И вновь встретиться с прошлым

— Предлагаю, перед тем как узнать, что такое Хребет-Людоед, сделать перерыв, — произнес Фэнмянь, махая рукой слугам, дабы те подали обед. — Ч-честно, знать не х-хочется, ч-что это т-такое, — пробурчал обеспокоенный Вэнь Нин, прижимаясь ближе к сестре и кузену. Тот же в свою очередь несколько приобнял младшего.

***

      Во время обеда все, кроме Ланей, обсуждали прошедшие главы и делали предположения к последующим.       Юниоры прошлого и будущего решили выйти на улицу проветриться. Вместе с ними вышел и Вэй Усянь. Взрослые же остались в зале, а после повернулись к главе Ордена Не. В глазах так и читался вопрос "Нам стоит переживать?" — Я уверяю вас, никакого Хребта-Людоеда на территории нашего ордена нет, — покачал головой Не Миндзюэ. — Ну это ведь будущее, мы не можем уверять, что потом его не будет, — с напускной серьезностью проговорил Гуаньшань. — Думаю, Ванцзы с Господином Вэем предупредили бы нас, что это правда, — сказал Лань Сичень, стараясь придерживать свой спокойный образ. — Брат прав, никакого Хребта-Людоеда нет, — покачал головой Ванцзы. — Предлагают позвать детей и Вэй Усяня. Продолжим, дабы успеть к закату солнца прочитать хотя бы еще три главы, — отозвалась Мадам Юй. Сяо Синчень предложил свою кандидатуру, и, встав, он вышел из зала и направился за детьми.

***

      Когда все собрались в зале, Хуайсан взял книгу, ведь ему было крайне интересно узнать, что это за Хребет на территории его родного ордена. Но как только он сел рядом с братом книга снова взлетела. — Мне конечно нравятся симуляции, но не сейчас, — проворчал Не Минцзюэ. — Что же будет на этот раз, — потерев подбородок, проговорил Цзинь Цзысюань. — Вы звали меня, Дядя? — с улыбкой ворвался в кабинет Лань Циженя Вэй Усянь. — Как ты смеешь так неуважительно ко мне обращаться? — нахохлился Лань Цижень. — Ох, простите, но эту симуляцию я пропущу, — не обратив внимание на недовольство Циженя и грустно улыбнувшись, произнес Вэй Ин. Что-то сказав на ухо Лань Чжаню, он встал под тишину и взгляды, и он покинул зал. — Учитель Лань, А-Ньян в нашем времени очень часто называет вас так, — отозвался Сычжуй, все еще размышляя над реакцией Вэй Усяня. — Лань Ванцзы, ты знаешь что-нибудь об этом? — поинтересовалась Мадам Цзинь. — Я знал, что дядя хочет поговорить с Вэй Ином, но тему их обсуждения я не знаю, — отрицательно покачал головой Ванцзы. — Сколько раз, я говорил тебе не называть меня так? — с усталым вздохом проговорил Лань Цижень. — Цижень смотри, по симуляции видно, что ты уже на пути смирения с этим прозвищем, — усмехнулся Вэнь Жохань. — Учитель Лань никогда не смирится, — хихикнув, покачал головой Цзиньи.       Уже долго идет их холодная война, терпят они друг друга лишь ради Лань Ванцзы. — Ради Ванцзы, это даже мило, — мягко улыбнулся Сичень. — Напротив, Молодой Господин Лань, Учитель Лань и А-Сянь терпят друг друга только ради Лань Ванцзы, это печально, — покачала головой Яньли, упрекая Лань Сиченя. — Давайте ближе к сути. Я уверен, вы позвали меня не чай пить и обсуждать погоду, — улыбнулся Вэй Ин, смотря на стол, на котором Лань Цижень разливал чай по чашам. — Можно было и поуважительней, — проворчала Мадам Юй. Она даже не могла укоризненно глянуть на Вэй Ина, ведь тот покинул комнату.       Не смотря на мысли своей жены, Фэнмянь размышлял, почему Вэй Усянь покинул комнату? Что же мог быть за разговор такой с Лань Циженем, что его подопечному было некомфортно вспомнить. — Соберись, тема и вправду важная, она касается твоих родителей, — смотря прямо в глаза Вэй Ину, проговорил Цижень.       После сказанного старшее поколения напряглось, конечно, кроме Гуаньшаня. Мадам Юй, сжала кулаки, размышляя — "Снова эта Цансэ-Санжень" — кинув вгляд на мужа, она увидела, что Фэнмянь удивлен и в глазах читалась грусть. Он скучал по своим друзьям.       Юниоры прошлого, как и будущего, слегка стушевались. Все прекрасно знали, что родители Вэй Усяня погибли много лет назад. Сун Лань с Сяо Синченем прекрасно читали атмосферу и сразу поняли, что происходит. Сюэ Ян с А-Цин обменялись взглядом и пожиманием плеч, совершенно ничего не понимая. — Вам известно о родителях А-Сяня? — переспросила Яньли с надеждой, что ее шиди спустя столько лет смог узнать что-то более, чем имена своих родителей. — Да, — как-то неуверенно произнес Лань Цижень, он был уверен, что Цзян Фэнмянь все рассказал о Цансэ и Чанзе. — Моих.. Родителей? — переспросил Вэй Усянь, замирая.       