Последнее желание Алека Лайтвуда

      Где-то вдалеке послышалась плавная музыка — неторопливая, манящая и навевающая определенные мысли. Особенная музыка для особенных случаев, и Магнус чуть приподнял голову от сложенных на согнутых коленях рук, прислушиваясь. Он не мог её не узнать, потому что знал адское измерение вместе с его правилами и привычками как свои пять пальцев. Он нахмурился, не понимая, какого черта он слышит её прямо здесь и сейчас.       Долго размышлять над этим ему не пришлось — музыка стала словно приближаться, и по мере того, как её громкость усиливалась, увеличивались и две фигуры — мужская и женская, явно направляющиеся сюда, к нему. Расстояния в преисподней не измерялись ни в каких единицах, существуя вне человеческого понимания. Только что ты был там, а теперь здесь и наоборот, и сказать, сколько времени займёт у этой странной парочки, чтобы подойти максимально близко, было невозможно. Однако уже через пару минут Магнус смог, не щурясь и не строя пустых предположений, сказать наверняка, что парочка не просто приближается, а танцует. Невероятной красоты брюнетка с очерченной талией в полупрозрачной накидке недвусмысленно прижималась к наполовину раздетому мускулистому парню модельной внешности, позволяя ему скользить руками по своим изгибам и вырисовывать языком узоры на шее и груди. Два человеческих тела обольстительно двигались под завлекающие ноты, огибая и притираясь друг к другу, с каждой секундой всё больше распаляясь и без стеснения лаская жаждущие тела друг друга, издавая при этом возбуждающие стоны.       Магнус наблюдал за этим представлением с абсолютно бесстрастным лицом, словно смотрел посредственное кулинарное шоу, надоевшее ему ещё в прошлом тысячелетии. В конце концов, он уже столько времени во всём этом варился, что и подумать было страшно. Единственной мелькнувшей в его голове эмоцией было удивление от того, что перед ним всего лишь двое — почему так мало и где все остальные, как-то совсем не похоже на типичные забавы преисподней…       В том, что это никакая не оргия, а показательное шоу, устроенное лично для него, он убедился уже через минуту, когда к изнемогающей от похоти парочке присоединился ещё один участник, при одном коротком взгляде на которого у Магнуса внутри всё оборвалось. Пусть на секунду — всё же он не был дураком — но от того его вмиг взбунтовавшееся сердце, увы, не умерило своего пыла по щелчку пальцев. Тёмные, художественно взлохмаченные волосы, большие и выразительные глаза, крепкие руки и соблазнительное тело, к которому немедленно прижались с двух сторон парень и девушка. Приняв максимально равнодушный вид, Магнус упрямо уставился на улыбающегося незнакомой улыбкой Алека, с удовольствием подставляющегося под развязные ласки бесстыдной парочки, и всё это под эту грёбаную музыку и с их непрекращающимися танцами-обжиманиями… Вот они по очереди его целуют, то и дело разворачивая каждый в свою сторону, вот настойчиво гладят руками от шеи до живота и ниже, а вот и пытаются раздевать, с энтузиазмом задирая ему футболку и шаря где-то на уровне ремня брюк… Бейн заставил себя зевнуть. — Может, найдешь себе занятие поинтереснее? — вслух поинтересовался он. — Смотрю, совсем заскучал в преисподней. — Что может быть интереснее зрелища, как экс-глава Адского измерения ест себя поедом от безысходности?       Чуть поодаль от него бесшумно материализовался высокий парень худощавого телосложения, чьи платиновые волосы в тёмно-бордовом освещении казались скорее пепельными. Он холодно улыбнулся, смерив Магнуса взглядом, в котором непостижимым образом смешались высокомерие и любопытство. Бейн даже не потрудился встать, чтобы хотя бы оказаться с ним на одном уровне, и лишь повернул голову, глядя на него как на доставучего таракана — с нескрываемым раздражением. Себастьян помрачнел. — И как тебе моё представление? — поинтересовался он, так и не дождавшись от азиата ответа. — Понравилось? — Не впечатлило, — скучающе произнёс Магнус. — Тебе нужно лучше стараться. — А так?       