Раб

***

      Насыщенная давно предвкушаемыми событиями ночь вымотала омег конкретно…       Не успели Тэхён и Джин выгрузиться с катера, который доставил их с парковочно-орбитальной станции, где их высадил транспортник на «нелегальный» Крюк, как они сразу вместе с толпой, жаждущей развлечений, удовольствий и целенаправленно для этого прибывшей на край туманности, ударились «во все тяжкие».       Джин, который никогда не мог, да и не хотел вовремя остановиться, нагло пользовался тем, что Тэхён всегда оставался трезвым и здравомыслящим. И это не потому, что ему приходилось обходиться без стимуляторов — просто был таким всегда в силу характера.       Как Тэхён умудрился на М64 остаться ночевать вне капсулы в ту ночь, когда его укусила какая-то херня из фауны планеты — вообще для всех было загадкой…              Они чуть не опоздали на начало боёв. Потому что всё происходящее на планете и считавшееся официально под запретом, влекло неискушённых омег чрезвычайно: тематические ресторанчики, бары, кофейни, экзотические товары, предлагаемые к покупке животные и многое другое, чего за один раз охватить при всём желании невозможно…       Главные знаменитые на всё галактическое содружество «гладиаторские бои» проводились раз в космический год.       Но мелкие «ринги» собирали чаще. Их целью было — отобрать на заключительный этап самых сильных и зрелищных бойцов.       Тех, кто хотел выиграть звание «гладиатор Вселенной», набиралось много. Стимулом было то, что к «званию» прилагалась огромная сумма кредитов.       А ещё больше было тех, кто выставлял купленных и натренированных рабов. Мотивация у таких «связок» тоже была огромная: хозяину — деньги, рабу — свобода.       Мальчишек-альф скупали по всем галактикам специальные ищейки, пользуясь любой возможностью: в приютах, у неблагополучных родителей или опекунов, выловленных на грязных улицах мегаполисов или свалках на отдалённых от цивилизаций планетах и отправляли в специальные тренировочные центры и школы, где потом и происходил основной отбор.       Шанс стать гладиатором и побороться за свою свободу на ринге был очень невелик. Сортировка была жёсткой: слабых, а чаще просто покалеченных на тренировках молодых парней продавали дальше, не давая возможности не только поучаствовать, но даже увидеть бои на ринге…       Свободному галактическому люду было проще. Они заранее знали, на что идут. А ещё, зная, как готовят рабов на бои, частенько платили деньги, чтобы иметь возможность попасть хоть ненадолго в тренировочные лагеря, которые, как сорняки множились на малоосвоенных планетах.       Тех рабов, кто особо отличился при подготовке, выкупали «хозяева», чтобы иметь возможность заработать огромные деньги и отпустить отработанного раба на его вожделенную свободу. Но чаще просто перепродавались такими хозяевами те гладиаторы, которые не смогли победить, — лишь бы не в убыток…       Места у парочки, порядком подуставшей к моменту прибытия на бои, были на первой линии от ринга.       Соответственно, всё, что происходило, происходило у них буквально «перед носом». И если поначалу Тэхён шикал на орущего и визжащего Джина, то через пару часов понял, что тот, кто «вторит» приятелю в унисон — он сам.       Бои были из серии «сезона» и альфы-гладиаторы просто примеривались друг к другу, чтобы на главном событии года иметь представление о своих соперниках. Если и были травмы, то они не несли угрозы для жизни и по негласному закону не наносились те удары, которые могли бы вышибить игрока из главного турнира.       Но даже такого «упрощённого» зрелища хватило друзьям, чтобы переполниться эмоциями до предела. Тэхён уже и не помнил, когда у него так кружилась от анималистичных запахов альф голова, и когда так остро он чувствовал себя живым…

