Глава 97 Яхья.
10 июня 2025 г., 23:13
Только заслышав знакомые торопливые шаги, Идрис тут же отложил молоток и поймал хозяйку в объятия. Он часто помогал Энн советом и успокаивал в редкие моменты горя. Ее примеру последовала Мари и теперь довольно часто бегала к Идрису, от чего у того нередко возникали проблемы. Но разве мог он отказать маленькой девочке, плачущей от обиды и грусти?
— Что случилось на этот раз, хозяйка? — мужчина погладил Мари по голове и мягко отстранил от себя. — Не говорите, что поругались с Энн.
— Нет же, дело в другом, — прохныкала девочка.
— Разбили вазу? Платье порвалось?
Мари показались обидными правдивые слова, произнесенные Идрисом. Да, она часто ревела по пустякам, но разве можно припоминать такое молодой и утонченной особе? От этого девочка разрыдалась еще больше.
— Расскажите, что случилось, — мягко повторил Идрис.
Он всегда был терпелив и к Мари, пожалуй, относился с куда большим трепетом, чем к Энн или даже Лею, все потому что девочка была на редкость чувствительной и нежной, слишком остро воспринимала не только свои, но и чужие неудачи, а еще она очень боялась расстроить отца. Это Идрис понял из ее сбивчивого рассказа.
Следуя приглашению, Мари уселась на скамейку и утерла слезы. Мужчина осторожно осмотрелся и присел рядом. Все же ему было не положено разговаривать и тем более сидеть в присутствии хозяйки, рабам дворовым в целом на это было наплевать, но вот если бы их увидел кто-то из домовой прислуги — рассказали бы барону, и тогда Идрис получил бы очередную выволочку, после которой отходил бы еще пару дней.
— Через три года я должна уехать в Лаис, поступать в академию, но я же знаю, что не справлюсь. Я слишком глупая, — наконец послышался сбивчивый ответ.
— А, опять проблемы с учебой? Попробуйте посидеть подольше над книгами.
— Да я сижу, много сижу! — рассердилась Мари. — Даже очень, но все равно ничего не выходит. Я подслушала разговор своего учителя с отцом. Он сказал, что я безнадежна, а папа так расстроился. Я не хочу видеть его таким. Ну не поступлю я в эту академию!
Идрис с сочувствием взглянул на Мари, но тут же одобряюще улыбнулся, пытаясь остановить нарастающий плач.
— Прошу, успокойтесь, слезами горю не поможешь.
— А чем тогда поможешь?
— Ну…был бы я вашим учителем, может, придумал бы что-то другое, а так могу лишь посоветовать еще больше сидеть за книгами. Если вы все же не хотите расстраивать отца, иного выхода у вас нет, — Идрис достал чистый платочек из рук Мари и утер ей слезы. — А я постараюсь вырастить для вас самые вкусные и сладкие фрукты, чтобы вы угощались во время перерыва. Это все, что я могу сделать, простите.
— Честно, я устала…
— Понимаю, может, тогда вам следует сбегать поиграть с Энн? Отдохнете, наберетесь сил и снова за учебу.
— И что? Нет никакого лекарства, чтобы я стала умнее? — Мари наконец начала успокаиваться.
— Боюсь, что нет.
— Но а как же Лей? Он был таким умным, иногда тайком подсказывал мне ответы, у него все так легко получалось.
— Лей? — Идрис тут же печально взглянул на ясное голубое небо. — Он тоже очень много учился в свое время.
Мари уже хотела было открыть рот: настал ее черед приободрять, как со стороны ворот раздался шум: похоже, Бернард уже вернулся из города, и некоторые любопытные работники тут же решили подойти поглядеть на приказчика, поскольку уезжал он редко, но всегда возвращался с чем-то интересным. Идрис также не остался в стороне, правда, не по желанию, а по долгу службы, будь у него возможность, он бы вообще с хозяином не пересекался.
