Быть соулмейтом Николая Ланцова

      Следующий путь до ручья прошел в тишине. Дамир недовольно поглядывал на меня, но не смел больше заговорить. Устав, я все-таки ответила на предложение Димитриеия и забралась вторым всадником ему за спину. Моя связь с лесом от этого не пропала, как я боялась. Я все еще ощущала каждую травинку, а также чужие шаги по лесному покрову. Совсем потемнело, когда мы добрались до ручья. — Принцесса, — позвал меня подполковник, когда я умывала лицо и руки, промывая рану на плече от падения, — нам стоит остановиться, чтобы перевести дух, подкрепиться, отоспаться и напоить лошадей… — А также решить, куда нам идти дальше, — кивнула я, соглашаясь с опытным военным. — Я не многое знаю о военной жизни… — Не переживай, — улыбнулся он, успокаивая. — Мы с парнями по очереди будем сторожить твой сон… — Но я… — Не стоит, принцесса. Тебе лучше отдохнуть. Наверное, проголодалась от использования сил? — как-то по-отечески спросил Димитриеий. — Пока что мы слишком близко находимся к Ос-Альте, а потому костёр лучше не разжигать… Придется перекусить хлебом и вяленным мясом, да и согреваться только сможем плащами. — Не переживайте, принцесса, — поддакнул Павел. — Мимо нас ни одна муха не пролетит! — Но ведь вам тоже надо отдохнуть… — Сдюжим, — кивнул Влад, — служба такая.       Я расчистила место на опушки возле ручья, зафиксировала в памяти каждую хрупкую веточку поблизости, чтобы в случае хруста и разрыва связи с моей силой, я смогла среагировать. Брат молчал, устроившись под деревом и не желая больше заводить разговоров. Моя голова была квадратная от пережитых эмоций и переживаний, и я тоже не хотела с ним разговаривать, да даже видеть его у меня не было желания. Офицеры сняли седла с коней, поставив их полукругом в самом центре. Павел передал мне скудный ужин, который я даже не заметила, как проглотила, а после уложила голову на одно из седел, укрываясь собственным плащом.       Земля была холодная, да и воздух от ручья тоже был свежим. На небе поблескивали первые звезды. Я по привычке сжала амулет в руке, обращаясь в молитве к Джелю. В первую секунду даже напугалась, не почувствовав вторую веточку, но после вспомнила, что именно сегодня утром подарила Николаяайю ее. О Джель, защити его, сбереги для меня. Как же я скучаю по нему, по его нескончаемому позитиву, нахальной и дерзкой улыбке, веселому говору, красивым чистым глазам, сильным рукам. Веточка в моей руке одиноко закрутилась, а метку обдало холодом. Пожалуйста, Николаяаяй, подай хоть какой-нибудь знак, как тебя найти.       Я не заметила, как уснула. Ветер что-то шептал мне на ухо, ему вторили кроны деревьев, шум их листвы успокаивал. Даже не могу припомнить, когда чувствовала такое единение с природой. Мне казалось, что даже животные реагировали на меня. Белки, как будто задерживались, чтобы принюхаться к моему запаху, птицы с интересом рассматривали и охраняли мой сон, так же, как смотрят за собственными гнездами, лисы обнюхивали оставшиеся следы и помогали их скрыть своими хвостиками. А возможно это все мне только приснилось.       Утро встретило меня предрассветным небом, а также коротким шепотом Павла и Влада. Лейтенанты обсуждали ситуацию во дворце, делали ставки, а также с грустью отмечали, кто мог погибнуть, а кто остался жив. Этот разговор напомнил мне о случившемся вчера, а также запустил мурашки по коже. Я снова сжала амулет в руке, ища помощи в этом ритуале, ища ответы, ища Николаяаяйя. Пока успокаивала свои нервы, глотая слезы, пыталась адекватно предугадать следующие свои шаги.       В нашем импровизационном лагере послышалось новое движение — Димитриеий пошел наливать воду в фляги. Я поняла, что необходимо вставать и иди дальше, хоть сил на это не было. Встав, отряхнула с одежды грязь, а также по очереди кивнула всем сопровождающим меня людям. Мой взгляд остановился на Дамире, он казалось не двигался со своего места, все также сидел под деревом и изучал округу странным взглядом. Заметив мой интерес, он поднялся и подошел ко мне. Как-то синхронно, то ли опасаясь за мою жизнь, то ли желая узнать суть предстоящего диалога, офицеры подошли ко мне. Все мы собрались в центре опушки. — Нам нужно продвигаться к границе с Фьердой… — начал брат, не пожелав ни доброго утра, ни попытавшись узнать хоть что-то еще. — Нет, — почти одновременно ответили мы с подполковником, он одобрительно глянул в мою сторону, но продолжил говорить сам: — Нам нечего делать на границе, тем