И вновь встретиться с прошлым

      Небольшой перерыв на перекус и недолгосрочное обсуждение прошлой главы подошел к концу. Вновь встал вопрос, кто же будет читать новую главу? — Я бы хотел прочитать новую главу, — подняв руку, сказал Цзинь Цзысюань.       Се Лянь кивнул юноше и сам хотел подняться и отдать книгу, но его остановил Хуа Чен. Махнув рукой, из рукава демона, словно вода, выплыли серебряные бабочки, что подхватили книгу на свои хрупкие крылышки и поднесли ее прямо к Наследнику Цзинь. Парень принял книгу и, поднявшись, поклонился обоим по отдельности. — Вот это сервис, — буркнул под боком Цзысюаня Хуайсан, методично обмахиваясь веером.       Цзинь Цзысюань только собирался открыть книгу, как она вновь взлетела. Новая симуляция не за горами.       Небо над призрачным городом как всегда было темным без звезд или чего-либо еще. — Твой город прекрасен, Сань Лан, ему не нужен солнечный свет, — улыбнувшись, сказал Се Лянь повернувшись к мужу. Хуа Чен никого не стыдясь поцеловал СяньЛэ в щеку. — Согласна, Ваш город довольно красив и необычен, — мягко произнесла Яньли, ни капли не смущаясь таким открытым проявлением нежности. — Благодарю, Дева Цзян, — кивнул Хуа Чен, бросая в сторону девушки мимолетную улыбку. — Так значит это тот самый знаменитый Призрачный Город, — восхищено разглядывая главные врата, произнес Цзинь Лин.        Мелкотрио удрученно вздохнули, смотря на эту симуляцию. — Это ваш знаменитый поход в Призрачный Город? — уточнил Не Миндзюэ. — Да, Глава Не, именно он, — кивнул Сычжуй, стараясь не смотреть на родителей. Они тогда были до безумия злы, узнав, где именно пропадали их проблемные дети.       Если бы Хуа Чен не отправил Вэй Усяню свою бабочку, то они могли остаться в неведении!       Ему бы такие же на вход в Башню Золотого Карпа поставить. — И почему же мы не лицезрели новых врат? — с гаденькой ухмылкой спросил Вэй Усянь. — Слишком затратно, а лишние деньги на свои хотелки я отучился тратить, — нахохлившись, произнес Цзинь Лин. — Правильно, бюджет даже у самого богатого ордена не резиновый, — утвердительно кивнула Мадам Юй. Богатство богатствами, но даже таким высокостоящим заклинателям как они, нужно уметь экономить. Кто знает, когда могут настать неблагоприятные времена. — Именно он, — кивнул Сычжуй, оглядываясь по сторонам. — Входить туда нам не безопасно, но дорогу сюда заволокло густым туманом, мы не найдем тропу обратно.  — Это особенность этой местности или сделали вы? — поинтересовался Лань Цижень, имея ввиду густой туман. — Это сделал я, — кивнул Хуа Чен, понимая, что от него хотят развернутый ответ, но не все бывает в жизни как они хотят. — Меня прямо таки накрывает воспоминаниями о городе И, — вздрогнув, проговорил Лань Цзиньи.  — И снова этот город И, — прошептала Мадам Цзинь, скоро они узнают об этих событиях. — Помолчи и без тебя тошно, — закатил глаза Цзинь Лин, оглядываясь по сторонам. — Как нам вернуться обратно? Дядя Вэй, Дядя Цзян и ХаньГуань-Цзюнь нам головы поотрывают. — И как? Сильно вам от нас влетело? — аккуратно поинтересовался Цзян Ваньинь, что никак не мог ручаться за действия собственного я.       Мелкотрио удручено кивнули. — Я в принципе не настолько зол был, — закатил глаза Вэй Усянь, откидываясь на грудь Ванцзы. — Нет был, — упрямо ответил Сычжуй, смотря прямо в глаза А-Ньян. — Ты был так зол, что от тебя фонило настолько удушающей энергией обиды, что в радиусе восьми метров завяли растения, а насекомые поумирали моментально.          Все люди из прошлого с ужасом взглянули на Вэй Усяня, а у юниоров неприлично отвисла челюсть.  — Воспользуемся методом А-Ньян, — уверенно кивнул Сычжуй.   — Это каким же? — подойдя ближе к другу, полюбопытствовал Лань Цзиньи. — Наверное самый неординарный, — предположил Сяо Синчень. — Ошибаешься, Сяо Синчень, глубоко ошибаешься, — мысленно вздохнул Цзинь Лин. — Главное начать, а решение само придет, — сам себе кивнул Сычжуй.   — Это отвратительный план! — ужаснулась Вэнь Цин, она молчаливо считала, что Сычжуй самый здравомыслящий из этого трио! — А-Юань, я удивлена, — со странными эмоциями произнесла Яньли. — А как мы были удивлены этим словам Сычжуя, — кивнул матушке Цзинь Лин.       Цзинь Лин с Лань Цзиньи с нескрываемым ужасом глянули на друга, уж от кого, а от Лань Сычжуя они не ожидали услышать что-то подобное.         Многие были солидарны с мнением ребят о Лань Сычжуе. — Ты всегда был против таких планов, — кашлянув, сказал Лань Цзиньи. — Иногда нужно отходить от своих принципов и пробовать что-то новое, — отозвался Не Миндзюэ. — Да, нужно, — кивнул Лань Цижень, но нахмурившись он вспылил. — Но не в такой ситуации!       Вэй Усянь наблюдал за перепалкой Учителя Лань и Чифень-Цзюня и вздыхал. Самое странное в этой ситуации, что Хуа Чен узнал его детей, хотя он их никогда не видел.       Хоть возможно Градоначальнику помогло опознать их клановые ханьфу ребят.       Со стороны врат Призрачного Города послышались шаги, дети повернулись в ту сторону.    Они увидели существо в маске, что стояло и смотрело на них. — Мы вроде бы видели этого призрака, — неуверенно произнесла Мадам Цзинь. Женщина больше любовалась архитектурой и украшениями, чем обращала внимание на слуг Собирателя Цветов. — Да этот Посланник Убывающей Луны - Инь Юй, помощник Сань Лана и можно считать его правая рука, — утвердительно кивнул Се Лянь. — Инь Юйю нужно повышение, он достоин этого, — тихо прогудел Вэй Ин своему Лань Чжаню. — Градоначальник ожидает вас, — отозвалось существо в маске.   — Собиратель цветов нас убьет? — тихо произнес Цзиньи, смотря то на одного, то на другого. — Какие вы категоричные, Собиратель Цветов ни разу не убивал кого-то, только потому что, человек переступил "порог" его города, — закатив глаза, фыркнула Мадам Юй. — Даже если так, то я предпочту смерть от руки Собирателя Цветов, чем от наших родственников и старших, — безэмоционально произнес Сычжуй.   — Сычжуй! — многие ужаснулись от слов юноши.       А-Юань покраснел от собственных слов.       Книга вернулась в руки Цзинь Цзысюаня. Не теряя времени, он открыл книгу и приступил к новой главе.       Местность Шу Дун изобиловала реками и долинами. В небо рвались высокогорные вершины, под ногами простирались глубокие овраги, а слабый ветерок лишь изредка гулял здесь, поэтому в провинции круглый год властвовали туманы. — Так красиво описано, прям хочется взять кисть в руки и изобразить это на холсте, — мечтательно прикрывая глаза, чуть ли не пропел Не Хуайсан. — Соглашусь, — кивнула юноше Яньли.       Следуя направлению, указанному левой рукой, мужчины добрались до небольшой деревушки. — И конечно же весь ужас произойдет в этой деревушке, — пророчески изрекла Мадам Цзинь. — Ужасом назвать это тяжело, но ситуация не из приятных, — отозвался Лань Ванцзы. — Просто не приятная ситуация!? — воскликнул Лань Цзиньи, с перекошенным от недоумения и испуга лицом. — После того приключения я получил психологическую травму! — Цзиньи, ты всегда был слишком впечатлительным, — припечатал словами ученика Вэй Ин.       Несколько рядов плетней окружали глинобитные хижины с тростниковыми кровлями. Стадо пестрых кур суетилось во дворе, поклевывая зернышки риса. Крупный, ярко оперенный петух с подрагивающим листовидным гребнем стоял на одной ноге на крыше и важно поглядывал вниз, крутя шеей то влево, то вправо. К счастью, собак здесь никто не держал. Похоже, местные селяне сами могли ухватить лишь пару кусков мяса за весь год, не говоря уже о том, чтобы располагать костями для скармливания псам.       Все промолчали, бедных районов по всей поднебесной тьма несусветная.       Прямо перед деревней находилась развилка, ведущая в три разных направления. — Прям книгу читаю. Три дороги, одна заросшая, другие две аккуратные и с выкладной плиткой, — начал разглагольствовать Вэнь Сюй. — Н-ну мы и вп-правду читаем к-книгу, — ответил кузену Вэнь Нин.       Две из троп были почти лишены растительности и покрыты несчетным количеством следов: эти пути явно часто использовались. Третья же тропа густо поросла сорняками; покосившийся квадратный знак, сделанный из сланца, торчал у ее обочины. Судя по его состоянию, он уже давно находился под ветром и инеем и натерпелся всяких невзгод: длинная трещина тянулась от основания до самой середины, а сквозь нее проглядывали пожухлые травы. Лицо Вэнь Сюя выражало абсолютно все. Буквально пару минут назад он говорил об этих дорогах. — Даже гадать не нужно по какой тропе вы пойдете, — хмыкнул Цзян Чен. — Конечно, рука ведь ведет именно по самой заросшей тропе, — кивнул Вэй Ин, намекая на то, что не они сами выбрали этот путь, они лишь шли по следу.       На знаке виднелись два высеченных иероглифа, вероятно, название местности, к которой вела дорога. Постаравшись, путник мог разглядеть нижний символ, означающий «город», но вот верхний уже состоял из приличного количества черт, имея весьма громоздкое строение. К тому же, как нарочно, трещина прошла аккурат через иероглиф, и отвалившиеся от знака мелкие камни рассыпались тут и там. Вэй У Сянь наклонился, отодвинул сорняки в сторону и, кажется, целую вечность разглядывал символ, но ему так и не удалось понять, что это за слово. — Сама местность показывает, что это ужасное место и идти туда не стоит, — фыркнул Сюэ Ян. — Кому кому, а вот нам туда идти явно не стоило, — сконфужено прошептал друзьям Цзиньи.       И парни как никогда были согласны с ним.       И будто назло призрачная рука указывала именно на этот путь. — А она могла показать в иную сторону? — тихо пропыхтел Не Хуайсан.       Вэй У Сянь предложил: «Давай спросим местных». — А вы уверены, что они там будут? — выгнув бровь, поинтересовалась Мадам Юй с иронией в голосе. — Случаются в мире чудеса, — вздохнула Яньли.       Лань Ван Цзи кивнул, но, конечно, Вэй У Сянь и не надеялся, что он сам отправится задавать вопросы, поэтому незамедлительно оскалился во все тридцать два зуба и неспешно пошел к селянкам, насыпающим курам рис.       Многие похлопали глазами. — Ох, я думал, что вы решили искать местных в том городе куда указала рука, — признался Сяо Синчень с неуверенной улыбкой, словно он подумал о чем-то похожем. — Признаться честно, но я тоже, — поднимая уголки губ произнес Се Лянь.       Среди женщин присутствовали и старые, и молодые, однако, заметив приближение странного незнакомого мужчины, все они насторожились, словно желая побросать свои совки и ринуться в хижину. Но стоило Вэй У Сяню, сияющему лучезарной улыбкой, обменяться с ними парой слов, как они начали успокаиваться и робко отвечать. — Да-а, верно говорят, умение располагать к себе людей - это талант, — кивнул с пониманием Лань Сичень, у него был такой же талант.       