Ни для кого не секрет, что Вэй Усянь лишился родителей в возрасте пяти лет, и четыре года провел на улице. — Он поражен, — сказала для всех известный факт Вэнь Цин. — Вы не рассказывали парню про его родителей? — удивляясь, спросил Не Миндзюэ. — Нет, — грубо ответила Юй Цзыюань. Цзян Чен и Яньли напряглись, что не от кого не скрылось. Они прекрасно знали реакцию своей матери на тему "Родители Вэй Усяня"       С годами Вэй Ин не мог даже вспомнить образ своих родителей, даже не их голоса. В семье Цзян было запрещено говорить про Вэй Чанзе и Цансэ-Санжень. — Даже голос? — тихо прошептал себе под нос Цзян Чен. — Запрещено говорить в семье Ц.. — начал было говорить Цзысюань, но его оперативно заткнул Хуайсан, приложив руку к его рту и качая головой. — Скорее всего, прошлый покойный глава Цзян не рассказывал тебе их историю, и что связывало его с твоими родителями, — говорил Лань Цижень, Вэй Усянь впервые не смел перебивать своего прошлого учителя. — Покойный глава, — как в трансе повторила Яньли. — А-Ли, мы не вечны, когда-нибудь это должно случиться, — мягко улыбнулся и, положив руку на плечо дочери, сказал Фэнмянь. — Но вы погибли слишком рано, — сказал Ванцзы, настолько тихо, что даже рядом сидящий Сычжуй не услышал. — Не всем везет, не каждого воскрешают с помощью обряда, — сказал как ни в чем не бывало Гуаньшань.       Мадам Цзинь пнула Цзинь Гуаньшаня за его реплику. — Тебе ничего не говорит "Трио Юньмень Цзян"? — спросил Цижень. — Мм, нет, — отрицательно покачал головой Вэй Ин, после небольшого размышления.       Фэнмянь явно понял, про что идет речь и удивленно посмотрел на Лань Циженя: — Они вам рассказали? — Об этом рассказала Цансэ — покачал головой Лань Цижень, но потом с печалью добавил. — Это был последний раз, когда я ее видел. Спустя неделю я узнал, что они с Чанзе пропали. — Твои родители и Цзян Фэнмянь были побратимами, названые сестра и братья - Трио Юньмэнь Цзян, — объяснил Лань Цижень. Ему самому рассказала об этом Цансэ в их последнюю встречу.       Все удивленно, кроме Сюэ Яна и А-Цин, глянули на Фэнмяня. — Почему ты не рассказывал мне? — отрешенно спросила Юй Цзыюань. — Вы не давали мне и слова сказать, Моя Госпожа, — вздохнул Фэнмянь. — У меня другой вопрос. Почему об этом никто не знал? В наших учебниках истории указывается всё! А учитывая, что переписывали ее Старший Вэй, ХаньГуань-Цзюнь и Глава Ордена Не, там должно упоминаться и это! — начал разглагольствовать Цзиньи. — Когда мы переписывали ваши учебники, Вэй Ин не знал об этом, — покачал головой Ванцзы. — Но почему об этом никто не говорил? — не понимающе с охрипшим голос спросил Вэй Ин. — Нам тоже интересно, — брякнул Не Хуайсан.       Он не понимал, почему тогда Мадам Юй всегда верила слухам? Почему все говорили, что Дядя Цзян любил его мать? — И вправду, Цзыюань, почему? — тихо прошептала Госпожа Башни Золотого Карпа. — Цансэ для меня всегда была любимой сестрой, спутницей на тропе совершенствования я ее никогда не видел, — объяснил Фэнмянь, кидая мимолетные взгляды на Юй Цзыюань. — Она всегда смотрела на Чанзе, а Фэнмянь его поддерживал, — добавил Вэнь Жохань.       Пораженные взгляды остановились на Главе Ордена Вэнь, который, лишь пожав плечами, сказал: — Как и все, я обучался в Облачных Глубинах в молодости и был знаком с Чанзе и Цансэ. Косвенно, но знаком. — Они держали это в секрете. Слухи приравниваются к массовому поражению, хотя ты и сам это понимаешь, — устало вздохнув, ответил Лань Цижень. — Слухи – это ужасно, — покачал головой Сун Лань. — Вы не представляете насколько, — вздохнул Цзинь Лин.       После этого разговора отношения Лань Циженя и Вэй Усяня опустили свою холодную войну, но без надобности они не контактировали. — Надеюсь, дядя, ваши взаимоотношения с Господином Вэем вздохнут свежим воздухом, — проговорил Сичень, посмотрев на своего дядю, что сидел в своих раздумьях. — Давайте позовем Сянь-гэгэ и узнаем про Людоедов-Хребет, — воскликнул Сюэ Ян. Никто не стал поправлять его в неправильной формулировке.       Цзинь Лин первым подорвался и побежал за Вэй Усянем. Во время ожидания все обсуждали данную новость. Цзян Чен был уверен, что после этой симуляции, матушка перестанет верить слухам. А вот Яньли была уверена, что родителей ждет сегодня вечером серьезный разговор.       Вэй Усянь с Цзинь Лином, вернувшись, сели на свои места, а Хуайсан, в чьи руки вернулась книга, открыл ее и незамедлительно приступил к чтению.       Вэй У Сянь ответил: «Наверное, потому что там поселилась тварь, что пожирает людей?»       