"Двести страниц из жизни Тору Хаякавы" или "Записи человека с ангелом на крыше"

На перроне стояло множество людей, каждый в ожидании своего поезда. Огни фонарей освещали все вокруг, создавая ощущение, словно ночь была лишь на небе, а не на земле. Множество небольших магазинчиков поблизости, где можно было купить букеты цветов или же корзинку с ними, ларек с сладкой ватой, отчего в воздухе витал запах манящей карамели и крошечный стенд с воздушными шарами. - Мама, смотри! Там шарики продают! Купи, пожалуйста, мамочка! Можно мне один красненький? -с сияющими от восторга глазами, просил маленький мальчик, шепча маме и тихонько дергая за край пальто. - Минато, веди себя спокойно. - бархатным, но в то же время строгим голосом ответила молодая женщина. - Нам уже скоро уезжать, поезд вот-вот приедет. Потерпи немного, ладно? Мальчик разочарованно вздохнул, кивая головой. Внезапно, сильный порыв ветра качнул стоявшую подле станции корзину с примотанными к ее ручке лентами, на которых держались разноцветные шары. Минато, хлопая глазами, раскрыл от удивления рот - имеено красный шарик, того цвета, как он и хотел, отвязялся и медленно полетел в его сторону. Мальчик, смеясь, запрыгал на месте, пытаясь поймать его, однако рост не позволял крохе дотянуться до золотистой ленты. Заметив старания ребенка, светловолосая женщина обернулась, ухватив игрушку за край двумя пальцами. - Ну надо же... Отвязался?.. И именно того цвета, как Минато хотел. - задумчиво проговорила она, отдавая шарик в руки ребенка, что теперь бегал возле мамы, задорно смеясь. - Что за фокусы?.. Поезд с характерным шумом и лязгом остановился на платформе, из-за чего волосы Яори Футабы колыхнулись, щекоча лицо. Мама с мальчком уже скрылись из виду, но она все еще помнила ту радость на лице ребенка, которую смогла ему подарить. Они наверняка больше никогда не встретятся, хоть рыжеволосая и могла проследить за ними, уехав на том же поезде. Ведь она - ангел. Ангел, которого никто не видит. Шумно втянув воздух, Яори осторожно коснулась корзины с шарами, завязав их потуже, дабы не разлетелись остальные из-за ее маленькой шалости. Ведь, все таки, это чей-то зароботок, и хозяин скоро вернется. Оглядев на последок перрон, девушка взмыла в воздух, расправив за спиной крылья. Прохладный ночной воздух приятно ласкал лицо, а в волосы развивались на ветру, оставляя за собой словно огненный след. Яори было больно. Очень больно, но она даже заплакать не могла. И от этого становилось только хуже, ведь все те эмоции, что скопились в ее сердце, нещадно рвали грудь на части. Она буквально свалилась на тротуар подле моста - настолько обессилела ее душа. Медленно поднявшись, Футаба, опустив голову, глядела себе под ноги. Крылья полулежали на асфальте, но испачкаться не могли - не ощущали пыли. На ней была все та же проклятая форма - лаковые туфли на крошечном каблуке и черные гольфы, клетчатая темно-серая юбка и белая рубашка с черным галстуком. Студентка? Нет, школьница. Яори не хватило всего двух месяцев, чтобы попасть на первый курс университета. Потому что она умерла. Другого объяснения и быть не может, иначе, почему тогда она была бы заточена в этом теле с крыльями? Крепко сжав ладони в кулаки, девушка подняла голову к ночному небу, вслушиваясь в апрельскую тишину, нарушаемую лишь пением сверчков. Мерцающий фонарь с теплым освещением подчеркивал острые скулы и россыпь аккуратных веснушек на щеках и носу. "Нужно идти. Зачем? Просто так нужно." И Футаба шла вперед, радуясь, что не встречает прохожих, которые, не заметив юное создание, прошли бы свозь нее. Только вот радость эта длилась не долго. Глядя себе под ноги, Яори не заметила, как кто-то задел ее плечом, а осознав это через два шага, остановилась. Ее зрачки расширились, а сердце забилось так, будто вот-вот разорвется на мелкие куски. "Я почувствовала что-то? Создалось ощущение словно... кто-то дотронулся до меня?" Девушка медленно развернулась, глядя на высокого стройного юношу, который, поднимая с асфальта выпавший после столкновения светлый наушник, вежливо проговорил, улыбаясь: - Прошу прощения. Я не смотрел куда иду, вы... - он вдруг заметил озадаченное и шокированное лицо Яори. - в порядке?.. Кареглазая не могла поверить в то, что сейчас происходило. Вот уже как два года она слонялась по этому городу, словно проклятая, но за все это время ее никто, никто и никогда не мог не то, что чувствовать ее - даже видеть. А этот юноша сейчас пристально изучал ее лицо, что-то обдумывая про себя, заметив большие белоснежные крылья за девичьей спиной. Задыхаясь от собственных мыслей, Яори, тяжело сглотнув, сдавленно спросила: - Ты что... видишь меня?.. Незнакомец запоздало кивнул: - Да. - он явно был сбит с толку. - А что не должен? Он склонил на бок голову, пристально глядя на Яори, которая, в свою очередь несмело шагнула к нему. Остановившись перед юношей, Футаба поднесла трясущуюся руку к его галстуку... Только бы получилось еще разок почувствовать. Коснувшись ткани кончиками пальцев, рыжеволосая отпрянула, чувствуя тепло чужого тела, тяжело дыша. Невозможно. - Эй, ты в порядке?.. - заботливо он поинтересовался он, не сводя с ее лица глаз. - Имя... - сдавленно выдавила девушка. - Как тебя зовут? - Тору. - спокойным ровным голосом ответили ей. - Тору Хаякава. Тору Хаякава. Человек, который ее видит. Чувствует. Парень открыл было рот, чтобы что-то сказать, как вдруг в кустах что-то хрустнуло. Он резко дернулся на неизвестный звук, а Яори, воспользоыавшись моментом взмыла вверх, исчезнув из вида. Тяжело дыша, девушка приземлилась на крышу многоэтажного дома, глядя на ночной город, горящий огнями. Видит. Он меня видит. Для Тору Хаякавы я... существую.