Не Миндзюэ тихо сидел и слушал. К сожалению он таким талантом не обладал.       Когда же он показал на знак и что-то спросил, женщины моментально изменились в лицах, на короткое мгновение замешкались, и, с большой неохотой, заикаясь через слово и отчаянно жестикулируя, решились продолжить беседу, но не осмеливались и взгляда бросить на Лань Ван Цзи, который все так же стоял на дороге. Уголки рта Вэй У Сяня по-прежнему загибались вверх, а сам он внимательно слушал. Вскоре тема их разговора, похоже, поменялась, и женщины вновь пришли в легкое расположение духа. Мало-помалу они расслабились и даже начали немного улыбаться Вэй У Сяню. — Мне кажется эти дамы какие-то слишком напуганные? — поделился своей мыслью с остальными Вэнь Сюй. — Да, — кивнул Цзян Фэнмянь, соглашаясь со словами Наследника Вэнь. — Полностью согласен, — а после, повернувшись к воспитаннику и его мужу, спросил. — Это ведь связанно с тем городом? — Да, их поселение находилось вблизи того города, — кивнул Ванцзы и, подумав, добавил — Название города "И".       Лань Ван Цзи издалека наблюдал за ними. Он прождал уже довольно долго, но Вэй У Сянь, казалось, все еще не собирался возвращаться. Исподволь разглядывая землю, Лань Ван Цзи пнул кусок гравия у ног.       Некоторые не сдержались и посмеялись. Довольно интересная картина, строгий Лань Ванцзы, от скуки пинавший кусок гравия ногами.       Он довольно долго перекатывал из стороны в сторону маленький, ни в чем не повинный, камушек, а когда вновь поднял голову, то увидел, как Вэй У Сянь что-то достал из своих рукавов и вручил самой говорливой женщине.       Лань Ван Цзи с лицом, не выражающим никаких эмоций, замер на месте. Он уже действительно не мог удержаться и приготовился было подойти к ним, но тут к нему прогулочной походкой вернулся Вэй У Сянь — И что же ты отдал этой женщине? — полюбопытствовала Мадам Цзинь. — Наверное подарок, — пожав плечами, предположил Цзинь Цзысюань, отвечая матери. — Откуда у него взяться подарку? — удивился Сюэ Ян. — У Вэй Усяня всегда припрятано что-то в рукаве, — фыркнул Цзян Чен, ох он прекрасно знал своего брата. Рукава его ханьфу можно считать складом. Там есть все от чистого талисмана до редкого духовного оружия. — В этот раз в буквальном смысле, — хмыкнул Вэй Ин, помигивая и кивая брату.       Он встал подле Лань Ван Цзи: «Хань Гуан Цзюнь, тебе следовало присоединиться ко мне. Во дворе даже кролики были!»       Яньли улыбнулась на эту фразу своего брата. Общаясь с другими он все равно подмечал, то, что нравится ХаньГуань-Цзюню.       Лань Ван Цзи никак не среагировал на поддразнивание и с притворным равнодушием произнес: «Что ты у них узнал?»       Вэй У Сянь ответил: «Дорога ведет в город И. Первый иероглиф на знаке – «И».       Лань Ван Цзи предположил: «И» как в слове «рыцарство»?       Вэй У Сянь сказал: «И да, и нет».       Лань Ван Цзи спросил: «Что ты имеешь в виду?»       Вэй У Сянь пояснил: «Иероглиф верный, но значение — нет. «И» не как в «рыцарство», а как в «похоронный дом».       Устало-страдальческий вздох Не Хуайсана услышали все. — Подходящее название для того города, — вздохнул Цзиньи, мимолетно бросая взгляд на "главные лица сего города".       На вопросительные взгляды Цзинь Лин махнул рукой и лишь бросил: — Дальше поймете.       Они перешагнули беспорядочные заросли сорняков, вышли на дорогу и вновь отправились в путь. Вэй У Сянь продолжил: «Девушки рассказали, что люди из этого города издавна умирали в раннем возрасте, либо по естественным причинам, либо от несчастных случаев, поэтому там довольно много похоронных домов для временного хранения трупов. К тому же, эта местность всегда славилась производством погребальных принадлежностей, будь то гробы, ритуальные деньги, бумажные манекены или что-то еще. Каждый житель города И в совершенстве владеет своим ремеслом, и поэтому он стал известен именно под таким названием». — Звучит не так жутко как казалось, — отозвалась Вэнь Цин, которая, простите ее бестактность и незнание, даже не знала что существуют такие специальные поселения, хоть оно и появилось не из-за самых приятных происшествий. — Рано делать выводы, Вэнь Цин, — отрицательно покачал головой Вэнь Жохань. Хоть его рассудок на тот момент и был все еще затуманен темной энергией, мужчина еще помнит реакцию людей из прошлого на людей из этого города "И".       Многие согласились со словами Главы Вэнь, тоже припоминая реакцию детей будущего на того же Сюэ Яна.       Помимо пожухлой травы и осколков булыжников, почти сплошь покрывающих дорогу, на пути также встречались трещины и рытвины, которые было довольно сложно заметить. Лань Ван Цзи непрерывно следил, куда наступал Вэй У Сянь, пока тот говорил на ходу: «Еще они сказали, что местные жители редко ходят в город И, а люди оттуда тоже нечасто покидают свое селение, разве только чтобы сбыть свой товар. За последние несколько лет оттуда почти никто не выезжал. Этой тропой не пользовались уже годами, потому неудивительно, что здесь столь трудно передвигаться».       Лань Ван Цзи спросил: «И?»       Вэй У Сянь удивился: «И что?»       Лань Ван Цзи уточнил: «Что ты им дал?»       