Лисам в октябрь – не страшно

Блины у Дианы не получаются категорически. Свалив на тарелку очередной кривой, рогатый комочек, она чешет макушку и объявляет: - Блины отменяются… - Ну мааааммм… - недовольно тянет Артем, высунувшись из-за ее спины, и с грустью смотрит на тарелку. С некондицией, которая была до, они расправлялись вдвоем, пока Марта смотрела в комнате с домашним кинотеатром запись какого-то футбольного матча. - Я предупреждала… - пожимает плечами Арбенина. - Я не бабушка, не Регина и не Лариса… Я могу только спалить сковородку… - бурчит женщина, принимаясь за ликвидацию очередной своей неудачи. Тесто - на удивление вкусное, но вот слепить из него у нее выходит только колобка. Сын отвоевывает половину и тоже принимается задумчиво жевать. - И видео не помогло? Вообще вкусно, может, пусть колобки и будут? – хихикает он. Диана закатывает глаза в ответ: - Только Марте, похоже, не достанется… - женщина косится в миску с остатками теста. - Сама виновата, - сын автоматом вытирает жирные пальцы о домашнюю штанину. Диана даже не ругается, потому что делает точно так же. Последние пару недель Арбенина провела дома - прогулка под дождем в Ленобласти даром не прошла. На следующий же день она проснулась совершенно разбитая, с тяжелой вовсе не от похмелья головой и горящей, болезненной к прикосновениям кожей, к этому всему следовало добавить заложенность носа и боль в горле. Набив жалостливое сообщение Ларисе с просьбой приехать и забрать ее, завернулась в одеяло и попыталась снова уснуть. К обеду появилась слегка помятая и бледная Жукова с кофе и тарелкой каши. - Я решила посмотреть, как ты тут… - пояснила женщина, потом окинула гостью критическим взглядом, пощупала лоб и громко выругалась. Отставив в сторону поднос, вызвала Сабину с аптечкой. После измерения температуры завхоз поцокала языком, покачала головой, выколупала на ладонь несколько таблеток жаропонижающего и противовирусного. Жукова тем временем распорядилась приготовить куриного бульона и принести в комнату вместе с графином морса или компота из сухофруктов. Есть не хотелось совершенно, сил не было даже сидеть, каждое движение отдавалось тупой болью в черепной коробке. Но под строгим взглядом Лены Диана все-таки впихнула в себя по несколько глотков того и другого и снова распласталась на кровати. - За мной директор приедет… - пробормотала она, прикрыв глаза. - Хорошо, я к вечеру зайду, еще тебе бульончик принесу и, может, что поосновательнее, если захочешь. - Угу… - пробубнила женщина, проваливаясь в забытье. Когда объявилась Пальцева к утру следующего дня, состояние Дианы только ухудшилось – температура отказывалась спадать, горло будто сдавливало удавкой, глотать даже собственную слюну было невыносимо больно. Готовая к длительной нотации, Арбенина с опаской поглядывала на своего директора из-под одеяла, но на удивление та лишь шумно выдохнула, забрала ключи с тумбочки и пошла греть машину. Как они добрались до Москвы, Диана помнила смутно – кажется, от высокой температуры она балансировала между забытьем и реальностью, куталась в легкий плед, который им любезно выдала Жукова, звала Свету... В машине было жарко, душно и пахло ментоловыми сигаретами. Лариса гнала, кажется, почти без остановок. В Красногорске их уже ждал врач. После осмотра и длинного списка назначений, в который Диана особо не вникала, оставив это на Ларису, она только вяло выругалась от болезненного укола антибиотика. Почти трое суток лежала пластом, лишь при острой необходимости вставая с кровати. Послушно принимала все назначенные препараты, пила морс, заботливо сваренный Региной, няней двойняшек. Пальцева же регулярно звонила, но приезжать часто ей было некогда – разгребала последствия арбенинской простуды. Придется ли переносить запланированное через месяц продолжение тура, было пока не понятно, но Лариса, действуя на опережение, уже искала варианты. А вот со съёмками в музыкальном шоу, где Арбенина сидела в жюри, нужно было что-то решать. Так же, как и договариваться о переносе записи саундтрека к сериалу старшей Михалковой. Несмотря на разрыв с сестрой, Анна решила не расторгать контракт с Арбениной. Переносить или отменять пришлось и несколько запланированных интервью на радио. - Почему меня даже не удивляет, что твое шило в заднице снова вышло нам боком? – устало, с кривой усмешкой поинтересовалась Пальцева, отставляя в сторону кружку с кофе. Арбенина недовольно поджала губы – это был первый день, когда температура наконец-то