Девушка в Скорлупе

      На ночном поезде я выехал со станции Токио, и утром 14 апреля прибыл в Курасики. После ночи, проведённой на жёсткой скамье, вполне предсказуемо ноет всё тело. В этом году вновь появились отменённые после войны спальные вагоны, но мне в такой попасть не посчастливилось. Ладно, что толку ворчать. Пора в музей искусств Накахара. — О?       Но, оказавшись возле музея, я обнаружил, что входная дверь заперта. Видимо, время для посетителей ещё не настало. Лишь одинокий старик, по-видимому из обслуживающего персонала, подметал дорожки вокруг здания. — Здравствуйте. Доброго вам утра. — Хм? Какие-то проблемы? — Дедушка, вы давно здесь работаете? — Да уж. Тружусь у Накахары-сенсея ещё с эпохи Мейдзи, знаете ли. И до сих пор каждый день прихожу убираться. — Вы сказали: Накахара-сенсей, это вы про Накахару Синдзиро-сана? — Это верно, в наших местах только один Накахара-Синдзиро-сенсей. Ну, был ещё Юкихито-сан, но с войны не вернулся… — Юкихито-сан — это сын Синдзиро-сана? — Точно-точно, и работал каким-то «кюре» в этом музее, присматривал тут за всем.       Похоже, старичок неудачно попытался воспроизвести иностранное слово «куратор» — влиятельный попечитель. — Юкихито-сан был женат? — Насчёт этого… Была у него зазноба, Миса-сан, но свадьбу сыграть им не довелось: война разлучила. Вот, если бы нам — старичью побольше силёнок… А то выходит, что гибнет одна молодёжь. — А ещё до несостоявшейся свадьбы не было ли у них ребёнка? — Как сказать. У Мисы-сан был ребёнок от предыдущего брака. Оттого Синдзиро-сенсей и не одобрил их отношений. В общем, большой был переполох. — Ребёнок… От предыдущего брака?       Мурасе об этом не упоминал. Но, если так, кто же настоящий отец Токо? — Да-а. Девочка была вылитая Миса-сан, э-э-э… Как же её звали? — Токо. — Точно, точно, Токо-тян! Но откуда вы знаете? — Ну, это… — невнятно промямлил я. — Мису-сан эвакуировали в Токио, но она осталась хорошей девушкой. Не чета этим городским фифам. Иногда она подрабатывала тут реставратором.       Мне стало неловко и дальше вытягивать информацию из этого добродушного старика. — Спасибо большое. Вы мне очень помогли. — Вот и хорошо. Рад, что хоть и старик, но могу быть полезен. Кстати, кто вы? — Я… В общем, знакомый Токо-сан. Она выразила желание хоть раз повидаться с дедушкой и, чтобы помочь, я оказался здесь. — Ну надо же, вот ведь как судьба иногда так повернёт. Только вот незадача: Синдзиро-сенсей сейчас болеет. Совсем не встаёт. — Болеет? — Ах, да. Вы можете поговорить с семейным адвокатом сенсея. Думаю, тот сумеет вам чем-нибудь помочь. — Адвокатом, говорите? — К открытию он обязательно появится. Он тут всем управляет от имени сенсея. — Понятно, ещё раз спасибо, вы очень мне помогли. — Да, право, не за что.       Я поклонился старичку и двинулся дальше, чтобы убить время. Я присел на скамейку перед станцией и решил обдумать всё, что только что услышал. Пока главное, что удалось раскопать: Токо — ребёнок от предыдущего брака. И, можно быть уверенным, её мать — только что упомянутая женщина, Миса. Но, кто отец, — неизвестно.       Старик упомянул эвакуацию в Токио. Не потому ли, что там жил отец её ребёнка? Надо бы побольше о неё разузнать… Придётся при встрече расспросить адвоката… Вот только неизвестно, насколько тот осведомлён о последних событиях.       В полдень я вернулся к музею искусств Накахары. Старика уже нигде не видно. Должно быть, ушёл подметать где-то ещё. Войдя внутрь, я увидел сидящего на диване возле стойки администратора немолодого мужчину с адвокатским значком. — Простите, можно вас на минутку? — А вы… Собственно, кто?       Должно быть, он человек осторожный. Сначала удивился, а потом воззрился на меня с подозрением. Что ж, вполне естественно. — Меня зовут Токисака. Я частный детектив из Токио. — Детектив, говорите? — Да, вам знакомо имя Кучики Токо-сан? — А.       