Глава 8: ВТОРОЕ ИСПЫТАНИЕ
15 мая 2023 г., 15:36
~~~
Январь прошел в муках, как и первые несколько недель февраля. Его влюбленность в Поттера только усилилась, а Поттер все неохотнее признавал его существование. И это было самое худшее чувство, которое испытывал Драко, но в особом смысле. Ведь когда он имел дело с отцом, это был тошнотворный страх, который можно научиться избегать соответствующим поведением. Это никогда не было приятным. Но быть с Поттером было приятно. И не было способа изменить или избежать тех чувств, которые он испытывал. Однако был и положительный момент: Драко стал ближе к Панси и Блейзу. Вместо того, чтобы идти в спальню после нескольких минут разговора, он оставался и играл с ними во взрывающиеся карты, что у Драко получалось довольно плохо. И хотя игра была весьма напряженной, это было гораздо веселее, чем когда-либо с ними за последние годы. По крайней мере, со времен каникул во Франции, когда они были маленькими детьми. Но веселье с ними не шло ни в какое сравнение с весельем с Поттером, которое, как Драко уже понял, скорее всего, никогда больше не повторится. После ужина, за четыре дня до Второго испытания, Драко шел обратно в общежитие, вытирая ладони о свою мантию, потому что их покрывали крошки от чипсов. Сколько бы раз он не пытался остановить себя, говоря себе, что у приборов есть предназначение, Драко пристрастился есть руками — это было так удобно. Черт бы побрал Поттера за то, что он его этому научил. Драко направился в туалет для мальчиков на первом этаже и намылил пальцы мылом. Тут дверь кабинки за его спиной открылась, заставив Драко обернуться. Из нее вышел Поттер, и их глаза встретились в зеркале. Поттер остановился, вздохнув, а затем закатил глаза, решительно выбрав самую дальнюю от Драко раковину. Драко продолжал мыть руки. Заговорить с ним или не заговорить… Он посмотрел в отражение зеркала и отметил, что все кабинки пусты. Драко сглотнул, его руки погрузились в воду. — Я знаю, что не должен говорить с тобой, но удачи. — Поттер ничего не сказал. Когда он выключил воду в раковине и пошел вытирать руки, он решил, что должен сделать все, чтобы это безумное чувство ушло. — Ты мне нравишься, Поттер, — пробурчал Драко. — Я влюбился в тебя. Я должен был сделать так, чтобы ты влюбился в меня, но я влюбился и сам. — Испытание через четыре дня, — проговорил Поттер сквозь зубы. — Если ты думаешь, что я не знаю, что ты делаешь… — Я не пытаюсь отвлечь тебя, клянусь. Я серьезно. Ты мне нравишься. Сперва казалось, что Поттер действительно собирается что-то спросить, как будто обнадеживая, но потом его лицо скривилось, и он посмотрел на Драко так, что тот вздрогнул. — Это твоя вина. Смирись с этим. — Мне так жаль. Я хочу загладить свою вину перед тобой. — Правда? — Да. — Тогда продолжай со мной не разговаривать. Это то, чего я хочу. Если ты сделаешь это, то, возможно, я прощу тебя к тому времени, когда мы закончим школу. Может быть. — Поттер… — Оставь меня в покое. Я серьезно. Лицо Драко стало красным, а в груди заныло от досады. — Верни мне носки со снитчами. Поттер скрестил свои руки на груди. — Я сжег их. Драко ахнул. — Ты засранец! — Я? Это я засранец? — Это были отличные носки. — От плохого человека. Почему я должен хотеть оставить их себе? — Это все равно отличные носки, к черту того, кто их тебе подарил. Поттер ничего не сказал. Он снова уставился на него. — Ты разгадал яйцо? — спросил Драко, пытаясь заполнить наступившую гробовую тишину, пока они оба вытирали руки. — Да, оно предназначено для того, чтобы бросать его в хорьков, которым нравится играть чувствами людей, но я решил приделать ему крылья и использовать вместо снитча, так что, может