Он слышал тысячи и тысячи мифов о подобных существах и собственноручно убил не меньше нескольких сотен, так что слегка разочаровался. — Разочаровался?! — изумленно выпучила глаза А-Цин.       Вэй Ин лишь беззаботно пожал плечами.       Тем временем шарлатан неровным голосом продолжал: «Так точно! Ходят слухи, что в лесу подле хребта стоит «крепость-людоед», в которой живут чудовища, питающиеся человечиной. Они тотчас же пожрут любого, кто забредет в те края и переступит порог их дома, и крошек не оставят! Ни один труп так и не был найден – ни разу! Жуть, правда?» — И вправду, жуть, — слегка вздрогнула Яньли. Цзинь Лин в качестве поддержки взял ее за руку. — Я на территорию вашего ордена ни ногой, — пробубнил Цзысюань, пытаясь заглянуть в текст книги. Хуайсан лишь отодвинулся, дабы не показывать события раньше времени. — Разве на территории ордена Не было такое? — сконфуженно и тихо поинтересовался Цзиньи у друга. Сычжуй поразмыслил, вспоминая, и отрицательно покачал головой.       Теперь понятно, почему Цзинь Лин оказался здесь. Ему не удалось совладать с богиней на горе Дафань, и, похоже, что он прибыл сюда за чудовищем хребта Синлу. — Цзинь Лин! — обреченно воскликнула семья упомянутого. — Вот и какого гуя этот мелкий туда поперся, — хмуро пробормотал себе под нос Не Минцзюэ. Хуайсан расслышал бормотание брата, но сделал вид, что ни о чем ни сном, ни духом.       Вэй У Сянь воскликнул: «Не то слово – жуть! Но если, как ты говоришь, не нашли ни одного трупа и даже ни единой крошки, то откуда известно, что тех несчастных именно сожрали?»       Шарлатан замялся на секунду, но все же ответил: «Значит, кто-то все видел, разве не очевидно?» — Нет, это совершенно не очевидно, — покачал головой Лань Цижень. — Если сам не видел, не берись утверждать, — фыркнула Мадам Цзинь.       Вэй У Сянь восхищенно ахнул: «Но разве, не далее как минуту назад, ты не говорил, что любой, кто переступит порог их дома, будет тотчас же сожран? Тогда, во имя Небес, кто же положил начало этим слухам? Кто этот могучий человек, который все видел своими собственными глазами и при этом выжил, чтобы рассказать о том, что творится в крепости?»       «…»       Шарлатан ответил: «Так говорят люди. Откуда мне знать?» — И это он всезнайка? — саркастично выгнул бровь Вэнь Сюй. — Задаешь правильные вопросы Вэй Усянь, но опять же, слишком много. Этот шарлатан ответит только на один, — похвалил и отругал Лань Цижень. — Ну ответил ведь, — надулся Вэй Ин.       Вэй У Сянь произнес: «Тогда, может быть, ты знаешь, сколько именно людей сожрали у хребта Синлу? Когда? Их возраст? Пол? Имена? Где они жили?» — А э-это то о-откуда ему з-знать? — удивился Вэнь Нин.       Шарлатан сказал: «Я не знаю». — Кого-то мне напоминает эта фраза, — хмыкнул Цзиньи.       Вэй У Сянь спросил: «Еще раз, как тебя называют? Всезнайка из Цин Хэ?»       Шарлатан сердито подхватил свою корзину: «Слухи не настолько точны!» — Слухи никогда не бывают честны, — проговорил Ванцзы.       Вэй У Сянь засмеялся: «Погоди, погоди, не уходи! Ответь мне еще на пару вопросов. Хребет Синлу ведь находится в Цин Хэ, так? А Цин Хэ лежит в зоне ответственности Ордена Цин Хэ Не, верно? Так почему же у хребта Синлу стадами разгуливают чудовища, а Орден закрывает на это глаза?»       К удивлению Вэй У Сяня, на этот раз шарлатан не ответил: «Я не знаю». Вместо этого тень презрения проскользнула по его лицу       Не Минцзюэ выпрямился. Все прекрасны помнили про фразу "Закат Цинхе Не". По взгляду главы Ордена Не и по сжатым пальцам на страницах книги Не Хуайсан, стала ясно что они думаю об этом шарлатане в общем и целом.       «Орден Цин Хэ Не? Если бы это был прежний великий Орден, то, конечно же, он не закрыл бы на это глаза. На следующий же день после появления слухов его адепты прочесали бы местность и быстро и решительно уничтожили чудовищ. Но сейчас во главе когда-то великого Ордена стоит, кхм… «Незнайка».       Прошлым главой Ордена Цин Хэ Не был Чи Фэн Цзунь, Не Мин Цзюе. — Насколько я помню, Наследник Не хорошо справлялся с делами ордена, — прокомментировал со своего места Вэнь Жохань. — Не-Сюн хорошо справляется со своими обязанностями, — кивнул Вэй Усянь. — Я читаю дальше! — не свойственно для себя рявкнул Не Хуайсан, чем не мало удивил старшего брата. У него на глазах блестели слезы, от того что он видел перед собой в тексте.       