Я заметил, что у него на миг перехватило дыхание. — Я здесь по её поручению. Если что, вы можете навести обо мне справки в следственном отделе токийского Центрального управления полиции. — Токисака-сан, вы сказали? И что именно вы расследуете? — Она, Токо-сан, поручила мне отыскать правду о её происхождении. И мне удалось получить информацию, что Накахара Синдзиро приходится ей дедушкой.       Слушая меня адвокат опустил глаза. — Ведь, это вы приезжали в Токио и в институте исследования патологии Кучики обсуждали это дело с Мурасе? — О-откуда вы?..       Впервые в его поведении проскользнула нервозность. — Вы поэтому сюда приезжали? — Можно и так сказать. Задание я получил от неё довольно давно: в начале марта, если быть точным. В прошлом месяце мы с ней пребывали в этом музее. Тогда её здесь заметили, верно? Ведь, она точная копия своей матери — Мисы-сан. — Вы правы, 26-го числа прошлого месяца служитель музея сказал мне, что видел девушку, как две капли воды похожую на Мису-сан… — после некоторого раздумья всё же признался адвокат. — Я сразу догадался, что эта девушка — Токо-сан. На следующий день возле станции вас тайком сфотографировали. — Понятно.       Это объясняет его замешательство при первом взгляде на меня. — Мы начали поиски Токо-сан. По кусочкам собирая информацию, мы выяснили, что она уехала в Токио… Семья Накахара в дружеских отношениях с семьёй Аясаки из Изумо, и те посоветовали там токийского детектива, который и продолжил поиски. — Так вы узнали, что теперь она живёт в семье Кучики? Но почему вы заинтересовались ей именно сейчас? — Во искупление прошлого Синдзиро-сан хочет сделать Токо-сан своей наследницей. — Но постойте. Судя по тому, что я слышал сегодня, Синдзиро-сан и Токо-сан не кровная родня. — Потому с ней и обошлись так жестоко. Синдзиро-сан сделал всё, чтобы этот брак не состоялся. — Во время войны он был в центре внимания. И никак не мог допустить, чтобы его сын взял в жёны женщину с чужим ребёнком сомнительного происхождения. — Чем влиятельнее семья, тем строже в ней правила. — Но, после смерти Юкихито-сана Синдзиро-сан, должно быть, раскаялся в содеянном. Кроме сына, других наследников у него не было. — Выходит, Юкихито-сан и Миса-сан так и не поженились? — Да. По крайней мере, официально. Но, перед тем как отправиться на войну, Юкихито-сан внёс её в семейный регистр. Должно быть, предчувствовал, чем для него всё закончится… — А что потом случилось с Мисой-сан? — После отъезда Юкихито-сана на фронт, она отправилась в приют Сестёр Милосердия в Гунма. Что с ней стало потом — неизвестно. — Сёстры Милосердия в Гунма… Но если вы всё это знали, почему до сих пор не могли найти Токо? — Из-за её удочерения. Во избежание ненужных конфликтов нам не сообщили о её новой семье. — Вот, значит, как.       Но, в итоге, ненужный конфликт всё же случился… — Послушайте. Вы, ведь, близкий друг Токо-сан? — Ну, в некотором роде… — Как она поживает? Когда я был с визитом в доме Кучики-сан, она казалась подавленной. — Как вам сказать… По правде говоря, Токо попала в весьма непростую ситуацию… — Э. Что вы имеете в виду? Неужели это связано с делом о наследстве? — Не буду отрицать, наследство послужило первым толчком, но сейчас дело уже не в этом. — Вот оно что… — Простите, но мне пора. Большое вам спасибо. — Да. Пожалуйста, позаботьтесь о Токо-сан. — Хорошо.       Молча поклонившись я покинул музей.       Я вернулся на станцию Курасики и посмотрел расписание поездов. Даже, если сесть на ближайший экспресс до Осаки и потом сделать пересадку, сегодня попасть домой я уже не успею. Тогда, может быть, перед возвращением… — В Гунма?       Почему бы не навестить «Сестёр милосердия» в Гунма? Разыскав Мису, я смог бы раскрыть тайну происхождения Токо. Но, перед этим хорошо бы узнать, как обстоят дела с поисками самой Токо. Надеюсь, её уже нашли, но… Она возможно… Нет, надо хоть немного доверять Ягинуме. Вернусь домой, а там уже посмотрим, что делать дальше.

