Последнее желание Алека Лайтвуда

      Он так давно не появлялся в человеческом мире, что совершенно забыл, насколько сильно воздух здесь отличается от спертого, душного, пропитанного серой пространства преисподней.       Магнус глубоко вдохнул, пытаясь направить мысли в нужное русло, невольно наслаждаясь неким чувством свободы, которого ему в последнее время недоставало. Когда-то Адское измерение было воплощением его независимости, его родным домом, к которому он был по-настоящему привязан, но всё изменилось в одно жалкое мгновение, когда этот самый дом стал его тюрьмой, его падением, к которому потеря власти не имела совершенно никакого отношения. И он бы ни за что так просто не отдал свою вотчину какому-то выскочке из человеческого мира, не будь это едва ли не последним, что его в данный момент волновало. Сбросив со своих плеч бремя управления Адом, Магнус не стал менее занят — на повестке дня у него скопилось неожиданно много вопросов, последовательность решения которых он не успел обдумать, излишне торопясь покинуть свои бывшие владения.       До этого момента у него ни разу не было потребности как можно скорее оказаться за пределами преисподней, да и часть проблем можно было решить, так сказать, изнутри, но он просто не мог там больше оставаться. Последнее воспоминание, в котором вечно пресмыкающийся перед ним подхалим Лоренцо вместе с остальными демонами среднего ранга услужливо лобызал пятки новому властелину Ада, заставило его без сожалений оставить тёмное измерение позади.       Ярость и гнев переполняли Магнуса, так что он просто ждал, когда сжигающие его изнутри чувства утихнут, чтобы начать мыслить трезво. На горячую голову можно было наворотить не меньше, чем он уже имел, а для демона с силой его уровня вспыльчивость была худшим тандемом. За пять тысяч лет своего существования он сумел обуздать текущую по его венам кипящую лаву, но теперь его словно отбросило на несколько сотен лет назад, оставив наедине с резко нахлынувшим на него чувством собственной безнадёжности и оттого — нарастающей злостью, с которой он безуспешно пытался совладать.       Поток буквально обтекающих его смертных только усугублял ситуацию. Все они были мельчайшими песчинками мироздания, но даже не задумывались об этом, торопясь поскорее решить свои многочисленные проблемы, носясь со своим до смехотворности быстротечным жалким подобием жизни так, словно это имело хоть какой-то смысл. Ещё совсем недавно он бы отнёсся к этому со снисходительным превосходством, но сейчас то, что он оказался здесь, уподобленный этой толпе, повысило уровень его раздражения до невероятной отметки. Невероятной, но всё же не критической, как оказалось, потому что её он достиг чуть позже, когда какой-то мужик, даже не попытавшись его обойти, врезался в него плечом с такой силой, что, будь Магнус обычным человеком, точно бы не устоял на ногах. Вдобавок ко всему в руках у того оказалась початая банка какого-то ядреного энергетика, от удара предсказуемо выплеснувшегося точно Бейну на брюки. — Смотри куда прёшь, — рявкнул на него озлобленный на весь мир мужик и даже затормозил, чтобы вдоволь насладиться грядущими робкими извинениями, адресованными ему странным азиатом в замысловатом прикиде. Магнус мрачно уставился на бурое пятно, расплывающееся по штанине его брюк, и поднял глаза на грубияна. — Ты это мне? — холодно осведомился он, угрожающе сощурив глаза, но мужчина словно успел перед этим сохраниться, потому как не убавил своего тона. — А ты видишь здесь другого слепого урода? — ухмыльнулся он, явно полагая, что с виду не отличающийся физической формой модник ничем не сможет ему ответить.       Бейн не произнёс ни слова и даже не сдвинулся с места, но несчастный смертный вдруг завопил, хватаясь за собственные глаза, когда они задымились, тлея и превращаясь в обугленные провалы. Мужчина рухнул на асфальт, как подкошенный, дергаясь в конвульсиях и воя от боли у самых ног демона, но тот лишь скользнул по нему равнодушным, с ноткой легкой брезгливости взглядом, словно на его месте была лишь куча грязи и мусора. — Теперь вижу, — произнёс он с убийственным спокойствием в голосе и, быстро потеряв интерес к поверженному смертному, перешагнул через его тело, прожигая взглядом намеченную траекторию своего пути.       Асфальт едва не плавился под его ногами. Незримая сила расчищала для него дорогу, сдвигая прохожих к краям тротуара, подчиняясь единственному сейчас желанию Магнуса не останавливаться. Машины возмущённо гудели, сталкиваясь друг с другом и истерично визжа шинами в попытке затормозить, какая-то легковушка, почти наехав на стремительно пересекающего проезжую часть демона, вдруг отскочила в сторону, как игрушечная, и с устрашающим лязгом перевернулась. Магнус даже не обернулся. Смертные наверняка назвали бы это необходимостью проветрить мозги и, возможно, в этом была своя доля правды, но если бы Бейн в этот момент затормозил хоть на секунду, мир вокруг него попросту бы взорвался. — Полегчало?       