После того, как глава Ордена Ци Шань Вэнь, Вэнь Жо Хань, довел до белого каления позапрошлого главу Ордена Цин Хэ Не и отца Не Мин Цзюе и Не Хуай Сана, старший сын, привыкший делать все в жесткой и непреклонной манере, принял бразды правления в свои руки, хотя ему не исполнилось и двадцати лет. Кроме того, Не Мин Цзуэ был старшим названным братом Цзэ У Цзюня, Лань Си Чэня, и Лянь Фан Цзуня, Цзинь Гуан Яо. После Аннигиляции Солнца Орден Цин Хэ Не расцвел под его руководством, его величие и мощь почти достигали уровня Ордена Лань Лин Цзинь. Однако Не Мин Цзуэ настигло искажение Ци, и он скончался на глазах у огромного количества народа. Следующим в очереди на главу Ордена шел его младший брат, Не Хуай Сан. — От такого количества информации мне аж поплохело, — приложив руку ко лбу, проговорила Яньли. — Поверьте, Яньли, дальше – больше, — мягко поделился с ней А-Юань. — Искажение Ци, да? — кинув острый взгляд на брата, сказал Не Хуайсан, чем заставил слегка стушеваться того. — Мы не вечны, А-Сан, — потрепав по голове брата и тяжело вздохнув, сказал Минцзюэ.       Вэй У Сянь полюбопытствовал: «Почему ты назвал его «Незнайка?»       Шарлатан ответил: «Ты разве не знаком с этой историей? О чем бы ты ни спросил главу Ордена Не — он не знает ответа и ничего тебе не скажет; а ежели он все-таки знает ответ, то он побоится его озвучить. Но если ты вдруг насядешь на него и начнешь допрашивать жестко и твердо, то он будет рыдать в голос и яростно мотать головой, приговаривая: «Я не знаю, я не знаю, я ничего не знаю!» и жалобно умолять отпустить его. Теперь понятно, почему его называют «Незнайка»? — Жестоко и твердо допрашивать? Это кто такой смелый? — прогремел басистый голос Не Минцзюэ, заставляя юниоров прошлого и будущего съежиться. — Отзываться так о Главе Великого Ордена? — приподнял бровь Цзян Чен. — Какая бестактность, — нахохлился Лань Цижень.       В юности Вэй У Сянь и Не Хуай Сан учились вместе, так что ему было что сказать об этом человеке. — Надеюсь только хорошее, Вэй-Сюн, — уже порядком успокоившись проговорил Не Хуайсан, поднимая взгляд. — Никак иначе, Не-Сюн — улыбнулся Вэй Ин.       Не Хуай Сан был по натуре незлым человеком, и безнадежно глупым его тоже назвать было нельзя. Он не стремился старательно овладевать наукой, но зато преуспевал там, чего желало его сердце: расписывание вееров, охота за птицами, ловля рыбы руками или же прогуливание занятий. А вот его одаренность как заклинателя все же была весьма скудной, и он сформировал Золотое Ядро на восемь-девять лет позже своих ровесников. При жизни Не Мин Цзуэ очень досадовал, что из его младшего брата не выходило достойного мужчины, и всегда строго воспитывал его, однако едва ли это возымело хоть какой-то успех. Сейчас Не Хуай Сан остался без покровительства и понуканий своего брата, и былая слава Ордена Цин Хэ Не под его руководством очень быстро сошла на нет. Уже во взрослом возрасте, после становления во главе Ордена, Не Хуай Сан постоянно сталкивался с различного рода заботами и неприятностями и отчаянно искал помощи, особенно часто он обращался к младшим названным братьям Не Мин Цзуэ: сегодня он жалуется Цзинь Гуан Яо в башне Кои, а завтра плачется Лань Си Чэню в Облачных Глубинах. И только лишь при их поддержке Не Хуай Сан насилу смог укрепиться на позиции главы Ордена Цин Хэ Не. Сейчас же, когда его имя невзначай всплывает в разговоре, никто не рискнет высказаться вслух, но у всех на лицах можно прочитать: размазня и болван.       Хуайсан ни капли не был обижен на то, что его называют размазней и болваном. Его душа и вправду всегда больше лежала к искусству. — Вернемся в домой, будешь учиться управлять орденом, — строго поставил перед фактом Не Минцзюэ. — Лучше бы ты, Хуайсан, обращался только к моему брату, — проговорил Ванцзы. Нет, он конечно помнил, как был построен план Не Хуайсана, но все еще не мог понять, как он столько лет терпел и улыбался в лицо убийце своего старшего брата.       Разворошив в памяти события прошлого, Вэй У Сянь не смог удержаться от печального вздоха. — Удивительно, что все это ты вспомнил столько лет прошло, — закатил глаза Цзян Чен, ссылаясь на ужасную память брата.       Закончив расспрос шарлатана о хребте Синлу, Вэй У Сянь не забыл посодействовать его торговле и приобрел две коробочки с румянами. — Ты все-таки купил их, — устало вздохнула Мадам Юй. — Конечно, эта косметика мне еще посодействует, — хихикнул Вэй Ин. — Мы и не сомневаемся, — вздохнул Сяо Синчень.       