Искусство великого самообмана

—Что? – удивлённо воскликнул Харэн, со скрипом приподнимаясь со стула. Разумеется, ему это не нравится! Во первых: сестре четырнадцать, а Шеру уже давно за восемнадцать. Во вторых: Фишер собирается его променять? Нет ну, конечно Рэйн только за.. Но не на его же сестру! Да и умирать как-то резко расхотелось. Разумеется, Шеру не очень понравилась подобная реакция со стороны его сожителя. Мужчина тут же поднялся и мощно стукнул кулаком по столу, нечего тут бунт объявлять. Зеленоглазка притих и сел обратно, страх.. как лоза, которая крепко обвила его шею и теперь сжимает её, лишая кислорода. Дыхание сбилось, стало неровным, обрывистым. А в тебе зашкаливает адреналин.. Ох, вот такая реакция Фишерфаеру по душе. Только вот, продлилась она недолго. Уверенность вновь вернулась, с потоком злости и ярости, пылающей в зелёных глазах. Если раньше там был мирный, но болеющий лес, то сейчас лес сожгли. Лас горел столпами алого пламени, которые тянулись до синих небес. Огонь жаждил поглотить и уничтожить всё. Он тянется жадными руками, пытаясь захватить небеса, чтобы и те горели.. пытается расползтись, как паутина – везде, в каждую дырочку, в каждую щель. Этот огонь носит имя ненависть. Она бурлила в Хэйре ещё давно, но сдерживалась. Наступил переломный момент, когда он выскажет свою позицию. Будь что будет – его не убьют! Хэйрэйн знал это, он отлично знал и решил воспользоваться моментом. —извини ты меня, дорогуша, но это уже перебор! Как и когда ты встретился с Блубэрри? Ты что-то ей сделал? Хранят тебя братья, если да, ибо я тебе за это живот вспорю, скот! Ты меня слышишь? Ты меня слышишь? Безугамонно кричал парень, чуть ли не срывая себе голос. Блайбэрри одна из причин жить дальше, одна из причин заставлять себя дышать до последнего, и этот выродок собирается лишить её счастья и обратить детство в сплошной ад? Это несправедливо. Фишер подобного совсем не оценил. По его лицу и телу в общем медленно, но уверенно растекалась лють и ярость, достигающие пика. Мужчина резко подскочил со стула и в темпе подошёл к бунтующему. Хотел было тот его ударить как что-то.. внутри переключилось. Злое и угрюмое выражение лица Фишерфаера стало хитрым, как у лисы. На лице заиграла широкая улыбка, а глаза сузились в прищуре. Напряжение в мышцах и теле вовсе исчезло, даже не оставляя следа за собою. Хэйрэйн удивлён подобному? Безусловно. Парень уже думал, что его изобьют до полусмерти и оставят гнить в своей комнате. Но нет, к счастью всё обошлось. Шер просто потрепал юношу по волосам и уже через секунду покинул комнату, направившись к выходу из квартиры. Скрип. Шаги. Громкий хлопок. Тишина. Он просто так ушел, даже ничего мне не сделав? Поразительно. Но чувство тревоги не покидало голову и всё тело.. Кажется, всё это неспроста. ••• На дворе уже стемнело, в квартиру доносилось едва слышное пение каких-то птиц, решивших устроить концерт, и шёпот волн от моря, расположившегося совсем неподалёку. Хэйрэйн сидел у себя в комнате, ему больше было нечем заняться. Сидел на кровати и обречённо смотрел в стену, просто считая числа. —тысяча двести..