Глаза экс-главы преисподней чуть расширились, но больше он ничем не выдал своего удивления. Зато теперь к его первоначальной цели добавилась ещё одна: оказаться как можно дальше от Рафаэля и его дурацких, полных унылого нытья комментариев. Уж в чем-в чем, а в подтирании соплей он точно не нуждался. — Я не осуждаю, но это вообще-то при тебе был принят закон о невмешательстве в судьбу смертных. Просто напоминаю — вдруг ты забыл. — Что я забыл, так это отчитаться тебе обо всех своих планах, — окрысился Бейн. — Моя трëхтысячелетняя мамочка. — За это всё ещё можно здорово схлопотать, — будто не слыша его, невозмутимо продолжил Рафаэль. — Казалось бы, куда уж больше? Но Верлак из числа тех, кто с удовольствием потопчется на костях своих врагов, и если ты думаешь, что после случившегося он оставит тебя в покое…       Магнус раздраженно моргнул, и в следующую секунду в преследующего его демона на полной скорости влетела фура. Он круто развернулся, с мстительным удовольствием наблюдая, как того несколько метров протащило на капоте, прежде чем впечатать бампером в стену двадцатитонной мощью грузовика. — Вот сейчас мне действительно полегчало, — пробормотал он, глядя, как демон неуклюже выбирается из западни, деловито отряхивается и, как ни в чем не бывало, направляется к нему. — Ты мне костюм порвал, — недовольно произнёс Рафаэль, озабоченно разглядывая разошедшийся по шву рукав. — Как жаль, — абсолютно равнодушно сказал Магнус и, больше не удостоив его и взглядом, продолжил свой путь. — От того, что ты будешь вести себя, как кретин, ничего не изменится, — донеслось ему в спину. — И от того, что будешь избегать меня, тоже.       Бейн закатил глаза. Если бы главному демону перекрёстков доплачивали за нудность, он бы уже давно сколотил состояние. — Чего тебе, Сантьяго? — нехотя процедил он. — Мне? — переспросил Рафаэль. — Ничего. А вот что будет тебе, когда ты провернешь то, что собираешься — кстати, что именно? Объявишь небесам бойкот? Устроишь Ад на земле? Какая из этих глупостей у тебя на уме? — Тебе-то что за дело? — снова развернулся к нему Бейн. — Я больше не твой босс, так что незачем передо мной пресмыкаться. — Я никогда и не пресмыкался, — ощетинился демон перекрёстка. — Так, может, пора начать? — парировал экс-дьявол. — Уверен, Себастьяну это понравится.        Выражение лица Рафаэля почти не изменилось, однако он понимающе хмыкнул. — Считаешь, я с ним в сговоре, — утвердительно произнёс он. — Но это даже звучит бредово. Будь он простой мразью, я бы оценил, но он мразь без каких-либо принципов — в моём понимании это слишком даже для демона. Такие, как он, не должны обладать властью, иначе рано или поздно это приведёт к хаосу. — Да ну? — Магнус наигранно распахнул глаза. — А не хочешь поведать, откуда Верлак узнал подробности нашего с Алеком контракта? Только Высший совет демонов обладает таким доступом, а ты по удачному стечению обстоятельств как раз входишь в его состав. — Как и многие другие демоны первого ранга, — отрезал Сантьяго. — Но почему-то под подозрением оказался именно я. С чего это вдруг? — С того, что он стал демоном по твоей…милости, — выплюнул Бейн. — Какая удивительная случайность, не находишь?       Рафаэль на некоторое время замолчал, позволяя бывшему главе Ада кипеть от гнева и пронзать его молниями из глаз, полыхающих жаром всей преисподней. — Послушай, Магнус, — терпеливо сказал он. — Твоё право, верить мне или нет, но я бы никогда так не поступил. Не с тобой. Я не всегда согласен с твоими методами, а порой мне хочется окунуть тебя в лавовую реку с головой, но я всё ещё помню, как могла сложиться моя судьба три тысячи лет назад, и тем, что этого не произошло, я обязан именно тебе. Я оказался там, где оказался, а не там, где должен был. За мной должок. — Ты мне ничего не должен, — хмуро возразил Бейн. — Но зато почему-то должен ублюдку Верлаку, — хмыкнул демон перекрёстка. — Хочу ли я знать, чем заслужил такое мнение о себе? — Может и не заслужил, — устало сказал Магнус. — Проблема в том, что я больше не знаю, кому доверять.       