Первая

Сара, обгоняя каждого из тех, кто вошёл в казино, бежала к своему кабинету. Оставив дверь открытой настежь она надела халат, собрала волосы в тугой хвост и принялась мыть руки так, как учили в университете — со всем фанатизмом и соблюдая правила санитарии. К моменту, когда она надела перчатки и достала нужные инструменты, Вишня и Майкл занесли в кабинет раненого — Джейка. Того самого, который работал на Драконов ради возможности оплатить лечение сестры. Вскоре они с трудом уложили его на кушетку. Всё-таки переговоры окончились так, как и предсказывал Аарон: и поножовщина, и перестрелка, и рукопашка. Никто не умер — это главное. Среди Драконов оказалось пятеро раненых, однако с этим Сара планировала быстро справиться. — Вишня, разрежь джинсы до колена, — скомандовала Сара, положив на стол ножницы, сама она готовила укол с анестезией. Когда всё было готово к тому, чтобы вытащить пулю, вошедшую в ногу, врач потребовала у посторонних покинуть её кабинет и обратилась к Джейку. — Джейк? Всё нормально, слышишь? Тебе нужно говорить со мной. Расскажи мне про свой любимый фильм. — Я не смотрю фильмы, — простонал парень и вдруг вскрикнул, когда почувствовал, как в мышцу вошла игла. — Но… но в детстве я очень любил тот, про собаку… Пока Джейк с трудом пытался объяснить, о каком фильме он говорил, подействовала анестезия, а за то время, что пересказывал сюжет и описывал свои эмоции от просмотра, Сара вытащила пулю, которая, к счастью, вошла не так глубоко и не разорвала артерию. — И чем ты себя развлекаешь, если не фильмами? — спросила девушка, готовясь к наложению швов. — Ничем, — Джейк говорил тихо и слабо, но в рамках допустимого для его состояния: всё-таки крови он потерял не так много. — У меня времени на развлечения нет. Ты же знаешь, наверное, что у меня сестра в кресле сидит. Мне её на ноги ставить нужно. Сам сдохну, но она пойдёт. Она… не помню, в восемь вроде под машину попала. Еле живая осталась. Мама чуть с ума не сошла. — А отец? — Нет у нас отца. Джейк сделал то, чего сам от себя не ожидал — рассказал постороннему человеку о своей семье. У него не было сил на то, чтобы волноваться о мнении Сары на этот счёт, а Саре было не до формирования этого мнения, да и после этой операции она вряд ли вспомнила бы об этом. За время тяжёлого для парня рассказа, настоящей исповеди, врач закончила со швом. Остались мелочи — обработка и бинт, с этим она быстро справилась. — Ты молодец, Джейк. Тебе нужно отдохнуть, — призвала она, разместив ширму так, чтобы никто его не увидел. После вышла в коридор и обратилась к Вишне, всё это время стоявшему у двери. — Зови остальных. Одному парню сломали нос, у другого Сара диагностировала сотрясение, третьему пришлось накладывать швы — один из Фениксов полоснул его по руке, но обошлось без страшного, вены были целы. Каждый из них получил чёткий план по уходу за своим увечьем, вскоре Сара отпустила их, а того, которому не повезло получить сотрясение, отправила домой с сопровождением одного из оставшихся целым Драконов. — Где Аарон? — спросила она у Вишни, наблюдавшего за её работой. — На баре. — Зови сюда. — Не придёт, можешь даже не пытаться. Хмыкнув, Сара сняла четвёртую по счёту пару перчаток и попросила парня побыть с Джейком, а сама ушла в зал, точнее — к бару. Там Аарон, прижав к щеке салфетку, допивал второй стакан воды. Вокруг него были разбросаны покрытые кровью салфетки, которые теперь оказались бесполезны. — Дай посмотрю, — потребовала девушка, отрывая руку Главы от лица. Правая рука Сандерса то ли специально, то ли совершенно случайно полоснул Аарона по лицу, оставив не маленьких размеров рану, кровь из которой всё никак не останавливалась. — Нужно наложить швы. Идём. — Я просил не трогать меня, что не ясно? — рыкнул мужчина, смерив Сару горящим злостью взглядом. — Ты отказываешься даже обработать, совсем… — Отойди от меня, Сара. Ещё слово — я за себя не ручаюсь. — Дай мне сделать свою работу! Я должна оказать тебе медицинскую помощь. — Не нужна мне твоя помощь, — повысил голос он и, поднявшись с барного стула, шёпотом добавил: — Идиотка. Оскорбление в свой адрес Сара перенесла гордо — сделала вид, будто Аарон ничего не сказал, и продолжила заниматься своими делами. У бармена, брезгливо убравшего