Девушка в Скорлупе

1956

31 марта

— Брат, завтрак готов.       Меня разбудил голос Юкари. — Который час? — Половина восьмого. Сегодня отличная погода, так что не залёживайся. Я хочу проветрить футоны. — Понятно.       С кухни доносился аппетитный аромат супа мисо. Вот только жаль, глаза у меня слипаются. — Сейчас накрою на стол.       Сестра проворно умчалась на кухню. Я достал сигарету и закурил. В дверь постучали. Хмм… Гость? Кто бы это мог быть в такую рань? — Да, входите.       Дверь открылась, и на пороге появилась до забавного массивная мужская фигура. — Что, это ты, Уозуми? — Что значит «что», грубиян? — Сам грубиян. Я только собрался завтракать, и тут заявляешься ты. — Брат, я тоже считаю, что так гостей не встречают.       А вот и Юкари пожаловала. — А, Юкари-тян, доброе утро. — С добрым утром, Уозуми-сан. Не желаете ли позавтракать вместе с нами? — Что ж, если я вас не стесню, почему бы и нет?       «Никакого чувства такта» — подумал я. Мы уселись за стол и стали есть. — Умм… Вкусно. Хорошо, что сегодня я не позавтракал. — Так ты специально за этим пришёл? — Тема такого сорта, что я бы не хотел обсуждать её прямо здесь. — Ааа. Понятно.       Что ж, обсуждать убийства, сидя за завтраком, и правда не лучшая идея. — Это никак не связано с предыдущим делом? — Разумеется, нет.       И правда, ведь Кусака сейчас за решёткой. — Опять убийство с расчленением. — проворчал Уозуми, нарезая лосося на ломтики. — Этот мир, определённо, сошёл с ума. — О чём это вы говорите? — спросила Юкари. — Тебе этого лучше не слышать.       И правда, если продолжим развивать эту мрачную тему, завтрак будет безнадёжно испорчен. — Да, точно. К тому же, пока мы ни в чём не уверены. — Вот как? Пожалуйста, берегите себя. — Конечно. — отозвался мой друг.       Я вышел из дома вместе с Уозуми. — Что, Рейдзи, ты куда-то собрался? — Ага. Хочу кое-что проверить, пока на дворе ещё утро.       Может быть, если зайду утром, Мамия Синзо окажется дома. — То дело, хотя оно и не связано с Кусакой, но очень похоже. — вдруг сообщил Уозуми. — Похоже? — Личность погибшей ещё не установлена, но это, скорее всего, молодая женщина. Если что, могу я вновь обратиться к тебе за помощью? — Вот, значит, как? Ладно, подумаю об этом на досуге. — Что ж, рассчитываю на тебя. — сказал Уозуми и зашагал по направлению к станции.       Похожее преступление… Пока Уозуми сообщил мне не слишком много. По паре оброненных фраз мало что можно понять. Надо бы предупредить Токо и Юкари, что бы те были осторожнее…       Я сел на автобус до Хои и вышел неподалёку от дома Мамии Синзо. Как и прошлый раз, здесь мёртвая тишина. Я присел на корточки и изучил цепочки следов перед крыльцом. Но ни одна из них не оказалась свежей. Похоже, со вчерашнего дня здесь ничего не изменилось. — Хмм.       Значит, дом и правда необитаем? Даже если адрес указан верно, сам Мамия Синзо может жить где угодно. Например, в городском отеле или рёкане. Если так, здесь он может вовсе не появляться. В таком случае продолжать расследование в этом направлении становиться затруднительно. Будь это дело связано с преступлением, мне бы здорово помогла полиция. А так… — Охо-хо. всё туфли в грязи. И угораздило же кого-то построить здесь дом…       Этот голос… Я поспешил спрятаться в тени дома. — Аа… Невыносимо, почему в середине весны вся дорожка травой заросла?       И вот, не прекращая недовольно бурчать, из леса появился Мори Йоруцуки. — Пусть даже этот дед и с причудами, но мог бы хоть ответить на звонок. Чёрт…       Йоруцуки подошёл к дверям и постучал. — Эйй, Мамия-сан? Это Мори из «Мутандо».       Время шло, а ответа всё не было. — Его нет дома? Чёрт! С тех пор как связался с этим придурком-детективом, дела идут хуже некуда! — Ну уж прости, что детектив такой придурок. — подал я голос, выходя из укрытия. — Ой?! А… То… Токисака-сан?       Йоруцуки аж подпрыгнул от неожиданности. — Что тебе здесь понадобилось? — Это я должен спрашивать. А вообще, мне нужно взять интервью для журнала. Токисака-сан, а вы здесь зачем? — Интервью, да?       Как вовремя я здесь оказался. — А ч-что? — Похоже, Мамия Синзо здесь не бывает. Йоруцуки-кун, немедленно свяжись с редакцией журнала и попроси их добыть информацию о его нынешнем местонахождении. — Э-э. Но, даже если всё так, зачем мне делиться информацией с вами, Токисака-сан? — Потому что я тоже его ищу. — Вот оно что. Так мне узнать прямо сейчас? Я прибыл сюда на машине и до редакции мигом домчусь. — Ого. Тогда, если можно, давай выясним всё побыстрее. — Раз так, идём?       