Джокер

Поиск... Поиск... Поиск...       – Да, есть отклик! – радостный вопль мальчика-который-выжил никому не причинил неудобств, потому что в Выручай-комнате он был один. И рассматривал схематический набросок замка тоже один, Выручай-комната давала все необходимое – карты там или свитки с книгами, главное, сформулировать запрашиваемое корректно.       Так, факультет Гриффиндор, скорее всего первый курс, потому что в прошлом году такие чувства вызывал у него профессор Квиррелл – и только.       Кто этот родственник на факультете светлых магов, да еще и его ровесник? Кто?       И тут ножичек покачался-покачался да и указал на бюст какого-то мужика в короне, никак в родне у него были и короли, вон, корона какая красивая. Что же, это хорошо, и Гарри пошел читать надпись на бюсте.       Мунго, Мунго, что-то знакомое... надо бы поискать, кто этот Мунго Бонэм, и запомнить месторасположение бюста коронованного предка в Выручай-комнате, чувство к мужику в короне точно было родственным, хотя и слабеньким-слабеньким. Намного слабее, чем то, что появилось дней десять назад и побудило создать поисковик. Гарри Поттер крался по коридору в привычном зеленоватом отсвете тепловизора-кольца, следуя за рыжей макушкой невысокой востроносенькой девчонки, одной из Уизли, вроде, на них похожа.       Шла вторая неделя учебы, когда кольцо стало ледяным на приемах пищи, почти так же, как в прошлом году во время уроков ЗОТИ, а это означало одно – оно почуяло родственника. В прошлом году он облажался, потерял возможного брата, но в этом году он себе такого не позволит.       Поисковик Гарри склепал из ножа для чистки рыбы, фамильного, одного из тех, что в прошлом году ему вернули после ритуала "И это все мое!". Артефактор Розье умел из палочек и говна сочинять такие на коленке, а у него есть серебро высшей пробы, и поисковик по крови и магии сработал.       Что было у Квиррелла-брата и у одной из Уизли общего – непонятно, но серый маг (или кардинал все-таки), да пофиг, одно другому не мешает, так вот, просто серый кто-то Гарри Поттер, двенадцати лет от роду, решил это твердо выяснить. К этой девчонке у него не возникло родственных чувств, вернее, они то возникали, то пропадали, и Гарри выявил закономерность – сумка. Если есть при девчонке сумка, то кольцо сигнализирует похолоданием на груди, не будешь же его носить среди бела дня на пальце, впадая в транс приема мыслеобразов; а если мелкая рыжая была без нее, например, на ужине, то кольцо приятно грело и не леденело. В сумке, украденной посреди ужина из спальни девочек первого курса факультета Гриффиндор, лежала она – тетрадка, вызывающая холод у кольца, подписанная Т. М. Реддл. Гарри ее сунул за пазуху, небрежно осмотрел остальные вещи и вернул сумку тем же путем, как и забрал, – крыска взбежала по перилам, прошмыгнула в спальню и положила уменьшенную сумку на старое место. Крыска-Гарри не собиралась возвращать сумке прежний размер, чары спадут к утру, и чем больше шума поднимет мелкая Уизли сразу после ужина, тем лучше, а он вот он – сидит и доедает салат из морепродуктов, фу, ну и гадость. Салат сделала Сомерсет Эмма в честь своего дня рождения, и дружная семья барсуков им дружно и давилась, пока Сомерсет Элла не встала и не заорала: "Ну и гадость! Я такое в свой праздник есть не буду!" Гарри точно-точно ей ничего не внушал, это она сама.       Радостные барсуки загомонили и вытащили припрятанные пироги и тортики, а спать разошлись только после полуночи, все равно завтра воскресенье. Гарри спрятал тетрадку в Выручай-комнате и искал информацию по этому Реддлу, а ну как дядя или еще кто родной, Квиррелл-то пропал с концами, как и не бывало никогда.       Реддлов он нашел троих - выпускников одна тысяча семьсот второго года, одна тысяча семьсот тридцать второго года, и одна тысяча девятьсот сорок пятого. И всех их звали Томасами по первому имени, так что выбор стал очевиден – тетрадка принадлежала тому Тому, у которого вторым именем было Марволо, а не Хэмиш или Юджин, как у тех, из восемнадцатого века.       Выручай-комната предоставила архив СОВ, по которому Гарри и нашел владельца. Потом предоставила данные, что имелись по Томасу Марволо Реддлу, отличнику учебы и выпускнику Слизерина, и все, поиск застопорился. Сейчас, в одна тысяча девятьсот девяносто втором году, Томасу Марволо Реддлу исполнилось шестьдесят пять лет, а для магов это не старость, напротив, так сказать, самый расцвет. Его папаню-Мародера, про которого Гарри у дверей комнат декана Слизерина наслушался всякого плохого, родили в преклонном, по обычным меркам, возрасте – деду было семьдесят пять, а бабушке под семьдесят, и ничего, никто не удивился. Их поздравляли в Ежедневном Пророке с долгожданным первенцем... и все, никто не поразился, как много годочков исполнилось маме. На зимних каникулах Гарри провел полномасштабный поиск по карте Великобритании, он ее рисовал почти два месяца, и результат та выдала интересный – нет у него близких родственников, а только вещи, когда-то принадлежавшие им. И находились эти вещи в разных местах, порой таких, что вытащить их оттуда вряд ли получится. Например, одна вещица была в банке Гринготтс, и Гарри вписал еще один вопрос к МакНейру, на потом, на лето. Азкабан, если в него попасть с кучей теплых вещей и хорошей еды под стазисом, начинающий серый маг Гарри Поттер считал своей загородной виллой.       А что такого, море есть? Есть!       Приятное времяпрепровождение и отдых есть? Да сколько угодно, из карцера крыса выбиралась, когда хотела, потому что дверь в карцер была открыта, и тепловизор внезапно заработал, наверное, настройки завершились окончательно. Ходы в треугольном загородном доме находились внутри стен легко, а в кое-каких помещениях пылищи было по колено, что означало одно – люди тут веками не бывали.       И "собеседники" хорошие, и знаний кучу получил, и защита от любопытствующих такая, что лучше нечего и желать. К тому же именно там, под карцером, Гарри оборудовал тайник, туда влезли все возвращенные Вещицы, кроме мантии-невидимки, с ней расставаться не хотелось.       Туда он спрячет бюст своего пра-пра-пра-, короче, этого коронованного Мунго Бонэма, и вот эту самую черную-черную тетрадку, и начнет сбор оставшихся Вещиц, когда-то принадлежавших его родственникам. А то, что тут есть и другие "отдыхающие", его пока не волнует, пусть до окончания им Хогвартса сидят себе его учителя, но потом он свое аббатство освободит. Когда все их знания усвоит. И Гарри запросил у Выручай-комнаты все, что было написано о его загородной вилле.