Девушка в Скорлупе

— Замдиректора Саеки… — окликнул я мужчину, входя в учительскую. — Что-то случилось, Токисака-сенсей? — Я только что заходил узнать о состоянии Кучики-сан. Говорят, ей стало хуже и пришлось делать повторную операцию. — Вот как… Надеюсь, она поправится… — И ещё: об этом пока не сообщали, но обнаружен новый труп. И, похоже, новое преступление связано с делом с Цузурико… Йозомии-сан. — Значит, опять…       Саеки опустил голову и перекрестился. — Наверное, теперь я не скоро сюда вернусь. — Да, я всё понимаю. Сделайте всё, чтобы поскорее раскрыть это дело. — Саеки низко мне поклонился.       Едва я покинул учительскую, как увидел перед собой Юкари. — Что тебе, Юкари? — Я случайно видела, как ты выходишь из патрульной машины, брат… Что-то случилось? — Да нет, просто попросил Уозуми подбросить меня сюда.       Я решил пока не посвящать ей в детали нового убийства с расчленёнкой. Ей и так достаётся. — Вот оно что… А то Михзухара-сан не пришла, и я беспокоюсь. — Э? Мизухара Токо не пришла? К ней домой ещё не звонили? — Скорее всего, нет. — помотала головой Юкари. — Понятно.       Дом семьи Мизухара расположен в Сякудзи. Совсем рядом с местом недавнего преступления. Неужели… Что-то у меня очень плохое предчувствие. — Юкари… Можешь дать мне что-нибудь из её личных вещей? — Брат… Только не говори… Что… — у сестры перехватило дыхание. — Этим утром нашли ещё одну. Личность пока не установлена. — Это… — Пока ещё ничего не известно. — Надо сходить в студию. Там наверняка остались рисовальные принадлежности Мизухары-сан. — прошептала сестра и, взяв меня за руку, зашагала вперёд.       Мы вошли в художественную студию, и Юкари принесла мне коробку. — Это всё Мизухары-сан. — Хорошо.       Я открыл коробку и завернул в носовой платок один из карандашей. — Брат. — Хотел бы я рассеять твои страхи, но…       Но для этого нужно заехать к Нацуме-сан и узнать наверняка. — Юкари, тебе пора возвращаться в класс. — Угу.       Не поднимая глаз, Юкари вышла из студии.       Итак. Для начала пусть Нацуме-сан сверит отпечатки пальцев. А потом, скорее всего, отправлюсь в Сякудзи, домой к Мизухаре…       По линии Сейбу я доехал до Такада но баба и прямиком отправился в клинику Такаширо. — Нацуме-сан. — Ого, быстро же ты примчался.       Нацуме сидела за процедурным столом и уминала китайскую лапшу. — Ты уже закончила? — Ага, закончила. Две руки да две ноги — на это много времени не требуется. — И каков результат? — И без вскрытия ясно — убийца тот же самый. Даже чёрные пакеты очень похожи. — она пролистала отчёт. — Предположительное время смерти: поздняя ночь 11 апреля. Срезы аналогичны прошлым, конечности были отделены зазубренным предметом ещё при жизни жерты. — Личность установлена? — Отпечатки пальцев сняты, но аналогичные им в списке пропавших людей пока не найдены. — Раз так… Пожалуйста, сравни их вот с этим.       Я передал Нацуме-сан недавно полученный карандаш Мизухары. — Как я и думала, Токисака-хан. Уже взял след? — озорно изрекла девушка. — Карандаш принадлежит студентке академии Оба. Она живёт неподалёку от места преступления и сегодня её нигде не могут найти. — Понятно… Думаю, и правда лучше взглянуть.       Нацуме допила остатки бульона и встала. — Подожди немного, я мигом. — Да… — Если здесь есть отпечатки, будет достаточно порошка… — бормоча что-то про себя, она приступила к работе. — Нацуме-сан я воспользуюсь телефоном? — Даа.       Пока тянется ожидание, можно ещё кое-что сделать. Я поднял трубку и набрал номер академии. — Алло, это женская академия Оба… — Замдиректора Саеки? Это Токисака. — Что-то случилось? — Мне нужен номер домашнего телефона Мизухары Токо-сан. — Мизухары-сан?.. Кстати, мне передали, что она сегодня отсутствует. — Ей звонили узнать в чём дело? — Нет, насколько я знаю, никто не звонил… Подождите минуту.       В трубке послышалось шуршание бумаги. — Спасибо, что подождали. Её номер…       Я записал продиктованный Саеки номер. — Её классный руководитель сказал, что с ней не смогли связаться. — Вот как? Тогда я сам позвоню. Простите за беспокойство. Всего доброго.       