На сей раз Бернард привез не продукты и не редкие ведьмины вещицы, а нового раба. Смуглый юноша южанин выглядел довольно спокойно и расслабленно. Обычно рабы в такой обстановке терялись, нервничали, а расставание с семьей и близкими вгоняло их в глубокое уныние. «Бедный, должно быть, он уже родился несвободным, раз его вообще ничего не тревожит», — подумал Идрис, подходя ближе.
— Это наш новенький в помощь секретарю, — коротко бросил Бернард.
— Рабам разве можно занимать такие должности?
— Я же как-то стал приказчиком, тупица.
— Прости, не подумал, — Идрис тяжело вздохнул и почесал затылок, пропуская очередное оскорбление мимо ушей.
— Да ты никогда не думаешь. Пока я разбираюсь с прочим товаром, отведи его в дом, дворецкий знает, что делать, — на лице приказчика появилось раздражение, и чтобы не начинать конфликт, Идрис попытался как можно быстрее убраться прочь.
Новому секретарю повторять дважды не требовалось, тот молча спрыгнул с телеги и, легко звеня цепями на ногах, последовал за Идрисом:
— Он тебя унизил, и ты ничего не ответишь? — наконец подал голос юноша.
— Ответишь — получишь по хребтине и уже с больной спиной продолжишь батрачить в полях.
— Ох, прости, это мой первый раз, я совсем не знаю здешних правил. Надо держаться тебя поближе, — юноша неловко улыбнулся. — Меня зовут Яхья.
— Имя необычное даже для южанина. Идрис, будем знакомы, — мужчина протянул руку и немного нахмурился. Юноша только на первый взгляд выглядел невинным и наивным, рука его была твердой, а рукопожатие крепким, на пальцах розовели шрамы, точно такие же, как и у Идриса.
Хитрый взгляд желтых глаз пронзал насквозь, да и лицо как у лисицы явно не вызывало доверия. «Нет, точно не шпион, слишком колоритный», — подумал мужчина. Яхья очень напоминал Сильвана внешне, но те самые важные мелкие детали делали их диаметрально противоположными. Сильван обладал очень миловидной, но совсем не примечательной внешностью, позволяющей быстро сливаться с толпой, и гибким телом, благодаря которому он мог пролезть в любую щель, словно крыса. А вот Яхья, напротив, был очень даже заметен, харизматичен и крепко сложен. Идрис сдвинул брови и потер подбородок. Неужели этот человек не показался Бернарду подозрительным?
— Я родом из пустыни, что простирается за герцогством Аль-Фахим. Мой народ не очень любит посторонних, и мы редко пересекаемся с большой землей, а ты из какой области?
Юноша выглядел совсем расслабленно, что лишь подкрепляло подозрения Идриса.
— Я северянин, — мужчина не успел закончить фразу, как округу наполнил задорный переливистый смех, еще чуть-чуть, и Яхья начал бы кататься по земле в очередном припадке.
— Ой насмешил, мне нравится, что несмотря на тяжелую жизнь, ты сохранил чувство юмора, — юноша немного успокоился и утер, выступившие слезы.
— Я родился на Севере, на Севере и вырос, — Идрис вдруг остановился, подбирая оставленную лопату. Все равно их путь пролегал через сарай, куда в любом случае нужно было отнести инструменты. — Лучше ты расскажи, почему так веселишься, или не понимаешь куда попал?
— Да все я осознаю. Идрис, ты не думай дурного, я не шпион и не диверсант. Одна ведьма мне нагадала, что рабом я пробуду пять лет, после чего мое приключение продолжится вновь, а ее предсказания всегда сбываются, тетушка еще никогда не ошибалась. Так зачем все эти годы грустить и тосковать?
Идрис молча покачал головой. Яхья был прав, если достойная доверия ведьма действительно нагадала ему что-то подобное, то это испытание лучше было проходить с улыбкой на лице. Главное, чтобы его никто из проклятущей троицы не подправил.
— А почему мы идем в обход? Вроде же уже прошли мимо поместья, — поинтересовался юноша.