Вэй У Сянь ответил: «А, ты об этом. Румяна». — Те самые? Из Цинхе Не? — удивился Цзинь Цзысюань, он то уже забыл про них. — А я то думал, зачем ты их купил, — прокомментировал Лань Цижень. Он даже не думал о том, что когда узнаешь информацию у кого-то, можно дать что-то взамен. Погладив бородку, Учитель Лань мысленно оставил себе заметку, что нужно добавить такое правило "Запрещено узнавать информацию у обывателей не давай им что-то взамен"       Когда они были в Цин Хэ, Вэй У Сянь купил у шарлатана, что поделился с ними слухами о хребте Синлу, маленькую коробочку и с тех пор всегда носил ее с собой. Он продолжил: «Людей, которые отвечают на твои вопросы, нужно благодарить, верно? Сначала я хотел дать им денег, но девушки слишком перепугались и не решились взять их. Зато им очень понравился аромат румян. Скорее всего, они впервые в жизни видели нечто подобное, поэтому я подарил им коробочку». — Во-первых, не стоит вообще давать девушкам деньги - это можно расценить превратно, а во-вторых деньги дал бы не ты, а Лань Ванцзы, — нахмурившись, произнесла Мадам Юй. — А какая разница кто даст деньги? — тихо пробухтел Вэй Ин.       Немного помолчав, он добавил: «Хань Гуан Цзюнь, почему ты так на меня смотришь? Да, я знаю, что те румяна были не самого лучшего качества. Но ведь и я уже не такой, как раньше, всегда имевший при себе ворох цветов и шпилек для волос, чтобы преподносить их женщинам. Мне на самом деле больше нечего было дать им, и румяна – все же лучше, чем ничего». — Что-то я не припомню в твоих рукавах ни шпилек, ни цветов которые ты мог дарить кому-то, — даже не задумавшись, отозвался со своего места Цзян Чен.       За брата ответила Цзян Яньли: — А-Чен, ты ведь не всегда выходил в город вместе с А-Сянем. Это правда, что А-Сянь часто дарил такие подарки всем девушкам.       Цзинь Цзысюань взял себе на заметку, что можно подарить Госпоже Цзян. Спасибо, Вэй Усянь, очень полезно.       Брови Лань Ван Цзи дрогнули, словно в его памяти всплыло какое-то неприятное воспоминание, и он медленно отвернулся. — Конечно не приятно, когда твой объект воздыхания дарит подарки другим, — весело закатила глаза Вэнь Цин. — И вправду, неприятное воспоминание, — слегка нахмурившись, ответил Ванцзы, вызывая краткие смешки.       Чем дальше они шли по ухабистой дороге, тем меньше сорняков заслоняли путь, и все они неохотно жались к обочинам, потому тропа стала казаться шире. Однако туман, напротив, сгущался.       Когда призрачная рука сжалась в кулак, дорога уперлась в разрушенные городские ворота.       Место это выглядело крайне обветшалым: лак на центральной башне облупился, а в ее кровле недоставало отколовшегося угла и, вдобавок, кто-то исписал все городские стены своими каракулями. Сами ворота когда-то были красного цвета, однако сейчас краска выцвела почти добела, и каждый клепальный гвоздь, давным-давно вбитый в них для украшения, теперь проржавел насквозь и почернел. Створки дверей стояли полураспахнутыми, словно кто-то сделал для себя маленькую щелку и проскользнул внутрь.       Любой человек, едва успевший переступить городскую черту, мог ощутить, что призраки и демоны пускаются здесь в разгул. — Я бы сказал, что не просто в разгул, а в дикий пляс, — хмыкнул Цзинь Лин, припоминая атмосферу того городка.       Сейчас то с городом "И" все хорошо. После смерти четверки зелени, мало помалу, но темная энергия постепенно рассеивалась, не без помощи заклинателей конечно. Сейчас там даже проживает небольшое количество горожан, наверное сейчас население города "И" составляет шесть десятков человек. — Демоны не гуляли бы там, у многих из нас изысканный вкус, — слегка нахмурившись, припечатал Хуа Чен, некоторые позволили себе подумать, что Собиратель Цветов оскорбился. — Зеленый фонарь не в счет? — слегка выгнув бровь, полюбопытствовал Вэнь Сюй. — Ци Жун не в счет, — покачал головой Се Лянь.       По дороге к входу Вэй У Сянь внимательно осмотрел окрестности, а добравшись до него, произнес: «Фэншуй тут просто ужасен».       Многие фыркнули на такое высказывание.       Лань Ван Цзи неспешно кивнул: «Бесплодные горы и бурные реки». — Не самое удачное расположение деревни, — произнес Лань Сичень. А как иначе? Бесплодные горы - не посадишь урожай, а если и получиться посадить, не факт, что оно вообще вырастит из-за почвы. Бурные реки - не наловишь рыбу, да и просто утонуть можно.       Город И со всех сторон окружали обрывистые скалы, а их вершины странным образом клонились к центру селения, устрашающе нависая и подавляя своими размерами, словно готовые в любой момент обрушиться. Навечно опоясанный мрачными массивными горами и окутанный холодным сумрачным туманом, город этот казался более демоническим, чем сами демоны. Даже простая прогулка у его ворот заставляла чувствовать панику и удушье, не говоря уже о витающей в воздухе угрозе. — Через текст у меня уже начинается паника и удушье, — проскулил Хуайсан, постукивая веером по щеке и придвигаясь ближе к Цзысюаню. Одним местом он чувствовал, что скоро вновь начнутся ужасы. — У тебя всегда паника, — пробубнил Цзысюань, что все-таки придвинулся ближе к Не Хуайсану в качестве моральной поддержки.       Испокон веков известно выражение «благодатный край», однако есть и прямо противоположное высказывание. В некоторых селениях из-за неудачного расположения или рельефа местности фэншуй крайне неблагоприятен. Жители города, запертые в естественной сырости и затхлости, обречены на раннюю смерть и всевозможные неурядицы, а если же и все их предки обитали здесь, то невезение преследовало их по пятам. Стоит также упомянуть и о из ряда вон выходящих явлениях, коих было предостаточно в подобных местах, например, о живых мертвецах или возвращении душ. Город И, очевидно, принадлежал к числу неблагодатных краев.       