Девушка в Скорлупе

1956

1 апреля

      Мы с Юкари идём по улицам, любуясь цветущими вишнями. — И всё-таки, зачем ты взяла меня с собой? — Брат, а разве ты не хочешь нам помочь? — с лукавой улыбкой спросила Юкари. — Ведь скоро долгожданная Пасха, и ты многое потеряешь, если не пойдёшь. — И что ожидается в честь этой вашей Пасхи?       Кое-что я об этом празднике слышал, но детали мне неизвестны. — Будет праздничная служба. А ещё пасхальные яйца. — А, те, что вы недавно готовили? — Яйца прячут, а потом их будут искать. Хотя, это и правда детская забава. — И всё это на школьной территории? — Ага, всей академией будем их искать. Весело, правда? — Пожалуй, я ограничусь ролью зрителя.       В академии тихо, впрочем, как и всегда. Я заметил лишь несколько студенток. Похоже, участие добровольное. — О, да это же Токисака-сан? — А, замдиректора. Простите за вторжение. — приветствовал я Саеки, вышедшего мне навстречу из учительской. — Нет-нет, я не против. Пожалуйста, развлекайтесь. — с мягкой улыбкой сказал он и зашагал дальше по коридору. — Братец, пойдём в художественную студию. Там мы готовимся к празднику.       В студии мы оказались не первыми. — А, сенсей. — повернулась Тоджико, когда я вошёл. — Привет, Токисака-сенсей. — отозвалась Токо. — Что, и вы тоже здесь? — Это вас, сенсей, странно тут видеть. — весело сказала Тоджико. — Но, боюсь Токо, сегодня не будет. — произнесла Кучики. — Мизухары-сан? — Юкари подошла к ним. — Плохо себя чувствует. Из-за перемены погоды. Мне тоже следует быть осторожной. — Это точно. Тебе особенно нужно следить за самочувствием.       Сегодня она не выглядит больной, но… — Знаю. — кивнула Токо с улыбкой и поднялась со стула. — Все собрались. Начнём готовиться к празднику? — Конечно. Чем предпочитаешь заняться, брат? — А чем можно? — Можно кому-то из нас помочь, а можно просто подождать где-нибудь поблизости.       Не хочется чувствовать себя лентяем, глядя, как остальные работают. — Токо, что ты собираешься делать? — спросил я. — Собираюсь перенести пасхальные яйца в класс. — Тогда я помогу. Тебе нельзя напрягаться. — Хихи. Значит, не станете возражать, если я вас попрошу? — Конечно, положись на меня.       Я шагаю по коридору, держа в руках корзину с разноцветными яйцами. Студентки с любопытством поглядывают в мою сторону, но, разумеется, никто не произносит ни слова. Коридор скромно украшен к празднику. На другом конце до краёв нагруженная тележка. Похоже, сегодня всем предстоит потрудиться. Я миновал тележку, стоящую посреди коридора. Теперь видно, что в ней обычные с виду яйца. Как я понимаю, именно их мы сегодня будем есть.       Я отнёс яйца в указанный класс. Дело сделано… Когда я вернулся в коридор, на другом его конце собралась толпа. Что-то стряслось? Необычный для академии переполох. Одна из студенток сидит на полу. — Что происходит?       Я двинулся вперёд, проталкиваясь сквозь столпившихся студенток. — Что… Это…       По полу рассыпались яйца. А из нутра разбитых яиц выпали куски… Мяса. Рядом застыла ошеломлённая Тоджико. — А… Сенсей… — её голос дрожал. — Отойди, Цузурико.       Прежде всего надо понять, что произошло. Яичная скорлупа и мясо рассыпаны по всему полу. — Не слишком-то похоже на невылупившихся цыплят.       Валяющиеся на полу куски мяса явно принадлежат куда более крупному животному. А ещё, мясо успело испортится. В воздухе пахнет тухлятиной. Крови почти нет. И тут мне в глаза бросилась форма одного из кусков. — Цузурико, беги в учительскую и попроси замдиректора вызвать полицию. — Да, да…       Ошеломлённая Цузурико пришла в себя и побежала к лестнице. — Да что же… Что за скотская шутка? — процедил я сквозь зубы, понимая, что один из кусков плоти, вне всякого сомнения, — человеческий палец.       Обернув руку платком, я поднял одно из уцелевших яиц. Слишком тяжёлое. Даже, если я и не слишком точно помню вес обычного яйца, это гораздо тяжелее. Неужели, внутри?.. Но, как я его ни разглядывал, снаружи оно выглядит обычным яйцом.       По лестнице взбежал запыхавшийся замдиректора Саеки и подошёл ко мне. — Токисака-сенсей, что всё это… — Вы связались с полицией? — Да-да… Думаю, они скоро будут. — Хорошо. В первую очередь, нужно развести всех детей по классам. — Вы правы.       