Гарри Поттер и Повелитель гарема

      МакЛагген вернулся в башню Гриффиндора злой, как загнанный в клетку ре-эм. Его ненормальные подружки снова переругались вместо того, чтобы качественно удовлетворить своего Повелителя гарема. Одному Мерлину известно, что творилось с ними в последнее время…       То подольют ему амортенцию, от которой он больше суток потом блевал в туалете и даже пропустил две тренировки, то повырывают друг дружке космы там же. Вместо того, чтобы трахаться, Кормаку всё чаще приходилось их разнимать. А недавно индианки вообще попытались отравить остальных его «цыпочек»! Это был настоящий кошмар. Лавгуд эта точно полоумная, теперь так считал даже сам МакЛагген. Во время последнего их соития она ни с того ни с сего принялась наматывать на его член какой-то амулет и приговаривать странные слова на непонятном языке. Кормаку стало настолько не по себе, что аж стояк пропал, а такое случилось в его взрослой жизни впервые.       Про бабку-прорицательницу даже вспоминать не хотелось. Гриффиндорец от души проклинал тот день, когда решил ради показухи трахнуть эту ёбнутую стрекозу. Знал бы он заранее, что она прилипнет к нему, словно Уизли к жратве, держался бы за милю.       Факультетская команда по квиддичу представляла собой ни что иное, как сборище безнадёжных баранов. Гриффиндор со свистом продул уже во втором матче подряд, и если так пойдет дальше, то не видать им кубка в этом году, как Драко Малфою хорошего траха.       МакКошка оказалась той ещё стервой, не умеющей следовать за своими желаниями. После устроенного в Большом зале стриптиза она его так возжелала, что окончательно разозлилась и теперь старалась испортить ему жизнь всеми способами. Дело уже пахло очередным «Троллем» по трансфигурации. Ещё и отцу с дядюшкой нажаловаться успела, старая мымра.       Несчастья сыпались на него как из рога изобилия. Кормак не сомневался, что это происходит из-за элементарной зависти. Парни не могли соперничать с его харизмой, а тёлки спали и видели, как бы заарканить его в единоличное пользование. Так дело, однако, не пойдёт. Кормак МакЛагген слишком хорош для одной девицы! Он же не Поттер, который впёрся в эту свою занудную Грейнджер и всюду за ней таскается.       Продолжали разочаровывать Кормака и ученики с курсов «Секспросвета». Остолопы дремучие. Ленивые тупые флоббер-черви. Столько времени на них потрачено, и всё впустую. Эх, лучше бы дядюшка Тиверий устроил его в министерство на тёпленькое местечко. Там Кормак быстро завёл бы себе парочку любовниц и в ус не дул. В Хогвартсе становилось невыносимо скучно.       А может, в большой спорт податься? МакЛагген считал себя самым одарённым вратарём столетия и был не намерен хоронить свой талант в рамках сборной факультета. Такие звёзды, как он, на вес золота, так что не пристало ему прозябать в стенах этой тупорылой школы и тратить своё драгоценное время на толпу бездарей.       Кормак наскоро принял душ и завалился спать. Завтра после тренировки он поставит своим «цыпочкам» жёсткие условия. Подобный бардак в своём гареме он терпеть не собирался. Как говорится, хочешь скакать на его избранном хуе — веди себя прилично. А то взяли моду условия свои диктовать. Совсем ошалели!