более, когда наш враг заключил союз с твоей страной. Нас в лучшем случае возьмут в плен, а в худшем расстреляют на месте… — Я вас проведу тропой, которой бежал я, — не отступал Дамир. — Она проходит аккурат между аванпостами, а значит, нам ничего не грозит… — Только вот нам нечего делать во Фьерде, — заметила я. — Лично я, и скорее всего эти доблестные офицеры поддержат мое решение, но я не собираюсь бежать из Равки. — А что ты собираешься? — язвил брат. — Дать отпор Дарклингу? Тогда вам обратно во дворец! Но это не означает, что я тебя туда отпущу. — С чего ты решил, что мне нужно твое разрешение? — злилась я. — Наши планы не должны волновать тебя, потому что, уж прости, но они всегда были и будут государственными. Я благодарна тебе за спасения в детстве и сейчас, но у меня другой путь, а тебе со мной не по пути… — Думаешь, я выдам тебя Дарклингу или дрюскелям? — Нет, я не хочу подвергать ни тебя, ни наших родителей опасности, — покачала я головой, не желая с ним спорить и кричать. — На каком положении ты в Ледовом Дворе? — Дезертир и предатель, — выплюнул он. — Знаешь ли, хотел спасти сестру! — И ты спас меня, спасибо, — снова напомнила я, стараясь держать спокойное лицо. — А сейчас тебе стоит вернутся во Фьерду той самой тропой, забрать родителей и уплыть в Новый Зем… — Прогоняешь? — сузил он глаза. — Принцесса хочет защитить свою семью от Дарклинга, — пояснил Димитриеий, видя, что мне не приносит удовольствия этот диалог. — И это самое логичное решение в сложившейся ситуации. Что в Равке, что во Фьерде, сейчас вы будете в опасности… — То есть ваш Черный генерал не собирается нападать на Новый Зем? — Собирается, — честно призналась я. — Он тот самый кровожадный и злой дрюсье, которых надо отлавливать и сжигать на кострах. Его сила давно не является даром, а несет только боль и страх. И Новый Зем не является безопасным местом, но это все, что я могу для вас сделать… — Ты не хочешь увидеть родителей? — серьезно спросил он. — Не думаешь, что они могли скучать по дочери? Ты уперлась только в свою связь с соулмейтом, совсем позабыв о семье! — Ты прав, — ответила я после недолгого молчания. — Я не хочу их увидеть, потому что боюсь, что они изменились также, как ты. Я хочу хранить те воспоминания о них, как что-то светлое, а не омрачать их настоящим… Возможно изменилась я, но это все равно ничего не меняет. Я выбрала свой путь…       Дамир долго смотрел мне в глаза, ожидая увидеть в них тень чего-то прошлого, а может боль от сказанных слов. Но моя боль была иная — я хотела быть рядом со своим соулмейтом. И как бы эгоистично это не звучало, но я не желала также видеть родителей или его. После он кивнул, явно расстроенный сложившейся ситуацией, возможно он был зол, скорее всего он жалел, что рискнул всем ради меня, а еще наверное он продумывал, что же ему делать дальше.       От еды я отказалась, и все утро мы делили провизию. Дамиру было близко до границы, да и он уверял, что сможет поохотится, если будет необходимость. Какая-то часть его понимала меня, может быть продолжала слепо по-братски любить, а может быть пыталась загладить свою вину. Поэтому он оставил большую часть провизии, не взял лошадь, отдал свой плащ, а также поделился патронами к винтовке. Другая же часть была на меня обижена, а возможно уже вычеркнула меня из семейного древа. Ушел он, не попрощавшись, даже не подняв голову. Вопреки всем моим ожиданиям, на сердце было легко. Так и должно было случится.       Офицеры молчали, не желая как-либо высказываться по поводу Дамира, или же общей ситуации. Я понимала, что должна начать, должна что-то сказать, но не знала что. Так мы сидели на седлах в кружочке на опушке какое-то время. Наконец, я решилась: — Какие у нас есть варианты? — Если Николай выжил… — начал Димитриеий, но заметив мой взгляд, исправился: — То есть, он выжил, и ему надо куда-то отправиться так, чтобы Дарклинг не думал его там искать… По всей Равке есть множество военных баз, заброшенных или действующих, куда он мог отправиться… — А может он будет перемещаться от одной базе к другой, чтобы наверняка запутать Дарклинга, — предположил Влад. — Что есть на севере? — спросила я, на удивленный взгляд других я пояснила: — Сейчас после «союза» с Фьердой вся граница будет под усиленной охраной, и хоть быть как раз под носом у врага очень опасно, но как раз в стиле принца. На западе каньон — и оказаться зажатым между двумя огнями не вариант. — Несколько заброшенных баз. Одна через несколько дней пути на северо-восток, вторая еще дальше, но западнее, там дня три пути… — рассуждал Димитриеий. — Еще есть одна почти что в районе Раевности, но до нее неделя пути, как минимум, — продолжил Павел. — Мы можем проверять их по очереди. Пополнять запасы продовольствия и патронов… — Передвижение верхом хоть и будет быстрым, — заметил Влад, — но и заметным. Надо решить, оставляем ли мы коней? — Да, это, Владик, ты правильно сказал, — похвалили его подполковник. — Только вот и вьюки, да принцесса… — Я не хрустальная, — ухмыльнулась я. — И вообще, почему вы называете меня принцессой? Николас не делал мне предложение.       