Метафорически сгустившиеся над ним тучи, наложившие отпечаток беспросветности на его лице, просочились в реальность человеческого измерения, окутав город мрачно-серой пеленой. Улицы заметно потускнели, и, очнувшись от своих мыслей, Магнус воздел голову к небу с таким видом, словно оно не оправдало его ожиданий. — Можешь не посвящать меня в свои планы, — тон Рафаэля смягчился. — Но хотя бы объясни, для чего всё это было? Этот… цирк. Ты велел молчать на суде, и я молчал. Как и Рагнор, и Катарина, и остальные. Никто из нас не проронил ни слова, пока Себастьян тебя закапывал, а Высший совет позволял ему это. И после этого ты буквально посадил его на своë место. Зачем? — Так было нужно, — отрубил бывший глава преисподней. — Кому нужно? — демон перекрёстка поморщился. — Ты знаешь, что мы сделаем всё, как ты скажешь, даже если это будет тебе во вред, но эта история с протеже выглядит слишком уж очевидной. Посягнуть на твои сделки Верлак тогда ещё не мог, стало быть, дело не в них. Где он тебе кислород перекрыл? А главное, как ты теперь собираешься возвращать престол? — Демоны преисподней, — Бейн коротко застонал. — Какая теперь разница? Дело сделано. И я не собираюсь возвращать свой трон, — сухо сказал он. — У тебя что, демоническая горячка? — недоверчиво уставился на него Рафаэль. — Что значит «не собираешься»? Нет, не может быть. Ты действительно хочешь оставить всё, как есть? — с негодованием переспросил он. — Прогнуться под обстоятельства? Под Себастьяна? — Нет, Рафаэль, не хочу, — рыкнул на него, потеряв терпение, Магнус, сверкнув золотисто-алыми всполохами глаз. — Потому что я уже это сделал, когда заключил с ним контракт. — Что за контракт? — насторожился Сантьяго. — Себастьян потребовал, чтобы я отдал ему власть в преисподней, — скривился Бейн. — Наивный тупица ещё не знал, чего просит, впрочем, это уже не моя проблема. Хочет занять моё место — что ж, пусть попытается. На то, чтобы поджарить маршмэллоу на моих тлеющих останках, у него силёнок не хватит, а мне и без того сейчас есть чем заняться.        Его привычный ориентир, к которому он пришёл лишь посредством ряда логических цепочек, упрямо не откликался на его призыв, и Магнус вдруг понял, почему человеческое измерение кажется ему таким пустым и бессмысленным. Все его незакрытые сделки со смертными автоматически перешли к новому владыке Ада, полностью обесценив проделанную им работу, но вовсе не это заставило его сердце тревожно забиться. — Его здесь нет, — он резко повернулся к Рафаэлю. — Александра. Я не чувствую его ни среди живых, ни среди мёртвых. — Я пытался тебе сказать, но ты предпочел сбежать от меня в человеческий мир, — пожав плечами, невозмутимо произнёс демон перекрестка. — Потому что я должен был… что? — запоздало услышал он его слова. — Что именно ты пытался сказать? — То, что ты должен был узнать сразу, как тебя выпустили, — Сантьяго посмотрел на него долгим взглядом. — Я знаю, где сейчас твой смертный. Вернее, что стало с ним и его…контрактом.        Магнус помрачнел. Выбранная Рафаэлем формулировка была весьма однозначной. — Говори, — властно потребовал он, чуя всем своим нутром, что, пока он отсутствовал, его худшие опасения благополучно реализовывались.

***

      Феноменально, но Магнус никак не мог вспомнить, в какой из множества просмотренных им вероятностей происходила такая цепочка событий. По этой же причине возможное будущее этой линии было ему неведомо. Он нахмурился, недовольный подобным раскладом. Привыкший рассчитывать на максимум своих возможностей и не имея сейчас даже половины того, чем он обладал ранее, демон ощущал себя неполноценным и потому ужасно нервничал, стоя под дверью кабинета Лайтвуда, в котором, к его немалому удивлению, тот прямо сейчас и находился, и никак не решаясь коснуться ручки.        Это было до невозможности глупо. Алек уже знал, что он стоит за этой дверью, с той самой первой секунды, как он здесь оказался, но почему-то эта мнимая граница дверного полотна казалась ему сейчас непреодолимой. Разум одолевала круговерть самых разных вопросов, сменяющих друг друга с пугающей быстротой. Как поведёт себя Алек? Какую политику выбрать в его отношении, учитывая то, что произошло в отсутствие Бейна? И главное, что он, Магнус, скажет ему при встрече? «Как насчёт сперва порепетировать?» — насмешливо поинтересовался собственный голос в его же голове, и он чертыхнулся себе под нос. Взрослый, самодостаточный демон, а ведёт себя как человеческий подросток в пубертате. Гребаный стыд…        Едва слышный шелест крыльев за его спиной заставил Бейна подобраться. Лицо его окаменело, глаза вспыхнули золотом, пальцы непроизвольно сжались в кулаки, насквозь пробив их вылезшими когтями, от чего на пол закапала тёмная демоническая кровь. В мгновение ока Магнус оказался у стены, пришпилив к ней бывшего помощника Алека за горло с такой силой, что вокруг его головы немедленно расползлась целая паутина трещин. — Даю тебе пять секунд придумать хотя бы одну причину, по которой я не должен сейчас оторвать твою хорошенькую белобрысую головку, — прошипел он, вдавливая его в стену ещё сильнее. — Она и так всего одна, — спокойно возразил Джейс, даже не попытавшись освободиться. — Ты не можешь меня убить, потому что я бессмертен, как и все ангелы. Кроме того, ты только что нарушил соглашение, — он красноречиво уставился на сдавливающие его горло руки Магнуса. — Полагаю, у тебя и без того достаточно проблем, чтобы