окровавленные салфетки, попросила крепкий, сладкий чай для Джейка и вернулась в свой кабинет. Вишни к этому моменту там уже не было: он вместе с Майклом ушли вслед за Аароном. Им предстояло новое обсуждение. — Нам повезло, что Сандерса не было, — констатировал Вишня. — Иначе бы нож не по лицу прошёлся, а по твоему брюху. — Без тебя знаю. Более лирических отступлений не было. Теперь Аарон без малейшего сомнения выбирал точки, которые теперь им предстояло патрулировать. Он всё ещё не собирался бросать Драконов в пекло, но готовил их к защите города. Вот только одной защиты было недостаточно, Майкл был прав, когда два дня назад говорил о необходимости бить по Фениксам, но куда бить, кроме как по бару, который Сандерс выкупил сутки назад, никто не представлял. Кроме того, разгромить бар значило закопать и некоторых сентфорцев, которым не было дела до смены руководства в излюбленном месте. Было принято решение отправлять первых патрулирующих уже этой ночью. Вишня вызвался составить график выхода отрядов на свои точки, Майкл обещал наладить их работу. Большего не произошло. Ещё полчаса мужчины смотрели на исчёрканные карты, крутили их и ломали головы. Ничего не выходило, план нападения так и не был разработан, и Аарон принял решение взять перерыв ровно на час, после которого, как он считал, они с новыми силами сядут за то же дело. Перед тем как Майкл и Вишня ушли, потребовал пригласить в кабинет Сару. Девушке предстоял полный разбор полётов. Сара безучастно заняла стул напротив Аарона, пока тот убирал на край стола карты и канцелярию. Особо не думая над своими действиями, открыл окно и вновь занял привычное место. Кажется, он делал всё, но только не нужное сейчас: может, пытался привести в порядок мысли, а может, и вовсе не стремился к тому, чтобы говорить с врачом. Последний раз промокнув салфеткой рану, он убедился, что кровь практически остановилась. И наконец, сделав тяжёлый вдох и резко выдохнув, начал разговор. — А теперь, отчаянная ты моя, поговорим. Какого хрена ты полезла защищать Майкла? — Его чуть на месте не прирезали, я должна была сидеть в машине и смотреть на это? — Именно это ты и должна была делать — сидеть в машине. Всё. Больше от тебя ничего ничего не требовалось. А спасать его тебя никто не просил, он с ножом обходится лучше, чем с женщиной. Это первое. Второе — ножей у него с собой было дохера. И третье — людей вокруг было ещё больше, чем у него грёбаных ножей. Ты серьёзно думаешь, что даже если бы что-то пошло не так, чего произойти просто не могло, никто бы не помог ему? — Я сделала так, как посчитала нужным, — безэмоционально ответила Сара и тут же пожалела о содержании своего ответа. Губы Аарона растянулись в полубезумной улыбке, глаза отражали искреннее негодование. Крутя в руках высокий пустой стакан, он начал вполне спокойно: — А голову включить нужным ты явно не посчитала, я смотрю. Я думал, ты человек слова, Сара, выходит, это не так. — Это так. Я всегда держу своё слово, но… — Тогда вернёмся к вечеру, когда ты впервые оказалась здесь. Какие условия я ставил тебе, помнишь? Самое первое — не лезть в конфликты. Полезла. Теперь вспомним разговор перед выездом: сидеть в машине до последнего. Я взял тебя только ради того, чтобы ты оказала помощь, если бы кто-то при смерти был. И что я получил? Ты вышла из машины и плевать хотела на все условия! — теперь Аарон говорил совсем громко, а Сара еле сдерживала себя от того, чтобы не ответить ему в том же тоне. — Какая теперь разница… — Разница, блять, есть, О’Нил! Ты первый раз пошла против правил, пойдёшь и второй! Нахера ты мне нужна, если ты только нервы трепешь?! — выкрикнув последнее, мужчина схватил стакан и с яростью швырнул его в стену, посуда разлетелась на сотни осколков. От неожиданно громкого звука Сара вздрогнула. — А если бы тебя вместо Майкла пырнули, что бы мы делали?! Ты единственная здесь с медицинским, никто, никто, блять, тебя не вытащил бы! Просто включай мозги и делай, как сказали — всё! Только прозвучало последнее слово, Сара быстро, но с огромной уверенностью в своих действиях прошла к выходу. — Стоять. Я не отпускал тебя, О’Нил. Но девушка и не думала останавливаться. Она уже была совсем близка к тому, чтобы покинуть кабинет, даже открыла дверь, но