Во мгле ночной

Шум дождя за окном был заглушен веселой светской болтовней и искусным струнным квартетом. В зале собралось достаточно гостей. Как всегда, под конец полевых работ, барон устраивал праздник для своих соседей и партнеров. Дамы и кавалеры, люди, вампиры и ведьмы, все одетые в богатые, но не вычурные одежды, стояли группками, обсуждая последние новости.       В центре внимания был не барон, а Энн, раньше этой чести удостаивался Вернер, но не в этот раз. Девочка наконец получила долгожданное письмо от своей подруги. Старик все еще был жив, времена просветления становились все реже и все чаще он пребывал в беспамятстве, но навыки садовника не забылись. Управительница дома щедро благодарила за помощь в облагораживании сада. Сам же Вернер в редкое мгновение просветления смог передать через Мари свои слова поддержки.       Идрис спрятался в углу, рядом притаился Тэм. Даже в сшитых по размерам богатых одеждах они выглядели несуразно, ощущая себя экспонатами или шутами. Юноша все вертел головой, следя за Энн взглядом.       — Почему бы тебе не подойти и не поговорить? Сейчас идеальный момент обсудить не только работу.       Тэм опустил голову и нервно потер запястье.       — Не могу, когда я пытаюсь заговорить с ней не как с госпожой, все вспоминаю ту ночь. Я испорченный, разве ей нужен такой как я?       — Прекрати, — нахмурился Идрис. — В произошедшем твоей вины нет.       Тэм поджал губы, а в темных глазах блеснули слезы. Утерев их рукавом, мальчик вновь уставился в пустоту зала. Где-то там, между гостей ходил Бернард, вежливо интересуясь, а все ли в порядке? Неподалеку возле компании пожилых бухгалтеров стоял Яхья, каким-то чудом секретарю его удалось заткнуть, поэтому он молчал, вежливо улыбаясь гостям.       Отсидеться в тени не получилось. Барон по просьбе гостей с радостью решил похвастаться всей троицей, что приносила богатство в его дом. Тэм тут же вцепился в рукав Идриса и потупил взгляд. На него еще никогда не глазело столько благородных господ. Лучше бы просто побили, но выхода не было, приходилось вежливо кланяться и шептать приветствия.       Среди толпы выделялся молодой мужчина в дорогом черном костюме, подчеркивающем его алые глаза. Интересный запах достиг его чуткого носа, но он пока еще не мог понять, кому именно этот аромат принадлежал. Поначалу взгляд его скользнул по Яхье. Пары секунд хватило, чтобы распознать его натуру. Горячий, страстный, вкусный, но слишком буйный и непокорный. Вампир мотнул головой и собирался было вернуться к светской беседе, как краем глаза заприметил Тэма, суетящегося вокруг Энн.       Вместе они аккуратными кусочками нарезали ароматную дыню, выращенную специально для гостей. Набрав пару кусочков на тарелку, Тэм по указке Бернарда принялся робко бродить по залу, предлагая лакомство господам. Подошедший мужчина в черных одеяниях как-то разочарованно взглянул на мальчика. Поначалу Тэм показался ему весьма аппетитным вариантом: тихим и робким, но учитывая его физическое состояние и происхождение в целом, кровь на вкус сто процентов оказалась бы горькой и водянистой. Тем не менее вампир решил действовать. Человека ведь всегда можно откормить и подлечить.       Видя, как высокий, богато одетый вампир нависает над Тэмом, а тот не знает, куда себя деть, Идрис быстро отставил блюдо с кусочками дыни и поспешил на помощь, Энн даже не успела среагировать.       — Продолжай, малыш, мне нравится твой рассказ о грядках, — вампир блеснул хищным оскалом. Тэму его компания явно не нравилась, но он из вежливости продолжал отвечать на вопросы, что-то бормоча про редкие лилии в саду.       — Господин, главная садовница польщена вашим вниманием к ее труду. Если хотите узнать что-то о растениях, вам лучше обратиться к ней или ко мне.       Идрис встал перед вампиром, Тэма словно скалой заслонило, и мальчик тут же облегченно выдохнул. Хищные зрачки на секунду расширились. Вампир не понимал, как мог упустить такое сокровище. Да, Идрис был староват, но с безупречным здоровьем, а самое главное, неизвестный господин тут же учуял аромат сладкой крови. Невольно облизнувшись, он вновь расплылся в улыбке.       — Вижу, и вы моими рабами заинтересовались, господин виконт.       Идрис и Тэм тут же вежливо поклонились подошедшему хозяину и хотели было уйти прочь, но барон легко остановил их взглядом.       — Ваши рабы и вправду чудные. Чего стоит только один этот мужчина. Выглядит он весьма и весьма аппетитно, я почту за честь, если вы позволите испить его крови.       — Идрис? — Барон скептически осмотрел искалеченного раба. Выглядел он не очень презентабельно, поэтому мужчина никогда и не задумывался о вкусе его крови. — Ну кто я такой, чтобы отказывать дорогим гостям. Идрис, протяни руку.       Тэм, учуяв, что к нему теряют интерес, тут же растворился в толпе. Он понимал, что разговор Идрису предстоит весьма неприятный, поэтому надеялся найти Энн, однако к своему ужасу наткнулся только на Бернарда, врезавшись в него носом.       Идрис несколько нахмурился и нехотя протянул руку. Он не имел права даже высказать недовольство. Острый коготь виконта проскользил по его запястью, а кровь тонкой струйкой потекла в хрустальный бокал. Не желая дразнить окружающих столь аппетитным запахом, вампир прижал шелковый платок к ране и весело подмигнул Идрису.       Виконт оказался прав. Кровь была изумительной на вкус. И даже скептически настроенный барон был вынужден это признать. Идрис отдернул руку, спешно застегивая манжет.       — Господин Август, как вы могли скрывать такое сокровище?       — Признаться, я и сам поражен. Всегда гадал, что Бернард в нем нашел, — мужчина чуть кивнул подошедшему приказчику.       — Я хочу его выкупить, — тут же не раздумывая заявил виконт.       — Категорически нет, — резко отозвался Бернард, но тут же принял невозмутимый вид.        — Он очень важный работник. Без него Энн будет крайне трудно управиться со всем огромным хозяйством баронства.       — В таком случае, я бы хотел одолжить его на ночь. Барон, вы не против?       — Странные у вас пристрастия, но кто я такой, чтобы судить. Неделей ранее вы преподнесли мне щедрый подарок, предложив наивыгоднейшие условия сотрудничества, не вижу причин вам отказать.       Идрис, что до этого стоял, смирно опустив голову, вдруг напрягся и, пожалуй, впервые за долгое время беспомощно взглянул на Бернарда. Приказчик легко коснулся его ладони кончиками пальцев и тут же откашлялся в кулак.       — При всем уважении, Идрис мой раб, купленный на мои деньги. Я не могу вот так просто разбрасываться своим имуществом.       Барон тут же открыл рот, спеша одернуть своего приказчика, но молодой человек улыбнулся, ничуть не смутившись отказу.       — Я могу заплатить, сколько хотите?       — Господин виконт, простите мою дерзость, но я не сутенер, а мой раб не проститут. К тому же у Идриса завтра тяжелый рабочий день, он уже не в том возрасте, чтобы всю ночь резвиться, а утром, полный сил, обходить убранные поля. Вы отметили безупречный вкус его крови, как насчет литра в качестве презента вам, лично от меня и господина Августа?       Виконт несколько нахмурился, потер подбородок и наконец, пожав плечами, согласился, протягивая Бернарду руку для рукопожатия.       — Ну разве можно отказаться от такого предложения. Это ведь даже лучше, чем я мог себе представить.       — Литр? То есть после безудержной ночи я, по-твоему, кони двину, а от потери крови мне на утро ничего не будет? — злобно шипел Идрис, следуя за Бернардом по коридорам особняка.       — То есть для чужака ты сам ноги раздвинуть готов, а от меня бегаешь? — передразнил приказчик.       — Нет, я ненавижу вас одинаково.       Бернард лишь усмехнулся. Его небольшой кабинет осветили несколько свечей. Идрис бывал тут довольно часто и без лишних вопросов опустился в глубокое кресло, закатив рукав. Хозяин очень ценил его кровь и до последнего надеялся, что о ее невероятном вкусе никто не узнает, но виконт обладал слишком хорошим нюхом.       Обычно Бернард забирал немного, наполнял себе небольшую баклажку про запас. В остальное время он предпочитал пить прямо из источника. Идрис привычным движением закатал рукав и облокотился о спинку кресла, буквально утопая в нем. Бернард не мешкал, он осторожно провел острым когтем по запястью и тут же подставил небольшой кувшин под струйку крови.       — Наступит время, и ты обязательно меня полюбишь.       — Я пытаюсь, честно, но не выходит, — тихо пробормотал Идрис. Картинка в глазах начала плыть, а веки тяжелели.       Потерять сознание ему не позволили. Набрав нужное количество крови, Бернард слизал остатки капель с ранки, которая тут же зажила. Уже на руках у Бернард Идрис отдаленно почувствовал нечто похожее на отвращение, но сил трезво рассуждать уже не оставалось.