Он спрятал покупки в карманы и вернулся к Лань Ван Цзи. Тот по-прежнему словно и не собирался забирать назад свой мешочек с деньгами. Храня молчание, они прошествовали в направлении, указанном шарлатаном. — Ты не меняешься, А-Ньян, всегда носишь деньги А-Дье, — хихикнул Сычжуй. — А-Сянь, у тебя нет своих денег? — нахмурившись, обеспокоенно поинтересовался Фэнмянь. — Есть, просто я храню их в кошельке Лань Чжаня, — заверил всех Вэй Усянь.       Хребет Синлу густо порос сосновым лесом, но под тенью деревьев петляла довольно широкая тропа. Мужчины прошли уже довольно много, однако ничего необычного им не встретилось. Впрочем, они и не питали сильных надежд и заглянули сюда лишь на всякий случай. Если бы пугающие слухи, ходящие об этом месте, оказались верны, то наверняка сведений было бы гораздо больше. К примеру, в случае с богиней-пожирательницей душ на горе Дафань любой заклинатель с легкостью мог установить имена жертв и места их жительства. Но шарлатан не припомнил никаких деталей, следовательно, скорее всего, люди приукрасили правду, а то и вовсе сочинили всю историю от и до. — Спасибо, что они пошли туда, — проговорил Цзинь Лин, делая глубокий вздох. Если он не ошибается, то его книжная версия уже потихоньку умирает в Родовом Некрополе Клана Не. — И конечно же они туда пошли, — устало проговорил Минцзюэ, потирая переносицу.       Примерно через час они, наконец, встретили хоть какое-то сопротивление: вдалеке показались семь или восемь пошатывающихся человеческих фигур, имевших помутневшие белки глаз и завернутых в лохмотья, которые, казалось, мог сдуть даже самый слабый порыв ветра. Все эти признаки и чрезвычайная медлительность в довесок выдавали в фигурах ходячих мертвецов самого низкого уровня. — Задохлики, — скривившись, проговорил Сюэ Ян. По залу прокатилось пару смешков от данного комментария. — Ну они все равно жуткие! — надувшись, сказала А-Цин. — Призраки хуже, — тихо пробубнил Цзиньи, под слабую понимающую улыбку Сычжуй.       Эти мертвецы не могли тягаться не только со своими более совершенными «собратьями»: встреть они мало-мальски сильного человека — тот одним пинком повалит целый их строй; наткнись на более-менее проворного ребенка — тот вмиг убежит от них. — Значит даже я справлюсь с ними? — похлопав глазками, спросила А-Цин, на что большинство кивнуло на ее вопрос. — Когда ты будешь адептом клана Цзян и приступишь вместе с Сюэ Яном к тренировкам, сможешь расправляться с нечистью на раз два, — к шоку окружающих сказала Мадам Юй. Она подтвердила, что эти дети не останутся на улице.       Вэй Ин с Ванцзы переглянулись. Первый расплылся в улыбке, ведь понимал, что даже если разговор между ней и Дядей Цзяном еще не произошел, было видно, что женщина оттаивает.       Даже если жертве очень сильно не повезет, и ходячие мертвецы все-таки изловчатся и высосут из нее немного энергии Ян, то все равно смерть от этого не наступит. Единственное, чем они могли отпугнуть, – противным внешним видом и дурным запахом. Именно поэтому во время ночной охоты старшие адепты проходили мимо подобных тварей и оставляли их ученикам: никто в здравом уме не будет преследовать крыс, когда есть тигры и пантеры. — Зачем мы читаем про и так общеизвестную информацию? — выплюнул Гуаньшань, которому с каждым словом становилось все скучнее и скучнее. — А-Ян и А-Цин не знают этого, Глава Цзинь, и тем более никогда не бывает поздно освежить память, — мягко улыбнувшись, но с неодобрением в глазах, сказал Лань Сичень.       При виде кучки ходячих мертвецов Вэй У Сянь быстро сообразил, что последует далее, потому вновь проворно нырнул за спину Лань Ван Цзи.       Многие удивленно глянули на Вэй Усяня, не понимая, почему у него такая реакция. — Ты чего? — не удержался от вопроса Цзян Чен.       Хихикающее мелкотрио лишь сильнее начало смеяться, привлекая к себе внимание. Яньли тыкала руку А-Лина обращая тем самым на себя внимание, дабы он объяснил, что происходит.       И в самом деле, твари, вихляя и качаясь, подошли к ним на расстояние примерно двадцати метров, заметили Вэй У Сяня и тотчас же в ужасе с небывалой прытью ретировались. — Я так понимаю это обозначение фразы «бегут и только пятки сверкают»? — хмыкнул Вэнь Жохань, забавляясь с такой реакции на Вэй Усяня. — А сейчас? Сейчас от тебя тоже нечисть шарахается? — поинтересовался Цзысюань, пытаясь не представлять в голове эту картину. — Шарахаются, — слегка почесав затылок, признался Вэй Ин. — Решено, Вэй-Сюн, — привлекая к себе внимание, воскликнул Не Хуайсан. — Теперь я везде за тобой хвостиком буду ходить, дабы мне не пришлось сталкиваться с нечистью — на слова брата Не Минцзюэ лишь устало вздохнул и глянул на Сиченя, ища в нем поддержку. Ванцзы, нахмурившись, глянул на Хуайсана, мигом приструнив его. Ему не нужно было, чтоб с ними ежесекундно находился кто-то третий.       