***

      Закинув в топку с утра пораньше целый литр протеинового коктейля с добавлением яиц докси и зелья выносливости, МакЛагген направился в свою любимую качалку. Это было лучшее место в Хогвартсе. Хорошая тренировка сразу поднимала настроение и отвлекала от грустных размышлений, которым он не любил предаваться.       Гриффиндорец только закончил разминку, когда в зал вошла Джинни Уизли — единственная светлая голова в этой грёбанной школе. Летает неплохо, глаз радует, да и поболтать с ней всегда приятно — общих тем хоть отбавляй.       — Не против, если я присоединюсь? — сбрасывая мантию, поинтересовалась она для приличия. — Надо бы выпустить пар… достало всё.       — Конечно, Джин. Валяй, я сам недавно начал.       — Что нового, капитан? Неважно выглядишь. — Виляя бёдрами, она подошла совсем близко.       — Год выдался ни к чёрту, — поделился МакЛагген. Он расставил ноги по двум стульям, чтобы сделать шпагат.       — И не говори, — кивнула Джинни, надавливая ему на плечи.       — Мои тёлки окончательно с ума посходили… Ума не приложу, как теперь всё это разгребать…       — Ох, даже не начинай, — закатила глаза Джинни. — Меня Дин уже заколебал, и это притом, что он один. Как ты ещё сам не чокнулся со своим хороводом, ума не приложу. Да ещё и МакГи решила тебе жизнь подпортить.       — Вот уж кто меня абсолютно не интересует, так это МакКошка со своим климаксом, — усмехнулся Кормак, вставая со стульев и уступая место Джинни. — ЖАБА принимает не она, а на экзаменах я как-нибудь выкручусь, чай не дурак! Так что мне похуй на неё, если честно.       — Здраво рассуждаешь. — Теперь уже Джинни сделала шпагат на стульях. — Для игры в квиддич и дуэльных соревнований ЖАБА всё равно не нужны.       — Вот именно! Дуэли и квиддич — это тема, — кивнул Кормак. — Ты создана для игры. Уже выбрала команду?       Джинни с готовностью кивнула.       — Или «Гарпии», или к Вуду в «Паддлмир Юнайтед», — сообщила она. — «Паддлмир», конечно, поинтереснее будет, но там придётся тухнуть в запасном составе, как минимум, пару лет. А в «Гарпиях» одни женщины, там скучно. Если честно, я хочу лишь годик или два поиграть в команде, поднабраться опыта, так сказать. Параллельно собираюсь продолжить тренировать боевую магию и участвовать в дуэлях. А потом создам свою команду! Это ведь гораздо круче.       — Однозначно. А ты амбициозная крошка! — восхитился Кормак и надавил девушке на плечи, чтобы она глубже просела в шпагате. — Меня возьмешь к себе?       — Считай, место вратаря уже твоё, — лучезарно улыбнулась девушка. — У тебя какие планы, кстати? Кроме как играть в моей команде?       — Открою свою сеть магических качалок. Волшебники совсем обленились и забросили спорт. Для них квиддич — просто верх спортивных свершений, ну куда это годится? Я лично займусь обучением инструкторов, налажу закупку или даже собственное производство зелья выносливости. Если у тебя срастётся с командой, то сможешь тренировать их у меня. Да и в дуэлях тоже попробуюсь, ведь любые спортивные успехи — это хорошая реклама.       Гриффиндорцы одновременно сделали мостик, переходя из него в стойку на руках, а затем повторили это «колесо» ещё пару раз.       — Я бы с удовольствием потренировалась в твоем зале, капитан, — ответила Джинни, стоя вверх ногами.       — Замётано. Непременно приглашу на открытие, Джин. Всегда буду рад тебя видеть! — пообещал МакЛагген. Он отжимался, пока девушка преспокойно лежала на его спине, разглядывая свои наманикюренные ноготки. — Но для начала возьму перерыв. А то достали меня эти истерички, надо найти тёлочек поспокойнее. Всё равно от них только одна польза и была: регулярный секс служит отличным заменителем кардио-тренировок. Ты знала?       — Что, правда? — удивилась Джинни. В её глазах блеснул неподдельный интерес.       — Конечно! Сжигается много калорий. Кроме того, выделяются эндорфин, дофамин, а от активного дыхания всё тело насыщается кислородом.       — Как интересно… — Джинни облизнула губы и демонстративно поправила свой спортивный топик.