быть, в следующем сезоне ты наконец увидишь его и победишь. Драко рассмеялся. На самом деле рассмеялся. В этом смехе не было злобы. Это было чистое веселье, и звук, который он издал, заставил Поттера обернуться с расширенными глазами. — Что ты делаешь? Драко тут же остановился. — Я… кажется, я смеюсь. Наверное… Я никогда раньше не смеялся по-настоящему. Искренне. Ну, наверное, бывало когда-то, но потом мне сказали прекратить… неважно. Думаю, я не знаю, как это делается. Что-то было во взгляде Поттера, что-то более мягкое, чем его суровый взгляд, но Драко не смог уловить что именно. Может быть, ему было жаль Драко? Да. И тогда он простит его! — Ты смеялся вместе со мной. Думаю, это тоже была ложь. — Нет. Малфои не смеются. — Что это вообще значит? Ты не можешь запретить кому-то смеяться. — Вообще-то… да. Можешь. Меня так учили. Технически, каждый раз, когда я смеялся с тобой, я нарушал правила Малфоев. — Почему это против правил? Драко сглотнул. — Смех — это признак слабости. — Нет, это не так. — Теперь я это знаю, — Драко прокрутил фамильный перстень на пальце и посмотрел в пол, — благодаря тебе. Хоть что-то хорошее из этого вышло. Я никогда раньше не смеялся над чем-то, что не причиняло кому-то боль… как когда мы играли в квиддич или ты отпускал пошлые шуточки. Это было очень приятно. — и затем он робко добавил, — Спасибо. Поттер посмотрел на него, но ничего не сказал, и Драко показалось, что на него смотрят миллионы глаз. Он чувствовал себя уязвимым, незащищенным и находящимся под властью Поттера, что было ужасно. — Я оставлю тебя в покое. Может быть, я смогу загладить свою вину перед тобой после окончания школы? — Я бы не надеялся на это. — глаза Поттера сузились. — Я сказал, может быть, я прощу тебя к тому времени. Подчеркиваю, может быть. Драко кивнул и ушел с гораздо большей надеждой, чем когда пришел. Ведь изначально Поттер утверждал, что они больше никогда не будут разговаривать. И посмотрите на это. Они только что разговаривали.~~~
Несколько дней спустя Драко, Блейз и Панси сидели в одной из лодок, которые доставляли учеников к сцене посреди Черного озера. — Выглядишь ужасно, — сказала Панси. — Я плохо спал прошлой ночью. — Драко уставился на мягкие волны, обнимающие лодку, когда она рассекала воду. — У тебя все еще Поттеровская болезнь, — хмыкнул Блейз. При одном упоминании его имени у Драко заныло в животе. Он не ответил. Когда они добрались до платформы, он взобрался на одну из верхних площадок и ухватился обеими руками за ограждение. Все вокруг болтали, заходя на стадион и предвкушая встречу с Поттером и остальными чемпионами. Драко встал на цыпочки, чтобы видеть вторую площадку и нижний уровень, где стоял Поттер, нервно переминаясь с ноги на ногу. Черт, его волосы так эффектно развевались на ветру… Заткнись, Драко. — Добро пожаловать на Второе испытание, — объявил Дамблдор, усилив свой голос чарами. — Прошлой ночью у каждого из наших чемпионов было что-то украдено. Своего рода сокровище. Эти четыре сокровища, по одному для каждого чемпиона, теперь покоятся на дне черного озера. Чтобы победить, каждому чемпиону нужно лишь найти свое сокровище и вернуться на поверхность. Довольно просто. Вот только на это у них будет всего лишь час и только час. По истечении времени они будут предоставлены сами себе. У Драко скрутило живот. — Сколько поставишь на то, что Поттер проиграет? — спросил Блейз. — Ставлю на то, что он выиграет. Десять галлеонов, — Драко безучастно посмотрел на них, а Блейз и Панси уставились на него расширенными глазами. — Он же Поттер. Он всегда выигрывает. Когда он снова посмотрел на Поттера, тот сжимал грудь и задыхался. Стоп, Поттер задыхался? Дамблдор