Спасти или убить

Нэйтан почти не спал, чтобы просыпаться. Он вливал в себя чертовски отвратительный кофе, пытаясь прийти в чувства. Его воротило от завтрака. Ощущение разбитости не оставляло. Звонок в дверь вывел его из оцепенения. На пороге стояла Роуз с идеальной укладкой, накрашенными губами и в больших солнечных очках. На ней была белая кофта на молнии, под которой красовался темно-фиолетовый топик. Она сняла очки, демонстрируя мешки под глазами после попойки и бессонной ночи. -Ты выглядишь…- начал было Нэйтан, но не нашёлся с подходящими словами. -Сногсшибательно, я знаю, - девушка закатила глаза. - Я в порядке. Поехали уже. -Ты уверена, что сможешь сесть за руль? -Конечно! Всегда так делаю. -Надеюсь, нас не остановят. -Тебя бы я не пустила ни за что за руль. Не я же выхлебала литруху, - Роуз развернулась и направилась к красному авто, припаркованному на краю дороги прямо у плиточной дорожки, идущей от дома. Нэйтан быстро взял ключи и направился следом. В дороге он начал нервничать, хоть и понимал, что по сути от него кроме присутствия ничего не требуется. На подъезде их пропустил охранник, задав всего пару вопросов. С какой целью они приехали? И все в таком роде. Коридор лечебницы был полон только людьми в медицинской форме. Ещё было рано для посетителей. Зато медработники торопились выполнить свою работу. -Сюда, - Нэйтан указал в сторону лестницы. Они остановились у кабинета с металлической табличкой двести тридцать три. Витакер неуверенно постучал. В скором времени помещение было открыто, позволяя себя разглядеть. Два стула и кушетка с ремнями, позволяющая пациенту быть в полусидящем положении, в том числе не покинуть ее без надобности. Рядом подставка для уже готовой капельницы, которую Лола уже вешала. На столе лежал просто огромный шприц с мутной жидкостью. -Зачем это все? - оглянулся Нэйтан. -Ремни, чтобы придержать особо буйного пациента, пока проходят процедуры. Хочешь присесть, проверить уровень комфорта? - доктор Саммерс махнула рукой. -Нет, спасибо. -Брось. В этом нет ничего такого. Нэйтан неуверенно приблизился к кушетке и лёг на неё, так и не осмелившись, положить руки на подлокотники. Словно Лола могла в ту же секунду его связать и начать проводить какие-то зверские опыты. Он лишь перевёл взгляд на пакет с жидкостью, висящий над головой, а потом на шприц. -Это успокоительное. Позволит проще ввести в гипноз и будет хоть немного препятствовать отторжению больным меня. Так проще копаться в чужих мозгах, - женщина постучала ногтем по своему виску. -Так много жидкости… -Подозреваю, от количества той жидкости, которая уже в нем, он скоро превратится в медузу. Его кровь сейчас не такая насыщенно красная, когда брали анализы. Это тот удивительный случай, когда человек ссыт прозрачной водой, - она хохотнула. - Располагайся на этом стуле, - она указала на один из рядом стоящих стульев. - Ты никаким образом не влезаешь в процесс, так как это может сильно навредить ему и исказить воспоминания. Это может вызвать сильную защитную реакцию. Как бы тебе не казалось, что что-то идёт не так или ещё что-либо, ты должен молчать. Ты обязан слушать, что я говорю, если твоя помощь потребуется. Он не даст мне прикоснуться к себе, а твоя тактильность может положительно повлиять на процесс. Ну, например, успокоить его. -С чего Вы взяли, что мне можно будет прикоснуться к нему? -Нэйтан, кажется Вы достаточно привилегирован. Но мы это проверим. В любом случае, Вам может грозить только перелом пальцев, ведь он будет привязан. А хирург у нас достаточно хороший, если потребуется его помощь. Щелчок двери, двое санитаров ввели Ноа и закрыли за собой. Ноа как обычно посмотрел на Витакера, словно он - простая, не стоящая особого внимания стена. Ремешки на