Себастьян махнул рукой, отзывая полуголую парочку прочь, и поманил к себе пальцем так и не успевшего расстаться со своей одеждой Алека. Парень охотно скользнул в его объятия, глядя на блондина взглядом, полным обожания и подобострастия, и тот бесцеремонно привлёк его к себе, впиваясь ему в шею хищным поцелуем-укусом, не забывая при этом жадно следить за реакцией их единственного зрителя. Окончательно взявший себя в руки Магнус поморщился и небрежно развалился в только что возникшем из пустоты мягком кресле, призвав свой неизменный мундштук. — Ты же понимаешь, что не можешь вампирить мои эмоции? Я вообще-то демон, как и ты, — лениво напомнил он, закидывая ногу на ногу. — То, что я не могу ими питаться, не означает, что я не могу ими насладиться, — парировал блондин. — В самом деле, — Магнус усмехнулся, неспешно затягиваясь. — Что ж, удачи тебе с этим.       Он запрокинул голову, откидываясь на спинку кресла и с наслаждением выпуская дым вверх тонкой струйкой, и какое-то время сидел так, задумчиво разглядывая кровавые облака над головой. Докурив, он деловито стряхнул пепел с колен и с серьёзным видом уткнулся в книгу с закладкой посередине, прыгнувшую к нему в руки из пустоты. Видимо, Себастьян всё-таки обнаружил существенный изъян в своём коварном плане, потому что от того пристального взгляда, которым он всё это время сверлил Магнуса, впору было сломать глаза, а между тем Бейн даже не почесался ни разу, спокойно продолжая заниматься своими делами под аккомпанемент довольно мерзких звуков, с которыми статный брюнет демонстрировал преданность своему господину. — Пытаешься делать вид, что тебе плевать?       Бейн уставился на блондина, вокруг которого вовсю увивался лже-Алек, нарочито утомленным взглядом, в котором ясно читались снисходительность и насмешка. — Мне даже делать вид нет необходимости. Дешëвый трюк, — он покачал головой. — С фантазией у тебя проблемы, Верлак, а ещё фотограф. — Я больше не человек, — ощетинился Себастьян, вмиг утратив свой надменный вид. — Это осталось в прошлом. — Не таком уж и далёком, правда? — отозвался Магнус.       Глаза демона угрожающе сузились. — Ты сейчас не в том положении, чтобы строить из себя умника, — отрезал он. — Так что не стоит напоминать мне о моей смертной жизни, Бейн, если не хочешь, чтобы я напомнил тебе о твоей.       Бывший глава преисподней лишь скептически вскинул бровь. — Чего тебе, Себастьян? — устало спросил он, прекрасно зная, что тот пришёл к нему не просто чтобы потрепать ему нервы. — Есть разговор, — сухо ответил блондин, вновь надевая на себя маску хладнокровия и непроницаемости.       Он щëлкнул пальцами, и прилипший к нему брюнет отпрянул, тут же обернувшись жутким бесформенным существом с горящими угольками глаз и широкой пастью, испещренной целой сотней мелких и острых зубов. Демон-перевертыш. Магнус молча проводил взглядом скользящий прочь тёмный силуэт, прежде чем вновь обратить внимание на Верлака. — Как мы оба знаем, тебя не так давно отстранили от управления Адом, — с напускным спокойствием произнёс Верлак. — Так мы будем делать вид, что это не ты инициировал дело, подкинув высшему совету демонов грязную работёнку? — осведомился Магнус. — Дело, за которое высший совет демонов ухватился обеими руками, — с плохо скрываемым торжеством объявил Себастьян. — Похоже, им давно не терпелось скинуть тебя с трона. — Ах если бы это были руки совета… — вполголоса произнёс Бейн, но блондин не обратил никакого внимания на его бормотание. — Так на чëм мы остановились? — он на секунду задумался. — Да, точно — тебя отстранили. — Временно, — тут же возразил экс-дьявол. — Тем не менее, временно будет назначен новый властелин, — невозмутимо продолжил Верлак. — Я хочу, чтобы ты предложил мою кандидатуру. — Чего? — Бейн так опешил, что даже расхохотался.       