продолжил. — Начинайте после выстрела пушки. — Эй, сделайте что-нибудь! — закричал Драко, но как раз в тот момент, когда он это крикнул, грохот пушки возвестил о начале гонки, и остальные чемпионы нырнули в воду. Поттер, однако, оставался на платформе. До тех пор, пока Грюм не толкнул его. Драко перегнулся через ограждение и потянулся за своей палочкой, готовый бросить в него проклятием. — Драко, — схватил его Блейз. — Ты сейчас упадешь. — Он задыхается. Ему больно. Грюм хочет, чтобы он утонул. — Все вокруг радостно кричали, и Драко был готов убить их всех за это. Неужели они не понимали, что это опасно? У него возникло желание спрыгнуть с платформы. Но едва он сделал шаг вперед, как Поттер вынырнул из воды и сделал сальто в воздухе, на его ногах виднелись плавники. Драко глубоко вздохнул и вытер лицо. Жабросли. Умно. — Я вижу, ты забыл о спокойном и собранном образе Малфоя еще в общей гостиной, да? Твоя маска окончательно разрушена? Драко взглянул на Блейза. А затем они стали ждать. Это должно было занять всего час, но каждая минута тянулась как день, и у Драко уже болели руки от того, как крепко он держался за ограждение. Все оживленно болтали, как будто никому не было дела до того, что Поттер находится там, внизу, с таинственными существами, способными его убить. — Ты выглядишь так, будто вот-вот упадешь в обморок, — Панси толкнула его в плечо. — А что, если он пострадает? — голос Драко сорвался на шепот. — Хм? — Какого черта они отправили его в Черное озеро, — процедил Драко, — Ты знаешь, кто там водится? Насколько оно опасно? Ты видела русалок из окон нашей гостиной? Они злобные! Панси и Блейз переглянулись. — Ты и правда беспокоишься о нем, не так ли? — Панси положила руку на плечо Драко, и тот оттолкнул ее, потому он чувствовал себя странно. Прикосновение было подобно огню на его зудящей коже, но это было ничто по сравнению с тем, что пылало в его груди. У Драко свело живот, когда появился первый чемпион, и, к его ужасу, это был не Поттер. Та же надежда рухнула, когда на поверхность всплыли все остальные чемпионы и их друзья. — Он всплыл? — Нет, — ответила Панси. — Он все еще там, внизу. Часы пробили час. — Почему он до сих пор не всплыл? — Драко бросился к Панси, как будто у нее был ответ. — Последнее место, — Блейз наклонил голову. — Десять галеонов. Парень, ты слишком веришь в Поттера. Драко сунул руку в карман, вытащил горсть галеонов и протянул их, не отрываясь от воды. Блейз перетряхнул монеты. — Драко, это вдвое больше твоей ставки… — Любое зелье или заклинание, которое он использовал, не продержится так долго, и ты их слышал. Он теперь сам по себе! Что если он умрет? — Я не знаю. Уизли и сестра Делакур всплыли на поверхность. Ложная надежда. — Почему они ничего не делают? Они просто дадут ему утонуть? Затем всплыл Поттер, и облегчение захлестнуло Драко, как цунами.~~~
Сердце Драко колотилось в ушах, когда он смотрел, как Поттер и его друзья вылезают из лодки. Они смеялись, как будто это было в порядке вещей, как будто они не знали, что такое не смеяться, и принимали это чувство как должное. — Холодно, — Грейнджер прижалась к Уизли и Поттеру. — Пссст, — прошептал Драко, когда они проходили мимо дерева, за которым прятался Драко. — Поттер. Поттер посмотрел на дерево. — Э… — Ты в порядке, Гарри? — сказала Грейнджер. Глупая грязнокровка, вали уже. Но тут к нему подошел Барти Крауч. — Поздравляю, Поттер, отличное выступление. Он оттащил Поттера от его друзей. И Драко смог их подслушать. — Молодец, парень. Мне жаль, что мы не поговорили. В конце концов, твою историю я слышал много раз. Весьма примечательная. Безусловно, очень трагично потерять свою семью. Никогда уже не стать