Пески времени

«Я же люблю тебя, дура» Эти слова никак не желали забываться и набатом звучали в голове среди удушливой зловещей темноты, в которой до сих пор звучал такой реалистичный смех Беллатрисы. Голос Сириуса помогал мне сохранить рассудок и не потерять себя. Я цеплялась за его слова как утопающий за соломинку. Неужели, это правда? Неужели, он сказал это не из жалости или желания поддержать? Тем не мене, додумать свою мысль я не успела. Я вынырнула из своего бессознательного состояния, как когда-то выныривала из озера, после того, как мы спрыгнули с дракона. Только вот Гарри и Рона не было рядом. Зато был Сириус. Я не сразу осознала, что кто-то держит меня за руку. Тупая боль во всем теле не желала униматься, а голос Беллатрисы - уходить из головы. Но все это меркло на фоне того, что я слышала недавно. А недавно ли?.. - Сириус, – хрипло произнесла я, еле разлепив губы. Я огляделась. Странно. Они уложили меня в мою спальню, а не в лазарет. - Да, – кажется, он задремал, а теперь проснулся. – Гермиона? Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? - Все хорошо, - соврала я. – Долго я тут лежу? - Нет, - потряс головой он. – Пару часов от силы. Я не думал, что ты так быстро очнешься. «Я тоже», - мысленно согласилась я и попыталась привстать. Как ни странно, мне это удалось. - Ты куда собралась? – хмуро поинтересовался Сириус, однако, не пытаясь меня остановить. - К профессору Дамблдору, - отозвалась я и спустила ноги с кровати. – Нужно ему все рассказать. - Не утруждайся. Рем уже побывал у него. И медальон отдал. Я разочарованно промолчала. Сейчас мне нужен был повод сбежать от Сириуса. Сбежать подальше, забиться в уголок и подумать над тем, что делать дальше. Большая часть меня была счастлива, слова Сириуса были тем, что она хотела слышать с того самого мгновения, как поняла, что я влюблена в Сириуса Блэка. Но крошечное сомнение поедало изнутри, заставляло медлить и обдумывать. «Сириус станет твоей слабостью», - шептало оно. – «Ты не сможешь полностью отдаться поиску крестражей, ты всегда будешь оглядываться на него». И оно было право. Отвратительно право. - И что он сказал? – отстраненно спросила я лишь для того, чтобы что-нибудь сказать. - Кто, Рем? - Да нет же, Дамблдор! - А мне откуда знать, – пожал плечами Сириус. – Спроси у Рема. Я встала на ноги и, чуть пошатываясь, направилась к двери. Сириус, как ни странно, молча остался сидеть на месте. - Где он? Рем? - Гермиона, - медленно проговорил Сириус, пристально глядя мне в глаза, - Ты… Ты ничего не слышала? Прежде чем потерять сознание… - он неловко замолчал и спрятал взгляд. Я сглотнула. Ну и что мне сказать? Почему именно сейчас нужно было поднимать эту тему?! - Нет, - нервно выпалила я, боясь передумать. Голос неловко подскочил вверх и я прокашлялась. – А что? - Нет, ничего. Ремус должен быть в своей спальне. Сириус отвернулся к окну, а я, подавив желание громко разреветься и обо всем ему рассказать, выскочила за дверь, чувствуя себя препаршиво и все еще сомневаясь, правильно ли я поступила. Постояв пару минут прислонившись спиной к стене, я глубоко вздохнула, потерла сухие воспаленные глаза и двинулась в конец коридора, где находилась спальня Рема. - Да, все сходится. Он разыгрывал чистокровного волшебника, чтобы втереться в компанию Люциуса Малфоя и прочих… - Гарри?! Я в ужасе отшатнулась, ударилась плечом об стену, но не обратила на это абсолютно никакого внимания. Я уставилась на Гарри, живого, родного Гарри, стоящего рядом со мной и как ни в чем не бывало глядящего на меня. Откуда он тут взялся? Возник словно из ниоткуда! Но… Сейчас ему было лет шестнадцать и выглядел он в точности также как после похорон Дамблдора. - … У матери кровь чистая, отец маггл… Оба стыдились родителей, внушали людям страх… - Гарри? Это и правда ты, – не слушая, что он там бормочет, прошептала я, глотая слезы. -… выдумали для себя