тысяча двести один.. Монотонно бормотал себе под нос парниша, постоянно перелеплетая меж собою пальцы. Ну а вот Лурус, к слову сидела у себя. Дверь в квартиру громко распахнулась, из коридора доносились разговоры.. был ещё один, детский и тонкий, который вскоре переменился девичьим визгом. Это Лурус. Вместе с этим были слышны шаги, которые стремились в его комнату. Он не боится возможной угрозы полиции? Хотя, что за полиция.. Хэйрэ даже не ищут, всем будто бы плевать на его пропажу.. Да и соседей нет. Не сезон же. Дверь в комнату медленно открылась с неприятным скрипом, а в дверном проеме как обычно стоял Фишерфаер, только вот держа черноволосую девчонку за голову. —Хэйрэйн, я тебе ничего не сделаю. Но мне придется тебя привязать, хорошо, хороший? – в голосе была.. сплошная доброта. Которая на секунду давала поверить в эти пропитанные ложью слова, а так же в хорошие намерения Шера. Но сопротивляться это не лучшая идея. По этому парень неуверенно кивнул, изучая взглядом происходящее. Фишер на то улыбнулся, опуская свою дочь с грохотом на пол. Дабы та не убежала, мужчина громко захлопнул дверь в комнату. Конечно, девчонка могла бы просто подняться с пола и открыть дверь самостоятельно. Но страх буквально сковал голубоглазую, даже не смотря на то что её отец кружился вокруг белобрысого юноши. К слову, в карманах обшарпанной куртки Шера много чего лежало.. Виднелась толстая веревка, которая торчала и чуть ли не выпадала оттуда. Так же пустой кошелёк.. И с виду острый кухонный нож средних размеров. Через несколько минут Хэйре сидел на кровати, скованный той самой верёвкой. Парень со страхом и интересом ждал. Что будет дальше? Зачем Фишеру пригодилось связывать Хэйрэ? В воспоминаниях тут же всплыли те самые кошмары, связанные с этим клятым местом. Хэйрэйн попытался выкинуть их из головы, сосредотачиваясь на одной лишь Луру. Её голубые глаза, как моря, только состоящие не из воды..а из страха. Их можно разглядывать вечно. Высокие волны паники, в которых плескалась рыба. Глубинный гнев, который сдерживали водоросли страха. Вариантов много.. Но факт остаётся фактом – Ру до жути напугана. Что такого ей сказал её отец? Обычно она так не пугается.. Как тут мужчина грубо схватил дочурку за волосы вновь, поволочив поближе ко мне. Обладатель янтарных глаз бесцеремонно поднял девочку с пола с помощью её волос, которые как будто сейчас выпадут и оторвутся вместе со скальпом головы.. Луру болезненно поморщилась, крепко стиснув зубы. —вот помнишь, как ты сегодня на меня накричал? – начал Фишер, с непонятливо серьезным тоном. Он не зол, но он и не рад.. это была спокойная, серьезная речь. —Она тоже так иногда делала. В последнее время уж слишком часто.. – Шер резко ткнул пальцем ей в лицо, чуть ли не попадая в глаз. Хэйрэйн насторожился, в подозрении прищурившись. —так вот.. – После этих слов свободной рукою черноволосый достал тот самый столовый нож из кармана. На лице вспыхнул гнев, а так же.. чёрт возьми, самодовольство! А вот беловолоска занервничал, ведь непонятно что ждать от этого типа с ножом в руках. Хотя.. зачем себя обманывать? И без того очевидно, какова его цель. Луру завертелась, пытаясь вырваться из хватки своего батяни, который наоборот лишь сильнее сжал чёрные пряди в своих руках. Он не особо спешил действовать.. Только то и делал, что глядел то на свою дочурку, то на Хэйрэ. И знаете какое сходство между Лурус и нашим белобрысиком сейчас? Они оба напуганы. Не знают, что будет дальше. Им страшно.. до безумия страшно. И это забавляло Шера, как какая-то веселая детская игра или новая игрушка для ребёнка. —Ну скажите что-нибудь друг другу! А то молчите, как неродные.. – Фишерфаер от собственных слов заулыбался. Мужчина пнул свою дочь, как будто дав команду "скажи что нибудь" —С..