— Во-первых, тебе вряд ли будут рады, зайди ты с парадного входа, во-вторых, мне надо переодеться, иначе отхвачу за лохмотья в доме. К тому же на обратном пути расскажу немного о правилах и, если удастся, познакомлю с нужными людьми.
Яхья закивал, несмотря на свой несерьезный внешний вид, настрой у него был более чем решительный, да и, похоже, понимание ситуации присутствовало в полном объеме. И все равно этому юноше совсем не доставало жизненного опыта. Криво посмотрит на кого-то из приятелей Бернарда или, не дай бог, решит ему перечить. Сам Идрис на граблях танцевать любил, но не позволял оступаться другим.
За пару минут приведя себя в порядок, мужчина вышел во двор под удивленный свист Яхьи.
— А я уж испугался, что и мне придется лохмотья носить, у тебя, оказывается, есть вполне себе сносные наряды для раба.
— Это не лохмотья, это рабочая одежда, или, по-твоему, я должен в шерстяном сюртуке фундамент равнять? — поняв, что звучит уж слишком раздраженно, Идрис тут же смягчился. — К тому же я не раб барона, мой хозяин — его приказчик. Твоя одежда будет еще лучше, и в отличие от меня, работать ты будешь в доме. Так что не переживай.
Путь их, совсем короткий, пролегал через заново отстроенные бараки и хозяйственные помещения. Где-то неподалёку замычала корова. Вся эта обстановка была чужда Яхье, и он, словно рефлекторно, жался к Идрису, вертя головой по сторонам. Мужчина старался быть кратким: объяснял только самые основные правила и законы, но пара лишних слов в адрес местного конюха все же вырвалась. Вдруг Идрис остановился и кому-то приветливо помахал.
— Повезло по пути вас встретить, — мужчина поздоровался с подошедшими Исмаилом и Джибраилом. Эта парочка, казалось, была неразлучна, поэтому Идрис не удивился, в очередной раз заметив их вместе. — Я как раз хотел представить нового секретаря.
— Помощника секретаря, а если быть точнее — документоведа, — поправил его Яхья. — Рад с вами познакомиться.
— И мы. Южанам надо держаться ближе друг к другу, это Идрис у нас северянин коренной, — поспешил подколоть Исмаил.
Идрис лишь закатил глаза. Эти шутки за пару лет его уже неплохо так доконали, но он пока держался. Яхья, казалось, быстро нашел общий язык с новыми знакомыми, несмотря на их разницу в возрасте. Но оживленная болтовня стихла, стоило грузному мужчине в кожаном переднике появиться на горизонте. Кузнец прошел мимо по своим делам, сопровождаемый неодобрительными взглядами.
— А это кто-то из тройки? — быстро смекнул Яхья.
— Верно, — Джибраил сплюнул вслед ушедшему. — Ты смотри, аккуратнее с ними. Это Идрис может безнаказанно им кости ломать, приказчик покроет, а ты лучше убегай.
— Вот зачем мы подошли, — лицо мужчины немного изменилось, словно стало еще мрачнее и задумчивее. — Он будет работать в особняке, я там частый гость и смогу приглядывать, чтобы наш новенький не перешел дорогу Бернарду, а вы присматривайте за ним во дворе. Хотя, лично мой совет: не высовывайся из дома.
Яхья лишь вертел головой. Он не понимал, почему эти трое так носятся вокруг него, юноша ведь твердо решил вести себя хорошо и смирно, тщательно выполнять свою работу и в целом особо не выделяться, так зачем все эти предосторожности, словно он дитя малое? Идрис своим появлением навел немало шороху среди местных, Джибраилу с Исмаилом знатно помотал нервы, а заодно и себе. Яхья явно не производил впечатление смирного и покорного раба, поэтому никто из тройки не желал повторения истории.