И я следом за Йоруцуки зашагал назад через чащобу.       После того, как Йоруцуки сгонял на «Рено» в редакцию журнала, мы вместе отправились в парк Инокасира. — Охх… Им тоже ничего не известно.       Йоруцуки приуныл. После того, как он сообщил в редакции об отсутствии Мамии Синзо, работу над статьёй приостановили. — Теперь, наверное, нет смысла собирать информацию и о других художниках… — Эй, не отчаивайся. — Я в порядке. Жаль, что не смог помочь в вашем деле, Токисака-сан… — Не переживай из-за этого. Я уже и так доставил тебе много хлопот.       Было время, когда я подозревал его в убийстве Нисизоно Юи. — Нет, я не в претензии. Напротив, я многое тогда для себя уяснил. — сказав это, парень вдруг помрачнел. — Послушайте… Токисака-сан… — Что? — Тогда… Кое в чём я вам всё же соврал… — Соврал? — Да. Думаю, я всё-таки… Любил её. — еле слышно прошептал Йоруцуки. — Но только сейчас смог сказать это вслух. Но, если бы я осознал это раньше… Может быть, тогда всё сложилось бы иначе…       Я молча слушал его монолог. — Когда мы были знакомы совсем немного, я почти ничего о ней не знал. И всё же она призналась, что ей тяжело улыбаться.       Он опустил голову. — Потом я услышал про её семью… И, кажется, понял, почему улыбка даётся ей с таким трудом. — Да.       Йоруцуки всхлипнул, не поднимая глаз. Я молчал, давая ему время немного успокоиться. Смерть близкого человека всегда ранит. Особенно смерть любимого. Со мной было так же. — Не надо винить себя. Случившееся — не твоя вина. — Но… — Иначе, так и не сможешь вырваться из плена прошлого.       Не хочу, чтобы он шёл по пути, на который ступил я шесть лет назад. Я достал блокнот и вынул из него фотографию Нисизоно. — Ты сам сделал это фото. Посмотри внимательно. Разве это не искренняя улыбка?       Я протянул фото Йоруцуки. Тот ничего не ответил, не сводя глаз с изображения Нисизоно. — Ведь, по крайней мере, рядом с тобой она могла улыбаться? — Да… Правда… — выдохнул парень, вглядываясь в фото.       Распрощавшись с ним, я решил прогуляться по парку, когда заметил Токо, сидевшую на выпирающем из земли корне дерева. Должно быть, она пришла сюда рисовать. Рядом с ней на земле лежит альбом. — Привет. Что-то рисуешь? — Токисака-сан…       Сначала Токо удивилась, а затем смутилась. — Что-то не так? — Ничего особенного.       Токо положила альбом на колени и тут же скривилась. — Токо, ты что поранилась?       На коленке налип песок и стекает тонкая струйка крови. — На что вы смотрите, развратник? — Дура. Ты упала? — Не о чём беспокоиться, я ведь уже говорила? — раздражённо заявила Токо, слегка надувшись. — Анемия?       Токо тут же прикусила язык. Похоже, я попал в яблочко. Теперь я вижу: вид у неё нездоровый. — Может быть, лучше в больницу? — Ничего страшного. Это обычное дело.       Токо открыла альбом, похоже она рисует сакуру, растущую на той стороне пруда. — Весело наблюдать? — спросила девушка, водя карандашом по бумаге. — Не то чтобы весело… Это успокаивает. Да и погода сегодня замечательная. — И правда…       Я опустился на землю рядом с Токо. — Кстати, как продвигается твоя картина? — Та картина? А… Ещё не закончила. Но теперь всё изменится. — О. Что-то новенькое? — Да нет, как обычно. Основная идея кажется пока довольно смутной и неопределённой. Ну, прямо, как я сама сейчас. — Некоторые сомнения и поиски идут только на пользу. — Вы так думаете? — Сомневающийся имеет некоторую свободу. Не знающий сомнений не в силах сделать и шага в сторону от избранного пути. — Но у меня нет времени на поиски и сомнения. — Хм? — Не обращайте внимания. — пробормотала Токо и вернулась к рисунку.       А я так и сидел рядом, любуясь её профилем, подсвеченным лучами заходящего солнца.       Когда я вернулся домой, то принял ванну и поужинал. Сейчас сижу и курю у себя в комнате. И думаю о том, что случилось за сегодня.       У каждого свои слабости… Но каждый живёт, скрывая эти слабости по мере сил. Каждый хранит секрет по-своему. Одни замыкаются в себе, другим хватает сил прятать отчаянье под показным весельем… А как прячу свои слабости я? Забывая о них? Забываю, насколько я слаб, и продолжаю жить несмотря ни на что. Но иногда забытое властно вторгается в жизнь, и его уже просто так не прогнать… Стоит начать думать о нём, и обратного пути уже нет…       Я устремил взгляд в окно. В саду зацвели дикие вишни. Весна окончательно вступила в свои права. Так хочется верить, что она принесла с собой мир и покой…