добавлять к ним ещё одно обвинение. — Мне уже нечего терять, — колюче произнёс Бейн, нехотя отпуская его. Если уж до тошноты безукоризненный ангелочек Джейс отпустился до иронии, значит, всё намного хуже, чем он себе представлял. — Ты его видел? Говорил с ним? — Нет, — покачал головой Джейс. — Он меня избегает. Сколько бы я ни пытался его перехватить, он каждый раз успевает ускользнуть. — Не удивлён, — враждебно бросил Магнус. — О чём ему вообще говорить с ангелом, который не сумел уберечь его душу от падения? — А с демоном, который сделал всё, чтобы обречь её на вечные муки, есть о чём? — холодно осведомился ангел. — Если бы не твоя мания величия и откровенное пренебрежение правилами, меня бы вообще здесь не было, так что не тебе говорить о спасении его души. — Белое пальто не жмёт, праведник? — огрызнулся демон. — Я избавил его от вечных мук суицидника в Аду, так что наша сделка был выгодна не только мне, но и ему. — Сделка, которая могла ему и не понадобиться, — парировал Джейс. — И которой ты поставил на уши всю небесную канцелярию. — Я не отрицаю своей вины, — раздраженно сказал Магнус. — Но со мной его контракт был в относительной безопасности, а стоило только мне исчезнуть с радара, как это сразу же изменилось! Что, чëрт возьми, такого произошло за эти последние несколько недель, раз парня с незапятнанной душой с такой лёгкостью возвели в демоны? И как ты вообще это допустил? — Я не мог это остановить, — вздрогнув, сухо сказал Джейс. — С тех пор, как Ад возглавил Верлак, ситуация усложнилась. Я мог находиться рядом и быть сдерживающим фактором, когда он был обычным демоном. Но теперь, когда он возвысился в ранге, его присутствие автоматически исключает моë, как было ранее и с тобой, — он вдруг с интересом уставился на Магнуса. — Встречный вопрос: что такого произошло за эти несколько недель, что древнейшего демона, тысячелетиями державшего полноправную власть в Аду, с такой лёгкостью подсидел вчерашний стажёр?       Пожирающий взгляд Бейна потух, сделавшись каким-то усталым. Пассивная конфронтация между Раем и Адом длилась с самого начала времен, однако сейчас, когда под ней действительно образовалась твёрдая почва, демон не чувствовал ни радостного предвкушения, ни привычного энтузиазма. Они могли сколько угодно ненавидеть друг друга, без устали бросаясь обвинениями, но всё это было пустой тратой времени, которая не только бы не помогла найти виноватого, но и никак бы не поспособствовала решению их общей проблемы. Магнус чуть опустил глаза, исподлобья уставившись на ангела. — Не твоё дело, — буркнул он, шагнув от него в сторону.       Поток энергии, исходящий из кабинета, где всё это время находился Алек, неожиданно сместился. Одновременно с тем, как лицо Джейса приняло озабоченное выражение, Магнус глубоко вдохнул, настраиваясь на неизбежное, и обернулся, уже зная, что обнаружит за своей спиной генерального директора «Лайтвуд-корп». Ошибся он только в одном: видеть его в непосредственной близости перед собой он всё равно оказался не готов. — Он прав, — спокойно произнёс Алек, расслабленно опустив руки в карманы брюк и устремив взгляд на Джейса. — Тебя этот вопрос совершенно не касается. Привет, Магнус, — неожиданно сказал он, даже не повернув головы.       Бывший властелин Ада почувствовал, как все волоски на его теле зашевелились. Перед ним был тот же Александр, которого он привык видеть перед собой, и даже его выражение лица ничем не выдавало произошедших с ним изменений, но его аура, энергетическое поле и даже запах — всё указывало на то, что стоявший перед ним парень не был человеком. Это было непривычно и как-то странно, но в то же время и интригующе. Магнус бы солгал, если бы сказал, что не сгорал от любопытства и нетерпения, желая увидеть Лайтвуда во всей его нынешней красе, но всё же его немного задело, что после столь длительного расставания Алек даже не потрудился взглянуть на него. Пусть это не стало для него неожиданностью, но всё-таки… — Он затрагивает изменения в твоëм контракте, — не согласился ангел. — Так что очень даже касается. — Каком ещё контракте? — деланно удивился Алек. — Ты знаешь каком, Алек, — Джейс буквально пронзил его своим суровым взором. — Том, что завершился неделю назад. — Ты и об этом знаешь? — переспросил Алек, вскинув брови, и Магнус поджал губы, сообразив, что он просто издевается, проверяя ангельское терпение на прочность. — Поразительно. Ну, тогда я тем более не понимаю, какое тебе дело до него. Что ты вообще здесь забыл, Джонатан? — Я? — ангел несколько растерялся, чем вызвал у Бейна понимание и даже легкую жалость: очевидно, Джейс тоже оказался не готов лицезреть эту колоссальную разницу между Алеком, которого он знал всё это время, и тем, что прямо сейчас сравнивал его с землёй. Если уж даже Магнус с его пятитысячелетним опытом чувствовал себя