Цзян Фэнмянь устало прикрыл глаза. К сожалению, он в курсе, что даже на его территории есть такие неблагополучные края. По возвращению на свои земли, Глава Цзян всерьез возьмется за такие края. Как минимум, можно сделать так, чтобы люди с этих земель приобретали продукты по более низкой цене, чем рыночная. Может хоть так он сможет помочь наладить продолжительность жизни этих людей.       Селения такого рода обычно находились в захолустных районах, лежащих вне сферы влияния какого-либо ордена, но будь они даже в подконтрольном им регионе, заклинатели все равно не спешили бы на помощь.       Хуа Чен цыкнул закатил глаза, он совершенно не удивлен таким раскладом.       В конце концов, хлопот эти города доставляли немало, даже больше, чем бездонный омут, ведь его, по крайней мере, можно было вытравить.       Члены Лань скуксили лица, вот зачем напоминать про бездонный омут?       Вэнь Жохань прикрыл глаза: — Я ведь уже сказал, после прочтения я отправлюсь в Цайи и позабочусь о нем. — Я отправлюсь с вами, — вклинился Не Миндзюэ. Да, Глава Не падок не на женщин, а на сильных тварей.       Но изменить фэншуй практически невозможно, и, если никто не рыдал под дверями глав кланов, ордены закрывали на происшествия глаза и делали вид, что им ничего не известно.       Мадам Цзинь прикрыла глаза и сдерживала себя, дабы не расхохотаться. Она прекрасно знала, что ее муж как раз так и поступал, хотя он, даже если ему будут плакаться под дверьми, ничего не предпримет.       Для населения же лучшим решением являлось уехать из города. — Ну сколько еще можно мусолить тему как выглядит этот городок и как живут люди там, — цокнул Сюэ Ян.       В него прилетела пиала. Спасибо что пустая. — Цыц, это важно, — отрезал Цзинь Лин.       Однако некоторые семьи из поколения в поколение проживали в оторванных от мира землях, и для них было чрезвычайно трудно собраться с духом и покинуть родные места. К тому же, даже если пятеро или шестеро человек из десятка скоропостижно умирали в молодом возрасте, то, значит, трое или четверо оставались в живых, и с таким раскладом уже можно смиряться. — Если они так все время откладывают переезд для лучшей жизни, то они сами виноваты, — не подумав, произнес Вэнь Сюй. — С какой-то стороны, да они виноваты, но с другой стороны у них просто напросто нет возможности улучшать свою жизнь, а переезд будет для них крайне затруднителен, — покачав головой, ответил сыну Вэнь Жохань.       Мужчины остановились у городских ворот и обменялись взглядами.       Двери, неровно висящие на скрипящих петлях, неохотно отворились. — Мм, скрипящие петли, — промычала А-Цин, что лежала головой на коленях Сун Лана.       Их взору предстал не оживленный людской поток и даже не разгневанные мертвецы, а лишь заслонявшая собой все и вся белая дымка. — Туман? — промолвил Лань Цижень. — Это доставит неприятности, особенно если он слишком густой.       Ванцзы лишь кивнул, даже не говоря, что это не обычный туман.       Плотность тумана в городе была в несколько раз больше, чем за его пределами, едва позволяя разглядеть прямую, длинную улицу перед ними. На ее обочинах отсутствовали любые следы пребывания человека, если не считать угрюмых домов. — Так, так, — слегка наклоняясь, проговорила Вэнь Цин, привлекая внимание. — Искусственный туман.       Лань Цижень тоже до этого догадался, поэтому просто кивнул.       Мужчины, не сговариваясь, на несколько шагов приблизились друг к другу и вошли в город вместе. — Хорошее решение. В искусственным тумане теряешься в пространстве и лучше всего держаться рядом. — кивнул Се Лянь, Вэй Усянь улыбнулся на слова своего друга.       Стоял день, но в городе господствовало безмолвие: не слышалось ни человеческих голосов, ни лая собак, ни криков петухов. Все здесь представлялось крайне странным. — Почему вас это удивляет? — выгнула бровь Мадам Юй. — Очевидно, что город мертв. — У нас была надежда, что там есть хоть один человек, — просто ответил Лань Ванцзы.       Однако, справедливости ради, именно сюда привела их призрачная рука, и обычное течение дел в этом селении было бы еще более странным. — Интересно, какую на этот раз часть тела вы найдете, — обратилась к ХаньГуань-цзюню и Старейшине Илин Яньли.       Многие со странными выражениями лица посмотрели на Наследницу Цзян. Странно было слышать такое от нее.       Мужчины уже довольно долго шли по улице, и чем сильнее они углублялись в город, тем гуще становился туман, словно темная энергия пропитывала воздух. Поначалу они могли хоть что-то разглядеть на расстоянии десяти шагов, потом чуть заметные очертания предметов стали едва различимы на пяти шагах, и в конце концов, мужчинам уже не удавалось увидеть свои собственные вытянутые вперед руки. — Сильный туман, — выделяя слово, произнес Не Миндзюэ, прищуривая глаза. Мужчина чувствовал, что в этом городке будет интересные события, даже без учета, что появляются новые лица.       