***

      Гарри и Гермиона решили провести рождественские каникулы на Гриммо. Выгребли из дома весь старый хлам, навели порядок и даже затеяли небольшой ремонт, чтобы придать мрачному дому Блэков более уютный вид.       Раз Гарри собирался жениться сразу после окончания школы, ему хотелось, чтобы к тому времени старинный ветхий особняк превратился в дом, пригодный для жизни и перестал уже напоминать семейный склеп.       Пока единственным неоспоримым плюсом этого мрачного логова было лишь то, что здесь им с Гермионой никто не мешал наслаждаться друг другом. Они были абсолютно одни, не считая, конечно, сварливого Кикимера, но тот уже давно перестал высовываться из своей каморки, примыкающей к кухне.       В один из дней, пока Гарри готовил ужин, Гермиона решила заняться покраской стены в спальне на втором этаже. Она облачилась в коротенькие джинсовые шортики и старую рубашку Гарри, которую завязала узлом на талии.       Девушке захотелось чего-то солнечного и жизнерадостного, поэтому из всех оттенков, что имелись в ближайшем магловском строительном, где парочка недавно совершала покупки, был выбран канареечный жёлтый.       Возможно, здесь они с Гарри обустроят собственную спальню или сделают детскую для малыша Тэдди, которого станет приводить в гости Андромеда. Не столь важно. Тёмные тона удручали и неизменно напоминали о войне, так что хотелось как можно скорее от них избавиться.       Гермиона вооружилась огромным валиком и принялась за работу. Монотонный труд здорово помогал успокоить мысли. Так как они с Гарри выросли среди маглов, то вполне совмещали в себе привычки обоих миров. В детстве Гермиона любила помогать маме красить забор, так что данное занятие ни капли ни удручало её, а наоборот вводило в некую медитацию и будило приятные воспоминания.       За этим творческим занятием и застал её Гарри спустя пару часов. Он сунул руки в карманы пижамных брюк и игриво присвистнул.       — Не мог дозваться тебя снизу. Думал, ты опять застряла в библиотеке.       Девушка выглядела очаровательно. Волосы растрепались, по щекам и пальцам размазались следы от краски. Было очевидно, что творческий процесс захватил её с головой.       Гермиона бросила на него быстрый взгляд и поставила ролик на пол. Затем переключила внимание на многострадальную стену и с видом знатока произнесла:       — Кажется, так намного лучше. А то этот дом напоминал мне подземелья Слизерина.       — Угу, — кивнул Гарри, притягивая её к себе. — Пойдём ужинать или мне сначала потереть тебе спинку в душе, пока ты будешь смывать с себя краску?       Пальцы Гермионы сжали его футболку, оставляя на ней жёлтые следы. Она томно прошептала:       — Мы ещё не опробовали кровать в соседней комнате… А она там такая огро-о-омная…       Повторять дважды не пришлось. Гарри с лёгкостью подхватил её на руки и шагнул за порог.

***

      Кормак вернулся в школу сердитый, как шарахнутый дубиной тролль. Это были самые ужасные каникулы в его жизни. Почти каждый день приходилось выслушивать нудные отцовские лекции. Мистер МакЛагген пришёл в ярость после письма, отправленного ему недотраханной МакГонагалл. Повезло ещё, что дядюшка Тиберий находился в очередной командировке по министерским делам, потому как двойной порции нравоучений горемычный Повелитель гарема попросту не вынес бы. Дядя был очень влиятельным и богатым человеком и, поскольку не имел собственных детей, его главным наследником являлся сам Кормак. Злить его было ну никак не выгодно.       Под рукой, как назло, не было прелестниц, чтобы скинуть накопленное напряжение. Вдобавок МакЛагген начал замечать некоторые странности, которых раньше не было. Не иначе как проклятые бабы наслали на его бесценный хуй какую-то порчу или опять подлили ему очередную муть для пущей страсти либо верности, кто их там разберёт.       Он стал гораздо чаще бегать в туалет и испытывать при этом неприятные ощущения. Головка его главного орудия раздулась до невероятных размеров, а из мочеиспускательного канала выделялась какая-то вонючая жижа. Кормак пытался подрочить в душе, но вместо кайфа испытал лишь жгучую боль.       «Главный мачо гриффиндора» не на шутку забеспокоился. С ним творилась какая-то навиданная хрень, которая пугала гораздо сильнее предстоящих экзаменов и даже гнева дяди. Быть может, чокнутая Трелони наслала на него неизвестное проклятие? Нафиг он вообще её тогда выебал… Вот так и доставляй дамочкам удовольствие, а в ответ получай одни страдания вместо благодарности.

