Мимолетные прикосновения любви

- Это ты?... - у Порче и так глаза большие, а тут становятся совсем огромными. Он прикусывает губу, чтобы не рассмеяться Киму и смешно, и щекочет что-то внутри, заставляя кончики ушей краснеть. Он неловко тянется и забирает фотографию у Порче, разглядывает. - Это мама фотографировала. Она всех снимала, много, я потом забрал все свои фотографии. Не хотел, чтобы это кто-то еще видел, даже случайно. Порче ценит, что Ким поделился этим кусочком своей прошлой жизни, но как же сложно сдержаться!.. - У тебя такие щеки... Смешные... - хихикает наконец Порче и падает на кровать, когда оскорбленный в лучших чувствах Кимхан Терипаньякул хватает его за лодыжку и роняет на спину. - Эй! Ну, правда. Круглые! Ты тут совсем малёк, это у всех так было! - А у кого-то до сих пор осталось! - зверски рычит Ким, прихватывая губами щеку хохочущего Порче. - И я не малёк, мне тут пятнадцать! - Ооо, пощади, великий и ужасный! Никогда не буду больше смеяться над твоими щеками! - Порче замирает под руками Кима и тянется, прижимая его ближе. Он всё еще сияет широкой солнечной улыбкой, и Ким мягко целует его в уголок губ. От Порче так и веет безмятежностью. Они целый день рассматривают фотографии, лежа на мягком ковре в квартире Кима, и Че фотографирует его на свой телефон - задумавшегося, с вилкой во рту, когда они находят время на еду, широко улыбающегося и грустного. Ким не против. Хоть он, как Вик, и привык к постоянным съемкам и вниманию камеры, принимать такие знаки внимания от Порче - еще одна степень близости, когда от нежности сгорает последняя бесполезная шелуха. Порче оплетает его руками и ногами, трется носом о нежную кожу виска и тепло дышит в отросшие волосы. - Я хочу, чтобы мои песни слушали люди, - шепчет он на ухо Киму, как величайшую тайну. - Я хочу, чтобы моя музыка задевала человеческие души. Ким уже знает, что Че не очень интересно стоять на сцене, но тот в первый раз говорит об именно таких желаниях. Ким отстраняется и задумчиво гладит мальчика по голове, приглаживая растрепавшиеся волосы. - Что насчет университета Рангсит? Там готовят композиторов. - Я... - Ты сомневаешься в себе. - Да, я... столько упущено времени. - Эй... - улыбается Ким. - Я всё еще могу готовить тебя. Ты умный, Че, ты сможешь подтянуть всё, что нужно, кроме музыки, и сам. А с ней я помогу тебе. В глазах у Че мелькает тень, и Ким прижимается губами к его лбу. - Прости. Прости, что напомнил. - Это ведь теперь будешь ты, а не Вик, да? - Че запинается, но озвучивает то, о чем думает, какую бы застарелую боль это не всколыхнуло. - Только я, - Ким скрепляет было обещание поцелуем, но Порче возится под ним, и поцелуй прерывается: - Только никакой протекции! - голос Че звучит строго, хоть и немного сдавленно от навалившегося сверху парня, чьи касания губ становятся всё настойчивее. - Если я поступлю, то поступлю сам. И если провалюсь, то провалюсь сам. - Ты не провалишься. Не с таким репетитором. - Пи’Ким! - Порче возмущенно толкает старшего в плечо. - Это прозвучало ужасно самодовольно. Ким смеется и целует его изо всех сил, выбивая все ненужные мысли из любимой лохматой головы.