По мере продвижения к центру Вэй У Сянь и Лань Ван Цзи все сильнее прижимались друг к другу, пока не оказались плечом к плечу, и только так возможно было рассмотреть лицо идущего рядом. В голове Вэй У Сяня промелькнула мысль: «Если кто-то решит воспользоваться туманом и прокрасться между нами, стать третьим в нашем ряду, то неизвестно, заметим ли мы или нет». — Вы ведь оба сильные заклинатели, вы могли почувствовать присутствие иного человека, — нахмурившись, произнесла Мадам Цзинь. — Верно, — кивнул Ванцзы. — Но если бы он использовал талисман сокрытия, то мы бы не заметили.       Внезапно нога Вэй У Сяня обо что-то споткнулась. Он посмотрел вниз, однако ничего не разобрал. — Не разобрал? Отлично! Иди дальше! — нервно произнес Не Хуайсан, предчувствуя, что ничего хорошо ждать не стоит. — Успокойся, Не Хуайсан, — вздохнув, осадил брата Глава Не.       Тогда он крепко схватил Лань Ван Цзи за руку, чтобы тот не ушел без него, наклонился и сощурил глаза. Резко прорвав белую дымку, перед его взором возникла голова с парой гневно глядящих глаз. — Ха-а, Святые Небожители, — приложив руку ко лбу, произнес Сяо Синчень. — Не все Небожители святые, — фыркнув, произнес Хуа Чен с гадкой улыбочкой. — Единственное о чем я сейчас могу думать, так это о том, что это не человеческая голова, — произнес Цзян Фэнмянь. — Нет, это не человеческая голова, — успокоил дедушку Цзинь Жулань.       Голова эта принадлежала мужчине с большими глазами, кустистыми бровями и необычайно острыми скулами, размалеванными румянами.       Споткнувшись о череп, Вэй У Сянь едва не запустил его в полет, и сей факт натолкнул его на мысль, что тот весил не более килограмма. — Ну да, голова человека весит как минимум двенадцать килограмм, — пожав плечами, произнес Вэнь Жохань, даже не смотря на окружающих.       Большая часть присутствующих покосились на Главу Вэнь с разными эмоциями. Заметив это, Вэй Усянь фыркнул и как бы ему не хотелось, но встал на сторону Вэнь Жоханя: — Не смотрите так на Главу Вэнь, словно мы все здесь святые. — Верно подмечено, — кивнул на слова темного заклинателя Хуа Чен.       Такая легкая голова точно не была человеческой. Вэй У Сянь поднял ее с земли и с двух сторон сжал. — Вот еще один момент, — со скучающим лицом подметил Хуа Чен. — Человеческую голову одной рукой не подымишь. — Давайте закроем эту тему, — с мольбой в голосе произнес Цзиньи. — Эта тема не закроется пока не закончиться глава, — сказал Ванцзы.       Большая часть лица мужчины немедленно провалилась внутрь черепа, а румяна размазались.       Голову изготовили из бумаги. — Это деревня специализировалась на изготовлении ритуальных принадлежностей? —сразу складывая пазл в голове, поинтересовался Лань Цижень.       Лань Ванцзы кивнул на утверждение дяди.       Бумажная голова оказалась весьма искусной работы, с тщательно вылепленными чертами лица, и, несмотря на преувеличенно-театральный макияж, голову невозможно было отличить от головы настоящего человека. — Какая искусная работа, — похвалил Не Хуайсан, страх страхом, а кропотливую работу и то, сколько труда было в нее вложено, он оценить в состоянии. — Слишком искусная, — вздрогнув, произнес Цзинь Лин.       Впрочем, город И как раз-таки славился производством погребальных принадлежностей, поэтому, безусловно, и бумажных манекенов здесь изготавливали высшего качества. Среди подобных кукол встречались и заместители, которые, по верованиям людей, будучи сожженными для усопшего, страдали в преисподней за него, например, восходили на гору ножей или варились в масляном котле; и красавицы-служанки, которые ухаживали за покойным в загробном мире. Но, безусловно, все эти манекены сжигались лишь для того, чтобы хоть немного облегчить скорбь живых. — Люди тешут себя надеждой, что в загробном мире они будут продолжать существовать, — взял слово Се Лянь. — Именно существовать, а не жить. К счастью, многие души людей после смерти уходят на перерождение. — Но есть и те, что остаются в нашем и третьем-нижнем мире, — вздохнув, продолжил Вэй Усянь. — Сильные чувства во время гибели решающий фактор. — Я пример, — сев прямо произнес Хуа Чен. — Когда я погиб, обрел тело не из-за жажды мести и отмщения - они не были моим самыми сильными эмоциями в тот момент. — А какая самая сильная? — не побоялась поинтересоваться Цзян Яньли. — Любовь и преданность — с еле заметной улыбкой произнес Хуа Чен.       Многие улыбнулись над словами Хуа Чена, а другие задумались и сделали выводы. — Возможно, мой вопрос не самый гуманный, но Вэй Ин, какая твоя была самая сильная эмоция при.. — закончить свои слова Мадам Юй не смогла, но все ее прекрасно поняли. — Моя эмоция, — как-то туманно пробормотал Вэй Ин, ближе подвигаясь к Ванцзы, хотя казалось куда уж ближе? — Наверное...Опустошение и смирение.       Ванцзы кивнул Цзинь Цзысюаню, дабы тот продолжил читать, а сам практически вжал в себя тело своего мужа, что стал выглядеть несколько печально из-за нахлынувших воспоминаний прошлого.       Эта бумажная голова, скорее всего, принадлежала «Силачу Преисподней».       Как ясно из его имени, «Силач Преисподней» являлся бойцом, который, по слухам, защищал усопшего от нападок демонов и вероломных паньгуаней или не позволял другим подлым душам отнять ритуальные деньги, сожженные для покойного его родичами.       Хуа Чен просто хмыкнул давая понять, что он думает об этом всем, и почему это все людские бредни.       