единым целым, не так ли? — Барти на мгновение запнулся. — Тем не менее, жизнь продолжается. И вот мы здесь. Я уверен, что сегодня твои родители гордились бы тобой, Поттер. Может, хватит болтать, подумал Драко, выглядывая из-за дерева. Но тут он увидел, как Грюм сошел с лодки, и Драко скрылся за другим деревом. Грюм огрызнулся издалека — Бартемиус! Мы же не пытаемся заманить Поттера на одну из летних стажировок в Министерство? Последний мальчик, поступивший в Департамент министерства, так и не вышел оттуда. И они говорят, что я сумасшедший! Затем наступила тишина, и Драко выглянул, чтобы увидеть Грюма, идущего в направлении Барти. Тем временем Поттер двинулся дальше, и Драко запаниковал. — Поттер, сюда, — позвал он. Поттер обернулся. — Дерево? Драко ущипнул себя за переносицу. — За деревом, идиот. Любопытство исчезло с лица Поттера, на смену ему пришел гнев. Он повернулся на пятках, но Драко схватил его за запястье. — Поттер. Пожалуйста. Выслушай меня. — Продолжай. — Поттер снова повернулся к нему, хотя выражение его лица было совсем не приветливым. — Хорошо, если ты не хочешь… Подожди, что? — Ты сказал, что хочешь поговорить. Говори. — Поттер плотнее натянул на себя полотенце, на его лице было заметно волнение. Драко проглотил комок в горле. Внезапно заготовленных слов показалось недостаточно, и он, запинаясь, сменил тему. — Ты сегодня отлично справился. Спас других. Это было восхитительно. Безгранично глупо, но… потрясающе. Второе место — это неплохо. — И это все? — Нет, э… — Просто скажи это, Драко. Ты всё портишь! — Почему ты здесь? Драко полез в карман пальто. — Я знаю, что они от меня, но это действительно самые лучшие зимние носки. Поттер несколько мгновений смотрел на новую пару, прежде чем взять их. — Они очень мягкие. — Прости меня, — сказал Драко. — Я серьезно. Поттер несколько мгновений смотрел в пол, прежде чем поднял на него глаза. — Ты вообще гей? Драко замер. Черт возьми, почему Поттер всегда так прямолинейно задает вопросы? — Я… я не знаю, если честно. Но я знаю, что ты мне нравишься. И я пытался, правда пытался, избавиться от этого дурацкого чувства, которое возникает, когда я вижу тебя. Но стало только хуже. Я чувствую это, когда думаю о тебе, а я не могу перестать думать о тебе, так что я чувствую это практически все время. Я думал, может быть, это чувство вины за то, что я сделал с тобой. Я думал, может быть это зависть. Но… Это не так. — Тогда что это? — Я часто думаю о твоей улыбке. И о том как ты смеешься, когда играешь в квиддич. — Он моргнул несколько раз, крутя фамильный перстень на пальце. — Мне страшно, когда тебе страшно. Я злюсь, когда ты злишься… Счастлив, когда ты счастлив. И я никогда раньше… не чувствовал того, что чувствует кто-то другой. — Это называется эмпатия, — с издевкой сказал Поттер. — Я что, должен тебя пожалеть? Ты сделал это с собой. — Поттер, ты не понимаешь. Я не хочу симпатизировать тебе. Это жалко. Я всеми фибрами своего существа хочу, чтобы это был не ты. Но это так. И я ничего от тебя не жду. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я сожалею, и я действительно это имею в виду. И я не хочу, чтобы тебе было больно. Прости за то, что мне пришлось сделать, чтобы понять это. Лицо Поттера смягчилось и на нем появилось выражение довольства. — Ты действительно втюрился в меня, да? — Да. Я знаю. Я жалок. Хочешь, я прокричу об этом на всю вселенную, чтобы все об этом узнали? Поттер сдержал улыбку и покачался на пятках. — Это потому что я тебя поцеловал или потому что ты хочешь еще? — Аргх! Почему я заговорил с тобой об этом. подожди, знаешь что? Да. Вообще-то, да. Может быть, это потому, что мы сделали это неправильно, и если ты