Мужчины неловко переглянулись друг с другом, а после Павел аккуратно ответил: — Мы люди служивые, простые. Тем более метка… Для нас вы давно принцесса, супруга нашего принца, да и… ну… — Этот вопрос он хотел решить как раз-таки вчера, — пожал неловко плечами Димитриеий. — Так что наша обязанность, не просто сохранить вам жизнь, но и вернуть принцу для… так сказать…       Я невольно покраснела, опуская взгляд. Из глаз чуть снова не брызнули слезы, а на губах блеснула глупая улыбка. Глупый Николаяаяй, наверняка придумал какое-то шоу, представление по прошению моей руки, а ведь мог просто спросить утром, когда все было так хорошо и спокойно. От признания офицеров я еще больше прониклась к ним уважением и дружбой. — Мы же найдем его? — спросила я, подняв глаза на них. — Конечно найдем, принцесса, — выдавил улыбку подполковник, стараясь убедительно врать. — А может он найдет нас быстрее…

***

      Лошадей было решено продать в ближайшем селении. Отправили меня и Влада, как молодую сельскую пару. Мы продали трех из четырех лошадей и купили еще провизии на несколько суток. Еду и деньги было решено экономить, так как было непонятно, что будет завтра. На деньги с седел было куплено два спальных мешка, а также мешок, в который и была помещена вся провизия. Так как спальников было два, а спящих было три, потому как один из офицеров всегда стоял на стреме, то было решено, что мы будем меняться каждую ночь. Как бы мужчины не убеждали меня, чтобы я на постоянной основе спала в мешке, но я была непреклонна и настаивала на своем.       Продвигались мы медленно. Единственная наша лошадь везла на своей спине провиант и спальные мешки. Винтовки никто из офицеров не пожелал убирать на лошадь, предпочитая поддерживать лямку рукой и всегда быть готовым к атаке. Иногда удавалось разжечь костер, когда мы забредали в уж очень отдаленные места. Влад оказался отличным охотником, а Павел имел в своем арсенале нескончаемый сборник анекдотов и историй. Димитриеий же обычно старался опекать меня, что-то рассказывал из своего военного опыта или же предлагал следующие места для ночлега.       Каждую ночь я устремляла свой взгляд на небо, чувствуя постоянство от одного и того же вида, а также ощущала биение сердца леса под своими ладонями. Мыслями и молитвами я обращалась к Джелю, но тот молчал, не желая мне помогать. На севере было не так тепло и спокойно, как на юге. Крестьяне, казалось, здесь были добрее, да и не так сильно обращали внимание на прохожих. На расспросы отвечали охотно, а какой-то староста даже предложил нам переночевать у него, хоть Димитриеий настоял, что лучше на такое не вестись.       Прошло около недели, когда мы достигли первой заброшенной базы. Мужчины заметно обросли бородкой, одежда потрепалась, а общая усталость уже скопилась в теле. База оказалась пуста. Даже намека на чье-то присутствие не было. На самой базе ночевать мы не стали, а расположились неподалеку, решив, что несколько дней стоит понаблюдать за ней. На запасном складе базы нашли какие-то консервы и старые патроны. После безуспешно потраченного дня двинулись дальше.       После второй базы, которая в этот раз была опасно окружена людьми в военной форме, уверенность в правильности выбранного направления таяла на глазах. Никто из моих сопровождающих не рискнул выйти из укрытия, потому как все понимали, кому сейчас служат эти военные. Мы несколько долгих часов обсуждали, куда дальше податься, засидевшись до глубокой ночи.       В ту ночь меня посетило странное чувство, которое потом усиливалось, нарастало, убеждая меня, что я действую правильно. Веточка в моих руках будто горела, а метка пульсировала. В первый раз я испугалась, что что-то не так с Николаяаем, но мне понадобилось три ночи, чтобы понять, что это знак. Тот самый ориентир, который укажет путь к моему соулмейту.