Вэй У Сянь потер виски и, трепеща от напускного страха, повернулся к Лань Ван Цзи: «Ого, Хань Гуан Цзюнь, ты такой могучий! Ходячие мертвецы убежали прочь, едва завидев тебя! Ха-ха-ха!» — Да, Лань Ванцзы так и поверил в эти байки, — парировала Мадам Цзинь с ухмылкой.       Лань Ван Цзи было нечего возразить в ответ.       Вэй У Сянь со смехом принялся его толкать: «Пойдем, пойдем. Пора уходить с этого хребта. Сомневаюсь, что мы все-таки найдем здесь мало-мальски злобных тварей. Просто местные — большие любители почесать языки, вот и превратили обычных ходячих мертвецов в беспощадных чудовищ. Наверняка и «крепость-людоед» тоже всего лишь одна из их выдумок. Мы понапрасну тратим свои силы!»       Лань Ван Цзи возобновил движение только после того, как Вэй У Сянь несколько раз подтолкнул его. Но не успели они сравнять шаг, как вдруг из глубины соснового леса послышал яростный лай.       Вэй Ин при упоминании лая, даже не собаки, подпрыгнул на месте. — Что там делает, с.. — осеклась на полу слове Вэнь Цин. — Это… — Мне тоже интересно, — прошипел Не Минцзюэ, прекрасно понимая, что на Хребте не было животных, даже птиц, а все из-за количества темной энергии.       Вэй У Сянь мгновенно изменился в лице, со скоростью молнии прошмыгнул за спину Лань Ван Цзи и, присев, сжался в калачик, обнимая того за талию.       Лань Ван Цзи произнес: «Лай еще слишком далеко, зачем ты прячешься?» — Что за глупый вопрос, А-Дье, — улыбнулся Сычжуй, беря руку Вэй Ина в свою в качестве поддержки. — На всякий случай, Фея ведь очень быстрая. — Фея? — переспросил Вэнь Нин. — Это моя, — смущенно сказал Цзинь Лин, махая рукой. — Ну вы поняли. — Какое необычное имя, — проговорил Сун Лань. — И вправду, очень необычное. А-Чен, ты согласен? — с мягкой улыбкой проговорила Яньли, вгоняя младшего брата в краску.       Вэй У Сянь ответил, заикаясь: «Я-я-я лучше на всякий случай спрячусь, а потом уже буду выяснять подробности. Ты его видишь? Где он?!»       Лань Ван Цзи внимательно прислушался и через секунду сказал: «Это черный пес-оборотень Цзинь Лина». — Куда ты вляпался, Цзинь Лин? — устало посмотрев на сына, сказал Цзысюань. — У меня другой вопрос, зачем ты туда вляпался? — все еще недовольно сидевший Не Минцзюэ подал голос. — Я-я..я хотел произвести впечатление на Дядю Цзяна! — свалив все бочки на Цзян Чена, открестился Цзинь Лин. — На меня? — воскликнул Цзян Чен, который совершенно не хотел, чтоб грозный взгляд Главы Ордена Не сверлил его. Конечно, хуже грозного взгляда матушки нет ничего, но все же. — Цзинь Лин, не сваливай свою оплошность на других, — отругал Цзинь Лина, Ванцзы. — Да, дядя Лань, — пробормотал тот, но в тишине зала всем было слышно обращение к Второму Нефриту. Только его друзья и Вэй Усянь не удивились, ведь Цзинь Лин иногда так обращался, когда ему становилось стыдно. Остальные же посмотрели на Жуланя с разными степенями удивления.       При упоминании этого имени Вэй У Сянь сразу же выпрямился, но, услышав новую волну лая, вновь присел и скукожился.       Цзинь Лин удивился. Он не по наслышке знает про страх своего дяди, но в душе стало теплее от того, что, даже зная про Фею, он моментально попытался собраться.       Лань Ван Цзи продолжил: «Если пес-оборотень так надрывается, то что-то определенно случилось».       Вэй У Сянь что-то заворчал себе под нос, потом, не без усилий, принял вертикальное положение, продолжая дрожать как осиновый лист: «Т-т-тогда надо проверить, что!» — А ты сможешь? — с иронией проговорил Цзян Чен, который не раз снимал Вэй Усяня с дерева после встречи с собаками. — Смог, — по-детски показал язык Вэй Усянь.       Лань Ван Цзи по-прежнему стоял неподвижно. Вэй У Сянь жалобно запричитал: «Хань Гуан Цзюнь, пожалуйста, иди вперед! Если ты не пойдешь, то и я не смогу!»       После короткого молчания Лань Ван Цзи ответил: «Сначала… Отпусти меня». — Снова Ванцзы засмущался, — хихикнул Лань Сичень.       Однако, в конце концов, они так и тронулись в путь вдвоем, спотыкаясь на каждом шагу. — Святые Небожители, — устало проворчал Лань Цижень. — Ставлю на то, что это выглядело комично, — хихикнул Цзиньи.       