поцелуешь меня сейчас, это поможет мне избавиться от всего. — Действительно? — Поттер скрестил руки, его челюсть напряглась. — Ты думаешь, я куплюсь на это? — Куплюсь на что? Лицо Поттера закаменело. — Ты… действительно имеешь в виду… — Да. Поцелуй меня. Может быть, это освободит меня от тебя. Идеально, я освобожусь от тебя прямо сейчас. Наконец-то, есть решение. — Я не думаю, что это так работает. — Нет, работает. Это прогонит Поттера из моей головы. — Хорошо. — Они стояли так несколько секунд, Драко ждал, когда Поттер сделает шаг. — Ты имеешь в виду прямо сейчас? — Да, прямо сейчас, — отрывисто ответил он. Они стояли близко друг к другу. Очень близко. Поттер чуть не рассмеялся, потому что он просто не привык, чтобы кто-то вот так вторгался в его личное пространство. — Ты собираешься это сделать или нет? Поттер прижался к нему всем телом, и Драко почувствовал его запах (он был не очень приятным, в основном пот и озерная вода — неужели он не мог влюбиться в какого-нибудь парня из Шармбатона, который постоянно смотрел на него украдкой и пах шоколадом?) Он чувствовал дыхание Поттера на своем лице, пока Поттер изучал его взглядом. — Почему бы тебе не поцеловать меня, раз уж ты так жаждешь этого, — пробурчал Поттер. Драко замялся, не в силах придумать ответ. Его взгляд переместился на губы Поттера, которые так и манили его. Он все еще помнил, как это было в первый раз. — Я не жажду. Я просто… пытаюсь… исправить то, что ты со мной сделал… — Я думал, ты не хочешь меня целовать, — шепотом поинтересовался Поттер. — Хочу, — прошептал Драко в ответ, потянувшись вперед, и Поттер повторил его движение, пока их губы не встретились. Они делали это не потому, что были влюблены друг в друга, скорее, потому что просто хотели покончить с этим. Покончить друг с другом. Но подождите. Это было приятно. О Мерлин, как это было хорошо. Драко знал, что ничто в мире не может вызвать таких ощущений. Его сердце учащенно билось, но он не хотел останавливаться. Чтобы сохранить равновесие, Драко положил руку на щеку Поттера, что удивило последнего. Она была холодной, но мягче, чем он думал. Затем Драко почувствовал, как его притянули за пальто. Поттер тоже хотел его целовать. Они целовались гораздо дольше, чем Драко ожидал. Едва двигая губами, но все же целовались. И Драко даже не волновало, что надоедливые очки Поттера впиваются ему в лицо. Казалось, что он просто парит без метлы. Поттер отстранился, и их губы разъединились, к ужасу Драко. Он не знал, сколько сейчас времени и где он находится. Все, что он знал, это то, что сейчас он ощущал самое прекрасное чувство. — Изменилось что-нибудь? — вздохнул Поттер. Глаза Драко дрогнули и открылись, в то время как глаза Поттера оставались закрытыми еще несколько секунд. Губы Драко приоткрылись, и он посмотрел на лицо Поттера. На его щеках появился легкий румянец, и он поспешил отстраниться. — Что я наделал? — Хуже? — Намного хуже. Поттер ухмыльнулся, но это переросло в улыбку, и он посмотрел на озеро, прикусив губу, прежде чем снова повернуться к Драко. — Ты почувствовал что-нибудь? — спросил Драко. — Я и в первый раз почувствовал. Да, мне понравилось целоваться с тобой. Но это не отменяет того, что ты сделал. — Ах, значит, отработка была заранее спланирована. — Это была месть, — ухмыльнулся Поттер, — За то, что ты меня обидел. Мне нужно было как-то сокрушить твое эго. — Значит… я не целуюсь, как дохлая рыба? — Нет, — смущенно сказал Поттер. — Мне неприятно это признавать, но ты действительно хорошо целуешься. Обычно Драко на подобное замечание лишь усмехнулся бы, но сейчас ему хотелось кричать, как маленькая девочка. Поттер только что сказал, что он хорошо