Тонкие ноздри демона зловеще затрепетали. — Если ты лично назначишь преемника, к тебе прислушаются… — Ты что, идиот? — искренне поинтересовался Магнус. — С какой радости мне это делать? Или ты забыл, что именно ты выдвинул против меня обвинения? — Это ещё одна причина, почему меня могут одобрить, — осклабился Верлак. — Плевать я хотел на твои причины, — скривился Бейн. — В демонах без году неделя, а уже на трон замахнулся. У тебя что, других дел нет? В человеческом мире больше не осталось мелочных желаний? — Я и так уже перевыполнил свою норму на этот месяц, — Себастьян самодовольно хмыкнул. — Даже в совете демонов отметили, что я делаю невероятные успехи. — Потому что твоя ублюдочность не знает границ, — пробормотал Магнус. — Конечно, ты будешь делать успехи. — Я бы сказал, что для меня это комплимент, если бы не эта убийственная концентрация яда в твоём тоне. Мне даже интересно, — блондин склонил голову набок. — В чём это ты, тысячелетний демон, считаешь себя лучше меня? — У меня хотя бы есть честь и благородство, — презрительно бросил Бейн. — Качества, о которых ты наверняка даже не слышал. — У тебя? — демон фыркнул. — Ты же только и делаешь, что нарушаешь законы преисподней. — Если я и играю не по правилам, то от этого не страдают невинные души, — парировал Магнус. — Да неужели? — Себастьян подался вперёд, съедая его своими черными глазами. — Тогда что насчёт души твоего несравненного Александра? Это ведь из-за тебя он теперь связан контрактом с дьяволом и обречён на вечные страдания в Аду. Бедный парень! — издевательски произнёс он. — Ты ему даже шанса не дал на то, чтобы спокойно прожить свою простую и скучную человеческую жизнь. Это твоя честь или благородство решили тогда не предоставлять ему такого, по твоему мнению, слишком роскошного выбора?       Магнус молчал, не глядя на него и с силой впиваясь ногтями себе в ладони. Здесь ему было нечем крыть, потому что всё, что сейчас сказал Себастьян, соответствовало действительности — горькой, опустошающей и всё ещё грызущей его изнутри. Верлак победно усмехнулся, наслаждаясь чувством собственного превосходства. — Ну так что? — Изыди, Верлак, — буркнул Магнус, отходя в противоположный угол своей невидимой клетки и отворачиваясь от него. — Не порть мне биополе. — Сразу, как достигнем консенсуса, — охотно согласился блондин. — Никакого консенсуса не будет, — отрезал бывший дьявол. — Мы оба знаем, зачем тебе пост властелина преисподней. Чёрта с два ты его получишь. — Уверен? — Себастьян сверкнул глазами, в которых осела непроглядная тьма. — Советую тебе хорошо подумать, прежде чем так глупо рисковать тем, что тебе дорого. Особенно когда ты взаперти и ничем не можешь мне помешать. — Забавно, — отозвался Магнус, прислонившись спиной к невидимой преграде. — Потому что я понятия не имею, о чем ты. Мы оба прекрасно знаем, что ты не посмеешь навредить Алеку, иначе тут же огребëшь от обеих канцелярий, — он хмыкнул. — На этом мои личные интересы заканчиваются, так что я, с твоего позволения, и дальше продолжу оставаться взаперти, ничем не мешая развитию твоих бурных фантазий.       Себастьян нехорошо усмехнулся и, змеёй скользнув к Магнусу, замер, отделенный от него невидимой стеной. — Забавно как раз то, что я ни единого слова не сказал об Алеке.       Бывший глава Ада даже не взглянул на него, но после оброненной демоном фразы его лицо словно окаменело. — Я тут недавно прогуливался по улицам Манхэттена, — вкрадчиво произнёс блондин. — Даже заглянул в Риверсайд-парк, чтобы полюбоваться на городскую флору… и на одну милую девушку по имени Изабель Лайтвуд, — он усмехнулся, заметив, как дернулась мышца на лице азиата. — Ах да, она же взяла фамилию мужа после свадьбы, я и забыл. Изабель Льюис, любимая младшая сестренка Алека, ты же в курсе, да? Знаешь, я ей никогда не нравился, и она этого даже не скрывала. Всё надеялась, что её старший братец образумится и найдёт себе кого-то более достойного. Интересно, главный