звучные имена – лорд Волан-де-Морт, Принц-полукровка… Но правда? Что он несет? Я повнимательней вслушалась в его слова и с суеверным ужасом поняла, что это точь-в-точь то же самое, что Гарри говорил когда-то давно, после смерти Дамблдора, когда мы втроем, я, Рон и сам Гарри сидели на астрономической башне. - Гарри, – еще раз позвала я и осмелилась протянуть руку. Как только я почти коснулась его, Гарри исчез. Просто исчез. Раз – и нету. Я в шоке так и стояла с нелепо вытянутой рукой, пока дверь спальни Ремуса, возле которой я стояла, не распахнулась, и в коридор не выглянул сам Рем. - Гермиона? – удивленно спросил он, глядя на меня, стоящую в нелепой позе. Я тут же опустила руку. – Что-то случилось? Почему ты не в постели? - Рем, – слабо позвала я. - Что с тобой? Ты белая как мел, – Рем подошел ко мне и обеспокоено заглянул в лицо. - Нет, ничего, - я вяло улыбнулась. - Ты с кем-то разговаривала? Мне показалось… - Тебе показалось, - не слишком вежливо обрываю я и без приглашения захожу в комнату Рема. Сам он вошел вслед за мной и аккуратно закрыл дверь. Я молча села на заправленную кровать и прикрыла глаза. Что сейчас было? Почему я видела Гарри? На ум пришел тот жаркий беззаботный денек, когда мы впервые выбрались отдохнуть после череды тяжелых уборочных дней. Тот день, когда Сириус впервые меня поцеловал. Тогда я уснула на берегу и увидела самый реалистичный сон, из тех, что я когда-либо видела. Кажется, тогда Гарри говорил что-то про медальон. Но то был сон. Сейчас же я видела его собственными глазами. Может, это какое-то побочное действие зелья? - Гермиона, – Ремус осторожно присел рядом со мной. Я потерла переносицу и посмотрела на него. - Что сказал Дамблдор? – без обиняков спросила я. Ремус помолчал, изучающе глядя на меня. - Ничего нового. - Расскажи мне все, - потребовала я. – До последнего слова. Возможно, я кривила душой, я сама не знала. Может, мне просто не хотелось возвращаться в свою спальню, где, я уверена, до сих пор сидел Сириус. Наверное, это так. Я просто искала повод задержаться подольше. - Когда Сириус унес тебя, я сразу же аппарировал в Хогвартс и пошел к директору. Я чуть не опоздал. Дамблдор уже практически ушел, когда я явился. Он был чем-то невероятно взволнован, но я не обратил внимания. Я торопился, думал, что тебе нужна помощь, поэтому просто сунул ему медальон и быстро пересказал ему все. Рем замолчал. - А что Дамблдор?.. - Он даже толком не сказал ничего. Сунул медальон в ящик стола, сказал, что тебе помощь не нужна, что нужно просто отлежаться. Выпроводил меня. Я думаю, что он куда-то спешил. В мою душу закрались смутные подозрения, но они ни во что конкретное не оформились, поэтому я промолчала. Нахмурившись, я спросила: - Это все? - Да. Все. Я молчала. Мне казалось, что я упускаю что-то важное. - Знаешь, тебе лучше лечь в постель, - заботливо начал Рем. – Ты столько всего перенесла, тебе нужен отдых… Он неловко замолк, а я так и не поняла, выпроваживает он меня или действительно заботится. Я встала с кровати и, кивнув Рему, вышла из его комнаты. В голове было пусто. Только отголоски смеха Беллатрисы, который, казалось, теперь-то уж точно останется со мной навсегда. Немножко помешкав перед дверью своей комнаты, я все же надавила на ручку и вошла. Как я и предполагала, Сириус сидел на том же месте, на каком я его и оставила. Только он, видимо, задремал, пока меня не было. Сложив руки на подоконник и положив сверху голову Сириус мирно спал. Челка упала на лицо и он слегка морщился, когда она щекотала ему щеку. Я осторожно отвела волосы от его лица и мягко улыбнулась. Во сне Сириус выглядел немного младше своих лет и почему-то как никогда напоминал свою анимагическую сущность. Я задержала руку на его щеке, чуть поглаживая скулу. Может, я все-таки зря соврала насчет того, что не слышала его слов?.. Мысль не успела оформиться до конца, как ресницы Сириуса