонатан заглянул в пустующую комнату, чтобы одолжить у Эмина одно из его покрывал, которым поспешил укрыть уже крепко спящего Седрика, подбросив дров в камин, чтобы тот не замерз, Джонатан вернулся к себе и наконец вновь увалился на кровать, разворачиваясь лицом к Эмину.       Юноша поспешил прижаться к возлюбленному и уткнулся носом ему в широкую грудь. — Тебя ведь не будет на балу, попроси у своей матушки кусочек пирога для меня.       — Кусочек? Да она тебе весь передаст. Уж больно ты ей понравился, желает с тобой познакомиться. — Джонатан положил свою крепкую руку на плече, обхватывая Эмина, который уже почти провалился в сон.       — Хотел бы я отправиться куда нибудь и за пределы местной деревни.       В этот раз, в объятиях возлюбленного юноша спал спокойно, призраки прошлого больше его не беспокоили. Предподготовка заняла около недели усердной работы. Жозе оповестила всех нужных мастеров в деревне, а Джонатан подготовил проект по украшению сада к празднику, Дагмар уговорила одну из своих сестер поделиться новым изобретением. Это был шар из стекла, внутри которого находился угольный стержень, под воздействием магии он накалялся, начиная ярко светиться и все бы ничего, вот только кто бы весь праздник согласился стоять возле многочисленных проводов и непрерывно подавать свою магию, чтобы все эти необычные фонарики светились?        Механизм бесспорно должен был произвести фурор в обществе. Слишком хорошо он светился, но к сожалению, пока изобретение было недоработано и от него пришлось отказаться в пользу обычных уличных фонарей.       На Эмина ложилась вся работа, связанная с организацией официальной части. Вместе с Дагмар и Ромулом они тщательно продумали список гостей, рассадку и учли прочие мелочи, которые могли бы попортить общее впечатление о празднике, так например пришлось отказаться от чудесных цветов, что росли в мороз в пользу традиционных праздничных растений и символов.       Наконец можно было выдохнуть и немного отдохнуть чем и занялся Эмин, рухнув прямо на диван, пока господа не видят. Сэдрик осуждающе посмотрел на друга, но промолчал, продолжая смахивать пыль со статуэток.       — Я на этом диване почти всю прошлую неделю провел, работая с бумагами, даже ночевал здесь, ничего страшного если полежу еще немного. Ты ведь никому не скажешь?       — Ну, если тебя отхлестают ферулой по рукам, то тебе будет неудобно играть со мной в шахматы. Так уж и быть, отдыхай.       — Вот значит ты какой меркантильный. Как хоть себя чувствуешь? Я знаю, вы с девушками отполировали все праздничные сервизы. Ох, а впереди еще генеральная уборка особняка. — Эмин схватился за голову, усаживаясь на диване.       — Ничего, немного устал, да и времени на книги не осталось, зато дальше работать можем чуть поспокойнее.       Седрик вдруг погрустнел. Недавно ему выдали причитающуюся зарплату, большую часть из которой он отложил, а на оставшуюся заказал себе учебники, рекомендованные Дагмар, простую, но теплую повседневную одежду и пару вещей для личной гигиены. Здесь, несмотря на высокий темп работы, он был счастлив, открыл в себе таланты, завел новых друзей. Вот только старые остались в особняке, запрятанном где-то в горах. Вероятно, хозяин мучал их в попытке разузнать куда пропал Седрик, может даже убил кого-нибудь. Мальчик ведь был важным свидетелем его злодеяний.       За огромный период времени, ни одному правителю, даже легендарному принцу Филиппу, будущему императору Лаиса не удалось побороть рабство. Прочим это было попросту не выгодно. Однако на общем совете четырех императоров все же было принято решение ужесточить контроль за работорговцами и ввести строгие правила, ограничивающие господ и позволяющие хоть немного улучшить жизнь невольникам. С тех пор, каждый уважающий себя правитель тщательно следил за соблюдением правил на своей земле, порядок показывал его статус и престиж.       