Аарон всё-таки оказался быстрее. Грубо притянув девушку за плечи, он развернул её лицом к себе, словно тряпичную куклу, и прижал спиной к стене, еле успев хоть немного смягчить столкновение. Их лица были совсем близко, и пока Сара видела первородную ярость в глазах Главы, Аарон не видел ничего, кроме стыда и сожаления. — Ты всё поняла? — так же громко, как и до этого, спросил он. — Да. — Что ты поняла? — Не лезть в конфликт и не трепать тебе нервы, — севшим голосом, практически неслышно проговорила она. Ещё пару мгновений Аарон словно чего-то добивался, продолжая держать её, но больше ничего не происходило. — Отлично. Иди. Аарон, как и полагается Главе банды, не был преисполнен нежными чувствами по отношению к людям. Его прямой обязанностью всегда была холодность и жёсткость, и её он выполнял исправно. Но всё-таки он не помнил, когда в последний раз позволял себе повысить голос до того, что связки едва выдерживали крик. А вот кричать на женщину ему не приходилось вовсе: Сара, абсолютно не думающая о своей безопасности, стала первой. Рваным, резким движением мужчина закрыл окно, пытаясь понять, зачем вообще открывал его, если ненавидит холод. Зато Сара любила прохладу, но факт того, что он открывал окно каждый раз, когда она заходила, ещё не обозначился в его голове. Он делал это скорее интуитивно, не тратя времени и сил на поиск причин. Глава стоял, оперевшись руками на подоконник, и бесцельно смотрел в окно, когда дверь за его спиной скрипнула. — Какого хера без стука? — процедил он, не обернувшись к вошедшему. — Ты же ко мне не стучишься, почему я должна? — прозвучал женский голос. Ну конечно, Сара. Кто ещё рискнёт вот так просто войти к нему. — Во-первых, есть такое понятие, как субординация. Во-вторых, я не приглашал тебя. — Господи, да успокойся уже! — взмолилась девушка, уставшая от агрессии и крика. — Вообще не впечатляют твои выпады. — Клянусь, О’Нил, в один прекрасный день я точно убью тебя, — нервно рассмеялся в ответ, не имея сил на большее. — Что ещё тебе нужно? — Ничего. Наконец обернувшись, Аарон хотел лишь потребовать, чтобы она немедленно вышла из кабинета и не попадалась ему на глаза в ближайшие сутки. Но настолько большим было его недоумение, что он вмиг забыл, чего хотел от неё. — Что ты делаешь? — Женскую работу. Третье условие, уже забыл? Сара собирала осколки. Совсем крупные, не опасаясь, брала голыми руками, а мелкие — сметала в принесённый ею со совок. Протерев глаза, Аарон подошёл к сидящей на полу девушке, поднимая на ноги. — Уйди. Просто сядь где-нибудь и сиди. Не надо обращаться со мной, как с ребёнком. — Ну, убирай сам, раз так хочешь, — усмехнулась она, заняв не стул для гостей, а кресло хозяина кабинета. Удобно устроившись, сказала, будто невзначай: — Твоя проблема не только в агрессии, но и в периодической невнимательности. А невнимательность иногда больно ранит. По собственной же невнимательности Аарон напоролся на мелкий осколок. Шикнув, он тут же избавился от него, вместе с другими сметя в совок, а на слова Сары он не обратил особого внимания. — О чём и речь. Но я не только про стекло говорила. — Давай без лирики. Говори прямо, что имеешь в виду. Самовольно развернув карту, лежащую на углу стола, Сара ждала, когда Аарон закончит с тем, что осталось от стакана. Когда это наконец произошло и мужчина оказался по другую сторону стола, указала на одну из самых старых улиц города, проходящей вдоль «границы» между Сентфором и Дэвилтауном. — Где-то здесь находится склад Фениксов. Если учитывать… — Какой ещё склад? — перебил Аарон. — Кто из нас криминальный авторитет — ты или я? Тебе лучше знать, какой. Короче, не знаю! Но он точно там есть. Будь я на месте Фениксов, эту улицу я бы и выбрала, чтобы сбывать продукцию или скрывать её от полиции. Во-первых, улица старая до ужаса, практически никто там и не живёт — нет свидетелей. Во-вторых, рядом с лесом и далеко от казино — легко добраться и остаться незамеченными. Ну и в-третьих, они сами сказали об этом. Это был совершенно тупой диалог, услышала как раз тогда, когда ты меня обратно в машину потащил. Суть уже не передам, но улицу я запомнила. Дальше: это либо двадцать восьмой дом, либо двадцать шестой. Логика та же — ближе всего к лесу, дальше от людей, плюс