К найденному черепу, без сомнения, присоединялось крупное и крепкое тело, также изготовленное из бумаги. Похоже, кто-то оторвал голову от туловища и бросил на дорогу. — Город давно заброшен, так кто мог оторвать голову? — нахмурившись, произнес Цзян Чен. — Тот, кто ищет остальные части тела дражайшего друга, — предположил Цзинь Цзысюань. — Или же, — добавил Вэнь Сюй, посчитавший, что все забыли про один аспект. — Тот, кто взял Стигийскую Печать. — Мне эта печать даром не нужна, — вякнул на заднем плане Сюэ Ян.       Волосы на черепе были черного как смоль цвета и весьма блестящими. Вэй У Сянь коснулся их, и выяснилось, что пряди намертво крепились к «коже», словно и в самом деле росли на голове. Он подумал: «Работа действительно очень искусная. Интересно, они берут настоящие волосы и сажают их на клей?» — Я уже даже не удивляюсь тому, что именно это привлекает твое внимание, — со вздохом произнесла Мадам Юй. — Ну что поделать? — пожал плечами Вэй Ин, что почти полностью пришел в себя. — Не пойму, почему именно это тебя заинтересовало, ты ведь не увлекаешься таким, — произнес Цзиньи. Все таки иногда они с ребятами забирались в мастерскую Вэй Ина и ничего подобного они не видели.       Вэй УСянь решил оставить это без комментариев.       Неожиданно мимо них проскользнула худая тень.       Тень эта оказалась крайне странной. Она пробежала мимо, вплотную задев плечо Вэй У Сяня, и мгновенно растворилась в густом тумане. Би Чэнь обнажился сам по себе, преследуя призрачную фигуру, но вскоре вернулся обратно в ножны.       Цзиньи сразу понял по "худой тени" кем является эта тень. — Э-это призрак-к? — пролепетал Вэнь Нин.       А-Юань утвердительно кивнул.       То, что проскочило мимо Вэй У Сяня, двигалось слишком быстро – человек ни за что не достиг бы подобной скорости!       Лань Ван Цзи сказал: «Смотри в оба. Будь начеку».       Хотя тень лишь слегка задела его, нельзя уверенно предположить, что, явившись в следующий раз, она больше ничего не сделает.       Вэй У Сянь выпрямился и спросил: «Ты слышал?»       Лань Ван Цзи ответил: «Топот и бамбуковый шест». — Это начинает напрягать, — слегка нахмурившись, произнесла Вэнь Цин. — Если вы не забыли, — слегка прокашлявшись, обратил на себя внимание Ванцзы. — То мы читаем не просто книгу, где у персонажей созвучные с нами имена, а нашу историю, конкретнее историю Вэй Ина и наше будущее.       И тут многих словно прошибло, они то и вправду слегка начали забывать. Особенно, в сильно напряженные моменты.       И он не ошибался. На короткое мгновение, когда тень промелькнула мимо них, кроме грохота торопливых шагов, также слышался иной непонятный звук – звонкий мерный стук, словно кто-то очень быстро бил по земле бамбуковым шестом. Вэй У Сянь не знал, отчего возник этот шум.       Вдруг из окружающего их тумана вновь раздались шаги, на этот раз спереди. — Неудивительно, призраки могут молниеносно перемещаться, — пожал плечами Лань Цзиньи, прекрасно помня как А-Цин, только влетевшая в дом, мигом оказалась рядом с Вэй Усянем.       Эти шаги были уже легче, медленнее и принадлежали множеству пар ног.       Многие удивленно приподняли брови. — Призрак не один? — спросил Цзинь Цзысюань, отрываясь от книги. — Позор, Наследник Цзинь, — припечатал Лань Цижень. — У призраков настолько легкая поступь, что их шагов не слышно.       Лицо Цзысюаня слегка покраснело от неловкости.       Похоже, группа людей, храня молчание, с большой осторожностью приближалась к ним. — Люди в таком забытом месте? — скептически и риторически отозвалась Вэнь Цин, под кивки брата и кузена. — Мы тоже с Вэй Ином были удивлены и насторожены, — произнес Лань Ванцзы.       Вэй У Сянь выудил талисман Горящего мрака и швырнул вперед. Если на них шло существо, содержащее темную энергию, талисман воспламенился бы, а огонь от него хоть немного, но осветил бы окрестности. — Класс, нас приняли за темных тварей, — буркнул Цзинь Лин на ухо Цзиньи и Сычжую. На что парочка хмыкнула.       Если бы они не встретили в городе "И" ХаньГуань-Цзюня и Старейшина Илин, то кто знает, что с ними было бы сейчас?       Но люди впереди них заметили, как в их сторону что-то летит, и тут же ринулись в атаку!       Несколько разноцветных вихрей мечей угрожающе нацелились на мужчин. Би Чэнь неторопливо обнажился и проплыл мимо Вэй У Сяня, отразив удар. Разгромленные за мгновение соперники пришли в крайнее смятение. Услышав их растерянные крики и суетливое топтание на месте, Лань Ван Цзи немедленно вернул меч в ножны, а Вэй У Сянь громко позвал: «Цзинь Лин? Сы Чжуй?» — Дети! — с радостным вздохом произнесла Яньли, но потом спохватившись добавила. — Подождите, а что вы там забыли? Я понимаю, зачем туда отправились А-Сянь и Лань Ванцзы, но вы!       Цзян Ваньинь успокоил сестру, которая по всей видимости, могла еще долго разглагольствовать и переживать за детей: — Сестра, спокойнее, дальше узнаем.       Цзинь Лин сидел и не знал что ответить, а Цзиньи просто покраснел от искренних переживаний Наследницы Цзян, поэтому слово взял Сычжуй: — Тетушка Яньли, не хочу говорить все заранее, но нас, адептов туда завлекли не самым гуманным путем. — Но пошли вы все туда добровольно, — уточнила Мадам Юй. — Пошли мы туда добровольно, — утвердительно кивнул Цзинь Лин.       Он и впрямь не ослышался – из тумана донесся голос Цзинь Лина: «Почему опять ты?!»       Вэй У Сянь парировал: «Это я хочу спросить – почему опять ты?!»       Некоторые усмехнулись, а кто-то открыто посмеялся от такого обмена репликами.       