не в своей тарелке, то что было говорить об этом милом ангелочке, едва ли не в три раза уступавшего ему в возрасте? — Вообще-то… — Вообще-то ангелам положено опекать смертных, — прервал его Лайтвуд. — У тебя профессиональная дезориентация? Или ты так, заглянул по старой памяти? — он прищурился. — Ах да, точно. Ты ведь уже имел дело с одним смертным. Правда, его участь оказалась довольно печальной, поскольку в конечном итоге Ад не только поглотил его душу, но и поработил его самого, а ты не просто провалил свою ангельскую миссию, но и отлично потрудился на благо преисподней, — резюмировал Алек, скучающе взирая на ангела. — Так зачем ты здесь, Джейс? Муки совести одолевают? — В твоей душе и свет, и тьма находились в балансе, — с нескрываемой печалью в голосе промолвил Джейс. — Я должен был это удержать, должен был доказать, что ты достоин, а ты действительно был достоин второго шанса, Алек. Твой контракт нарушил права смертной души на самоопределение, я мог добиться его аннулирования… — Так ты просто хотел передо мной исповедаться? — Лайтвуд вскинул брови. — Даже от посещения церкви было бы больше пользы, потому что мне абсолютно плевать. Я больше не твой начальник и даже уже не человек. Я демон и служу адскому измерению. Сомневаюсь, что теперь это можно хоть как-то исправить, — отчеканил он. — Алек… — Джейс выглядел понурым. — Тебе пора, Джонатан, — отрезал Алек. — Не заставляй меня применять право на интернирование, — он в упор уставился на оторопевшего от его слов блондина. — Ну?       «Отвисший» ангел не заставил себя долго ждать и растворился в воздухе, выбрав в сложившейся ситуации наименьшее из зол, пока изумленный Магнус подбирал свою челюсть. На секунду он даже забыл о причине, по которой он так спешил оказаться здесь. Ангелам и демонам было не запрещено находиться рядом друг с другом, если это исключало любые физические контакты, но вот взаимоотношения ангела и демона, за чьей смертной душой ранее был закреплен упомянутый ангел, были… чуть сложнее. — Откуда знаешь про интернирование? — воззрился он на Алека. — Это очень древний запрет, не говоря уже о том, что он довольно редко применяется. — Это как с жалобной книгой Ада: она существует, но никто о ней не знает и потому не обращается? — усмехнулся тот. — Вроде того, — замявшись, кивнул Бейн. — Так откуда? Насколько я знаю, у тебя не было в запасе пары-тройки недель, чтобы досконально изучить этот вопрос. — Нет, — согласился Лайтвуд. — Но зато они были у Себастьяна. Он заблаговременно позаботился о том, чтобы мой бывший помощник меня не слишком беспокоил.       Магнус скривился. Разумеется, новый глава преисподней и сюда засунул свой не в меру длинный нос. — Ты действительно использовал бы его против Джейса? — спросил он, впервые не отметив имя ангела колким заместительным, слишком озабоченный более важными вещами. — Его бы «выбросило» из человеческого измерения на несколько месяцев, причём не самым приятным способом. — А ты нет? — в тон ему поинтересовался Алек, скептически вздёрнув бровь.       Выдержка осторожничающего с ним Магнуса пошатнулась при виде такого знакомого, типично Алековского выражения лица. Он жадно забегал по нему глазами, ища оправдание собственному промедлению. Да что это с ним, в самом деле?! Это же его Александр, пусть даже официально их больше ничего не связывает, да и сам он не совсем тот, что раньше… — Не думал, что в следующий раз увижу тебя спустя столько времени, да ещё и в новой ипостаси, — признался он, безуспешно пытаясь заглянуть ему в глаза. — Я скучал по тебе, дорогой. — В самом деле? Лично мне показалось, что зажимать дверь моего кабинета тебе нравится больше, чем меня, — отозвался Алек. — Ты провёл с ней наедине почти четверть часа. Впечатляющий результат для того, кто не может вытерпеть и тридцати секунд.       Бейн едва не заскрежетал зубами. Метко брошенный в его огород камень неожиданно оказался увесистым. Не являйся теперь Алек тем, кем он стал, Магнус бы подумал, что тот всё ещё злится на него. — Почву прощупывал, — уклончиво сказал он. — Это не значит, что я не хотел тебя видеть. Пусть я и был взаперти многие недели, но я всё равно чувствовал, как ты взываешь ко мне. Каждый. Чëртов. Раз. Чувствовал, но ничего не мог с этим поделать, — мрачно произнёс он. — И это просто сводило меня с ума. — Как мило. Я тронут до глубины души, — выронил Лайтвуд. Распознать в его тоне сарказм у Магнуса не составило никакого труда. — Хотя постой-ка, у меня ведь нет души, — хмыкнул он. — Выходит, нет никакого смысла лгать.       