Я положил трубку, тут же снова её поднял и набрал записанный номер. Раздались гудки. Но время шло, а трубку, похоже, никто брать не собирался. Никого нет дома? Отчаявшись я повесил трубку и повернулся к следившей за мной Нацуме. — Готово. — Быстро.       По лицу Нацуме я уже догадывался о результате. — Совпали? — Угу. Полное совпадение с отпечатками указательного пальца правой руки. — Останки опознаны как Мизухара Токо, студентка женской академии Оба. Так и напиши в отчёте. И при первой возможности, пожалуйста, сообщи полиции. — Поняла. Что теперь будешь делать, Токисака-хан? — Поеду домой к Мизухаре-сан и сообщу о случившимся. — Понятно. Незавидная обязанность… — Кто-то же должен это сделать… — пробормотал я и распрощался с Нацуме-сан.       Пройдя на север от станции Ками-игуса линии Сейбу-Синдзюку, я вышел к дому семьи Мизухара. Когда я звонил, мне никто не ответил, но… Я постучал в дверь. — Мизухара-сан, это Токисака из женской академии Оба. — крикнул я так, чтобы услышали в доме.       Немного погодя я услышал, как из глубины дома донёсся шум. Дверь чуть-чуть приоткрылась. — Да. В чём дело? — Мизухара-сан, я пришёл поговорить о Токо-сан. — Токо? — Простите, но не лучше ли продолжить разговор внутри? — Э, да.       Дверь открылась пошире, и я вошёл. — Простите, у меня беспорядок… — Не страшно. Я недавно звонил… Вас не было дома? — Нуу-у… Это…       Мио опустила глаза. Она просто не брала трубку. Но я пришёл сюда не для того, чтобы пенять ей за это. — Скажите. Токо что-то натворила? — А чем вообще занималась сегодня Токо-сан? — Э…       Мио оглянулась через плечо. Должно быть, на дверь комнаты Токо. — Наверное, пошла в академию… Я так думала. — То есть, вы не знаете? — Да.да. Сегодня мы с ней не виделись… — А когда вы видели её в последний раз? — Вчера, кажется. Да, она сказала, что идёт навестить Кучики-сан. — И после этого больше не видели? — Нет. Меня и самой не было дома. — Вот, значит, как?       Уже поздно обвинять её в недостатке внимания. — Но… Что же случилось с Токо? — Сегодня утром, поблизости отсюда: вдоль улицы васеда неподалёку Шимо-Игуса, были найдены отсечённые руки и ноги. Провели экспертизу, и отпечатки пальцев совпали с отпечатками Токо-сан. — Э.       Застигнутая врасплох, она уставилась мне в лицо. — Постойте. Что вы хотите этим сказать? — Больно такое говорить, но Токо-сан убили, а её руки и ноги выбросили на дорогу. — А-аа-аа! — Мио-сан уронила голову на чайный столик, за которым сидела. — Н-не может быть. Такого просто… — Мизухара-сан. Простите, но я могу с вашего позволения осмотреть комнату Токо-сан? Вдруг там найдётся… Что-нибудь. — У-у-у… Д-да… — стеная кивнула Мио.       Не уверен, поняла ли она суть моей просьбы, но сейчас нельзя терять ни минуты. Нужно найти хоть какую-то зацепку. Что угодно.       Я открыл раздвижную дверь и увидел совершенно безликую комнату; трудно поверить, что здесь жила школьница–подросток. Что ж. Посмотрим, удастся ли тут что-нибудь отыскать…       На стене висит одежда. Должно быть, её повседневный гардероб. Странно смотреть на эту одежду, ведь, до сих пор я видел Токо лишь в форме. Платья простого покроя… Пожалуй, ей они были к лицу. Цветочная ваза резко контрастирует с серостью остальной комнаты. Такая была бы вполне уместной в комнате любой юной девушки, но… Почему-то здесь она кажется лишней.       Я посмотрел расставленные на столе книги. Оказалось, что все это — дневники. Что в них? Я открыл один, из него выпала пачка фотографий. На всех изображена Кучики Токо. Ещё попалась несколько листков бумаги. Письма от Токо. Просмотрю их позже.       Я заглянул в стоящую у стола мусорную корзину. И среди использованных салфеток нашёл разорванную фотографию. Да ведь это же… Её собственная фотография. Порвала и выкинула свою фотографию… Но по какой причине? Должно быть, отвращение к себе?       Книжный шкаф заполнен книгами в бумажных обложках. «Волшебник страны Оз»… «Алиса в Стране чудес». В основном, переводы зарубежной детской литературы. Вид у книжек весьма потрёпанный. Сразу видно, что их не раз перечитывали. — Хм?       Приглядевшись, я заметил на расстеленном под шкафом татами вдавленный след. Тростник там выглядит более свежим и не затоптанным. Похоже, книжный шкаф сдвинули с места? Заглянув за шкаф, я заметил втиснутую между ним и стеной книгу. Я дотянулся и вытащил её оттуда. — Журнал?       