Эти мысли занимали голову не так долго, все улетучились, стоило Яхье пройти внутрь особняка. Он еще никогда не видел подобной роскоши: каждая ступенька отполирована, паркет блестит, а коридоры наполнены различными вазами и статуэтками. Идрис, напротив, не был впечатлен, скорее наоборот по какой-то неизвестной причине отполированный паркет вызывал в нем лишь приступы тошноты и фантомные боли в коленях.
Чисто одетый и причесанный Идрис вызывал у домовой прислуги куда больше симпатии. Пожилая экономка, проходящая мимо, даже успела мимолетом всучить ему медовую грушу, после чего удалилась на поиски дворецкого. Человек он был занятой, поэтому ожидание заняло какое-то время.
— А зачем ты попросил за мной приглядывать? — поинтересовался Яхья, отойдя от очередной картины.
— Не хочу, чтобы ты ввязывался в драку с кем-то из Бернардовой тройки, если ты их покалечишь, будешь серьезно наказан.
— Да с чего ты решил, что я вообще смогу их одолеть? Судя по всему, как минимум кузнец, которого мы сегодня видели, — вампир, а у меня против них нет ни шанса, — юноша лишь развел руками.
— Мне ты можешь не лгать... Если будет возможность, приходи к костру сегодня вечером, расскажешь о себе, — Идрис смолк, как только раздалось цоканье каблуков по паркету. В комнату вошел дворецкий и, смерив обоих оценивающим взглядом, позвал за собой Яхью.
Этот юноша оставлял смешанные эмоции. Явно с ним было что-то не так. Или же Идрис просто себя накручивал? Он не знал. Работы было слишком много, она отняла все силы, так что пальцем шевелить было лень, не то что думать о чем-то сложном. Мужчина планировал расспросить Яхью вечером, когда рабы соберутся возле барака. Перед отбоем у них было около получаса на свои дела, как правило, уставшие после тяжелого дня люди тратили это время на дополнительный отдых, но некоторые собирались у костра, делились добытой где-то едой и травили байки.
Идрис не сомневался, что Яхья явится туда, даже если дворецкий его не отпустит. К сожалению, он не учел одну важную деталь: Бернард опять был не в духе, поэтому запретил посещать бараки и тем более проводить время у костра. «Нечего тебе там делать, совсем идиотом станешь», — бурчал приказчик, запирая замок на пристройке.
Не сказать, что это сильно расстраивало Идриса. Он с удобством устроился на соломе, прикрыв ее какой-то старой мешковиной, и почти сразу заснул. Правда, ненадолго. Где-то в полночь его разбудил стук в окно. Мужчина не сразу понял, что происходит, стук повторился. Встав на шаткую табуретку, Идрис выглянул в окно. На улице стоял Яхья. Его хитрую улыбку можно было разглядеть даже в темноте.
— Ты с ума сошел? Зачем приперся? — злобно прошипел Идрис.
— Я ожидал у костра, как и было велено, но Исая сказал, что скорее всего тебя опять заперли. Мы немного разговорились, и я узнал, что ты любишь книги. Вот, стащил для тебя одну.
— Стащил? У хозяина?! Если это вскроется, выпорят нас двоих! — Идрис чуть ли не закричал, но вовремя прикрыл рот. Не хотелось будить Бернарда, то была бы настоящая катастрофа.
— Да расслабься ты. У барона такая библиотека огромная, от пары томиков ничего не будет. Тем более, что эти книги ушли в утиль после инвентаризации.
— А что за книги? — выдохнул Идрис.
— Да, какая-то глупенькая история про приключения героя в другом мире, — Яхья пожал плечами и встал на носочки, чтобы мужчина мог дотянуться. — Там вся серия в топку, барон, оказывается, человек образованный и утонченный, он такую чушь читать не будет.
Последней фразой юноша явно пародировал дворецкого, что всегда перебарщивал с манерностью в речи и поведении. Идрис засмеялся, прикрывая рот рукой.
— Спасибо, обязательно гляну. — Впервые с отъезда Лея ему стало немного полегче.