Магнус нахмурился. Так вот что за чувство стало для него ключевым в момент превращения? Потому что это было как минимум нестандартно для новообращённого демона. — Мне жаль, что всё так вышло, — укоризненно сказал он, откладывая эту мысль на постраздумье. — Ты ведь знаешь, что я пытался этого избежать. — Разве? По-моему, ты с самого начала лелеял мечту сделать из меня образцового демона, — возразил Алек. — Правда, ты так и не решился толкнуть меня на то самое дно, о котором упоминал ещё до того, как предложить мне сделку. — Если бы я действительно этого хотел, я бы не стал выжидать момент, когда ты соизволишь распрощаться с жизнью, — сухо произнёс Магнус. — Существуют стандартные сделки, к которым я, как глава Ада, мог бы прибегнуть. Одно-единственное тёмное желание, и ты бы пополнил ряды жителей преисподней. Всего-то и нужно было вытащить наружу твоих собственных демонов — проблема, решаемая одним днём. — Но этого было бы недостаточно, чтобы успеть произвести впечатление на одного смертного парня, правда? — криво усмехнулся Алек. — Это тебе не семь желаний, растянутых почти на полгода. Ты бы потерял меня в то же мгновение, как я перевоплотился, и потому ты выбрал единственный приемлемый для тебя путь — тернистый, со множеством вариативных разветвлений, но и при этом с потенциальной возможностью подобраться ко мне максимально близко. Мы оба знаем конец этой истории, вот только стоил ли он того? Твоих напрасно приложенных усилий? Утраченной власти, титула, привилегий дьявола?       Бывший глава Ада с трудом удержался, чтобы не передëрнуться. Подобная проницательность или, скорее, осведомлённость ему совершенно не понравилась. Для Алека-человека он всегда оставался загадкой, непредсказуемым и скрытным существом, обременённым тысячелетним опытом и знанием всех тонкостей человеческой души. Для Алека-демона же он стал словно открытая книга, из-за чего Магнус сразу почувствовал себя безоружным. — Каким было твоё последнее желание? — неожиданно спросил он. — Предыдущие шесть не сделали бы из тебя демона. Что именно ты загадал Себастьяну?       Почему-то именно сейчас это показалось ему невероятно важным, требующим сиюминутного ответа, однако Алек не слишком торопился удовлетворять его нетерпение. — То, что Джейс сказал о моём контракте, — он вдруг пристально посмотрел на демона. — Это правда? Его действительно можно было аннулировать? — Силами небес, — помедлив, нехотя ответил Магнус. — То есть, если бы за тебя поручились ангелы. Но для этого требовалось время, и я тянул его, как мог, удерживая Себастьяна в Аду и нарушая при этом регламент. Я бы нашёл способ урезонить его без всяких проблем, но этот его скачок в адское измерение каким-то дьявольским образом совпал с ангельской апелляцией, — он покачал головой. — Всё это было крайне не вовремя — неудивительно, что наши планы затрещали по швам. В любом случае уже ничего не изменить — случилось то, что случилось.       Мягкие черты лица Алека ожесточились. — Просто хотел узнать, — коротко пояснил он и без каких-либо предисловий повернулся, собираясь уйти. — Рад был поболтать, но мне пора. — И куда ты сейчас? — Бейн поравнялся с Алеком. — Делать свою работу, — машинально ответил брюнет, на ходу пролистывая возникшие у него в руках документы, упорно не удостаивая его и взглядом. — Даже смерть не способна убить твой трудоголизм, — нервно хмыкнул экс-дьявол.       Он отлично понял, что Лайтвуд говорит о другой работе — той, за которую ему теперь не платят. Не деньгами. И его текущее местонахождение там, где Бейн последний раз застал его ещё человеком, не предвещало ничего хорошего. Неужели для него больше не существовало разницы между сохранением семейного наследия в виде компании своего отца, которую Алек наотрез отказался продавать, и распалением во имя процветания преисподней, заключающимся в преданном служении дьяволу? Магнус видел этот сценарий уже миллионы раз, но, пожалуй, впервые за эти тысячелетия ему стало действительно не по себе. — Так с чего такой энтузиазм? — спросил он вслух. — Сомневаюсь, что ты выслуживаешься перед советом за своё назначение. Мои поздравления, кстати. В прежние времена требовалось не меньше трёхсот лет стажа, чтобы стать демоном упущенных возможностей — иронично, не находишь? Плюс ещë столько же, чтобы встать во главе остальных. Какой стремительный взлёт карьеры, — демон округлил глаза в притворном ужасе. — Никак коррупция завелась в Аду? — Не такой стремительный, как у Себастьяна, — парировал Алек. — Так что у тебя надо спросить. Или пошлёшь меня, как нашего ангелочка?       Магнус замер. Выходит, Алек ничего не знает? Хотя чего он ожидал от Верлака, который запросто мог ещё и вывернуть эту маленькую, но такую важную деталь их договора в свою пользу. — Он не рассказывал, а я не спрашивал, — равнодушно сказал Лайтвуд, с удивительной точностью угадывая причину его замешательства. — Собственно говоря, меня это не слишком интересует. Да, и к слову: совет здесь ни при чем. На эту должность меня назначил новый глава преисподней.       