Тридцать первый год эпохи Сёва. Номер за май. Совсем свежий. Похоже, литературный журнал; имена многих авторов мне знакомы. И среди них мне попалось имя Карацуги Сина. В сборник был включён его рассказ «Скорлупа Шеол». Опять этот парень? Более того, рассказ помечен закладкой. Токо читала его? Вот только, что из этого следует? Пожалуй, пока лучше оставить журнал у себя…       Я ещё раз заглянул за шкаф. — Хм?       В глубине просвета лежит упавший на пол листок бумаги. Что это? Я попытался до него дотянуться, но рука чуть-чуть не доставала. Пришлось ещё немного отодвинуть шкаф, и только тогда мне удалось ухватить листок кончиками пальцев. — Карацуги Син?       У меня в руке его чёрно-белая фотография. Но откуда она здесь взялась? Вряд ли шла в качестве дополнения к журналу. На обложке нет никаких упоминаний о подобном бонусе. Да и по бумаге понятно, что это обычная фотография, а не распечатанная в типографии. Когда и где она сделана? И самое главное, почему здесь оказалась? Лучше всего спросить у самого Карацуги…       Закончив поиски, я напоследок ещё раз окинул взглядом комнату Токо. Не удалось найти ни единой улики, способной серьёзно прояснить ситуацию. Но кое-что даёт пищу для размышлений. Фотография Карацуги Сина и журнал с его рассказом. Почему она их спрятала? Когда я заглянул в гостиную, Мио всё так же сидела уткнувшись лицом в столешницу. Вряд ли она сейчас способна связно ответить на мои вопросы… — Мизухара-сан, я тут нашёл кое-какие вещи Токо-сан. Вы не будете возражать, если я ненадолго оставлю их у себя? — Нет. — отозвалась она, не поднимая головы. — Я обязательно их верну. Что ж, прошу меня извинить.       Я покинул дом семьи Мизухара. Сейчас самое время поговорить с Карацуги… Быть может, с его помощью удастся прояснить некоторые моменты. Его офис расположен в Накано… Значит, поеду на автобусе.       Я сел на автобус, идущий в западном направлении по улице Васеда, и добрался до Накано. От остановки прошёл немного пешком и оказался у офиса Карацуги Сина. Я уже был здесь в прошлом месяце, так что найти дорогу не составило труда. — Карацуги-сан, вы здесь? — крикнул я и подождал, но никто ко мне не вышел.       Тогда я приложил ухо к двери и прислушался, но ничего так и не услышал. Его здесь нет? Поговорить с Карацуги в офисе не вышло. И где мне его искать? Или спросить Уозуми? Однажды Уозуми уже добыл для меня адрес офиса Карацуги. Может, с того раза у него осталась ещё какая-нибудь информация.       Где тут ближайший телефон?.. Нет, поеду прямиком в первый отдел. На поезде я доехал до Йоцуя, там пересел на линию Тоден и вышел на станции Сакурадамон. Я уже собирался войти в Центральное полицейское управление, когда… — Рейдзи, ты? Что ты здесь делаешь?       Перед зданием затормозила патрульная машина, и из неё выбрался Уозуми. — Тебя ищу. — Вот как. Тогда не будем болтать на бегу. Заходи. — Я только что заезжал домой к Мизхухаре Токо… — Оказывается, ты ни с кем не советуясь, успел нас обскакать? — процедил Уозуми, сжимая сигарету в зубах. — Да. Прости, если что. — Нашёл что-нибудь? — Не знаю, относится ли это к делу, но Токо была читательницей Карацуги Сина. — Карацуги? А-а, того самого парня? Ну, подумаешь, читала она его книжки. Это, ведь, ничего не доказывает. — Знаю. Ты когда проверял его в прошлый раз, ничего подозрительного не приметил? — Что ты рассчитываешь услышать? Всё, что я тогда узнал, это адрес и настоящее имя. — Настоящее имя?! Так он пользуется подложным?! — Не подложным, а псевдонимом. Настоящее же его имя… А вот: Мамия Синдзи. — Мамия? Он как-то связан с Мамией Синзо? — Согласно официальным документам, имя его отца — Синзо. Где-то я уже слышал… — Я тебя о нём спрашивал. Это любимый художник Киоко. — Гх. В-вот как?       Но то, что эти двое — отец и сын… Замдиректора Саеки может что-нибудь об этом знать. Нужно его расспросить. — Благодарю, Уозуми. — Ты подозреваешь этого парня Карацуги? — Пока трудно сказать. Надо ещё кое-что проверить. Но будь готов действовать в любой момент. — Хорошо.       Отлично. Теперь в академию.