Мужчины шли на лай собаки, но уже совершали по сосновому лесу второй круг и до сих пор ничего не обнаружили. Вой пса-оборотня тоже то приближался, то удалялся. Вэй У Сянь, наконец, немного свыкся с этими звуками и даже перестал заикаться: «Похоже, мы бродим по лабиринту». — Как там вообще оказался лабиринт? — прогремел голос Не Минцзюэ. Ощущение, словно у него скоро должно быть будет глаз дергаться. — Возможно, чья-то ловушка? — лаконично заметил Вэнь Жохань. — Но кому это понадобилось? — задал хороший вопрос Сун Лань. — Позже узнаете, — оборвал споры и домыслы Лань Ванцзы.       Этот лабиринт определенно был делом рук человека. Некоторое время назад сам Вэй У Сянь говорил, что все истории о хребте были не более, чем выдумкой, однако сейчас дело принимало совсем другой оборот. — Совсем ты наш орден запустил, Хуайсан. Какие-то лабиринты непонятно чьими-то руками сделаны, — огорченно проговорил Не Минцзюэ. На слова брата Хуайсан слегка опустил голову, ведь ему было обидно. Управление ордена – это не его. — Глава Ордена Не, не стоит делать поспешных выводов, — покачал головой Сычжуй.       Черный пес-оборотень лаял уже пятнадцать минут без перерыва и до сих пор не выдохся. Тем временем мужчины нашли способ выбраться из западни, и теперь шли прямо на собачий вой. Вскоре вдалеке, среди хвойных деревьев, проступили силуэты небольших, но мрачных каменных фортов.       Они были сложены из серовато-белых камней и сплошь покрыты ярко-зелеными вьющимися растениями и опавшими листьями. Каждый форт имел вид весьма необычной полусферы, словно пиала, перевернутая вверх дном.       Кто бы мог подумать, что на хребте Синлу действительно окажутся форты? Похоже, что дыма без огня и вправду не бывает. Однако пока еще рано было судить, действительно ли это пресловутая «крепость-людоед» и что за создания обитали в ней. — Значит вот откуда вы узнали, — невесело хмыкнул Не Миндзюэ. — Вы правы, — кивнули Ванцзы и Усянь. — Вы что-то поняли Глава Ордена Не? — промурлыкал Гуаньшань. — А-Сянь упоминал про Родовой Некрополь Ордена Не, и похоже это он, — любезно подсказал Цзян Фэнмянь.       Черный пес-оборотень Цзинь Лина беспокойно наматывал круги вокруг фортов, иногда тихо потявкивая, а иногда бешено завывая. Увидев приближающегося Лань Ван Цзи, собака в страхе отступила, но не убежала, а вместо этого принялась лаять еще яростнее, всматриваясь в сторону каменных фортов и оголтело роя землю передними лапами. Вэй У Сянь спрятался за Лань Ван Цзи и выдавил: «Почему он не уходит прочь?.. И где его хозяин? Куда делся Цзинь Лин?!»       Вэй Усянь все еще дрожал из-за собаки Цзинь Лина, он не отлипал от Ванцзы. — Хороший вопрос «Где же Цзинь Лин?» — протянула Мадам Цзинь мельком кинув взгляд на внука, который отводил ото всех взгляд.       Все это время они слышали лишь надрывный лай собаки, но никаких звуков от Цзинь Лина, даже ни единого крика о помощи. Очевидно, что черного пса-оборотня сюда привел его хозяин, перед этим вырвавшись из лабиринта, как и мужчины до этого. Однако куда же потом исчез сам Цзинь Лин?       Лань Ван Цзи сказал: «Нужно зайти внутрь и все проверить».       Вэй У Сянь ответил: «Как? Здесь же нет входа». — Если нет входа, то вам там не рады, — проворчал Не Миндзюэ. — Простите, Глава Не, — пробубнил Цзинь Лин, не смотря на Миндзюэ.       Входа действительно не было: серовато-белые камни плотно прилегали друг к другу, безо всяких намеков на двери или окна. — Зачем делать Некрополь, в который нельзя ни зайти, ни выйти? — выгнув бровь, поинтересовался Вэнь Сюй. — Вам, молодому поколению не понять логику старших, сын мой, — хмыкнул Вэнь Жохань, потрепав сына по голове.       Собака повизгивала и подпрыгивала, словно желая вцепиться в полы мантии Лань Ван Цзи, но все же не отваживалась. Тогда она обогнула препятствие и ухватилась зубами за край одежды Вэй У Сяня, таща того за собой. — Ох ты божечки, — промямлил Вэй Ин, обмякая в руках мужа и падая в обморок. — Вэй Ин! — воскликнул Лань Чжань, подхватывая мужа.       Вэнь Цин в мгновения ока оказалась рядом с парой и начала хлопотать над Вэй Ином. — Как он в жизни не упал в обморок? — удивился Цзинь Цзысюань. — Просто, А-Ньян, переживал за Цзинь Лина, а вот свои переживания он отвел куда подальше, — пояснил Сычжуй, с беспокойством поглядывая на Вэй Усяня. — Раньше он никогда не падал в обморок при упоминании собак, — призадумавшись, выдал Цзян Чен, глянув на свою семью в качестве подтверждении его слов. — Просто мы оперативно отгоняли их, — сказала Яньли.       Приведя Вэй Усяня в сознание, Хуайсан продолжил чтение.       