Нецензурная лесть

На спине рубашка была разорвана напополам и теперь свисала непривлекательными клочьями на руках. Джинсы, вместе с нижним бельём, отлетели далеко в сторону, предварительно оставив пару ожогов от сильного трения на нежной коже подростка. Гриммджо несколько секунд наслаждался обретённым видом на худое, но очень привлекательное и хорошо слаженное тело брата, прежде чем попробовал его на вкус. В буквальном смысле. Первое, что почувствовал блондин, было сильной болью от укуса в предплечье. Он закричал, но комната услышала лишь напряжённое «М-м-м». Гриммджо остался доволен «ответом» на «ласку», поэтому, зализав рану, приступил к обхаживанию дрожащего тела: Тоширо чувствовал, как сантиметр за сантиметром его тело покрывают поцелуями, засосами и слюной; спустя некоторое время на нём не осталось ни одного нетронутого и сухого места. Подняв блондина с пола, прислонив спиной к стене и зафиксировав его ножки в раздвинутом положении, Гриммджо наклонился и взял член брата в рот до основания, чтобы потом «помучить» его владельца, оставляя зубами «дорожки», «прохаживаясь» по всей длине. Впрочем, на головке он задерживался, удваивая давление, что заставляло Тоширо сдавленно стонать в кляп. Гриммджо понял, что брат скоро будет «готов», поэтому закончил «первый акт» руками, заставив Тоширо кончить себе на живот. – Никуда не уходи, – издевательским тоном сказал Гримм-кун, отходя к растрёпанному матрасу, из которого некоторое время назад должна была получиться «спальня». Порывшись в рядом находившейся сумке, голубоглазый нашёл, что искал: продолговатый чёрный предмет особого назначения (на батарейках, если что). Тоширо внимательно (насколько это возможно было в его состоянии) наблюдал за приближающейся фигурой старшего брата и, заметив «инструмент», скажем так, весьма обеспокоился. Правда, в этом состоянии он находился недолго, так как Гриммджо, схватив его за волосы, бросил на пол, так сильно приложив голову блондина о паркет, что всё беспокойство моментально вышибло, как и остальные мысли, если таковые ещё на тот момент оставались. Поправив тело Тоширо до собачьей стойки, выбрав опорной точкой голову (т.к. развязать руки – просто скучно), Гриммджо включил вибратор и коснулся им колечка мышц. До Тоширо ещё слабо доходили ощущения, поэтому видимой реакции на это старший брат не рассмотрел. Осознание более или менее возвратилось к младшему брату, когда Гриммджо, придерживаясь правила буравчика и траектории расхлябанной пружины, начал на сухую вводить вибратор внутрь. Дергаться было бесполезно – это приносило ещё более неприятные ощущения. Плюс ноги Тоширо оказались придавлены коленями голубоглазого, а в спине блондину пришлось прогнуться так, что «мама не горюй». Член Тоширо, к большой радости Гримм-куна, опять встал, заставив фантазию голубоглазого немного поработать в направлении решения этой «задачи». Оставив приносящий особые ощущения инструмент внутри блондина, Гриммджо опять направился к полосатому матрасу, только в этот раз вернулся обратно со всей сумкой (до него, вероятно, дошло, что он, наконец, нашёл себе игрушку, на которой не зазорно позабавиться всеми «радостями жизни»).