Лань Сы Чжуй изо всех сил пытался сохранять самообладание, однако голос его наполнился радостью: «Молодой господин Мо, вы тоже здесь? Значит, и Хань Гуан Цзюнь с вами?» — Обращение Mо довольно сильно режет слух, — признался Не Миндзюэ, под энергичный кивок Не Хуайсана. — В следующую встречу мы будем обращаться к Старшему Вэю по его настоящему имени — с улыбкой ответил Лань Цзиньи.       Своими словами, он заставил нескольких людей задуматься. Почему и как раскроется, что Мо Сюаньюй - это Вэй Усянь? Не мог ведь Цзян Ваньинь раскрыть это. — Куда Вэй Усянь, туда и Лань Ванцзы, — усмехнулся Вэнь Жохань, на его слова оба упомянутых кивнули.       Узнав, что Лань Ван Цзи также может находиться неподалеку, Цзинь Лин тотчас же закрыл рот, словно на него вновь наложили заклятие молчания. Похоже, он до смерти боялся, что его опять приструнят и заставят размышлять над своим поведением. — Самое главное, что Цзинь Лин все еще иногда так делает, — хихикая, поделился Лань Цзиньи под грозное шипение Цзинь Лина, чтобы тот закрыл свой рот. — В какой-то степени понять Цзинь Лина можно, — хмыкнул Сун Лань, игнорируя слегка удивленный взгляд Сяо Синченя.       Лань Цзин И, в свою очередь, выкрикнул: «Он точно здесь! Это же был Би Чэнь! Ведь так?!» — Я даже не удивлен таким радостным выкрикам со стороны Цзиньи, — по-доброму закатил глаза Цзян Чен под смех сестры и Не Хуайсана с Вэнь Сюем. — Я всегда рад видеть ХаньГуань-Цзюня, — с широченной улыбкой произнес Лань Цзиньи. — И слышать о нем ты тоже всегда рад, — с глумливой улыбкой пророкотал Вэй Ин.       Вэй Усянь ответил «Ага. Он здесь, рядом со мной. Подойдите ближе».       Стоило юношам понять, что те, на кого они наткнулись, оказались друзьями, а не врагами, и они с облегчением выдохнули и поспешно приблизились к мужчинам. — Слишком рано вы облегченно вздыхали, опасность может поджидать вас в любом месте, — произнесла Мадам Цзинь, слегка разочарованная таким невежеством детей. — А если учитывать в каком они месте, то опасность может поджидать в шаге от вас, а вы ее даже не заметили бы, — согласно кивнула Юй Цзыюань на слова подруги.       Кроме Цзинь Лина и нескольких учеников Ордена Гу Су Лань, в толпе оказались семь или восемь юношей в одеждах различных кланов, которые по-прежнему нерешительно переминались с ноги на ногу — скорее всего, адепты менее известных орденов. — Как вас много, — глупо моргнул Вэнь Нин. — Среди них между прочим есть еще один наш друг! — с улыбкой оповестил Лань Сычжуй. — Только один? —поинтересовалась А-Цин. — Да, его зовут Оуян Цычжэнь, к сожалению мы не можем часто видеться потому что он стал главой ордена и через пару месяцев должен будет сыграть свадьбу со своей невестой, — объяснил Сычжуй. — А остальные просто наши неплохие знакомые. — Надеюсь вы успеете вернуться ко дню свадьбы вашего друга, — с легкой улыбкой промолвил Се Лянь, как бы напоминая, что в этой временной линии их друг как и они сами еще даже не родился.       Вэй У Сянь спросил: «Почему вы все тут? И зачем вы так яростно нападаете? Мне повезло, что рядом стоял Хань Гуан Цзюнь. А что если вы поранили бы простых людей?»       Цзинь Лин возразил: «Нет тут никаких простых людей! Здесь вообще никого нет!»       Лань Сы Чжуй кивнул: «Сейчас самый разгар дня, но повсюду зловещий туман. И все лавки закрыты». — И конечно же, вы все пошли туда, даже если все это так подозрительно — закатил глаза Не Миндзюэ. — На самом деле мы все пришли туда по отдельности, — слегка хмурясь, произнес Лань Цзиньи. — И все равно вы оказались там все вместе, но все вопросы потом. Продолжаем, — остановил вопросы Лань Ванцзы, что так и не были заданы.       Вэй У Сянь сказал: «Об этом позже. Лучше скажите, как вы все оказались вместе? Я ни за что не поверю, что вы решили заняться совместной ночной охотой». Цзинь Лин смотрел на остальных, как на нечто оскорбительное для глаз, ища со всеми лишь драк да ссор.       Цзинь Жулань разочарованно простонал от такого описания. — А-Лин, не могу понять, на кого ты похож больше. На А-Чена или на Цзинь Цзысюаня, — с каменным лицом произнесла Яньли, заставляя присвистнуть Не Миндзюэ и удивиться Цзян Фенмяня.       Оба юноши были удивительно оскорблены такими словами самой прекрасной девушки во всей поднебесной.       А если вспомнить, что он уже имел кое-какие разногласия с адептами Ордена Гу Су Лань, то вероятность ночной охоты вместе с ними стремилась к нулю. — Видим мы ваши разногласия, — хмыкнул Сюэ Ян. — Да, сперва у нас не ладилось, но потом мы сблизились, — прокомментировал этот эпизод А-Юань. — А сейчас не отлипаете друг от друга. Все делаете вместе, — усмехнулся Вэй Усянь.       Лань Сы Чжуй любезно пустился в разъяснения. — Все юные адепты держаться на тебе, Сычжуй, — сказал Лань Цижень, что был довольно горд этим.       Лань Сычжуй смутился от таких слова — Вы даже спорить не будете? — поинтересовался Не Хуайсан у Цзинь Лина и Лань Цзиньи. — Нет, мы согласны со словами Учителя Лань, — в унисон отозвались парни.       «Долгая история. Поначалу мы…»       В этот момент из густого тумана послышались треск, клокотание и пронзительно-резкий стук бамбукового шеста о землю.       Лица учеников тут же перекосил страх: «Оно снова здесь!» — Призрак с бамбуком, кто же ты, — задумавшись, произнес Лань Сичень.       Малышка А-Цин чихнула. — Глава окончена! — оповестил Цзинь Цзысюань, не закрывая книгу.