...И мой сурок со мною

В дверь тарабанили ногами, и, судя по звуку, уже давно. — М-м-м, сейча-ас, — промычал Сэм и на четвереньках едва дополз до прихожей. Ноги предательски дрожали и подкашивались. Тут ему все же пришлось привстать, чтобы открыть дверь. Впрочем, его сил хватило не настолько, чтобы утруждать себя разглядыванием визитера в глазок. У дверного косяка стоял пышущий холодной яростью Дин. Сэма словно ведром воды окатило. Алой пены на губах и в помине не было, равно как и дыры в проломленной груди. Он даже раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но брат успел первым: — Я ломлюсь сюда уже четверть часа! Какого хрена ты тут дрыхнешь?! Постой-ка… Ты что, надрался? Сэма шатнуло, когда он попытался помотать головой и втащить Дина в номер. — Нет, не надрался. Боже святый, ты живой, Дин! От неожиданности тот не успел уклониться от братских объятий и даже не стал ворчать про личное пространство. — А каким мне еще быть? Ты правда думал, что Дина чертова Винчестера так легко убить? — он заломил бровь и постарался скрыть едва уловимую гримасу боли. — Что произошло у нас в номере, Сэм? Ты запустил сюда все торнадо с нашей планеты? Сэм с видимым облегчением приземлился на софу и вкратце рассказал и про то, что ведьмин мешок на него не подействовал, и про черную кровь, и про Бобби, и про смерть Дина в своем видении. Дин неосознанно потер грудь в том месте, куда должен был войти штырь, и надолго замолчал. Сэм воспользовался этим, чтобы перехватить инициативу в разговоре. — А теперь скажи на милость, какого черта ты не в больнице, Дин? Ты же руки поднять не мог самостоятельно. Как ты очутился тут? Дин смущенно кашлянул. — Медсестрички в больнице были натуральные кикиморы, поэтому я слинял к твоей привычной роже, — ухмыльнулся он во весь рот. Сэм на это не поддался, лишь укоризненно свел брови к переносице: — Дин! Не смешно. Рассказывай как есть. Иначе, клянусь, я скормлю тебя здешним крокодилам. Некоторое время брат еще пытался юлить и выкручиваться, но Сэмова непреклонность сделала свое дело, и Дин нехотя признался: — Я был уверен, что ты в опасности. Не спрашивай, почему, все равно не сумею объяснить. Просто чувство, аж до дрожи и мурашек по спине. Ну, сам понимаешь. Рванул к тебе сразу же. Хотя поначалу, еще когда в клинике был, шагу самостоятельно сделать не мог, а сейчас бодр и здоров. Странно это все. Может, эффект от ведьминого проклятия? Сэм внимательно осмотрел брата — исчезла бледность, порозовели щеки, и в целом Дин выглядел более живым, чем на больничной койке. И тут до него дошло. — Дин, — вкрадчиво сказал он. — Что может объединять детей одного маленького городишки с единственной захудалой больничкой? Брат пораженно ахнул. — Педиатр?! Сэм, ты серьезно? Ты, небось, и карты их болячек уже посмотрел, Шерлок? Тот уверенно кивнул. — Карты сейчас вместе поедем смотреть. Я уверен, что врач будет один и тот же. Посуди сам, Дин, педиатр имеет доступ к домам, где есть дети, и чего может быть проще, чем засунуть ведьминский мешочек в щель, пока родители ушли, к примеру, за водой доброму доктору. Дин скептически изогнул бровь. — А мы? Уж ты-то точно на нуждающегося в услугах педиатра не похож. Как, по-твоему, ведьма могла выловить нас? Сэм немного стушевался, умолк на пару секунд и с жаром продолжил: — Значит, у нее есть сообщник. В мотеле, в администрации или вообще в полиции. Дин задумчиво кивнул. — Похоже на то. А вариант с няней ты не рассматривал? — Рассматривал. У Элис Уорден няньки вообще не было, так же, как и у Питера Эванса. За предыдущими двумя пропавшими детьми присматривали соседские девочки. Общих или хотя бы знакомых между собой домработниц, по словам шерифа, тоже не было. Дин, еле сдержав стон, поднялся и направился к двери. — Ну что, поехали? Теперь пришел черед Сэма смущаться, краснеть и невнятно блеять. — Э-э-э, понимаешь, тут такое дело… В общем, Детка на стоянке, и ее придется очень долго ремонтировать, — промычал он. — И, Дин, я беру свои слова обратно, насчет того, что это просто машина и сборище железяк. Я видел, во что превратилась Импала. После такого не выживают, — Сэм зажмурился и выпалил. — И теперь я абсолютно уверен, что у нее есть душа. Дин пораженно закашлялся. — Чувак, это точно ты? Никогда бы не поверил. Она… сильно повреждена? Ты забрал арсенал из багажника? Сэм кивнул в ответ сразу на оба вопроса. — В общем, либо мы идем пешком, либо угоняем тачку, — несколько расстроенно подытожил Дин. Сэм обреченно вздохнул, соглашаясь. Угонять машины ему нравилось еще меньше, чем раскапывать могилы.