Вэй У Сянь едва не испустил дух и потянул руки к Лань Ван Цзи: «Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань!!!»       Собака волокла куда-то Вэй У Сяня, а Вэй У Сянь, в свою очередь, тянул Лань Ван Цзи.       Многие посмеивались над этой ситуацией. Вэй Усянь же надулся и отвернулся ото всех. — Прости, Вэй Усянь, но ситуация комична, — утерев слезу с краюшка глаза, проговорил Сяо Синчень.       Пес-оборотень протащил их вдоль фортов и привел к тыльной стороне каменной крепости. К их удивлению в стене оказался вход высотой примерно с человеческий рост. Края его были неровными, а вокруг валялись осколки камней: очевидно, что дыру проделали недавно. — И как же там оказался вход? — сдерживая импульсивность, проговорил Минцзюэ. — Простите, — пискнул Цзинь Лин, съеживаясь. — Этот вход н-нам очень п-помог, — слегка заикаясь, проговорил Вэй Ин, все еще переживая о собаке.       Внутри стояла кромешная тьма, если не считать слабого красного света. Сделав свое дело, собака разжала зубы, пару раз гавкнула на вход и ошалело замахала хвостом.       Похоже, что Цзинь Лин силой проник в каменную крепость, но внутри с ним приключилась беда. — Несносный ребенок, — устало вздохнула Мадам Юй. — Вот и что потянуло тебя именно туда, ребенок? — поинтересовался Лань Цижень.       Би Чэнь сам по себе обнажился на пару сантиметров, и его лезвие засветилось холодным голубым сиянием, освещающим им путь. Лань Ван Цзи пригнулся и вошел первым. Присутствие собаки уже едва не довело Вэй У Сяня до помешательства, поэтому он тут же бросился следом, почти врезавшись в Лань Ван Цзи. Тот поддержал его за руку и покачал головой, то ли досадуя, то ли смиряясь с неизбежным.       Черный пес-оборотень явно желал последовать за ними и даже попытался забежать внутрь, но какая-то сила словно преграждала ему путь, не давая войти. Собака изо всех сил пыталась прорваться сквозь помеху, но все попытки не увенчались успехом, и ей только и оставалось, что сесть у входа и лишь яростнее вилять хвостом. — Хорошо, что она не вошла внутрь, — покачал головой Цзиньи. Несколько раз он был свидетелем того, как его Старшего четверо адептов снимают с дерева после встречи с собакой. — И в-вправду, — поддержал его Вэнь Нин.       Вэй У Сянь так возликовал, что готов был пасть на колени. Он убрал руку от Лань Ван Цзи и вошел за ним внутрь. Холодный голубой свет, рассеиваемый мечом, во мраке форта представлялся почти белым. — Я и правда тогда был готов на это, — сказал уже порядком успокоившийся Вэй Ин.       Хребет Синлу весь зарос высокими, густыми деревьями, так что внутри оказалось весьма зябко. К тому же, сейчас они находились внутри каменной крепости, где было еще прохладнее, поэтому очень скоро легко одетый Вэй У Сянь почувствовал, как зловещий ветер свободно задувает ему за шиворот, осушая холодный пот, проступивший при виде собаки. Свет, шедший снаружи, уже давно исчез из виду, словно потушенное пламя свечи. Чем глубже они продвигались, тем темнее и просторнее становилось. — Это жутко, — прижавшись ближе к Сяо Синченю, проговорил Сюэ Ян. — Дальше будет хуже, — безэмоционально проговорил Ванцзы, заставляя некоторых напрячься, а Вэй Ина хихикнуть.       Потолок каменного форта был сводчатым: Вэй У Сянь пнул пару камней и услышал слабое эхо.       Он больше не мог терпеть и замер на месте, прижав одну руку к виску, а второй потирая брови. — Что случилось? — обеспокоенно спросил Фэнмянь. — Узнаете, — качнул головой Вэй Ин.       Лань Ван Цзи обернулся и спросил: «Что случилось?»       Вэй У Сянь ответил: «Так громко».       В каменной крепости стояла гробовая тишина, как на кладбище. На самом деле, и в самой крепости было что-то от кладбища.       Однако сейчас Вэй У Сянь слышал, как разноголосый галдеж окружает их.       Как только Хуайсан дочитал, отложил книгу, выпустил усталый вздох и сказал: — Я предпочитаю читать про романтику, а не такие ужасы. — Из-за того, что ты темный заклинатель, ты слышишь мертвых? — поинтересовался Гуаньшань. — Ох, — с глумливой улыбочкой начал Вэй Усянь. — Я их не только слышу. Я могу понять, про что они говорят, могу узнать как они погибли, могу исполнять их последнюю волю. — Не можешь, — успокоил мужа Лань Ванцзы.       Все, кто неосознанно задержал дыхание, выдохнули. Когда говорят такие ужасы с серьезным лицом, ты малость – не малость напрягаешься. — Кто читает дальше? — спросил Хуайсан. — Давайте я и пойдем отдыхать. Уже поздно, — мягко улыбнулась Яньли.