Ноздри прежнего главы преисподней яростно дрогнули. Разумеется, Алека теперь мало что интересовало из того, что когда-то имело для него значение, но ведь он мог проявить хоть немного деликатности и перестать уже в сотый раз напоминать ему, что теперь вместо него Адом заправляет какая-то ушлая мразь? В период действия их контракта Магнус относился к человеческим чувствам Лайтвуда с уважением и пониманием, но лишенный этой функции Лайтвуд-демон больше заботился о практичности, нежели о сантиментах, которые были прерогативой смертных, не утративших собственной души.       И снова ирония.       Его внезапно охватило странное беспокойство. Если в первые минуты нахождения в офисе Алека он мог списать это на своё разыгравшееся воображение, то сейчас уже был уверен, что ему не показалось. Свежий воздух человеческого измерения в стенах «Лайтвуд-корп» был тяжелее, чем за их пределами, нос тревожила волна слишком знакомого запаха пепла и сжигающей всё на своём пути лавы, а пол под ногами Магнуса то и дело незримо содрогался под натиском тёмной энергии. После очередного всплеска он вопросительно уставился на Алека, но тот и бровью не повёл на происходящее, чем окончательно подтвердил его подозрения. — Ты умом тронулся? — сдержанно поинтересовался бывший глава адского измерения. — На кой чëрт ты притащил сюда полпреисподней? — Не преувеличивай. Я привлëк лишь малую часть моих подчинённых, — спокойно сказал Алек, мельком просматривая содержимое бумаг. — И что они здесь делают? — Магнус нахмурился. — Работают, — нехорошо усмехнулся тот. — Что делают?— на слух демон не жаловался, но сейчас был готов грешить и на него. — Видишь ли, не так давно Себастьян назвал мою компанию убогой и бесполезной, — в голосе Алека послышалось раздражение. — Как ни печально это признавать, отчасти он прав. Хотя это довольно высокомерное утверждение для того, кто привык жить на всём готовом. — Мы ведь говорим о Верлаке, — Бейн поморщился. — Ты ждал от него чего-то другого? — Нет, — произнёс Лайтвуд после короткой паузы. — Но теперь я тем более не упущу возможности ткнуть его носом в собственную неправоту, что вновь иронично, учитывая мою специализацию. Забавно, да? — он вновь усмехнулся. — Сапожник с сапогами. — Используя фирму своей семьи как инструмент, а людей как ресурс? — мгновенно сообразил Магнус. — Нет. Ты этого не сделаешь. — И почему же? — осведомился Алек. — Хотя бы потому, что это запрещено, — бывший глава преисподней резко повернулся к нему. — Нельзя заставлять смертных подписывать договор на продажу души под видом договора фирмы. Они должны знать, на что соглашаются. — Я не махинирую с договорами, Магнус, — произнёс Алек тоном, в котором ясно слышалось непроизнесенное «В отличие от некоторых». — Всего лишь грамотно их составляю, акцентируя внимание на преимуществах. Кроме того, я уже десять лет в бизнесе и знаю, что залогом успешной сделки является не только правильный товар, но и правильный клиент. Ни в чем из перечисленного я не испытываю недостатка. — Неужели? — сузил глаза Магнус. — Ты поразительно уверен в успехе твоего…предприятия. — Знаешь, в чем прелесть консалтинга? — сухо осведомился Алек. — Ежегодно с нами сотрудничают сотни компаний, а в наших архивах хранятся данные о тысячах закрытых дел. Проблемы, преимущества, сильные и слабые стороны. Я лично знаю всё о каждом из контрагентов, всю их историю и подноготную, включая причины многочисленных провалов. Их основатели пятнали свою репутацию, теряли тысячи, даже миллионы долларов, их семьи рушились, судьбы ломались, а всё потому, что когда-то они совершили ошибку, сделав неправильный выбор или не сделав его вовсе. Думаешь, сколько из этих людей отдали бы полжизни за ещё один шанс, который они однажды упустили? — И который ты им любезно предоставишь за одну скромную плату, — закончил за него Магнус.       Проверив последний лист из папки, демон удовлетворённо хмыкнул. Бумаги из его рук разлетелись в разные стороны, с молниеносной быстротой испарившись в воздухе, пока Бейн открывал и закрывал рот, силясь хоть что-то сказать по этому поводу. Давно ли Алек стал демоном? Две недели назад? Три? Мало кому из новообращённых хватило бы решимости с ходу проворачивать столь масштабные проекты, а между тем Лайтвуд всего лишь «делал свою работу», диктуемую собственной профдеформацией. Своей Магнус обзавёлся лишь спустя пятьсот лет, и ему пришлось напомнить себе о быстротечности времени человеческого измерения. — Похоже, ты нацелен на чистую работу, — вынужденно признал он. — А что остальная часть компании? Так и продолжит трудиться в штатном режиме?       