***

В больницу они пошли вдвоем. Конечно, Дин порывался пойти сам, но Сэму пришлось напомнить, что непонятно почему ведьмино колдовство на него не действует, и лучше пойти вдвоем, чтобы в случае чего хотя бы кто-то мог сопротивляться. Примерно по той же причине Дин не отпустил его в одиночку. В клинике сохранились лишь копии карт пропавших детей — оригиналы, как им сказала дежурная регистратор, забрала полиция. Братья переглянулись — в предоставленных шерифом материалах дела ни копий, ни оригиналов не было. Также в глаза бросалось, что редко болеющие дети практически в одно время подхватили пневмонию, и лечащий врач был одним и тем же. Некая мисс Лора Линн. Выезды на дом, работа в муниципальной клинике, иногда подработка частной практикой. Коллеги отзывались о ней как о приятной женщине, всегда готовой прийти на помощь и подменить при необходимости. Казалось, если бы была возможность, она бы жила в больнице — настоящий фанат своего дела, хороший специалист, обожает детей, но живет одна. И работает очень долго, лет пятнадцать, если не больше. Щенячий взгляд Сэма сработал и тут, и они разжились фотографией Линн. Неприметная блондинка лет тридцати пяти в очках со строгой оправой, больше похожая на учительницу начальной школы, чем на педиатра. Тощий хвостик мышиного цвета волос, немного крысиная улыбка, носик-пуговка, тускло-серые глазки. В толпе эту особу опознать было бы затруднительно. Дину не удалось услышать о ней ни единого дурного слова, лишь симпатичная медсестричка, смущаясь, сказала, что Лора совершенно не стареет, и поинтересовалась, ни к кому как бы не обращаясь напрямую, не продала ли ее уважаемая коллега душу за вечную молодость. Ослепительно улыбаясь и флиртуя, он выпытал у нее домашний адрес Линн и заодно медсестрицын номер с коварным умыслом встретиться позже и хорошо провести время. Сэм на это лишь покачал головой — Дин неисправим. — Ну что, пойдем к докторице прямо сейчас или дождемся вечера? — Сэм отхлебнул паршивенького автоматного кофе. — А тут ее нет? — Пока кто-то занимался кобеляжем, я сходил в регистратуру и узнал, что доктор Линн взяла на сегодня выходной. Вчера она, кстати, тут ошивалась. Дин пристыженно кашлянул. — Гхм, зато теперь понятно, с чего я не падаю с ног в больнице, как вчера. Ты… ты думаешь, это рикошет от заклятья или эта дрянь просто меня высасывает? — Не знаю, Дин. Но мне это совершенно не нравится, — Сэм отвел взгляд. — Давай сначала в номер за оружием, а потом уже к Линн. И Бобби надо предупредить. — У тебя есть идеи, чем может быть черная кровь? Бобби ничего конкретного не упомянул? — Нет. У меня вообще сложилось впечатление, что он что-то скрывает. Хотя… Помнишь, тогда, в хижине, Желтоглазый сказал, что у него на меня большие планы. Может… Может, оно… — Нет, Сэм, не может! — рыкнул Дин. — И думать об этом не смей. Хватит рассиживаться, поехали. — Куда поехали, Дин? У нас нет ни информации, ни оружия. Остынь. Не слушая его, брат выскочил, хлопнув дверью так, что стекло чуть было не осыпалось. В мотель они ехали в гробовом молчании. На все попытки заговорить Дин откликался лишь сердитым сопением, и вскоре Сэм решил не тратить время на разговоры о погоде и как бы в пустоту сказал: — У ведьмы определенно должен быть помощник. Вряд ли она смогла бы самостоятельно добраться до полицейских бумаг, да и в мотеле она точно не светилась. Дин посопел еще немного, но уже успокаиваясь, и раздумчиво проговорил: — Похоже на то. Но тогда кто? Шериф? Ему-то какой резон этим заниматься? Вряд ли карты отдадут первому же попавшемуся полицейскому. — Еще есть вариант с мотельным дворником, но он слишком уж, — Сэм чуть помолчал, подбирая слово, — гладенький, чтобы быть правдой. — Ладно, — Дин глубоко вздохнул. — Сначала выцепим эту поганку, а потом она сама нам все расскажет. Сэм хлопнул себя рукой по лбу и вытащил мобильник: — Надо отзвониться Бобби и сказать адрес Линн. На всякий случай. Дин презрительно изогнул бровь, показывая, что он думает о перестраховщиках, но ничего не сказал. Редкий случай. Дозвониться до Бобби не удалось, поэтому Сэм быстренько наговорил автоответчику все, что им удалось разузнать, и отключился. В мотеле они быстренько закинули в багажник ближайшей машины обрезы, пару канистр со святой водой — фляжки предусмотрительно положили в карман — и соль.

