Кто-нибудь видел Грейнджер?

      Когда Грейнджер вошла в кабинет, Драко сразу понял, что она возбуждена и чем-то недовольна. Не утруждая себя обменом приветствиями, он сразу перешёл к делу:       — У вас были какие-то новые воспоминания, мисс Грейнджер?       Присев на стул для пациентов и знакомым Драко движением откинув волосы за спину, Гермиона очистила горло и произнесла:       — Да, целитель, было несколько завтраков в Большом зале и занятий, ничего примечательного. Но было кое-что интересное. Стычка Малфоем и другими слизеринцами.       Драко сглотнул, сцепив руки в замок, чтобы скрыть волнение и не выдать своим видом, что знает что-то о человек, о котором сейчас пойдет речь.       — Продолжайте.       Гермиона облизала губы, стиснув чуть сильнее ремешок сумки, покоящейся на коленях.       — Команды Гриффиндора и Слизерина, кажется, не поделили квиддичное поле. Мы с Роном пришли посмотреть на тренировку и подошли, когда почувствовали, что что-то не так. Малфой там тоже был в качестве ловца Слизерина. Мы пришли в середине перебранки, я сказала ему что-то колкое и он назвал меня грязнокровкой.       Драко понял, о чем пойдет речь еще с первых слов, но дослушал до конца с предельно заинтересованным видом. Он чувствовал горечь от того, что все идет не по плану, что Гермиона вспоминает нелицеприятные моменты вместо тех, которые Малфой хотел бы ей показать в первую очередь. Это самопроизвольное воспоминание заставило его снять розовые очки и разбить их ударом кулака: он и раньше знал, что это неконтролируемый процесс, но думал, что сможет как-то оградить Грейнджер от нежелательных флэшбеков. Сейчас он понимал, что любая мелочь, которую она увидит в Омуте, может спровоцировать цепочку воспоминаний, которую предугадать совершенно невозможно, сколько бы он не пытался все просчитывать наперед.       Смирившись со своей беспомощностью, Драко спокойно посмотрел на Гермиону и уточнил:       — Вы знаете, что значит это слово?       Гермиона покачала головой:       — Я его никогда не слышала, но покопалась в книгах. Это оскорбительное обращение к тем, кто рожден в магловских семьях.       — Неудивительно, что вы его не слышали, — пояснил Малфой. — Его запретили использовать после окончания войны. На нем лежит Табу: любое его использование ведет к разбирательству и выплате крупного штрафа.       Гермиона в ужасе прикрыла рот рукой.       — Не волнуйтесь, — усмехнулся Драко, откинувшись на спинку своего кожаного кресла. — На здание Мунго оно не распространяется: мало ли что в бреду могут говорить пациенты. Это одна из причин, почему я работаю именно здесь, а не в другом помещении.              Грейнджер, облегченно выдохнув, расслабила напрягшуюся спину.       — В любом случае неудивительно слышать это слово именно от Малфоя, — покачала головой девушка.       — Почему же? — вскинув брови, по-настоящему удивился Драко.       — Он и его семья служили Волан-де-Морту, вы не знали?       — Первый раз слышу, — натянуто улыбнулся Малфой, холодея внутри. — Откуда у вас эта информация?       — Я познакомилась с одной девушкой в книжном, она не местная, у нас завязалась приятная беседа.              — Очень хорошо, что вы заводите новые знакомства, мисс Грейнджер, — похвалил Драко, поддавшись вперед. — Не подскажите, как зовут вашу новую подругу?       — Вы слишком торопитесь, — рассмеялась Гермиона, и Малфою захотелось завыть из-за ямочки, которая появилась у нее на щеке. — Мы всего лишь раз попили кофе, а потом пообедали пару дней назад в кафе неподалеку от Министерства. Ее зовут Оливия, приятная девушка с необычной внешностью.       — Необычной внешностью? — непринужденно осведомился Драко, стараясь не давить на Гермиону слишком сильно, чтобы не выдать личной заинтересованности.       — Ее волосы, они ярко-рыжие, как у Рона, но только кудрявые. Невероятно красивые.       — Что ж, очень хорошо, что вы заводите новые знакомства, — натянул улыбку на лицо Малфой. — У вас есть какие-то вопросы, прежде чем мы начнем просмотр новых воспоминаний?       — Вопросов нет, но… — Гермиона запнулась, чуть нахмурившись. — Я не понимаю, почему я так много думаю о нем.       — О ком? — недоуменно уточнил Драко.       — О Малфое.       Драко кашлянул, в очередной раз пытаясь справиться с волнением.       — В каком ключе вы думаете мистере Малфое?       Гермиона пожала плечами:       — Я часто проматываю в голове воспоминания с ним. Иногда он мне снится, но это не похоже на воспоминание, сон не такой четкий.       — Что вы видели? — Драко невольно наклонился вперед, его голос, наверное, выдавал его с потрохами, но ему было все равно.       Грейнджер нахмурилась, удивленная непропорциональной заинтересованностью.       — Мы были на Астрономической башне, я помню ее из других воспоминаний. Малфой курил, и мы о чем-то спорили. Я его едва узнала, он сильно изменился, но это точно был он.       Драко понимал, о чем говорила Гермиона и знал, что это был не просто сон. Правда он не мог поверить, что ее воспоминания шагнули настолько далеко вперед по временной шкале.       Гермиона перед ним выпрямилась.       — Знаете, что я только поняла? В Омуте я почти не видела Малфоя, но почему-то он сопровождал меня во многих самопроизвольных воспоминаниях. Вы намеренно не показываете его? Что в нем особенного? Вы что-то знаете?       Голос бывшей гриффиндорки нарастал, и в конце напор достиг пика. Драко поднялся.       — Успокойтесь, мисс Грейнджер, — властно произнес он. — Я много раз говорил вам, но, похоже, нужно напомнить еще раз: все должно идти своим чередом. Если я не считаю нужным уделять Драко Малфою время в наших консультациях и он появляется в ваших воспоминаниях, значит так и должно быть.       Гермиона уже приоткрыла рот, готовая вмешаться, но целитель не дал себя перебить.       — Предвосхищая все ваши вопросы, да, я в курсе ситуации, связанной с ним, но, как уже сказал ранее, не собираюсь вмешиваться в и без того сложный процесс раньше положенного времени. — Драко сделал паузу, проведя ладонью по темным волосам. — Если вы не против, то я бы хотел перейти к сути нашей встречи.       Малфой видел, что Гермиона прикусила язык. Он любил эту часть своей натуры: властную и диктующую, — но давать ей волю сейчас, с Грейнджер, у него не было никакого желания.       Просмотрев очередные воспоминания о событиях второго курса, Гермиона ушла, тихо попрощавшись. Едва дверь за ней закрылась, Драко выдохнул. Это изначально была плохая идея, все эти игры со сменой внешности, консультации с Омутом памяти. Сейчас Драко даже казалось, что обучение на целителя было идиотской затеей, нужно было оставить прошлое в прошлом. Пускай Грейнджер осталась бы без воспоминаний, но может это и к лучшему: как Блейз любезно напомнил несколько дней назад, никто не гарантировал, что она вернется к нему. Более того, это была уже не та бойкая гриффиндорка, которую Драко когда-то знал. То была тень, неумелая копия с некоторыми проблесками грейнджеровского характера.       В дверь постучали, и Драко пригласил войти, мысленно поблагодарив Мерлина за то, что не успел вернуть свою внешность: это могла вернуться Грейнджер. При виде посетителя лицо миловидного кареглазого брюнета с фамилией Блэк по-малфоевски скривилось.       — Какого черта ты здесь забыл, Поттер?       К радости Драко гриффиндорец замешкался, явно ожидая увидеть человека с иной внешностью.       — Малфой? — неуверенно, как бы наудачу уточнил Гарри.       Целитель очень хотел, чтобы Поттер снял свои нелепые очки и шаблонно протер свои необремененные интеллектом глаза, но мальчик, которому следовало сдохнуть, оказался не на столько туп.       — Верни свою внешность, мне некомфортно.       — Тут никто не собирается заботиться о том, чтобы тебе было комфортно, Поттер, — презрительно фыркнул Драко, но всё-таки взмахнул палочкой. — Я повторюсь, что не желаю тебя здесь видеть и уверен, что это взаимно, поэтому чем обязан?       Гарри тихо закрыл за собой дверь, но не стал проходить вглубь кабинета, переминаясь с ноги на ногу возле входа.       — Я хочу узнать, как дела у Гермионы, — пытаясь изобразить уверенность, произнес Поттер.       — Спроси у неё сам, вы же друзья, — ухмыляясь, протянул Драко, вальяжно опрокидываясь на спинку стула. Он очень надеялся, что сарказм поможет ему побороть ярость.       — Ты прекрасно знаешь, что больше нет, — тихо и очень спокойно, почти примирительно ответил Гарри.       — Не моя проблема, — равнодушно пожал плечами целитель и после короткой паузы метнул: — И не моя вина.       — Слушай, Малфой. — Яростные нотки начали проскакивать в до этого почти дипломатичной речи Поттера. — У тебя есть все основания, чтобы злиться…       — Нет, это ты меня послушай, — прервав гриффиндорца, прошипел Драко, поднимаясь из-за стола, не в силах больше усидеть на месте. — У меня есть все основания, чтобы убить тебя, если ты не уберешься отсюда прямо сейчас!       Малфой в несколько шагов преодолел расстояние между ними, приблизившись настолько, насколько позволяла его брезгливость.       — Мне нужно знать, что с ней всё в порядке! — вспылил в ответ Гарри, сжимая руки в кулаки. Драко очень хотел, чтобы Поттер сделал то, о чем подсознательно умоляло его тело, чтобы иметь возможность ударить в ответ.       — С ней нихрена не в порядке, понятно тебе? — прорычал сквозь зубы Малфой. Желание схватить Поттера за лацканы его форменного пиджака аврора и хорошенько встряхнуть так, чтобы щелкнули челюсти, почти взяло верх.       — Я знаю, и мне не нужно очередное напоминание от тебя! — взорвался Поттер, не разрывая зрительного контакта, чтобы не показаться слабым. Децибелы их светской беседы бывших однокурсников начинали превышать допустимую для кабинета целителя норму.       — А мне плевать, чего ты хочешь! — взревел Драко, все-таки теряя над собой контроль и хватая Поттера за грудки. — Это ты во всем виноват, — уже чуть спокойнее произнес Малфой, отпуская гриффиндорца. — Я до сих пор не понимаю, как в твою набитую соломой голову пришла идея…       Разговор на повышенных тонах привлек внимание секретарши, и она аккуратно, явно стараясь быть как можно менее навязчивой, приоткрыла дверь, предварительно постучавшись.       — Мистер… — Аманда убедилась, что ее начальник вернулся к своему истинному обличию. — Мистер Малфой, у вас всё в порядке?       Драко кашлянул в кулак, отступил от Гарри на социально приемлемое расстояние, а потом и вовсе вернулся за свой стол.       — Всю интересующую информацию вы можете получить у Аманды, — будничным, но чуть более холодным тоном обратился к Поттеру Малфой и, взглянув на секретаршу, уточнил: — Дай ему все отчеты по мисс Грейнджер.       Аманда удивленно кивнула. Гарри замешкался на входе, не зная, как лучше поступить: сразу уйти или поблагодарить ненавистного слизеринца.       — Спасибо, — чуть натянуто произнес Поттер. — Для меня это важно.       — Это не ради тебя, — усмехнулся Малфой, покачав головой, не веря, что гриффиндорец насколько наивен, что мог подумать, будто Драко станет ему в чём-то помогать после всего, что произошло. — Это ради нее, она бы хотела, чтобы ты знал.              Нарушая все нормы этикета, целитель перевел взгляд на бумаги на своем столе и не поднимал его до тех пор, пока не закрылась дверь.       Малфой снова покачал головой, думая о том, как у Поттера хватило наглости прийти сюда и спрашивать о Грейнджер после всего, что он с ней сделал.