спасибо. – тихо, едва-ли слышно, прохрипела Ру, после чего сорвалась на затяжной и сухой кашель. Фаер кинул злой взгляд на Хэйрэ, заставив того дрогнуть. Парнишка нервно сглотнул и хотел было что-то сказать. Но не смог. Всё что получилось это выдавить из себя какой-то странный утробный звук. Черноволосый как-то безразлично хмыкнул, вновь поворачиваясь к своей дочери. —это всё? – на всякий случай уточнил Шер. Лурус активно закивала, уже и не сдерживая текущие рекою слезы. Они плавно оставляли за собой дорожки на мягких и розоватых щечках, а после падали на пол, превращаясь в маленькое мокроватое пятнышко. Девчонка будто бы стала грозовой тучей, из которой идёт неугомонный ливень. Фишер кивнул и покрепче сжал блестящее лезвие в руках, резко поднося его к шее девчонки. По этому он и связал Рэйна. Ведь будь тот развязан то что-то начал бы делать.. Возможно, это бы и стало спасением обоих. Если бы не был Рэй связан.. То он бы смог на пару мгновений свести с толку Фишера. И они бы с этой настрадавшейся душою выбрались отсюда. Но сейчас.. Хэйрэ даже сказать ничего не мог. Он молчал, с ужасом в глазах наблюдая за происходящим перед ним. Черноволосый сделал ещё несколько шагов к пареньку, максимально близко поднося Лурус. Девочка уже просто плакала. Не брыкалась, не двигалась.. Просто беззвучно лила слёзы и кривилась. И Рэйя заставляли на это смотреть! Тот даже шевельнуться не мог. Один лишь взгляд этих.. великолепных, но таких печальных, бескрайних голубых глаз.. заставлял почувствовать невероятный стыд и вину, которые как тень будут преследовать тебя ещё не один день. Голубоглазка хотела что-то сказать, что-то ещё.. Но её отец был другого мнения. Острый нож вонзился той в шею, после чего Шер начал поворачивать его в ней. Ранее серебрянное лезвие начало окрашиваться в ярко-ярко красный цвет. Лурус захрипела и закашляла.. изо рта вылетали капли крови, а лицо плавно бледнело и приобретало голубоватый оттенок, прямо как её глаза. Капли кровушки, которыми кашляла Ру начали окрашивать в частности и белое, почти что бесцветное лицо Рэйна. Он не плакал, не кричал, как обычно принято показывать в американских кино.. Всё тело как будто пронзило током. Не было никаких эмоций, помимо животного страха, который полностью растерзал подсознание мальчика. Уже через пару мгновений Фишерфаер ухмыльнувшись, отпустил почти умирающую дочь на пол, оставив вместе с нею и столовый нож. —тебя конечно в любом случае постигнет такая же участь. Но если будешь устраивать подобные концерты чаще..то на этих выходных ты уже будешь расти цветочками в клумбе. – последние слова звучали не весело, Фишер их чуть ли не прорычал, после чего посмотрел на умирающую Ру. Мужчина не стал томить и тут же достал нож из шеи своей дочери. Взгляд его такой.. бездушный. Он смотрел на свою дочь так, как будто это абсолютно незнакомый ему человек. Простой прохожий. Хотя, даже если бы это и был простым прохожим.. люди в своем разуме как минимум испугались бы. Кровь полилась струёй, пачкая руки и куртку Фишера. Мужчина недовольно поморщился, после чего резко пнул тело своей дочери ногой. —Поживешь с ней. – это было последними словами мужчины, перед тем как покинуть полную печали комнату. На глазах у Хэйрэ.. Луру сделала последние вдохи, последний раз покашляла. Ровно перед тем, как её слезившиеся глаза не расслабились. Ровно перед тем, как её голос стих навсегда. Ровно перед тем, как её душа покинула её тело. Ровно перед тем, как Луру умерла. И вот, парень всё же набрался сил что-то сказать.. Хрипло, хило, тихо, скорбно. —Прости меня.