затрепетали и он проснулся. Я резко одернула руку и шагнула назад, неловко наткнувшись на кровать и непроизвольно плюхнувшись на край. Сириус с хрустом потянулся и совершенно по-собачьи зевнул. - Ну что, поговорила с Ремом? - Ага, - кивнула я, избегая его взгляда и довольной улыбки. Знает, шельмец, что я засмотрелась на него, пока он спал. Я молчала. И в голове, сам по себе, внезапно щелкнул вопрос, которым я не так давно задавалась. - Регулус. - А? – растерянно откликнулся Сириус. Кажется, он тоже не знал, куда себя девать, но уходить почему-то не спешил. - Я вспоминала о нем недавно, - напряженно сказала я. – Он куда-то делся из школы, а я не обратила внимания. Я мучительно покраснела. Мне до сих пор было стыдно за такое невнимание. - Неудивительно, - хмыкнул Сириус. – Он наложил легкие чары отвлечения, прежде чем сбежать. Конечно, учителей и директора это не обмануло, но остальные долго не задавались вопросом, куда же делся малыш Рег. - Сбежать, – эхом повторила я и нахмурилась. – Куда сбежать? Зачем? - Когда мы с ним помирились и он узнал истинную причину смерди дяди Альфарда, он, наконец-то, понял, в какую секту собирался вступить. Слава Мерлину, он не успел. Я в шоке слушала Сириуса, который рассказывал о своем брате так пресно и обыденно, словно Регулус каждый день сбегал из школы и из-под носа Волан-де-Морта. - Он на многое закрывал глаза и оправдывал своего будущего сюзерена, - Сириус вздохнул. – Но вовремя понял, как был слеп. - Но зачем он сбежал? – недоуменно спросила я. - В школе Эйвери и его шайка не дала бы житья братцу, - Сириус криво усмехнулся и провел рукой по волосам, растрепав их в лучшей традиции Джеймса Поттера. На ум пришло то, что как же я быстро заменила Гарри на Джеймса. Стало тоскливо. – И он сбежал. - Но где он сейчас? – заволновалась я. – А если его найдут? Ему, как отступнику, мало не покажется! - Не переживай. Он в доме дяди Альфарда. Дядя завещал его нам. И перед смертью огородил его кучей защитных заклинаний. А дядя был еще тем параноиком. Так что Регулуса сам Мерлин бы не нашел, не то что там какой-то Темный Лорд. Сириус засмеялся, и я эхом подхватила его смех. Это краткое мгновение, ярко блестящие глаза и веселый смех навсегда остались в моей памяти как яркая картинка. Я неосознанно почувствовала, что это будет одним из тех воспоминаний, которое я буду вспоминать, вызывая Патронус. Что странно, ведь никакой особой смысловой нагрузки оно не несло. Возможно, это и была любовь. Когда вот так запоминаешь незначительные, но такие приятные, теплые моменты, связанные с человеком, прокручиваешь их потом в голове перед сном и улыбаешься до ушей. Вспоминаешь взгляды, упавшие на лицо пряди волос, подергивающийся кадык, когда он громко хохочет, запрокинув голову. Или небрежную щетину и неряшливую рубашку навыпуск. Или сонное лицо и след на щеке от наволочки. И сердце щемит от накатившей нежности. Я несколько раз ошеломленно моргнула, осознав, что сижу на кровати, словно палку проглотив, и не отрываясь смотрю на Сириуса, склонившего голову к плечу и лукаво улыбавшемуся. Отчего-то ямочки на его щеках, такие детские и смягчающие улыбку, привели меня в чувство. - Ты знал? Знал и ничего не сказал, – напустилась я на Сириуса, злясь, скорее, на себя, чем на него. Мне надо было отвлечься. – Ты же знаешь, как мне важна его судьба! - С чего бы это вдруг? – насупился Сириус. - Ни с чего, - буркнула, я и мы замолчали. Пауза затянулась. Я провела рукой по волосам и закатала рукава рубашки, совершенно не зная, о чем говорить и пытаясь занять руки. Сложив руки на колени и с деланным интересом рассматривая обои я так увлеклась этим нехитрым занятием, что чуть не пропустила тот момент, когда Сириус осторожно взял в ладони мое левое запястье. Я перевела удивленный взгляд на него. - Что это? – с любопытством спросил он. – Не знал, что у тебя есть шрамы… Он осекся и в ступоре