Далеко не все были готовы следовать правилам. Злобных и деспотичных господ было в избытке. Иногда их наказывали, но, чаще всего, просто не обращали внимания. В отличии от нелегальных работорговцев. То был крайне прибыльный бизнес, который государе не хотели отдавать в чужие руки.       В родном герцогстве Эмина, благодаря политике отца, таких проблем не было. Да и к тому же, почти все плодородные земли были перепаханы, а широкие торговые тракты хорошо охранялись и бандитам просто негде было скрываться.       Несмотря на все, Эмин не очень любил посещать невольничий рынок или тем более золотой прииск, на котором не покладая рук трудились менее везучие рабы. Он привык, что в его дворце невольники выглядели куда более здоровее и счастливее.       Действительно, в дом, а особенно во внутренние покои допускались только самые лучшие и лояльные слуги. К ним и отношение было соответственное: их хорошо кормили, одевали в качественную одежду, давали время на отдых, лет через пятнадцать даже можно было получить вольную, если хорошо служил и выполнил свой долг перед семьей. Если бы не капризы молодого господина, жизнь дворцовых рабов вполне можно было назвать идеальной.       Юноша приобнял Седрика за плечи и погладил по голове, прижимая к себе. Он понимал причину внезапной грусти, но ничем не мог помочь. Найти особняк в горах, посреди диких земель - задача не из легких даже для отряда вампиров. А в условиях нынешней войны лишних людей не было от слова совсем.       — Не сегодня, так завтра. Все будет хорошо. Тебе нужно отдохнуть. Ты иди, а я тут все закончу.       Мальчик шмыгнул носом и утер слезы, а после обнял Эмина за талию. Юноша с удовольствием отметил, что под одеждой больше не чувствует острых костлявых мальчишеских плеч. Седрик хорошо питался, отъелся и набрал здоровый вес, даже его черные волосы начали блестеть.       — Я сам справлюсь. И хотел еще кое-что спросить: я видел как ты упражняешься. А меня научишь?       — Ох прости, я бы с радостью, но я совсем не располагаю лишним временем. Может чуть попозже после праздника? К тому же зачем тебе это?       — Ты, Джонатан и господа, вы все намного сильнее и, наверное, если мне будет грозить беда, пойдете меня спасать, а я не хочу. Хочу уметь сам за себя постоять и не доставлять вам неудобств.       Эмин постарался скрыть свое удивление и смятение. Седрик был удивительно проницателен: теперь, когда Рэм подружился и так сблизился с ним, вряд ли бы кто-то позволил навредить мальчику. И похоже, сам Седрик совсем не желал оказаться в подобном положении. Ему все казалось, что такой как он не заслуживает заботы и защиты со стороны благородных господ.       — Вряд ли я когда-нибудь стану таким умелым как ты. Я не тешу пустых надежд и понимаю, что не смогу защитить своих хозяев, но хотя бы не доставлю вам лишних хлопот.       — Милый Седрик, — Эмин присел на колени, чтобы быть на одном уровне с мальчиком, — Мы все разные и у каждого из здешних работников свой талант и свои обязанности. Ты очень умен, твои навыки уборки и умение вести хозяйство поразительны. Сосредоточься на этом. Так ты принесешь больше пользы семье Вульфстрат, а я, Джонатан и Жозе обеспечим вашу безопасность.       — Наверное ты прав, постараюсь делать так как ты сказал, но все же научи меня хоть чему нибудь, пожалуйста. — Мальчик теперь выглядел немного более воодушевленно, чем раньше.       — Ну хорошо, хорошо. После праздника.       