Спасти или убить

Несмотря на то, что прошедшим вечером Нэйтан чувствовал себя окрылённым, на утро он встал разбитым. Наскоро сварганив отвратительный кофе и дерьмовый сендвич, он вышел на крыльцо. Тихий спальный райончик, радостное солнышко и ни единого облачка. Проехала всего пара автомобилей. Несколько родителей вели детей в школу. -Ты выглядишь сегодня разбитым. Расстраиваешься из-за дела? - заметила Роуз, стоя у кассы за кофе. Все бы ничего, но Нэйтан почувствовал на себе взгляд бариста. Ноа смотрел на него сегодня пустым взглядом. Улыбка сползла с его лица, как только тот принял заказ. Но от чего-то этот взгляд казался таким тяжелым, что был практически способен задушить или раздавить Витакера. -Да, типа того, - мужчина отвёл взгляд. Ноа молча пододвинул пальцем стакан с капучино, все ещё неотрывно глядя на заказчика. Он смотрел копу прям в лицо, словно пытался разглядеть его мозг. -Нэйтан, соберись. У вас не так много времени, - ткнула его ногтем в висок Роуз. От неожиданности он дернулся и потёр место прикосновения. -Мы делаем все, что можем. Анализируем. Но идёт просто ноль, - он обернулся к бариста, но понял, что тот все ещё сверлил его мертвым взглядом. -Если нужно поговорить о чем-то, может, идеи какие-то подбросить… Можешь рассчитывать на нас, - девушка ободряюще хлопнула его по плечу. На счёт неё Витакер не сомневался. Но ее брат был ли вообще способен хоть на какую-то связную речь? Он всего пару раз слышал, как тот разговаривает. Если бы не это, Нэйтан подумал бы, что Ноа глухо-немой. -Ладно, я пошёл, - бросил он на ходу. В офисе копы попробовали проработать ходы маньяка-убийцы. Но ничего не складывалось. После чего поступил звонок. Картнер, сидевшая на телефоне молниеносно подняла трубку и представилась. Женщина быстро что-то писала на листочке, в итоге отбросила ручку и протянула лист над головой, попутно говоря: -Поняла, выезжаем. Витакер быстро выхватил запись и пробежался по буквам и цифрам. Как только звонок закончился, Картнер кивнула: -Снова он. Езжайте. На окраине пролеска, недалеко от высоких дорогих коттеджей стояла женщина, прикрывая рот белым мокрым от слез и соплей платком. Перед ней лежала обнаженная девушка, лишенная груди. Ее взгляд зелёных глаз был пуст и устремлён в небо. Рот слегка приоткрыт, выпуская полосы запекшейся крови. -Кровь не свежая. Значит, он увозит их куда-то, а потом возвращает, - подумав немного Витакер добавил. - Или выбирает другое место, чтобы бросить тело. Аманда уже осматривала тело, а Карл делал фотографии. -Слушай, а не думал, что он чередует мальчиков и девочек? До этого был парень. А до парня девушка. Я точно помню, - подняла на него взгляд Гранд. Нэйтана прошиб холодный пот. На мгновение ему показалось, что он ослеп и оглох. Как он мог не заметить этой закономерности? -Она лежит здесь совсем недавно. Смерть наступила ночью…- Аманда выглядела очень сосредоточенной. - От обескровливания примерно в три часа. Переломы всех пальцев на руках. Словно она ожесточенно билась. Но под ногтями нет ни следа, свидетельствующего об этом. Могу поспорить, в ее крови снова найдётся тот препарат. -Какой? - вскочил Карл. -Ты чем слушал, идиот, когда я с тобой разговаривала? Так был занят заблевыванием моей плитки? - Аманда поправила очки и выпрямилась. - Препарат Н. Я забыла тебе о нем сказать, Нэйтан. Но думаю, ты уже прочитал. Он парализует мышцы но оставляет ощущение. Они чувствуют, но не могут пошевелиться. Если переборщить с ним, не рассчитав дозу, то можно вызвать паралич работы легких. Одна из девушек умерла от удушья. Видимо, он подумал, что вколол ей маленькую дозу и впаял добавки. -Он издевается над ними, пока те не могут шевелиться и вынуждены терпеть, - прошептал Карл, прикрывая рот рукой. Витакера трясло. Его накрыли злоба и ужас. Он словно ощущал чужие страдания на себе. В тот же день ему предстоял разговор с родителями погибшей девятнадцатилетней Лолы Малович. Женщина, которая обнаружила ее, стоявшая, рыдая в платок, была увезена на скорой с подозрением на сердечный приступ. Родители - возрастные люди, держащие за руку старшую дочь лет двадцати трёх. Они так