Marry me...

      Голые альфы вернулись спустя час и, прикрывая руками «достоинства», быстро принялись одеваться, стараясь сделать это как можно быстрее под хмурым взглядом Гонзо, который сидел на песке, обнимая всеми конечностями сидящего к нему спиной омегу.       — Сделаем крюк. В паре часов отсюда стоит кочевьем гарем молодого султана Муры. Мне нужно к нему.       — Мы и так уже…       — Останавливались жопы в океане мочить? — Гонзо закрывает ладонями уши Мехмеду.       — Ладно. Мы не гонцы — можем и опоздать на день-другой…       — В карету — не суйтесь! Оба наверх.       — Гонзо! Пекло же…       Гонзо целует мелкого омежку в макушку и, вздохнув, закрывает ему руками уши…       — Да поняли мы! — один из альф подбирает с песка перевязи и направляется к карете, запряжённой парой крепких лошадок…       Разговор Гонзо с наследным принцем-альфой султаната Офада Мурой прошёл на удивление спокойно.       — Да забирай его!       — Как… Забирай?       — Просто. Вези домой. Я отцу скажу, что украл ты его…       — Но…       — Какое «но»? Он месяц выносит мозг всем! Отец и сам бы его отвёз тебе! Но решили: «Вдруг отдых у океана поможет забыть шехзаде об альфе из Кигета?»       — Не помогло? — Гонзо улыбается одной стороной рта.       — Какое там, — машет рукой полулежащий в подушках принц Мура. — Забирай!       — А как же…       — Послушай, лорд. Я за брата найду тебя под землёй и на небе. Если обидишь. Всё, что с его согласия — твоё. Ему скоро пятнадцать. Береги сам его этот год. Через год отец пришлёт дары на свадьбу.       — Через год… А если?       — Я сказал. Ты у меня его попросил? Я тебе разрешил его украсть. И если малыш будет несчастлив, тебе не поможет даже ваш Великий.       Гонзо вышел из шатра султана не просто растерянным, а расстерянно-счастливым.       Мехмед, так и не переодевшись, сидел на песке и пересыпал его в ладонях.       — Что брат сказал? — только тяжёлый «хвост» качнулся на голове омеги, когда тот подскочил к своему истинному.       — Он… Разрешил забрать тебя.       — Ты ведь заберёшь? — Мехмед вдруг замер испуганным зайчонком.       Гонзо рыкнул и, перекинув омежку через плечо, побежал к карете.       И откуда только сразу повыскакивали смеющиеся и хлопающие в ладоши омеги? Они кричали вслед бегущему мимо «балаганов», палаток и кибиток альфе, улюлюкали и свистели…       — Гонзо! — Мехмед еле может выговорить имя альфы, мотаясь вниз головой.       — М? — тот возвращает его ногами на землю.       — Мы поедем в Кэдо?       — Нет. Отвезу тебя в Роох. Там папа в гостях у герцога Селима. Он за тобой присмотрит. Потом привезёт тебя в Кэдо.       — Подожди… — омежка бежит назад и шепчет на ухо что-то самому ближнему к нему омеге быстро возвращается назад.              К Гонзо.       ***       Хосок проснулся на рассвете. Непривычный шум океана и непонятный, необычный «вкус» воздуха щекотал горло.       Стараясь не разбудить спящего по другую сторону постели Банчана, Хосок сполз на теплые доски пола и тихонько выбрался из бунгало.       Ошибиться с направлением он не мог: ноги сами несли туда, где шумел, двигался, переливался на глазах и притягивал невероятными красками океан.       Удивиться Хосоку и впрямь было чему…       Почему отец никогда не возил его на юг полуострова? Почему он сам никогда этого не хотел?       Берег, набегающие волны, крики чаек, рассветное небо над океаном, — всё это Хосок смог оценить одним возгласом: «О-о-о!» Набегающие и удаляющиеся волны… Они играли с ветром, солнцем, камушками на берегу, морскими и небесными звёздами… Всем, что создано Великим на небе и на земле…       Если люди влюбляются безоглядно в океан, то лорд Хосок в это утро раз и навсегда полюбил рассвет над океаном. Тот рассвет, который дарил спокойствие, надежду и безграничную веру в свои силы.       А вот на завтрак они с Банчаном, увы, опоздали. Кто же мог подумать, что строгий лорд Адам не позволял омежкам нежиться до обеда на мягких гостеприимных перинах в доме герцога Селима?       Они направлялись вдвоём в особняк как раз тогда, когда утренняя трапеза подходила к концу.       Увидев всех за столиками на веранде, Хосок мгновенно отыскал взглядом Чимина. Вот только омежка успел увидеть его первым и теперь…       Сжался под его взглядом и, кажется, заплакал?       