***

      Сразу после каникул он собрал свой гарем в Выручай комнате, чтобы наконец-то потрахаться, но полоумные бабы как с цепи сорвались, принявшись выяснять отношения.       — Папа сказал, ты должен на мне жениться, — заявила Лавгуд, покусывая собственный пальчик. — Мы отправимся в экспедицию, и я буду делать тебе лучшие заглоты в твоей жизни, начисто лишённой мозгошмыгов.       — Ещё чего! — фыркнула Дафна, выхватывая из-за пояса палочку. — Да я — сама Ледяная королева Слизерина, чтоб ты знала, так что Кормак должен принадлежать только мне!       — Остынь, сестрёнка! — не осталась в долгу Астория. — Между прочим, я его первая заметила.       — Забей на этих дур, мачо, — встряли сёстры Патил. — Мы для тебя хоть в морской узел завернёмся, ты же знаешь…       Лишь Ромильда Вейн помалкивала в сторонке, пряча за спиной новую коробку напичканных любовным зельем шоколадных конфет.       — И вообще: нас достала твоя сумасшедшая пьяная стрекоза! Усмири её уже, наконец!       — И как я должен это сделать? — развёл руками МакЛагген. — Выебать её ещё раз, что ли?       — Ах ты похотливый козлина! Одни поебушки у тебя на уме! — не выдержала Дафна, размахнулась и наградила его лицо звонкой затрещиной.       — Точно, еби свою старую корову, раз такой «умный»! — поддакнула ей Астория.       — И лижи ей тоже сам, чертохолопый головосек! — Луна швырнула в него пригорошню слив-цеппелин и направилась к двери.       Ромильда Вейн разрыдалась и запустила в него коробкой конфет, а сёстры Патил смерили его презрительными взглядами.       — Мы осчастливим своими умениями какого-нибудь другого прабху*! — в один голос выдали они, как будто специально репетировали.       — Эй! А ну отставить истерику, крошки! Забыли, кто здесь главный?       Впервые на МакЛаггена не среагировала ни одна «цыпочка». Дамы толпой двинулись к выходу, так и оставив его на голодном пайке.       — Ну и хуй с вами, дуры! — в сердцах выкрикнул Кормак им вслед, саданул кулаком в стену и бухнулся на кровать, намереваясь хотя бы подрочить. Но эрекция снова была болезненной.

***

      Спустя пару дней, пережив все стадии страха, МакЛагген притащился-таки в Больничное крыло. Там он сбивчиво поведал мадам Помфри обо всех признаках своего недомогания. Чёрт с этими истеричками. Новых-то он найдет, а вот второй такой легендарный член — точно нет.       — Снимайте штаны, молодой человек, — велела целительница.       — Что? — Губы Кормака изогнулись в кривой ухмылке. Неужто медичка запала на него и решила ему отсосать?       — Что слышали, мистер МакЛагген. Я всегда знала, что ваши беспорядочные половые связи до добра вас не доведут. Похоже, вы подхватили триппер.       — Че… чего? Какой ещё триппер? — дрогнувшим от страха голосом вопросил гриффиндорец и живо приспустил брюки вместе с трусами.       — Тот самый. У вас венерическое заболевание, — с видом знатока заключила мадам Помфри. — Сейчас я возьму у вас анализ и выдам целебные зелья. Попрошу на некоторое время воздержаться от любых сексуальных контактов. Для контроля я прописываю вам неделю стационара! Не хватало ещё, чтобы вы растащили по школе эту заразу.       — Но я… это…       — Не советую мне перечить, мистер МакЛагген, — припечатала Помфри. — Вы же не хотите стать бесплодным импотентом?       Кровь мгновенно отхлынула от лица героя-любовника. Не на шутку перепуганный озвученными перспективами Кормак уселся на кровать и замолчал. К такому жизнь его не готовила.