Это было всё равно что ходить по краю Адского ущелья. Вопрос был задан Магнусом достаточно издалека, чтобы выведать планы Алека на ближайшее будущее, но всё же не настолько, чтобы сделать это украдкой. Необходимость продолжать жить как раньше, когда он ещё был человеком, у него отпала, физические потребности простых смертных его больше не беспокоили, но, тем не менее, своей обычной целеустремленности он не утратил. Только на что она теперь была направлена? Насмешливый вид Лайтвуда, как и его ответ, Магнусу не понравился. — Какая ещё остальная часть? — поинтересовался он, и Бейн вдруг понял, что было не так с самого начала, когда он только материализовался здесь.       В здании «Лайтвуд-корп» не было ни единой человеческой души. В буквальном смысле. Магнус насчитал около четырëх десятков демонов, которые, видимо, теперь заменяли весь прежний штат компании Алека. Вернее, компании, ранее принадлежавшей его отцу, из уважения и чувства долга к которому Лайтвуд старательно тянул эту лямку вот уже десять лет…и которую с такой легкостью перерезал, позволив демоническому осиному гнезду уничтожать плоды десятилетних трудов, предав тем самым своё семейное наследие. — Демоны преисподней, — неверяще пробормотал он. — Скажи, что у твоей фирмы сегодня просто массовый выходной. Ты же не пустил их в расход, правда? Черт, Алек, — едва не застонал он, когда тот в очередной раз повернулся, чтобы уйти. — Ты же лично принимал на работу почти треть из них, чуть ли не на полиграфе собеседовал, даже через меня пробивал. И они действительно хорошие люди, так зачем же ты… — К каждому замку можно подобрать свой ключ, Магнус, тебе ли не знать, — невозмутимо прервал его демон упущенных возможностей. — Это три тысячи лет правления Адом сделали тебя таким мягкосердечным? Неудивительно, что ты лишился своего трона.       Чаша весов, с помощью которых Бейн пытался решить, нравится ли ему новый Алек, опасно накренилась. Он сцепил зубы, мысленно считая до десяти.       Магнус жил в мире, где не существовало абсолютного добра или абсолютного зла, потому что ни Рай, ни Ад не были ни тем, ни другим. Обе конторы всего лишь выполняли стоящие перед ними задачи, действуя в согласии с общепринятыми законами, пусть неохотно, но уступая друг другу там, где это подразумевалось, не нарушая при этом границы чужих полномочий. Без взаимной неприязни, конечно, не обходилось — всё же она исторически длилась тысячелетиями и нередко порождала конфликты, как и без исключений, одним из которых стал однажды и сам Бейн, нарушив один из главных принципов обоих измерений. Но то, что их действительно объединяло, и в этом уже были солидарны обе канцелярии — это удержание баланса в человеческом измерении. Демон же, по роковому стечению обстоятельств носящий имя Александра Гидеона Лайтвуда, словно даже не слышал ни о чём подобном, неизвестно почему оказавшись в мире, отличном от того, в котором жил Магнус. — А если бы на их месте была Изабель? — внезапно спросил он, коршуном глядя на Алека в ожидании любой мало-мальской реакции. — Если бы какой-нибудь демон воспользовался её уязвимостью, чтобы завладеть её душой — что тогда?       Поза брюнета не изменилась, однако пауза перед его ответом Магнусу ощутимо затянулась. — Почему это должно меня волновать? — наконец спросил он. — Потому что она всё ещё твоя сестра, — незамедлительно ответил бывший властелин преисподней. — Я демон, Бейн, — отрезал Алек, круто разворачиваясь. — У демонов не может быть сестёр.       Их взгляды наконец-то встретились. Впервые за последние недели Магнус смог посмотреть в глаза Алеку, но так и не нашёл в них того, что искал. Они были точь-в-точь такими же, что и раньше, даже цвет радужки не изменился, однако искра, таящаяся в глубине смертной души с именем Александра Лайтвуда, за считанные мгновения воспламенявшая и самого Магнуса, бесследно исчезла. Словно поняв, что именно делает экс-дьявол, Лайтвуд отшатнулся, а через мгновение его взор заволокла чернота. На Магнуса с мрачным видом воззрился демон. — Александр, — тихо и как-то беспомощно позвал его Бейн, умоляюще глядя на него, и это словно вскипятило переполненную чашу Лайтвудского безразличия. — Что, Магнус? — ощетинился он. — Теперь я соответствую твоим ожиданиям? Или демон в моём лице тебя больше не устраивает? — Я от тебя никогда ничего не ждал, — Магнус медленно покачал головой. — Меня вполне устраивала человеческая версия Александра Лайтвуда, и мне невыносимо жаль, что я не сумел её сохранить, — он ненадолго прикрыл глаза. — Ты не должен был завершить свой контракт, не должен был стать демоном. Твоя жизнь не должна была закончиться так. — Но именно так она и закончилась, — жёстко сказал Алек. — Так кто же в этом виноват?       У Бейна был ответ на этот вопрос. Но даже если бы он и решился его озвучить, ушей адресата он бы всё равно не достиг, потому что когда Магнус снова открыл глаза, Алека рядом уже не было.       Бывший дьявол шумно вдохнул в себя витающий после его исчезновения запах дыма, рассеянно выхватывая из воздуха привычный мундштук. Картинка его идеального мира неизбежно разваливалась, испещрившись многочисленными трещинами.