Герцог Селим, успевший уже подняться из-за стола, радостно приветствовал их, подошедших к столу. И пока Банчан раскланивался с Мэем, Лиёмом и лордом Адамом, Хосок, извинившись, направился к дальнему столику.       Он даже успел заметить удивлённого Юнги и хмурящегося Сокджина, а потом уже видел только лицо любимого омежки…              Чего испугался Чимин? Почему…       Но стоило Хосоку протянуть к нему распахнутые руки, как мальчик сорвался к нему из-за стола. Рука на перевязи стала тем препятствием, которое помешало Чимину вцепиться в альфу. Зато не помешало Хосоку губами собирать его слезинки и начать искать губами губы…       — Лорд Хосок! Остановитесь же! — Сокджин, как может, загораживает парочку от глаз любопытных и возмущающихся: таких как лорд Адам или граф Мин. — Все уже поняли, что этот омега ваш!       Хосок как сквозь туман слышит панику в голосе лорда Сокджина и усилием воли заставляет себя перестать целовать Чимина. Он разворачивается ко всем, задвигая омегу себе за спину и собираясь принести извинения, но тут публика переключается на новых действующих лиц…       ***       Лорд Адам, вошедший днём ранее в бунгало Хиноха и увидев то, чего не ожидал, до сих пор так и не поговорил с Хёнджином о той новости, которую он узнал о «его» истинном омеге.       То, как лорд Хинох осматривал лежащих на столах омежек, не оставляло сомнений в их положении. Адам выносил и родил пятерых детей! Чего он мог не знать о специальных, нанесённых на живот омеги составах, с помощью которых лекарь определял по запаху состояние плода и срок развития беременности.       Лорд Чихо и лорд Феликс… А он их лимоны собирать! А Хёнджин? Что он скажет сыну?       Он сумел выйти и попытался разогнать собравшихся, но его железной выдержки на это не хватило… Помог разобраться с толпящимися — лекарь. Он же попросил лорда Адама выслушать его и взял с него обещание о неразглашении.       Лорд Адам уже второй день мучился и жалел о том, что рядом не было Тото. Не было его надёжного плеча, его уверенности в завтрашнем дне. Решения такого «масштаба» он не умел принимать в одиночку…       На ум приходило только одно — поговорить с Бандой. Тот, хоть и был взбалмошным, избалованным и часто несерьёзным, сейчас оказался единственным, кто мог помочь принять решение.       — Папа? — Хёнджин, казалось, только и ждал, когда лорд Адам направится в сторону своих покоев.       — Хёнджин, поговорим позже. У меня разговор с Его Величеством. О лорде Ли Феликсе! — и герцогский омега почти бегом направляется с веранды в отведённые Его Величеству Банде комнаты.       Вот только, как и всех остальных, его остановило весьма интересное зрелище…       ***       Банда чувствовал себя не очень хорошо. Но признаваться в своём нездоровье не спешил.       Хинох уверил его после длительной поездки, что с малышом всё в порядке, а значит, волноваться не о чем.       А то, что болела голова, мучали одышка и изжога — так и ему не двадцать лет! И живот, который был всё время незаметен, вдруг решил вырасти.       То, что о его положении все знают, Банду совершенно не волновало. Он просто хотел оставаться с малышом «один на один», а не являть себя публике. Тем более, что собралось в гостях у герцога Селима, как ему доложили, много молодых омег…       Но он не мог отказать в настойчивой просьбе поговорить, герцогу Адаму, как не мог после этого разговора прийти в себя…       — Вы знаете, Ваше Величество, что двое омег, не нашедших себе альф, остались после «отбора» в интересном положении?       — В каком-таком интересном, интересно? — Банда улыбается собственному каламбуру.       — Вот в таком же, — Адам кивает на его животик, прикрытый белым атласным халатом, и не спешит разделить весёлое настроение императорского омеги.       Впрочем, тот и сам перестаёт ухмыляться.       — Кто?       — Наследный омега Рива Ли Феликс и титульный лорд Лим Чихо.       — Кто альфы?       — Не знаю…       — Вы предлагаете мне их расспросить, Адам?       — Нет, но…       — Раз уж вы решили, что эта тема вам интересна, то я поручаю вам всё узнать. А потом мы составим письменный отчёт для Его Величества и семей омег и альф. Позорить «отбор» непозволительно никому!