смирительной рубашке стали расстегиваться. Но для надежности один из санитаров держал стоящего неподвижно, вяло обводящего помещение глазами пациента за шею и плечо. Хотя в темно-синих глазах сквозило недовольство и лёгкий испуг от таких прикосновений, Рэй прекрасно понимал, у него не было выбора. Доверия ему нет. Каждый раз, когда он пытался противостоять или хотя бы отстраниться от медработников, он отхватывал куда более жесткий контакт. Иной раз могли и всем телом к полу или стене придавить. А такое положение естественно его ввергало в панику. В таких случаях только укол транквилизатора приводил его в чувства. Так что, дабы избежать излишних лапаний, приходится иногда терпеть это. Хотя в смерительной рубашке, его могли взять за рукав, шиворот или ремень на спине или шее. Это было куда терпимее. Хотя сама ограниченность в движениях никак не привлекала. Ноа наверняка видел в коридоре сестру. Интересно, как они отреагировали друг на друга? Когда Рэй был освобождён он предмета, сковывавшего его, Нэйтан заметил испещрённую глубокими ранами левую руку. Пусть они и выглядели зажившими, тем не менее рисунок татуировки в некоторых местах разошёлся вместе с кожей, оставляя буквально расщелины и горы. В некоторых местах даже остались следы от швов. Парня подвели к кушетке. Когда он лёг не неё, Лола начала затягивать ремни на руках, ногах и груди, застегивая пряжки. И подсоединила систему капельницы к катетеру, уже установленному в вене, чуть ниже сгиба локтя. Видимо это сделано, чтобы не произошло залома трубки внутри, когда Рэй связан. Женщина с нажимом прогладила мышцы от локтя вверх плеча, заставляя кровь двигаться интенсивнее. -Можете идти, у меня остаётся один сильный мужчина, с которым мы обязательно справимся против такого душки, - Саммерс улыбнулась, выпроваживая санитаров. В ее голосе точно были нотки саркастичности. От этого Нэйтану стало не по себе. В его памяти всплыла картинка, где Ноа напряг руки, демонстрируя вполне себе достойные мышцы, чтобы переломить чужую шею одним ничего не стоящим движением. Хотя с виду парень под одеждой выглядел совсем не высоким и довольно узким. Витакер ни капли не сомневался в том, что Рэй был научен жизнью, чтобы хоть как-то уметь защищаться. Лола воткнула огромный шприц в пакет, висящий над головой парня и стала вводить мутную жидкость, которая моментально смешивалась с содержимым мешочка. -Ноа, сейчас ты почувствуешь легкое головокружение и слабость. Не сопротивляйся этому. Внимательно слушай мой голос. Только так мы сможем достичь согласия, а сеанс будет безопасным, - потом подумав, добавила. - Для всех. И все пройдёт наименее болезненно. Лола начала говорить совершенно монотонным голосом, что-то про пушинку на воде, про темноту и спокойствие. Ее перебивали только громко тикающие часы, явно оставленные здесь специально. Даже Нэйтан еле держался, чтобы не отключиться. Тогда Лола спокойным голосом, словно это вполне себе часть всей речи, сказала: -Нэйтан, нельзя спать. Витакер быстро пришел в себя и заметил, что взгляд Ноа был словно затуманен. Веки стремительно тяжелели, тело расслаблялось. Только сейчас он понял, в каком напряжении пребывал Рэй постоянно. -Ноа, ты дома. Роуз дома вместе с тобой. Папа смотрит телевизор в своей комнате, - Лола выдавала наводящие предложения, возвращая Рэя назад, в период несостоявшегося детства. - Ты помнишь день, когда ты чувствовал себя в безопасности? Когда родители не обижали вас. Она продолжала приближать его к определенному дню его жизни, но ответа все не было. Только через какое-то значительное время, едва слышно, Ноа произнёс: -Да. -Что в этом дне такого особенного? Что ты видишь? -Мама заставляет меня читать Библию, - речь была тихой и заторможенной. -Мама набожная?