замолчал, а я, похолодев, поняла, что именно Сириус имел в виду. Я привыкла называть это безликим словом «шрам». Обычно я прятала его мороком или чарами, а когда совсем не было выхода, замазывала тональным кремом или скрывала руки длинными рукавами. Но пролежав какое-то время в больничном крыле без палочки и напрочь забыв про него, я пропустила тот момент, когда чары рассеялись. И теперь на моей левой руке красовалась розоватая, не до конца зажившая надпись, вырезанная когда-то острым кинжалом. Словно напоминание. Чтобы я всегда знала свое место. Грязнокровка. Издевательский смех Беллатрисы прокатился волной в моей голове, но не затих, а отдавался презрительным эхом. - Кто?.. – задохнувшись яростью, прорычал Сириус. – Кто это сделал?! Я растеряно молчала, абсолютно не представляя, что мне сказать. Не могла же я рассказать ему о пытках Беллы в Малфой-мэноре? Не могла рассказать о беседе «как девчонка с девчонкой»? И дело было даже не в плохих воспоминаниях, а в горячей голове Сириуса. Расскажи я ему об этом, о моем самом страшном кошмаре, о диком смехе, о крике «Круцио» и адской боли, об унижении, Сириус бы сразу же кинулся мстить. И наверняка погиб бы. - Гермиона, – рявкнул он и я вздрогнула. – Говори! Я не оставлю это так!.. - Вот поэтому и не скажу, – вздернула я подбородок. На мгновение во мне проснулась та маленькая и занудная отличница. - Не вынуждай меня, - зарычал Сириус и мне стало страшно. Но я упрямо твердила свое. - И что? Что ты мне сделаешь? Будешь пытать, пока я все не выложу?! - Нет, - грубо сказал Сириус. – Я использую легилименцию. Мы с Джимом пару раз пробовали друг на друге, так что я знаю, как это делается. Я похолодела. Окклюмент из меня никакой. Гарри как-то пытался объяснить нам с Роном все то, что ему говорил Снейп на приватных уроках. Но из Гарри получился бездарный учитель. И я решилась. Была не была. В конце концов, скрывать что-то от Сириуса было не честно по отношению к нему. Особенно, скрывать такое. И я рассказала. Во время рассказа я словно бы видела себя со стороны. Остекленевший взгляд, безуспешно спрятанные боль и страх на лице и попытки смягчить краски. Но Сириус все понял. Он смотрел прямо на меня, не отрываясь, и в его глазах плескалась такая ярость и ненависть, что впервые в жизни мне стало так страшно. И боялась я не за Сириуса, а его самого. Я замолкла и опустила взгляд на свои руки. Глаза щипало, но я не плакала. Сириус продолжал молчать и неосознанно пялиться куда-то. Только слегка поглаживал вырезанные на моей руке буквы. - Я ее убью, - тихо и отчетливо проговорил он, и я вздрогнула от холодности его голоса. – Я УБЬЮ ЕЕ, – заорал он во весь голос и вскочил на ноги. Врезав кулаком по стене, он непременно оставил бы на ней вмятину, не будь она каменной. Он ударил еще раз. И еще. По запястью из разбитых костяшек струилась кровь. - Сириус, - робко позвала я. Ноль реакции. Сириус заметался по комнате как загнанный зверь. Я поняла, что не останови я его сейчас, за неимением Беллатрисы он будет громить все, что попадется ему под руку. - Сириус, - уже решительней произнесла я и встала. – Хватит. Успокойся. Это уже давно прошло. Я даже плохо помню это! Тут я слукавила, и хохот Беллы в моей голове как нельзя подтвердил это. - Ничего страшного, - продолжала увещевать я. - Ничего страшного?! – взревел Сириус. – НИЧЕГО?! Я не знала, что он сделал бы дальше. Я не на шутку испугалась бы, если бы не шум, послышавшийся внизу. - Тихо, - шикнула я и Сириус, как ни странно, послушался. Шум усилился, и я вышла из комнаты и побежала вниз, в холл. Сириус как тень следовал за мной. Все, кто был на данный момент в штабе, высыпали к входной двери. На пороге которой стоял Дамблдор. Дамблдор, поддерживаемый за плечо Северусом Снейпом. Последнее, что бросилось мне в глаза, когда Дамблдора провели в одну из комнат, это черная, обугленная и усохшая правая рука директора.