демон преисподней, охотящийся за его душой, в её представлении был бы лучше, чем я? — хмыкнул он. — Да кто угодно был бы лучше, чем ты, — пробормотал Магнус, невидящим взглядом уставившись перед собой. — Я проявил чудеса вежливости, — как ни в чем не бывало, продолжил Себастьян. — Поздоровался. Сказал, как прелестно она выглядит. А она назвала меня уродом и послала куда подальше, потому что я, видите ли, чуть не загубил жизнь её брата. По мне, так ей бы не мешало узнать, по чьей на самом деле вине жизнь её брата в самом деле оказалась загублена. Кроме того, — блондин наклонился максимально близко к уху Бейна, и его речь практически превратилась в шипение, — меня это очень обидело. При всех своих потрясающих качествах я довольно мстительная натура — признаюсь, грешен, хотя не уверен, что каяться в этом всё ещё имеет смысл. — Безмерно рад за тебя, — процедил Магнус, поднимая, наконец, голову и глядя прямо в его черные глаза, так контрастно выделяющиеся на бледном лице с пепельными волосами. — Только ты кое-что упустил. Снова. Например, то, что ты не имеешь права вмешиваться в судьбу невинной души, так что твоя мстительная натура может хоть удавиться, но ты и пальцем не тронешь Изабель. Можешь засунуть свои пустые угрозы туда же, куда она тебя отправила. — Разумеется, не трону, — с ленцой заверил блондин. — Но ведь мне это и не нужно, правда? Ох, Изабель, Изабель… Такая красивая, такая любящая и в таком удобном положении, — с явным удовольствием протянул он. — А потому такая ранимая, впечатлительная и уязвимая. Абсолютно незащищённая от демонического влияния на своё хрупкое сознание. Ты себе даже не представляешь, как это будет просто — внушить ей что-то, заставить её сомневаться, убедить в том, что она поступает правильно, принимая решения, мысли о которых при иных обстоятельствах привели бы её в ужас…       Невидимая стена, на которую опирался Магнус, испещрилась багровыми линиями, хаотично расползающимися во все стороны от его спины, словно сеть крупных капилляров, и ощутимо вздрогнула. Себастьян с опаской на неё покосился, прежде чем сглотнуть и благоразумно сделать шаг назад. Бывший дьявол вдруг рассмеялся, неверяще помотав головой. — За все тысячелетия, что я управлял Адом, я понял одну простую закономерность: чем младше демон, тем он хладнокровнее и безжалостнее, причём ни один чистокровный демон не сравнится в своём бездушии с обращённым. Ты ведь даже не поступишься чистой душой ребёнка ради своих целей, — с едва заметной печалью заметил он. — Не говоря уже о том, что ты посягаешь на запретную территорию, толкая ещё одну невинную душу на грех. — Я амбициозен, — пожал плечами Верлак. — К тому же жалость и милосердие — для ангелов, да и душу ребёнка они точно не оставят без внимания. А я свой выбор уже давно сделал. Будь иначе, я бы здесь не оказался. — У Алека больше никого нет, кроме Иззи, — Магнус резко повернулся к нему, глаза его метали молнии. — Ты ведь прекрасно об этом знаешь! — А мне какое дело? Я же демон. Впрочем, — Себастьян гаденько улыбнулся. — Ты легко можешь всё переиграть. Достаточно только выполнить моё требование и — вуаля, Иззи — счастливая жена, мать и обладательница собственной души. — Но не сестра, — с горечью произнёс Бейн. — Ты ведь это задумал. — Кто знает? Всех всё равно не спасти, — невозмутимо сказал Себастьян. — Так что придётся тебе выбрать из двух зол. — Здесь нет большего или меньшего зла, — кошачьи зрачки Магнуса сузились от гнева. — Только прилипчивый демон, которому всё ещё есть дело до смертных обид.       