15 апреля

      Я сошёл с ночного поезда на станции Токио, пересел на линию Ямато и поехал в Уэно. Нужно проверить одну догадку, мелькнувшую у меня во время беседы в Курасики. Выйдя на станции, я прямиком направился в офис Такаширо. — Такаширо, ты здесь?       Войдя, я увидел развалившегося на диване Такаширо с газетой в руках. — В чём дело, Токисака? Что-то случилось? — спросил Сюго, откладывая газету. — Ты, ведь, недавно упоминал, что получил задание разыскать человека? — Да. Но, хотя задание уже выполнено, ты, ведь, понимаешь, что я не имею права посвящать тебя в детали? — Детали мне не требуются. Человек, которого ты разыскивал, — Кучики Токо? — Не могу сказать.       Сюго при этом кивнул. — Так и знал. Тогда я попробую сам рассказать, как было дело. Недавно я был в Курасики и там разговаривал с адвокатом старого Накахары Синдзиро. Он сказал, что им нанят для поисков некий токийский детектив. Как оказалось, детектив оказался весьма умелым, и нужного человека нашёл в мгновение ока.       Такаширо встал и подошёл к столу. Вскоре он вернулся с конвертом в руках, а потом как бы невзначай уронил его к моим ногам. — Да, всё верно. Вот только все материалы по этому делу я где-то обронил. — Ну ты даёшь… Не переживай, если я вдруг найду их, то обязательно верну. — подыграл я, поднимая конверт. — Ага, ты меня очень выручишь. — отозвался Такаширо, возвращаясь на своё место.       В конверте единственная фотография. Это Токо? Нет, Миса? Учитывая возраст фотографии, на ней не может быть Токо. — Одно лицо, да? — Да уж, сходство невероятное.       Только Миса на фотографии выглядит чуть повзрослее. Но это единственное, не слишком существенное отличие. — Прости, друг. — Да ладно, я всего лишь обронил конверт. — невозмутимо отозвался Сюго. — Только тебе надо немножко подучиться актёрскому мастерству у Казуны-сан — Заткнись, а? — надувшись, проворчал Такаширо. — О? Токисака-сан пожаловал?       Откуда-то из глубины офиса появилась Казуна. — Привет, Казуна-сан. Прости за вторжение. Кстати, отлично выглядишь. — Да ладно тебе. Пожалуйста, располагайся.       Она села по соседству с Такаширо и достала клубок пряжи из стоявшей рядом корзинки. — О, решила заняться вязанием? — Ага. С деньгами у нас пока туго, вот я и подумала, если свяжу сейчас пару вещей, потом не придётся их покупать. — Это верно. — Постой, Токисака. А что это ты на нас смотришь такими глазами? — Да так… Просто, вы такие счастливые. — Как же, наверняка ты думал не об этом!       Но я сказал ему правду. Они очень счастливы.       Я выехал по линии Ямато из Уэно и добрался до Такада но баба. Решив действовать самостоятельно, я едва ли смогу показаться в Центральном управлении полиции. А Нацуме-сан может что-нибудь знать о ходе расследования. Да и исследование трупов Аказаки Нене и девушек из студии Мамии Синзо, должно быть, уже закончено. — Добрый день… Нацуме-сан?       Нацуме встретила меня со зловещим блеском в глазах. — Ты почему не брал трубку? — Был в отъезде. — Знаешь, сколько я раз звонила? Даже домой, но там была только Юкари-тян. Я уже думала, ты меня бросил. — Не мели чепухи, к тебе это вообще никак не относится. — Так, значит, в ту ночь ты просто играл со мной? У-а-аа-а!       Нацуме театрально разрыдалась. — Лучше скажи, ты закончила с анализом найденных трупов? — Ох, Токисака-хан, какой же ты вредный. — Просто я сейчас занят. Завтра, например, собираюсь смотаться в Гунма. — Собрался в Гунма? Тогда, может, заскочишь на источники Иказо, привезёшь мне немного манджюу? — Не думаю, что удастся там задержаться…       Нет уж. Если пойти у неё на поводу, разговор моментально свернёт не туда. — Так что, давай сосредоточимся на трупах. — Да, точно. В мастерской присутствовали госпожи покойницы: Кобояши Юко, Кано Томоко, Йозомия Цузурико, Мизухара Токо. Ошибки быть не может. — Удалось узнать ещё что-нибудь? — Хм… Госпожи покойницы были вложены в некую скорлупу, но даже африканские страусы не откладывают настолько больших яиц. Они явно искусственного происхождения. — Ты смогла бы такое сделать?       