громко ругались и плакали, что Витакеру пришлось принять после этой встречи таблетку от боли в голове. Он почувствовал раздражение, хоть и понимал, что не может осознать их горе в полной мере. Они одарили его званием чрезвычайно бессердечного копа, но знали бы они как его грудь ещё полчаса назад драла необузданная злость. Он положил деньги на край стола ближе к себе: -Капучино, - и спустя только какое-то время понял, как грубо это выглядело. Ноа был вынужден тянуться через весь стол, чтобы достать плату. Сперва Нэйтан почувствовал укол вины, но, взглянув на парня, не прочёл обиды на его лице. Оно по-прежнему было совершенно ничего не выражающим. Он выудил сдачу из кассы и положил на то же самое место, где взял деньги Витакера. Нэйтан чуть расслабился, испустив громкий вздох. Ноа перестал с ним разговаривать и даже здороваться, прекратил одаривать улыбкой, словно понял, что Нэйтан будет возвращаться каждый раз именно к нему. Ему не нужны слова или радостные приветствие, не нужно внимание. И уж тем более его фальшивая улыбка. Ему нужен только кофе. Опять это движение пальцем, и стакан оказался прямо на краю. Словно это место стало точкой их соприкосновения. Стоило Нэйтану взять стакан и развернуться к выходу, как за спиной он услышал тихие слова: -Ты чувствуешь бессилие, не так ли? Он вздрогнул. Если бы не это «не так ли», вынуждающее ответить, он бы молча ушёл. Но при таких обстоятельствах он обернулся и посмотрел в темные, синие глаза, не источающие ничего кроме пустоты. Нет, он ошибся. Было что-то похожее на раздражение. Но Витакер не понял, на кого оно было направлено: на него, на работу, на маньяка, которого ищет полиция? Молчание длилось так долго, что в какой-то момент Нэйтану показалось, что Ноа сдержался, чтобы не закатить глаза. Но почему мужчина почувствовал себя словно голым под тысячами взглядов? -Ничего такого. Просто на работе небольшие сложности, - попытался оправдаться Нэйтан. Его правда так легко считать? Мужчина обернулся и ушёл прочь. Почему-то, когда он вышел на улицу, ощутил мелкую дрожь в руках и непонятный ком в горле. Он ощущал себя похожим образом, только когда защищал дипломную работу в университете. Но это было так давно. В баре он снова пил виски, наблюдая, как плавно двигается тело под музыку. Его тело. Нэйтан мысленно ощущал чужие руки, блуждающие по его телу. Он протянул руку на танцпол, тогда танцор прильнул к нему как ласковый кот лишь на мгновение, позволяя коснуться своих ног. В конце танца Витакер не сдержался и поплёлся в недра темного коридора, который вчера так радушно его встретил. С чего он вообще взял, тот силуэт снова его там ждёт? Но его мысли подтвердились. Там же, где и вчера, стоял танцор. Его тело, покрытое мраком, обрамлял свет из конца коридора. Он блестяще умел пользоваться освещением, чтобы оставаться загадочным и скрытным. К ногам Витакера, как и в тот раз, полетела мятая бумажка. Он уже не медля поднял ее. «Если хочешь повторить, не делай глупостей и не прикасайся ко мне.» Нэйтан хотел спросить его: «почему?». Но это был не единственный вопрос, крутящийся у него на языке. Ведь у этого парня не было голубой ленты. И денег за их близость он не требовал. В этот момент в него прилетела ещё одна бумажка: «Я знаю, что ты хочешь сказать. Не думай, что ты особенный.» Нэйтан вздохнул, закрыт глаза и развернулся. Сегодня он особенно выражено чувствовал своё одиночество. Вполне возможно, этот парень чувствовал себя так же и выбирал наиболее подходящих себе. Возможно, те вопросы, которые от сдерживал в себе, ему задавали уже множество раз. А, значит, удивляться здесь нечему. Снова апельсиновый чупачупс скользнул ему в рот. Теперь Нэйтан отчетливо понял, что парень просто затыкает ему рот своей конфетой. А ещё она прекрасно перебивала запах. Он не мог почувствовать личный запах танцора. Вполне можно подумать, что таким образом он перебивает пот после выступления. Но Витакер точно ощущал сухое, ухоженное, подтянутое, стройное тело, прижимающееся сзади. Чуть тёплые руки скользнули к его штанам, намереваясь прикоснуться к тем самым зонам, которые предоставят хозяину удовольствие…