***

Через несколько минут они уже подъезжали к дому ведьмы. Самый обычный аккуратный домик в два этажа, каких много в американской глуши, белый забор, подстриженный газон, пластмассовые гномы и фламинго у ворот. Темные окна — хотя уже смеркалось. И настежь распахнутая дверь. Братья почти синхронно выругались, увидев отпечатки детских ботиночек на песчаной дорожке, ведущей к дому, и выскочили из машины. Покоцанный угнанный фордик жалобно скрипнул дверьми. На улице не было ни души, лишь от ведьминых соседей доносилось бормотание телевизора. Оглядеться внимательнее им помешал истошный детский крик, донесшийся из дома Линн. За считанные мгновения они достигли дверей, перепрыгнули порог — и застыли, не в силах пошевелиться. Прихожая была совершенно пуста, лишь откуда-то сверху донесся насмешливый женский голос: — Вы два идиота. Я даже поначалу и не думала, что вас будет так легко поймать. Вы и правда купились на следы? — с лестницы свалилась маленькая туфелька. — Ваши предки, по крайней мере, были поумнее вас. Хотя и их провести было не так уж сложно. Дин отчаянно пытался сказать что-то, несомненно, язвительное, но не мог. Рот словно залили цементом, а в глотку запихали дохлую рыбину. Судя по гримасам, брат испытывал то же самое. — Ты так смешно пыжишься, зеленоглазенький, — голос приблизился, но самой колдуньи не было видно. — Только зря. Ты не сможешь издать ни звука. По крайней мере, пока я этого не захочу. Сэм неистово завращал глазами и попытался было что-то изобразить мимикой, но Дин ни черта не понял. — Что, милый, голос знакомый услышал? — усмехнулась ведьма. Сэм замер. По всей видимости, Линн попала точно в цель. — В тебе течет темная кровь, и у меня будет достаточно времени, чтобы ее распробовать. Не уверена, правда, что методы тебе понравятся. Внезапно она возникла прямо перед ними. Вблизи она выглядела еще более неприметной и некрасивой, чем на фото. Давно не мытые волосы свисали сосульками на лицо, белевшее крысиной мордочкой в полумраке коридора. Двигалась она на удивление плавно и даже пластично. Дин непроизвольно скривился. Такую кикимору он бы не позвал даже натаскать воды для мытья Детки. — На самом деле я выгляжу вовсе не так, ты же понимаешь, Дин, — она почти нежно провела рукой по его щеке, и он упал бы от резко накатившей слабости, если б не сила, удержавшая его в вертикальном положении. — Это лишь маска. Кстати, накинуть личину шерифа и забрать карточки этих мелких засранцев было даже проще, чем заманить вас сюда. Хотя у нас еще будет время, чтобы всласть наговориться… и накричаться. Ведьма взмахнула рукой, запирая дверь, а затем у Дина зазвенело в ушах, и все вокруг разом потемнело. Кажется, падая, напоследок он все-таки ударился головой о подставку для обуви. Где-то рядом вскрикнул Сэм, и все окончательно исчезло.