По приказу Саеки студентки начали расходиться по классам. Хотя, вряд ли это помешает свидетельницам рассказать об увиденном всем остальным. Я уже слышу глухой ропот, разносящийся по зданию академии. Привлечённая шумом, на лестнице появилась школьная медсестра, она с тревогой уставилась на пол. — Токисака-сенсей… — Аказаки-сенсей. Вам лучше этого не видеть. — Йозомия-сан только что мне рассказала… Что это? — Скорее всего, части человеческого тела. Трудно поверить, но они были как-то помещены внутрь яиц.       Вернулся Саеки, и я кратко ввёл его в курс дела. — Зачем понадобилось такое? — Не знаю. — Но ведь прежнее дело уже закрыто? — сказала Нене. — Да, это так. Есть ли студентки, которых сегодня не было на занятиях? — Да, некоторые отсутствовали… Надо бы уточнить. — Угу… Будьте так добры.       Кстати… Мизухара сегодня тоже не пришла. Но не думаю, что здесь есть какая-то связь… — Замдиректора, вам известно, кто поставщик, доставивший яйца? Полиция обязательно им заинтересуется, так что, лучше заранее приготовить чек, подтверждающий доставку. — Да, понимаю.       Саеки и Нене ушли вниз, а я остался стоять посреди жутковатой сцены. Отчётливо ощущается запах гнили. Куски мяса явно несвежие. Эта плоть мертва, по меньшей мере, несколько дней. Позавчера я видел Мизухару в Уэно, так что останки не могут принадлежать ей. — Стоп, это же…       Мне вдруг вспомнилась газетная заметка, прочитанная несколько дней назад: «В разных концах города были обнаружены куски мяса, предположительно, человеческого.» А ещё наш с Уозуми разговор вчера утром. Новое убийство с расчленением…       Здесь мне как-то не по себе. Оставлю-ка я это дело полиции, а сам немного развеюсь…       Немного пообщавшись с приехавшей полицией, я вернулся к себе в кабинет. По правде говоря, теперь он уже не мой, но я успел провести в нём достаточно времени, чтобы чувствовать себя здесь, как дома. Разумеется, полицейские меня допросили, и, хотя они и не участвовали в недавнем расследовании, но были о нём осведомлены. Благодаря этому я и отдыхаю здесь, избавленный от участи подозреваемого.       Думаю, скоро весть о случившимся дойдёт до Уозуми. Вот незадача. Не окажусь ли я теперь втянутым в новую передрягу? — Найдётся у вас минутка, Токисака-сенсей?       Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул замдиректора Саеки. — Да, конечно… Простите, что занял кабинет без спроса. — Никаких проблем. Отныне располагайте им, как пожелаете. — Э? Отныне? — Сегодняшнее происшествие вновь посеяло среди студенток тревогу и неуверенность. И я прошу вас ещё немного поработать в академии, чтобы защитить наших девушек. — Но нынешнее дело, скорее всего, лишь по случайности затронуло академию. Вряд ли студенткам угрожает реальная опасность.       А, значит, нет особого смысла здесь оставаться… — По правде говоря, постоянное присутствие полиции в академии не вызовет восторга у родительского комитета. А вот вы в качестве учителя устроите всех. — Что означает… — Прошу вас, Токисака-сан. Мы в затруднительном положении. Просто не знаю, как со всем этим быть… Пожалуйста, побудьте с нами хотя бы до начала нового триместра. — Саеки поклонился. — Вы не оставляете мне выбора. Я же сам обещал, что если вновь возникнут проблемы… — Так вы согласны? — Как говорится, «давши слово — крепись». Не могу же я теперь всё бросить, как есть… — Простите, если я отрываю вас от других дел… — Да нет.       Пожалуй лучше не упоминать, что я сейчас совершенно свободен… — Кстати говоря, вы связались с Мизухарой-сан? — Да, Аказаки-сенсей звонила ей по моей просьбе, девушка простудилась и поэтому осталась дома. — Понятно. — В семье Мизухары-сан нет отца, и её матери в одиночку приходится справляться со всеми трудностями. — Вот как? Кстати, недавно я видел их вместе около музея искусств, кажется они ссорились… — Насколько я знаю, у них довольно натянутые отношения… — Саеки вздохнул.       Пожалуй, чуть позже надо будет навестить Токо и узнать как у неё дела… — Да, ещё одно. Раз уж представился случай, хочу спросить… Сенсей, вы знаете о художнике Мамия Синзо?       Юкари говорила, что замдиректора может о нём что-то знать. — Да, но только общеизвестные факты… А почему вы спрашиваете? — Да так, заинтересовала одна его картина, увиденная в музее… Простите, к нынешнему делу это не относится. — Нет, я не в обиде… А теперь, простите, мне надо идти. Токисака-сенсей, отныне в этом деле я рассчитываю на вас. — Да, само собой…       Молча поклонившись, Саеки покинул кабинет. Итак… Раз уж на место преступления мне сейчас всё равно не попасть, схожу-ка я в медпункт и побеседую с Аказаки-сенсей.       В коридоре перед медкабинетом я встретил Тоджико. — А, сенсей… — Что случилось, Тоджико? Разве ты не должна быть в классе? — А, да, вот прямо сейчас и возвращаюсь, пока.       