целуется. Поттер! — Хочешь еще? — Да, — сказал Поттер, и отступил назад, когда Драко наклонился к нему с колотящимся сердцем, — Но ты ни одного не получишь. — Хорошо, — нахмурился Драко, облизывая губы. — Извини. Правда. — Я понял. — Я не думаю, что ты понял. Я никогда раньше не извинялся. Никогда. Мне пришлось извиниться перед тем глупым первокурсником, потому что ты не хотел, чтобы я над ним издевался. Но это не считается. Ты — мое первое искреннее извинение. Я никогда не думал, что за всю свою жизнь я когда-нибудь перед кем-нибудь извинюсь. Особенно перед тобой. — Это неудивительно. — От порывов февральского ветра Поттер задрожал. Его одежда насквозь промокла, как и полотенце. — Ты, наверное, замерз. Поттер покачал головой, — Я в порядке. Но Драко, не задумываясь, расстегнул шерстяное пальто, не сводя с Поттера глаз. Они расширились, когда Драко протянул ему его. — Возьми. Но Поттер не сводил с него глаз, поэтому Драко усмехнулся и сделал единственную логичную вещь, которая пришла ему в голову: бросил пальто в него. Поттер поймал его в последнюю минуту — и это хорошо, потому что Драко убил бы его, если бы тот хоть немного запачкал его. Это был один из самых милых его поступков. — Ты заболел? — Заткнись, Поттер. — Жестоко по отношению к возлюбленному, не находишь? — пошутил Поттер, накидывая пальто на плечи и крепко прижимая к себе. От вида Поттера в его пальто, сердце Драко затрепетало, и это было отвратительно. Знал ли Поттер, сколько он на него потратил? Это был не просто потрепанный джемпер, которые всегда носил Поттер. — Послушай. Я не какой-то хаффлпаффец. — О нет! Ты все это время меня обманывал. Драко оскалился. — А еще больше я не люблю и не делаю того, что делаете вы, больные гриффиндурки. — И что теперь? — спросил Поттер. — Что ты хочешь от меня? Драко сделал паузу. — У тебя есть ко мне чувства? — ответ пугал его. Поттер колебался, и Драко нахмурился. — Я не знаю настоящего тебя, — сказал Поттер. — Персонаж, которого ты играл… Он мне понравился. Но насколько ты далек от него? — Не знаю. Действительно не знаю. — Тогда зачем ты здесь, если ты ничего не знаешь? — Я знаю, что общение с тобой заставляло меня улыбаться. А я никогда раньше не улыбался, и мне было очень хорошо, и я хочу, чтобы и дальше было хорошо. И это очень глупо, потому что посмотри, каким дураком я себя сейчас выставляю. Это жалко. — Ты просишь второй шанс? — Я не настолько глуп, — сказал Драко. — Очевидно, что я тебе не нужен. Прости, что потратил твое время. — Драко собрался уходить, сделав шаг, но Поттер остановил его. — Убеди меня, почему ты заслуживаешь быть со мной. Если ты сможешь это сделать, тогда я соглашусь на настоящее свидание. Но Драко стоял на месте, зная ответ в глубине души. Он сделал паузу, задыхаясь от дрожи. — Я не могу. Я не… Я совсем не заслуживаю тебя. Ты заслуживаешь гораздо большего, чем я. Я не заслуживаю даже смотреть в твою сторону. Я не заслуживаю того, чтобы стоять рядом с тобой, и тот факт, что ты вообще знаешь о моем существовании, — это акт твоей благосклонности и твоей доброты, которых я не заслуживаю. Поттер выдохнул. — Вау. Ты ответил правильно. Драко сглотнул и опустил голову. — Спасибо, что уделил мне время. Мне жаль. Я всегда буду сожалеть. — Увидимся завтра в семь. — Что? — Ты слышал, что я сказал. И тебе лучше принести пирог с патокой. — Хорошо. — Драко думал, что упадет в обморок, когда Поттер развернулся на пятках. Он был в его пальто, и что-то в этом вызвало в душе Драко трепет. — Тебе лучше вернуть мое пальто завтра, и я клянусь, если на нем будет хоть одна складка, я тебя прокляну. Поттер спрятал улыбку и натянул пальто еще сильнее, и сердце Драко пустилось вскачь.~~~