По крайней мере, мне они не показались пластиковыми или целлулоидными. — Основной элемент яичной скорлупы — карбонат кальция. И не только яичной скорлупы. Он содержится и в известняке, и в морских ракушках. Размолоть их в порошок, добавить воды, придать массе нужную форму, дать высохнуть и получится что-то подобное. Разумеется, это всё же подделка, так что, кое-какие отличия неизбежны. — Хмм… — И это меня надоумило проверить: а из чего состоит скорлупа начинённых плотью яиц? И, оказалось, что их скорлупа тоже искусственная. — Если преступник — Мамия Синдзи, то всё складывается. — Вот уж воистину — бездна бессмысленно потраченного времени. Ни один человек в здравом уме такого бы просто не вынес… С не меньшей скрупулёзностью он трудился над лицами покойниц. — Вот как…       Мамия Синдзи… Скажите на милость, зачем ему всё это понадобилось? — А, кстати, помнишь, ты, ведь, просил меня проверить тот препарат? Обычное лекарство от анемии. Состоит из… — Можешь не перечислять, я всё равно не пойму. Как насчёт отпечатков? — Три типа. Я сравнила их с отпечатками, кто мог прикасаться к ампуле, и вот результаты: первый тип — отпечатки Кучики Токо, это очевидно. Одни ещё принадлежат её лечащему врачу, Кучики Фумии-хану. И последние, самые свежие, оставила Мизухара Токо. — Мизухара?       Но зачем ей? О причинах её уже не спросишь. — Пока это всё. — Спасибо, Нацуме-сан. — Что думаешь? Ты сказал, что поедешь в Гунма, но как же тогда быть с расследованием? — Доверю поиски Токо и Мамии Синдзи полиции. У них для этого больше возможностей… — Надо же, какими мы стали послушными. — А что вообще слышно, Нацуме-сан? — С судмедэкспертом особо не откровенничают. Слышала, они беседовали с отцом Мамии Синдзи-хана, но ничего толкового не узнали. — Он сам не прочь знать, где пропадает его сын с тех пор как сбежал из дома десять лет назад. Говорит, даже не знал, что сын стал писателем. — Понятно.       Есть вероятность, что он прячет сына. Но уверен, в полиции тоже об этом подумали. Так что, еду в Гунма чтобы разузнать о прошлом Токо, как и её матери — Мисы.       Вместо того, чтобы вернуться домой, я поехал к себе в офис в Синдзюку. Завтра в Гунма… В офисе горит свет. И… — Брат… — Юкари? Почему ты здесь? — Неважно, почему я здесь. А вот где носило тебя? — Прости. Столько всего накопилось. Пришлось даже ради расследования ехать в Курасики. — Но ты хотя бы мог позвонить мне и сказать, куда едешь… Я очень волновалась. — Да. Виноват я, Юкари. — Сейчас приготовлю кофе.       Потупив взор, Юкари отошла к кухонному уголку. Я заставил её волноваться… Воистину, я — ужасный старший брат… Подруги Юкари пропадают без вести одна за другой… Ещё бы она не волновалась.       Я подошёл к книжным полкам и достал атлас Японии. Префектура Гунма, Сёстры Милосердия. А теперь — телефонный справочник Гунма. Что ж, предстоит прошерстить немало данных.       Вернувшись к дивану, я принялся листать страницы. Сёстры Милосердия… Это они? А я до последнего боялся, что к ним не проведена телефонная линия. Я записал телефон вместе с указанным адресом, а затем открыл атлас. Городок Муромота в округе Гунма… Рядом с озером Харуна? Сначала на поезде, потом, пожалуй, на автобусе… — Я купила бисквитный торт. — вернулась сестра. — Спасибо.       Приготовленный Юкари кофе сильно горчил. — Ещё я тут прибралась. Фотография Юкико-сан… Бедная, вся покрылась пылью.       Юкари села со мной, положив фотографию на колени. — Можно я заберу её домой? — Да, конечно. Будет жалко, если она останется здесь, всеми позабытая. Дома всё равно как-то веселее. — Ты опять куда-то собрался? — вздохнула Юкари, глядя на карту, которую я изучал. — Да. Завтра еду в Гунма. — В Гунма? — Привезти сувениров? — Нет. Хочу, чтобы ты вернулся целым и невредимым, брат. — Я вернусь. Уж там-то мне точно ничего не грозит. — Хотелось бы верить… — сестра так и не успокоилась. — Не переживай. — Угу.       Она положила голову мне на плечо. И так мы сидели молча, пока минуты не спеша утекали в вечность.