Он замер на месте с неестественно ровной осанкой, напряженным лицом и играющими на нём желваками. — Проваливай, Верлак, — глухо сказал он. — А ты хорошо подумал? — блондин заинтересованно вскинул брови. — Даю тебе последний шанс… что иронично, учитывая, что это твоя специализация. — Я не стану рисковать Александром, — отрезал Магнус. — Зато станешь его любимой младшей сестрёнкой? — вслух огорчился демон. — Сам ведь сказал: у Алека больше никого нет, кроме Иззи. Вспомни, какую боль ему принесла потеря родителей и мелкого братца — хочешь лишить его последнего родственника? — Ты ещё вздумал мне морали читать? — ощерился Магнус. — Во имя всех демонов преисподней, не выводи меня из себя! — А как же твое обещание? Ты ведь дал Алеку слово, что будешь присматривать за Изабель, что бы ни случилось, — не унимался блондин. — Мне-то плевать, но сможешь ли ты после этого смотреть ему в глаза? — Откуда ты это знаешь? — бывший дьявол заметно помрачнел. — Ад слухами полнится, — не скрывая самодовольной ухмылки, проронил Себастьян. — Хотя теперь я убедился, что это правда.       Взгляд азиата потяжелел. — Если ты ждёшь, что я начну прыгать перед тобой на задних лапках, то вынужден тебя разочаровать, — хмуро произнёс он. — Мой ответ не изменился. Сгинь, Себастьян. — То, о чём Алек не узнает, ему не повредит? — вдруг ухмыльнулся Верлак, и Магнус внутренне похолодел от того, как чётко тот угадал, о чём он сейчас подумал. — Он, как доверчивый щенок, считает, что ты с ним предельно честен, даже не подозревая об этой пучине лжи, в которой он очутился благодаря тебе. И, раз уж так вышло, что именно я постепенно открываю ему глаза на правду…       Узкие зрачки Бейна расширились. Ну, конечно. Кто же ещё мог подсказать Алеку заглянуть в их контракт и проверить его на соответствие? Вот только как об этом узнал сам Себастьян… — …то будет справедливо, если он узнает от меня и об этом, — продолжал рассуждать Верлак. — Как, интересно, он воспримет новость о том, что демон, которому он так легкомысленно вручил своё сердце, не только почти завладел его душой обманом, но и преспокойно переступил через жизнь его дорогой сестры и её будущего сына, нарушив данное ему слово? Таким образом, он просто лишится последнего члена своей семьи и при этом всё ещё останется должен Аду. Какая ужасающая перспектива, — наигранно посетовал блондин. — Думаю, после такого он возненавидит тебя на всю оставшуюся жизнь, проклиная тот день, когда ты появился перед ним, предлагая заключить сделку. Впрочем, вряд ли он, оставшись в полном одиночестве, надолго задержится в мире смертных, разъедая свою жалкую оболочку нескончаемым чувством вины и отвращения к самому себе…       Не на шутку вспылив, Магнус шагнул к нему, совершенно забыв о своем заточении. В его глазах заплясали языки пламени, демонические когти противно заскрежетали по незримой преграде, оставляя на ней словно повисшие в воздухе багровые росчерки, яростно хлестнувший хвост с угрожающим свистом разрезал горячий воздух. Предусмотрительно отступивший назад Себастьян наблюдал за этой метаморфозой с откровенным злорадством, растянув тонкие губы в холодной, но донельзя довольной улыбке. — Как я понял, такой расклад тебя вполне устраивает, — с издёвкой протянул он. — Но ты всегда можешь найти меня, если передумаешь. Хотя о чём это я? Ты даже за пределы этой несчастной клетки выйти не можешь…       Глаза Магнуса резко вспыхнули, и блондин вдруг схватился за горло, безуспешно пытаясь разжать мёртвую хватку невидимой руки. Бледное лицо демона исказилось паникой. — Как ты… Ты же под арестом, — прохрипел он, с ужасом косясь на бывшего властелина Ада, чей демонический облик почти полностью вытеснил человеческие черты. — Глупец, — презрительно рыкнул на него Магнус. — Ад — мой родной дом, источник моих сил. Может, я и не могу выйти за пределы своего заточения, но поставить на место зазнавшегося выскочку — запросто.       Незримые пальцы сжалились над Себастьяном лишь спустя полминуты, и тот мгновенно отшатнулся от Бейна на значительное расстояние, растирая тонкую шею и с ненавистью глядя в сверкающие бессилием кошачьи глаза. Магнус вдохнул полной грудью, пытаясь вернуть себе самообладание, чтобы не натворить ещё больше глупостей. — Контракт, — глухо произнёс он, не глядя в зазмеившееся победной улыбкой лицо демона.