***

      Спустя три дня пребывания в больничном крыле МакЛагген уже готов был лезть на стену. Ему заметно полегчало от зелий мадам Помфри. К счастью, медичка разрешила ему притащить сюда штангу с гантелями и позволила заниматься при условии, что он не будет шуметь и тревожить других пациентов.       Тем не менее, пока он был единственным больным, а значит мог тренить сколько заблагорассудится. Неблагодарные истерички из его гарема ни разу не появились, чтобы его проведать. Мстительные шалавы! Он ублажал их почти полгода, а они обошлись с ним таким недостойным образом.       Лишь Трелони наведывалась пару раз, но МакЛагген успешно притворялся спящим, едва заслышав её нетрезвое бормотание и шаркающие шаги в коридоре. Он уже не знал, как отделаться от этой алкашки.       К концу недели его гордое одиночество скрасила соседка по несчастью — Джинни. Как оказалось, она подцепила ту же самую хворь, что и он. Девушке, в отличие от МакЛаггена, пришлось выслушать куда более длинную нравоучительную лекцию от мадам Помфри и тоже согласиться на госпитализацию. Выбора шибко не было.       — Расплата за вольную счастливую жизнь, детка. — Кормак валялся на кровати и плевал в потолок кожурой от семечек.       — Не говори, братэлло. Когда узнаю, кто наградил меня этой заразой, все причиндалы с корнем повырываю, — процедила Джинни. — Теперь придётся торчать тут целую неделю из-за прихоти этой мымры в чепчике. Даже не потрахаться.       — Кому ты говоришь, — понимающе кивнул МакЛагген. — У меня скоро яйца лопнут от воздержания.       — А может… — Джинни коварно улыбнулась, многозначительно глядя на сокурсника.       — Ты это сейчас серьёзно? — брови Кормака взлетели вверх, а копьё в штанах мгновенно зашевелилось.       — Более чем. — Рыжая бестия вскочила на ноги, на ходу стянула с себя майку и шорты и в одном белье забралась на МакЛаггена. — Поглядим, насколько ты крут, капитан.       Футболка Кормака мигом оказалась на полу, и проворные ладошки Джинни упёрлись в твёрдые мышцы на его груди. Огромные ручищи тем временем возились с застёжкой её лифчика, которую некстати заело. МакЛагген потерял терпение и рванул на себя кружевную тряпку, обнажая увесистые полушария.       — О, детка… — Он принялся их мять. — А буфера у тебя вполне ничего…       — Ну ещё бы! — Джинни эффектным движением перекинула длинную огненно-рыжую копну за спину и принялась водить язычком по его каменному прессу.       Прохладные пальчики забрались под резинку шорт и трусов и сжали член, который уже был в полной готовности. Она принялась мастерски надрачивать внушительный стояк, отчего Кормак застонал и, приподнявшись, стащил с себя одежду.       — Сосать умеешь? — с надеждой спросил МакЛагген. Как же он изголодался по хорошему траху.       — Лучше, чем все твои дуры вместе взятые, — хохотнула Джинни и тут же погрузила огромный хер Корамака себе в рот, заглатывая на всю длину.       Его яйца ударились о её подбородок. Он снова застонал от удовольствия. Проникая ей в самое горло, МакЛагген принялся подмахивать бёдрами. Тяжёлая ладонь легла ей на затылок, не давая отстраниться. Мерлиновы подштанники! Да сестрица Вислого просто ас!       С громким чпокающим звуком она выпустила изо рта его член, стащила с себя трусики и со всего размаху уселась на него, выписывая бёдрами «восьмёрки».       — Вот же срань господня, — выдохнула Джинни, опускаясь до конца. — Хорошо-то как…       МакЛагген самодовольно ухмыльнулся и стиснул в ладонях её грудь. Мягкая плоть не помещалась даже в таких огромных ручищах и выпирала наружу, словно тесто, подошедшее на дрожжах. Страсть накатила новой волной. Он грубо вцепился в округлые девичьи бёдра и принялся вколачиваться в её бесстыжую киску своим толстым хуем. Он трахал её грубо, не жалея собственных сил, и в итоге быстро довёл до ошеломительного оргазма, о чём свидетельствовал полный удовольствия вопль, вырвавшийся из горла рыжеволосой красавицы.