***

      Спать не хотелось совершенно. Их костюмы, которые на первый взгляд казались безобидными омежьими тряпками, были ни чем иным, как хорошо скрытой, напичканной всевозможными приборами и отпугивателями «защитой» и они, перевозбуждённые зрелищем, прежде чем отправится с утренним катером на орбиту, чтобы пересесть на рейсовый транспортник, вместе с группой таких же любопытствующих, как на экскурсию, зачем-то попёрлись на невольничий рынок…       Целый час они ходили по рядам, разинув рот и разглядывая «товар».       В их спонтанной группе поначалу были и альфы, но как-то они отсеялись в самом начале, в том отсеке ангара, где, как на подиуме, стояли омеги, выставленные как самый дорогой, но, тем не менее, «ходовой» товар. И если у покупателя не было кредитов, чтобы приобрести красивую игрушку, то купить раба-омегу на час или два все вполне себе были кредитоспособны.       Там же можно было купить и молодого альфу. Всё для тех же низменных желаний. И всё так же: хоть на час, хоть навсегда…              Тэхён, которому наскучило уже в самом начале, когда они разглядывали играющих для покупателей мышцами альф, наотрез отказался идти с Джином в другие отсеки ангара, где товар был подешевле, а покупателей, несмотря на раннее утро, очень много.       Самое удивительное, что желающие приобрести рабов не выглядели богачами, — уж Тэхён разбирался…       Богачи как раз отоваривались в том самом дорогом отсеке, где был «подиум». Среднестатистические граждане галактик, нуждающиеся в рабочей силе или умелых руках, бродили по бесконечному ангару, сопровождаемые «менеджерами», в руках у которых были универсальные рабские пульты, после покупки настраивающиеся индивидуально.       Тэхён, оглядевшись, выбрал самый ближний выход и направился к нему, чтобы вдохнуть адаптированного воздуха планеты Крюк. Потому что химическо-медицинский привкус, убивающий не только любую заразу внутри ангара, но и любые естественные запахи, сильно напоминал ему недавнее погружение в «медика», а это всегда вызывало раздражение и неприятное чувство обреченности.

***

      Рассвет был необычным.       Завораживающе красивым.       Тэхён пожалел, что не захватил камеру, чтобы сделать световые слепки. Даже если они ещё прилетят на Крюк, то неизвестно, будет ли возможность встретить ещё один такой прекрасный восход зелёного солнца…       — Никто не сдох тут у тебя за ночь? — за углом ангара, до которого не дошёл Тэхён, молодому голосу ответил скрипучий старческий:       — Живы, бедолаги… Один совсем плохой — не выдюжит. Жалко.       — Денег жалко, что за него не получу. Он ведь бесхозный.       — Вот маленько бы его подлатать…       — Ага. Даже в нашем допотопном медике лекарства дороже, чем его никчёмная жизнь.       — Помирать ему… Жалко.       У Тэхёна вдруг заслезились глаза от того, что долго смотрел на зелёную звезду, которая начинала день на планете.              А о нём кто-нибудь скажет потром: «Жалко…»?              Он стёр ладонью непрошенную влагу со щёк и, сделав пару шагов, заглянул за угол ангара, и буквально нос к носу столкнулся с удивлённым от его неожиданного появления взглядом молодого альфы, который забирал у пожилого пульт, вероятно, служащий для управления непокорными рабами.       — Что вы здесь делаете? — затянутый в чёрный комбинезон альфа мгновенно разобрался «по одёжке» кто перед ним.       Тэхён, не говоря ни слова, наклонил голову набок, чтобы заглянуть альфе за плечо.       Тот сразу подобрался и сдвинулся, загораживая то, что было не предназначено для глаз покупателей.       — Пригласить для вас персонального менеджера? Он поможет вам выбрать себе…       Что нашло на Тэхёна, он и сам бы не смог объяснить…              Минутная слабость? Наваждение? Зелёным солнцем голову напекло?              — Я бы хотел купить умирающего раба, про которого вы говорили.       Удивление на лице выдрессированного «надзирателя» появилось лишь на секунду и тут же сменилось вежливой улыбкой.       — Понимаю… — ухмыльнулся тот, принимая Тэхёна за извращенца. — Только выбор сегодня, к сожалению, небольшой…       И вот это «к сожалению» совсем снесло башню Тэхёну, который решительно обошёл молодого здорового альфу и притихшего пожилого ночного сторожа, чтобы остановиться в замешательстве перед тем, что увидел.       На расстеленном пупырчатом тенте размером с небольшой манеж лежали четверо. При его появлении трое сразу поднялись: то ли повинуясь сигналу с рабского пульта, то ли слышали разговор…       Четвёртый дёрнулся, видимо, всё-таки от сигнала надзирателя, жмущего на кнопку дистанционника, — но этим всё и закончилось.       — Эти трое сегодня перейдут в ангар… Они проходили карантин после прививок. Весь товар проверен на отсутствие любой заразы…       Раб, который лежал, повернул голову в сторону говорившего и невидящими глазами уставился на источник своей боли.       — Да прекратите посылать импульсы! — Тэхён сам вздрогнул от немигающего взгляда раба. — Что с ним?       — Да кто ж его знает. Никто не обследовал. Его хозяин бросил тут… Только не советую. Говорят, сумасшедший Ли мотался на окраины. Мало ли какую заразу там подхватил его раб.       — Заразу подхватить — дело нехитрое… — Тэхён разглядывал голое тело умирающего старика-раба. — Сколько он стоит?       — Да полсотни кредитов. Только зачем он вам?       Тэхён и сам не знал — зачем… Да и не нужен ему был никакой раб.       — Пусть умрёт свободным человеком, — и, пошарив по карманам, нашёл смятые банкноты. Выискал полусотенную, чтобы отдать надзирателю.       — А эти трое?       — Эти… — в глазах продавца зажёгся огонь алчности. — По тысяче кредитов каждый!       — Тысяча за всех троих и только если уложишься в полчаса.       Не веря в свою удачу, надзиратель, продавший «левак», метнулся в сторону маленькой двери ангара, закрывающей вход в комнату для персонала и напичканную всевозможными ИИ, зажав в руке тысячу пятьдесят кредитов и толстую неубиваемую пластину-пульт.       В этот момент на руке Тэхёна завибрировал персональник, и взволнованный голос Джина, который потерял приятеля, оглушил ответившего ему Тэхёна высокими истеричными нотами:       — Ты где, Тэхён-и?       — У восточного выхода покупаю рабов.       — Иду, шутник!       Тэхён стряхнул «вызов» и оглянулся к сторожу, который так и маячил у него за спиной.       — Его бы маленько подлатать…       — Есть «медик» тут?       — Есть! — старик приободрился. — Только…       — Что?       — Дорого…       — ??? — Тэхён вопросительно вздёрнул брови.       — С тыщу за погружение на обследование по известным вирусами и поддержание жизнеспособности.       — А разовый меднаручень можно купить, чтоб не пользоваться общим?       Старик в удивление замолчал, уставившись на Тэхёна выцветшими глазами.       — Ну, вот такую штуку? — Тэхён задрал рукав, показывая свой лёгкий, индивидуально заправленный «медик», с которым он вынужденно не расставался.       — Я знаю, что это. На Крюке продаётся даже то, что вы нигде больше не купите.       — Ну?       — Я зарабатываю сто десять кредитов в месяц, если дежурю каждую ночь. Я знаю, как достаются деньги! Вы хотите потратить состояние, чтобы спасти жизнь рабу, который стоит пятьдесят кредитов?       Теперь была очередь Тэхёна уставиться на старика.       А подоспевший Джин разглядывал всех присутствующих сразу, включая выскочившего из пультовой ангара довольного сделкой надзирателя.       — Тэхён-и…       — Джин, у тебя есть наличные кредиты?       — Сколько тебе? — Джин хоть и знал, что стоит ему только активировать «броню», защитное поле не даст к нему даже приблизиться, но напряжение из взгляда у него не уходило.       — Все давай! — Тэхён помог другу вывернуть карманы.       Наличных набралось прилично — тысяч десять-пятнадцать.       — Как тебя зовут? — Тэхён повернулся к ночному сторожу, игнорируя крутящегося вокруг них с Джином альфу-продавца-надзирателя.       — Ноэль, — старик тоже смотрел на деньги в руках омег. По простой причине — он никогда столько не видел.       — Ноэль, могу я тебя нанять присмотреть за моими рабами? — Тэхён забрал из рук молодого альфы четыре небольшие пластины: индивидуальные теперь пульты каждого раба и передал их сторожу вместе со всей пачкой кредитов, оставив себе банкноту тысячного номинала.       — Это тебе премия, — он протянул надзирателю тысячу и снова поворнулсяся к старику:       — Ноэль, закажите меднаручень. И помогите рабу, — он кивнул на лежащего, не подающего признаков жизни альфу. — Как можно быстрее!       Потом Тэхён повернулся к разинувшему рот Джину и устало на него посмотрел. С момента, как они пришли в ангар, прошло чуть больше двух часов…

***

             Уже вечером, когда они перебронировали билеты с транспортника на частный борт вместительного парусника, Тэхён сорвался на матерящего его Джина.       — Отстань, Джин! Не знаю, что на меня нашло! Что сделано, то сделано! И нет, я не брошу их тут «на хуй»!       — Ты в пентхауз их хочешь притащить?       — Нет. Отправлю в имение к Чонелю, будет старику компания! А там видно будет. Через год по закону я могу их освободить… Отъебись, Джин! Нам скоро забрать их надо. С капитаном орбитального катера я договорился: их возьмут в грузотсек…              Ещё один вынужденный рассвет на странной, превращенной людьми в клоаку планете, не отличался от тех других, которые приходилось встречать ей вместе с теми, кто вынужден был здесь жить, и теми, кто вольно или невольно был её гостем.       Такси на десять посадочных мест, которое пришлось заказать Тэхёну на это утро, было экскурсионное — с большими панорамными окнами, комфортными креслами, легко управляемым и с удобной навигационной системой.       — Восточные ворота рынка Чорсу, — голосовая команда, принятая роботом-пилотом, выстроила кратчайший путь до цели и поинтересовалась механически голосом, какую скорость предпочитали пассажиры…