Эмин улыбнулся и, погладив Седрика по голове на прощание, покинул кабинет. Найти Джонатана не составляло труда. Юноша шел на звук молотка: вампир как раз отлаживал одну из дверей гостевых комнат, чтобы та не скрипела. Все должно было быть идеально.       Эмин ухватил Джонатана за руку и не говоря ни слова, потащил куда-то прочь. Вампир явно ошалел от такой наглости. Он вообще-то собирался заканчивать работу и потихоньку идти отдыхать. Как никак рабочий день подходил к концу, а тут его в наглую схватили и куда-то тащат.       Как выяснилось мгновением позже, это была его собственная комната. Закрыв за собой дверь, Эмин толкнул растерянного Джонатана прямо на кровать, а после, облизнувшись, опустился перед ним на колени.       — Эй, ты чего творишь-то?       — Хочу выполнить свое обещание пока есть свободная минутка. А то после ужина сил совсем не будет. — Эмин придвинулся чуть ближе, принимаясь возиться с застежкой на брюках.       — А ты не боишься, что кто нибудь нас застукает?              — Но ты ведь сам сказал, что у тебя превосходный слух.       Эмин помог возлюбленному приспустить штаны, после чего припал губами с легким поцелуем, чувствуя, как плоть под тонкой тканью начинает твердеть. Джонатан издал тихий вздох и тут же прикрыл рот рукой, густо краснея. Обычно это он стремился доставить возлюбленному удовольствие, а не наоборот. Поэтому вид Эмина, сидящего у него между ног уже безумно возбуждал и заставлял смущаться.       Погладив набухший член, юноша немного отодвинул ткань брюк, выпуская его наружу. Приятный возбуждающий аромат ударил в нос и Эмин неспешно поцеловать головку, после чего немного смочил и облизал ее, с явным удовольствием услышав краткий тихий стон. Юноша был опытен и знал, как следует доставлять удовольствие. Тем более, что Джонатан всегда был очень терпеливым и нежным, а значит, с ним можно было поиграться подольше.       Эмин провел языком по всей длине члена, чувствуя как пульсируют вены. Он явно медлил, стремясь раздразнить желание. Иногда юноша возвращался к уздечке, умело играя языком.       Эмин поймал взгляд Джонатана. Этот вид многого стоил. Вампир выглядел таким раскрасневшимся и смущенным. Он тяжело дышал, иногда закусывая губу, чтобы не стонать уж слишком громко.       Понимая, что мучать возлюбленного больше не хочется, Эмин наконец приоткрыл рот, чтобы заглотить головку. Постепенно он увеличивал амплитуду, позволяя члену проходить все глубже в горло. Стоны становились все громче. Джонатану пришлось зажать себе рот.       Эмин действительно хорошо знал, что нужно делать и как. Он прекрасно ощущал пульсации , умело меняя темп и длину движений. Иногда позволял члену быстро проходить в горло, а после замедлялся, усердно всасывая головку, когда же он чувствовал, что Джонатан подходит к пику, резко останавливался, продолжая лишь облизывать изнывающий член.       И все же Эмин переоценил терпеливость своего партнера. Спустя минут десять таких игрищ, вампир положил большую руку на макушку, сжимая волосы в кулак и резко потянул на себя. Эмин вытаращил глаза, он успел расслабиться, ощущая как толстый член быстро проникает внутрь, перекрывая дыхание. Хотелось наконец откашляться и вдохнуть. Юноша зажмурился, терпеливо позволяя трахать свое горло. Чавкающие звуки наполнили комнату. Кислорода катастрофически не хватало, но через секунду, Эмин зажмурился, чувствуя как солоноватая жидкость стекает внутрь.       Послышался протяжный стон. Юноша шумно вдохнул воздух и вновь прикрыл глаза, ощущая прохладные брызги на своем лице. Следом последовал легкий поцелуй в висок. Джонатан утер с лица рукавом рубахи свое семя и быстро прильнул к разгоряченным губам.       — Ну, отвел душу?       — Интересный ты, Джонатан, вообще-то это я должен спрашивать. — Картинно надулся юноша       — Извини, вся голова в работе.       — Ни спасибо, ни до свидания. Вот и вся благодарность.       Джонатан резко поднял Эмина на руки, словно тряпичную куклу и уложил в кровать, нависая сверху, а после положил руку на горячую щеку, нежно поглаживая ее. Он улыбнулся и лег рядом, приобнимая Эмина за талию.       — Ну так как мне тебя благодарить?       — Хочу чтобы ты Седрику сделал деревянный меч.       — А, кажется, я раскусил твой коварный план. Нет денег, так ты за работу решил натурой расплатиться?       — Будем честны, Джонатан, если бы я был проституткой, сомнительно, что твоего месячного жалования хватило бы на оплату моей натуры.       — Какого же высокого ты о себе мнения. — Вампир рассмеялся и лишь крепче прижал к себе возлюбленного. — Будь ты проституткой, я бы похитил тебя и отвез к себе домой в родную деревню.       — Мне нравится, хороший план.       Эмин печально улыбнулся. Ему хотелось побыть в объятиях Джонатана еще немного времени, но нужно было идти работать, снова...Поэтому, повалявшись несколько минут на кровати, он все же крайне неохотно слез с нее и поспешил наверх, готовить залу к ужину.       Обслуживать господ теперь было гораздо проще. Седрик весьма помогал и Эмину больше не приходилось бегать по всей оебеднной, подавая различные блюда. Рэм каждый раз ждал ужин с нетерпением. Он сильно скучал по родителям и как бы Седрик не пытался его развлекать, мальчик все равно стремился провести хотя бы минут пять на едине с единственным родным человеком. Ромул видел, как грустит его брат, но ничем не мог помочь, дела были куда важнее детского досуга. Тем не менее хотя бы за ужином он старался уделить ему максимум внимания.       — Устали? — Ромул оторвался от разговора с братом и перевел взгляд на слуг, которые стояли в углу комнаты.       — Нет, все в порядке, благодарим за беспокойство. — Вежливо улыбнулся Эмин.       — Мы не только догнали запланированный график, но и перегнали его. Пока нет смысла надрываться, я даю дополнительный выходной. Седрику пол дня, а ты свободен на все двадцать четыре часа.       Юноша, что до этого апатично стоял в сторонке, сонно глядя в окно, вдруг просиял. Значит у него все же будет возможность пойти с Джонатаном в деревню? Кое как дотерпев до конца ужина, Эмин собрал тарелки на большой поднос и моментально спустился на кухню, скинув всю утварь в раковину, он поспешил разыскать вампира и буквально повис на нем.       — Мне дали выходной!       — Поздравляю, солнышко. Ты заслужил. — Джонатан мягко улыбнулся, поглаживая юношу по голове.       — Пойдем в деревню как и хотели? Там вроде расширили торговую площадь, появились новые лавки.       — А чего бы тебе хотелось?       — Да не знаю, просто провести время вместе.       — Я спрошу, можно ли мне будет тогда взять выходной завтра, а в воскресенье поработаю. Пока хожу к господину, бери Седрика и идите ужинать, я приготовил вкусный картофель.       Джонатан кратко поцеловал Эмина в макушку и вышел из комнаты. Юноша остался один и пользуясь моментом, упал на диван, созерцая потрескавшийся серый потолок. Спустя минуту к нему присоединился вымотанный Седрик. Диван был общим, а Эмин явно не собирался двигаться, поэтому мальчик упал рядом, примостившись к нему под бок и почти сразу сладко засопел.       Юноша улыбнулся, поглаживая мальчика по плечу, тот напомнил ему котенка. Тревоги и печали прошедших дней почти улеглись, оставляя лишь неприятный осадок на душе. Эмин вновь чувствовал, что он может прожить и эту жизнь счастливо. Момент умиротворения длился не так долго, юноша вдруг резко осознал, что еще не уложил господ спать, поэтому, подскочив с дивана, чуть не столкнул сонного Седрика на пол и с тихой руганью скрылся в пролетах лестницы.