***

      В этот феерический момент в дверях больничного крыла появился и застыл в шоке Тиберий МакЛагген. Он решил даже домой не заглядывать, вернувшись с командировки и прибыл Хогвартс, как только смог, чтобы серьёзно поговорить со своим в край охуевшим племянничком. Малец совсем от рук отбился. Тиберий был вне себя от тех известий, которые поведала ему многоуважаемая Минерва МакГонагалл.       Во имя Мерлина, что этот мальчишка себе позволяет? Завёл какой-то гарем, спутался с преподавательницей, забросил занятия ради тренировок, да ещё и вытанцовывает в одних труселях перед целым залом в присутствии хогвартских профессоров! Эх… Если бы не бесконечная привязанность Тиберия к племяннику, то схлопотал бы негодник по самое не балуйся. Мог бы и наследства лишиться, между прочим! Это ж надо так позорить честную чистокровную фамилию.       Тиберий МакЛагген носил длинную бархатную мантию, на пошив которой будто пустили тяжёлые театральные портьеры. Такому помпезному одеянию позавидовал бы и сам Дамблдор. Несмотря на солидный возраст, волшебник по-прежнему находился в отличной форме. Правду говоря, у него с племянником было больше внешнего сходства, чем у того со своим родным отцом, что из раза в раз заставляло окружающих усомниться в верности миссис МакЛагген своему законному супругу.       — Что за разврат вы здесь устроили, молодые люди?! — пробасил дядя, прерывая столь приятное занятие, которым были заняты студенты в покоях мадам Помфри.       Кормак испуганно вытаращился на дядюшку. Уж кого-кого, а его он точно не ожидал увидеть в стенах школы. Джинни нервно сглотнула, окинула мужчину подёрнутым мутной поволокой взглядом и принялась машинально приглаживать растрёпанные волосы, совершенно упустив из виду факт, что по-прежнему сидит на МакЛаггене абсолютно голая, а внутри неё всё ещё находится его член.       Пока «больные» и посетитель обалдело таращились друг на друга, дверь больничного крыла снова скрипнула, и в их сторону засеменила полная рыжеволосая женщина. Молли только что разговаривала со школьной целительницей и сейчас находилась в полуобморочном состоянии. Триппер? Её маленькая дочурка подхватила венерическую болезнь? Да где же такое слыхано? До этого дня миссис Уизли была свято уверена, что её дочь всё ещё девственница и не оставляла надежд выдать её замуж за Гарри Поттера.       Развернувшаяся перед глазами картина заставила Молли сдавленно охнуть и схватиться за сердце.       — Что это такое? — вопросила она дребезжащим голосом. — Джинни! Почему ты обнажена… и сидишь на этом… этом…       — Ой, мам, прекрати, — отмахнулась Джинни, но, тем не менее, подтянула к груди одеяло. — Можно подумать, ты не догадываешься, что два голых человека могут делать друг с другом в одной кровати. А судя по количеству братьев, вы с отцом и сами не прочь потрахаться.       — А ну живо сбавь обороты, юная леди! — прикрикнула на неё Молли. — Мы, между прочим, уважаемая семья чистокровных волшебников! Твой отец на короткой ноге с самим министром…       Старший МакЛагген прокашлялся.       — Ох, я ужасно невежлив. Позвольте представиться, миссис Уизли, — сказал он. — Я Тиберий, дядя этого остолопа.       — Обязательно обзываться? — тут же огрызнулся Кормак.       — Заткнись, болван! — припечатал дядя. — И прикройся. Тут дамы всё-таки, хватит сверкать своими причиндалами.       — Мистер МакЛагген, — взвыла Молли, — Это ужас какой-то! Что творится-то… Совсем молодежь распоясалась! Перестали чтить обычаи древности!       — Совершенно с вами согласен, миссис Уизли, — кивнул Тиберий и бросил на племянника такой взгляд, что Кормак вжался в спинку кровати. Он, пожалуй, даже отца не боялся так, как дядюшку.       — Да мы с Артуром до свадьбы даже не целовались, — продолжала кудахтать Молли, чьё лицо покрылось красными пятнами. — А детки… Святой Мерлин, какой же стыд!       — А знаете… — задумчиво протянул Тиберий, взявшись за подбородок. — Вы только что подали мне блестящую идею, миссис Уизли. — Он зловеще прищурился, продолжая взглядом сверлить в горе-племяннике дырку. — Раз у этих двоих такое недержание… чувств, предлагаю их поженить, и дело с концом.       — Что?! — Кормак чуть было не вскочил в кровати, но вовремя вспомнил, что раздет.       — Вы с ума сошли? Я не собираюсь замуж! — мигом взвилась Джинни. — После школы я собираюсь стать звездой квиддича!       — Отставить возражения! — пригвоздил дядя Тиберий таким тоном, что Кормак резко передумал вступать в перепалку. — На будущей неделе начнём приготовления к свадьбе. Раз не можешь держать в узде свои помыслы, то пора тебе жениться. Иначе лишу наследства! И с отцом переговорю.       — Верно! — Плечи миссис Уизли расправились, и она гордо вскинула голову вверх, позабыв, что ростиком была всего полтора метра. Как же отлично всё складывалось. Эти МакЛаггены — весьма богатые и влиятельные персоны. А после столь грандиозного позора дочери лучшей партии им вовек не сыскать.       — Ну ма-ам… — начала было главная героиня эротического спектакля.       — Замолчи, Джиневра! Только попробуй ослушаться, и тогда сразу можешь забыть о своей дурацкой игре. Я попрошу отца переговорить с Кингсли, а уж он-то позаботится, чтобы тебя не взяли ни в одну команду! Всё! Ты выходишь замуж, и это моё последнее слово! — Она уверенно вцепилась в локоть мистера МакЛаггена и потащила его к выходу. — Думаю, нам следует обсудить некоторые нюансы свадьбы и затраты…

***

      — Ёбаный в рот, — протянул Кормак, едва дверь за ними закрылась. — Мы по уши в дерьме, крошка.       — Не говори, капитан… — нервно покусывая внутреннюю сторону щеки, согласилась Джинни. — Но я не собираюсь хоронить свою мечту, — сразу предупредила она. — Я о квиддиче с детства мечтаю.       — Так и я без наследства оставаться не намерен. У дядюшки сейфы от галлеонов ломятся. На эти деньги можно размахнуться на мировую сеть качалок.       — Ладно, будущий муженёк, — хихикнула Джинни. — Давай помогу тебе кончить в благодарность за хороший трах. — Она перевернулась на живот и отклячила свою аппетитную попку. — Какой смысл переживать о том, что уже свершилось?       — Точняк! — согласился Кормак и пристроился сзади.