И Тоджико бросилась к лестнице. Она что, ходила в медкабинет? — Прошу прощения. — постучав я вошёл. — Спасибо за ваши старания, Токисака-сенсей. — приветствовала меня Аказаки. — Так вы уже знаете? — Замдиректора Саеки сказал, что вы ещё на какое-то время останетесь с нами. — Вряд ли нынешнее происшествие напрямую связано с академией. Но если кого-то моё присутствие успокоит… — Получается, лёгкая и приятная работёнка? Да ещё и в компании юных дев. — Последнее я бы лёгким не назвал. — Да? Но вы же так хорошо поладили с девочками из художественного клуба? — А, это… Всё потому, что среди них моя младшая сестра. — Разве? Ведь вроде бы вы частенько беседуете с Кучики-сан. — Почему вы вдруг упомянули именно её? — Хи-хи. Наверное, я всё неправильно поняла. — она рассмеялась. — Кстати, совсем недавно Тоджико… Точнее Йозомия-сан заходила сюда? — Угу, пришла поговорить о том, что сегодня случилось. А потом немного тут отдохнула. — Вот значит как… — Похоже, сегодня уже ничего интересного не будет. Празднование Пасхи испорчено. — Это верно.       Осмотр места происшествия закончен, но в нынешних обстоятельствах никакие мероприятия в академии лучше не проводить. — Тогда я пойду. Сейчас мне тут нечего делать. — Да. И ещё раз спасибо.       Я вышел из медкабинета. Можно отправляться домой, но сначала зайду посмотреть, как дела у Юкари и её подруг.       Сакуры на территории академии стоят во всём цвету. Красота… Я заметил Сато Аюму, идущую среди деревьев. — Привет, Сато-сан. — А, сенсей. Добрый день. — Идёшь в клуб кендо? — Нет, меня пригласили в художественный клуб, сейчас я иду в их студию. — Вот как. У них там что-то затевается? — Они сказали, что собираются сами отпраздновать Пасху. — Так вот оно что…       Общешкольное мероприятие отменили, и девушки решили взять дело в свои руки. — Я тоже собирался заглянуть в студию. Может пойдём туда вместе? — Угу. — Ого, нечасто увидишь вас вместе. — хмыкнула Токо, когда мы вдвоём вошли в студию. — Мы только что случайно встретились. — Как только появится Цузурико, мы начнём. — сказала Юкари. — Её ещё нет? — Нет. Она собиралась заглянуть по дороге в литературный клуб.       В этот же миг дверь студии распахнулась, и перед нами предстала Тоджико. — Простите, что заставила ждать. — Итак, все в сборе… Токо сегодня не будет, так что, давайте начнём.       На столе расставили свечи. Мы расселись вокруг, и каждый погрузился в молитву. Как именно следует молиться я не знал, поэтому просто подражал действиям прочих. Академия изначально миссионерская школа, и уж её-то воспитанницы знают, как правильно держаться в таких случаях.       В художественной студии стало очень тихо. Даже Тоджико закрыла глаза и возносит молитву. Её обычная живость немного поблекла. И не удивительно, учитывая, что девочка недавно обращалась в медкабинет. — Что-то не так, сенсей?       Не разнимая ладоней, Тоджико покосилась в мою сторону. — А? Нет, ничего.       Вид у неё и правда нездоровый. Или мне так кажется…       После молитвы мы наводим порядок в художественной студии. — Яйца так и не пригодились. — вздохнула Токо. — Хотя вы так старались… — Увы, ничего не поделаешь. Так уж получилось. — произнесла девушка и снова вздохнула. — Эй, сенсей, вы будете расследовать это дело? — в разговор влезла Тоджико. — Откуда я знаю? Меня это всё не касается, и никто меня не нанимал…       Если не обращать внимания на то, что я уже обследовал место происшествия… — Эй, слушайте, я ведь пишу мрачные загадочные истории, правильно? — В самом деле? — Будто вам не говорили этого уже тысячу раз! — Не кипятись ты так, Тоджико. — А потому что! У-уу… Да что толку с вами говорить… — глаза её гневно сверкали. — Прости, виноват. Так в чём дело?       Я извинился, стараясь не рассмеяться в голос, и Тоджико немного успокоилась. — Насчёт нынешнего происшествия… Оно меня заинтересовало. — У тебя плохой вкус. — Ну и что, ведь, оно может послужить основой сюжета для нового рассказа. Я же помогла вам с прошлым делом? — Вот только не надо…       Эта сорвиголова решила сунуть свой любопытный нос в новое дело с расчленёнкой. — Разве не ясно, что, пока никто не поручил мне эту работу, случившееся меня не касается? — Да ладно, ведь всё произошло прямо у вас на глазах. Неужели останетесь в стороне? — Дела вроде этого лучше доверить полиции. Сунувший туда свой нос любитель очень рискует. — У-у-у… Понимаю. — Ничего-то ты не понимаешь…