полностью заброшенные. И рядом свидетелей тоже нет: в двадцать седьмом и двадцать пятом уже в мои пятнадцать никто не жил, странно, что их не снесли до сих пор. Ну и всё. Делай с этой информацией что хочешь, но я уверена во всём, что сказала. Этим Сара и закончила. Отложив карандаш, подняла взгляд на Аарона, полностью погрузившегося в размышления. Если она была права в своих предположениях, то у него появлялся повод усомниться в своём статусе «криминального авторитета»: не знать, что на твоей же территории вражеская банда вытворяет всё, что захочет, — позор. Пока мужчина рассматривал условное изображение двадцать восьмого и двадцать шестого домов, Сара совершенно наглым образом обхватила его подбородок пальцами и повернула голову так, чтобы лучше рассмотреть рану на щеке. Цокнув, сказала: — Не расстраивайся особо, если заражение крови диагностируют. — Так обработай, чтобы его не было. — Нет. Тебе же не нужна моя помощь, — поднявшись на ноги, размяла плечи и наконец распустила волосы. Массируя кожу головы, заметила на себе недовольный взгляд. Хмыкнув, девушка убрала со стола карту, будто нарочно, чтобы мужчина отвлёкся от неё. — Аарон, расслабься. Серьёзно, тебе нужно уметь просто отдыхать. Ты, наверное, не в курсе, но у тебя с одними мигренями риск инсульта возрастает, а из-за постоянного стресса — риск онкологии. С такими прогнозами до пятидесяти дай бог дотянешь, и то много. — А что ты предлагаешь, бросить всё и уехать из штата к чёртовой матери? Не получится, Сара. На мне лежит слишком большая ответственность, в том числе и за тебя, кстати. Нет у меня времени на то, чтобы расслабляться. — Тебе и не нужно много времени, — девушка повторила его положение тела, опираясь руками о стол. Они снова оказались слишком близко друг у другу, но теперь из-за неё. — Посвяти самому себе хотя бы один вечер. Просто подумай, чего ты хочешь прямо сейчас, и сделай это. Сара договорила, а в ответ ей Аарон лишь усмехнулся. Конечно, он не прислушался бы, но она и не пыталась этого добиться, поэтому не особо расстроилась, поняв, что следовать её совету он не будет. Но тем более неожиданным было то, как поступил мужчина. Похоже, он всё-таки решил сделать, что хотел. Саре двадцать три года, и последний раз поцелуй выбивал кислород из лёгких в восемнадцать, а в последний раз целовалась чуть ли не в двадцать два, когда единственный раз в своей жизни напилась так, что даже не запомнила лица того парня. И вот сегодня, когда ей двадцать три грёбаных года, она совершенно растерялась то ли от неожиданности, то ли от чего-то другого, что мог вызвать обычный поцелуй. Но, к её счастью, Аарон в скором времени отстранился, не сделав ничего такого, что могло бы заставить её раскраснеться. — Такие желания… кхм, принято согласовывать, — едва подбирая слова, прошептала она и опустила глаза. — Думал, невербально мы давно согласовали это, — хмыкнул мужчина, выпрямляясь. — Если нет — извини. — Ты такой же, как Вишня — самонадеянный и… и… — задыхаясь от неизвестно откуда взявшегося вдруг возмущения, Сара силилась подобрать слова, но быстро сдалась. — Да пошёл ты! Тяжёлый стук сердца чувствовался даже в горле. Трясущимися пальцами убрав волосы за уши, девушка обошла стол, направляясь к выходу из кабинета. Кажется, в тот момент она сама не знала чего хотела: уйти или всё-таки задержаться рядом с ним ещё на пару минут. — А ты прямо как школьница, — бросил ей в спину Аарон, беззлобно смеясь. — Честное слово, я же не на столе тебя разложил, просто поцеловал. Выбор стал очевиден: она остаётся. Этому поспособствовала насмешливая, цепляющая её чувство собственного достоинства реплика. Развернувшись, Сара скорым шагом подошла к нему совсем близко и, глядя на него снизу вверх, смело предложила: — Так разложи. — На слабо берёшь? — Сейчас или никогда, Хилл. К ней вдруг вернулась природная уверенность, с которой она редко расставалась. Настолько неожиданным для неё был поцелуй, что она не нашла ничего лучше, чем осадить его. Но разве она сама не хотела чего-то подобного? Глупо было бы отрицать, что это так. Вот только дальнейшее её предложение было хотя желанным, но необдуманным, скорее оно было попыткой задеть Главу Драконов. Думать об этом было уже бесполезно, ведь всё, что ей оставалось — поддаться второму, теперь уже далеко не сдержанному поцелую мужчины. Аарон целовал её, не кусая губ, не сжимая с силой волосы на затылке — он не был излишне груб, но в каждом движении языка, касании ладоней чувствовались непоколебимая уверенность в своих действиях и сила. Именно это Саре и нравилось в мужчинах — уверенность и сила. Она и сама не была скромной и дала это понять, отвечая на поцелуй с тем же жаром и нетерпением. Едва слышно девушка выдохнула, когда Аарон поменял их местами, прижав её к столу, и стал проявлять всё бóльшую несдержанность. Тут же резким движением снял свитер шоколадного цвета, отбросив его бог знает куда, и прижался уже обнажённым, благодаря Саре, торсом. Они раздевали друг друга, пожалуй, слишком быстро, но это было им только на руку. Усадив девушку на стол, Аарон стянул с бедёр последнее, что на ней оставалось, и, закрепив одну её ногу на своей талии, предупредил: — Не вздумай кричать. Нас не должны услышать. Только Сара хотела возразить, попросив не льстить самому себе, но поняла, что сказал он это не напрасно: может, долгое отсутствие близости с мужчиной сыграло свою роль, а может, Аарон действительно не был обделён природой, но так или иначе ей едва удалось сдержать себя от того, чтобы не вскрикнуть, когда он вошёл во всю длину. Движимая неизвестным чувством, она опустила глаза, но не успела и сфокусировать взгляд, как мужчина, крепко держа её за подбородок, заставил смотреть её выше. — В глаза, Сара. Только в глаза. Но всё-таки долго сохранять зрительный контакт она не могла и совсем скоро, обняв его за плечи, впилась в губы крепким поцелуем. Темп вместе с тем становился всё выше, и Сара, постанывая в губы в такт движениям, поклялась себе, что больше никогда не допустит близости в казино. С Аароном не хотелось сдерживать себя, но, к сожалению, другого выбора у них не было. Однако был способ избежать участи быть услышанными, Сара знала себя и была уверена, что это непременно поможет ей быть тише и получить удовольствие. Ладонь Аарона лежала на её затылке, и, уличив момент, когда она опустилась чуть ниже, девушка плавным движением перевела её, заставив мужчину несильно сжать пальцы вокруг изящной шеи. Сара в наслаждении откинула голову прежде, чем успела заметить в глазах Главы искру безумия. Он ни за что не сомкнул пальцы сильнее положенного, но кое в чём дал себе вольность — вбивался в податливое тело жёсткими толчками, выходя полностью, а после вновь заполняя до упора. Его резкие толчки выбивали из тела последние силы, голова кружилась от недостатка кислорода, а перед глазами шли еле заметные круги, но всё это нравилось ей. Сара чувствовала, что близка к пику, и Аарон, словно поняв это, коснулся самой нежной точки женского тела, порывисто массируя и верно подводя девушку к оргазму. Только тело её задрожало, а губы раскрылись в немом стоне, он чуть крепче прижал её к себе и, подавшись вперёд, заставил лечь на стол — всё-таки они ещё не закончили. Теперь мужчина был с ней другим — всё ещё явственно ощущались его сила и уверенность, но это не мешало ему быть нежнее, чем пару мгновений назад. Саре не приходилось сдерживать себя, ведь вряд ли кто-нибудь мог услышать её частое дыхание и едва различимые стоны, и уж точно никто, кроме её партнёра, не мог видеть расслабленную, полную наслаждения улыбку на её губах. Аарон двигался в ней так, будто был у неё первым, знал это, но при этом не изменял самому себе. Всё в ней доводило до безумия: улыбка, горящие глаза, тяжело вздымающаяся грудь и такое красивое тело. Всё подводило к финалу, и вскоре с глухим стоном он излился на бедро. Буквально пару мгновений он был рядом: целовал уставшую девушку, касался её, стирал солёные капли пота с её лба. Но всё-таки скоро он вновь выпрямился, потянулся к стопке салфеток, принесённой пусть и не для этой цели, но нужной сейчас, и стёр семя со светлой кожи. А после он помог подняться ей на ноги, и оба в полной тишине, будто и ничего не было, принялись одеваться. Поправив свитер, Сара снова потянулась к мужчине за поцелуем, вот только в этот раз Аарон отвечал с неохотой. — В чём дело? — Зря мы это начали, Сара. Не время, — с сожалением прошептал он, прижимая к себе ничего не понимающую девушку и не зная, что может ждать их впереди.