спала до приемлемых тридцати семи. Боль в горле так же почти прошла. Ее еще подкашивала слабость и легкое головокружение, но сползти вниз на кухню удалось даже без особых приключений. И теперь снайперша сидела напротив своего директора, сжимая в руках свою кружку с горячим киселем. - Ты что-нибудь выяснила о Свете? – после некоторого молчания просипела она. Лариса провела рукой по волосам: - Ничего нового… Оказалось, что это не так-то просто и не так быстро. Как ты понимаешь, архивы все бумажные, и много что проебано… Ну и медлительность всех наших госструктур никто не отменял. А уж Минобороны - это просто черная дыра. Что-то засекречено, что-то, как я говорила, проебано… В общем, все, как всегда! Это тебе не в «Яндексе» ФИО забить… Тут каждый запрос надо отправлять точечно… Мне удалось только выяснить, что скрипачка эта действительно принимала участие в битве за Нарву и была снайпером. Арбенина удивленно вскинула брови: - Снайпером? А блогерша? Лариса кивнула и продолжила: - С блогершей тоже все не так просто оказалось… Похоже, она вовсе не блогерша. И мне очень интересно, где ее нашла твоя актрисулька. - Она не моя… - тут же ощетинилась в ответ Диана, сильнее сжав кружку. - Почему не блогерша? - Потому что ее вообще нет ни в одной из соцсетей. Я вытрясла с нашей Юленьки, что зовут эту бабу Балобина Элла Викторовна, канал у нее, якобы, назывался «Из желтого кирпича». По крайне мере, это сказала Надя и даже показала несколько отрывков из ее интервью с разными гостями. - Как у Волкова, что ли? Волшебник Изумрудного города? – еще сильнее нахмурилась женщина. - Видимо, да, только вот по этой дороге из желтого кирпича мы с тобой идем, и не понятно, куда она нас приведет, - Пальцева поднялась. - Как я понимаю, вариант поговорить с Михалковой можно даже не рассматривать? – и тут же хмыкнула многозначительно, заметив весьма красноречивый взгляд своей подопечной. - Я попросила одного знакомого из органов пробить эту дамочку по своим каналам. Сообщит, что найдет. Провожать Ларису Диана не пошла, так и осталась сидеть на кухне, гипнотизируя свою кружку. Мысли в голове ворочались вяло и никак не складывались во что-то единое. Наконец, Арбенина дотянулась до оставленного Темкой планшета и открыла поисковик. И действительно - никакой информации об Элле Балобиной не нашлось. Не существовало и канала с таким названием. - Что за хрень? – тихо выругалась Диана и провела пятерней по волосам. Где тогда ее откопала Михалкова? И где должно было быть опубликовано их интервью?! Неужели с самого начала певица была права: смена студии, интервью – все было сделано, чтобы забрать Лидс? Отложив планшет, Арбенина снова взъерошила волосы, и без того торчащие во все стороны. Если все-таки принять за данность, что у нее не поехала окончательно крыша, и Света – и есть Лидс, то получается, Элла это знала! И пошла на все ухищрения, чтобы забрать ее! И снова возвращаемся к вопросу - зачем? И откуда она может знать о Лидс-Свете? Получается?.. Диана зажмурилась и сжала переносицу – мозговой штурм в простуженном состоянии давался с трудом. Получается… Ведьмин дом, скорее всего, тоже не просто пугалка для детей… Допив кисель, Диана открыла заметки на планшете. - Итак… - просипела она, - что я знаю точно… – очень быстро белый лист заполнился короткими заметками, в которых она попыталась собрать все, что удалось выяснить. - Теперь… - женщина с грустью покосилась на пустую чашку, надо бы встать и налить себе еще, но пока горло особо не саднило, и можно было подождать. – Теперь - что я приму за совершенно безумную данность… - облизнувшись, Диана открыла новую страницу и принялась быстро печатать, иногда не попадая по кнопкам. – И что мне это дает? – почесала макушку Арбенина, несколько раз перечитав написанное. - Помимо того, что Лариса права, и мне надо отдохнуть в Кащенко? Что надо найти эту блогершу… Но как? Михалкова разговаривать с ней не будет. Скорее всего, она уже отправила в ЧС не только номер Дианы, но и ее директора… Только ждать, что найдет знакомый Пальцевой. В висках застучало, голова снова отяжелела - Диана поняла, что снова поднимается температура. Осторожно поднявшись и налив себе еще киселя, она медленно побрела наверх в спальню. Уже засыпая, думала о том, что сны, как и прежде, сниться не будут, а так сильно хотелось увидеть Свету… Светка… Неожиданно, резко, Арбенина распахнула глаза и села. Кусочки разломанной картинки неожиданно встали по местам – если Элла знала, что это не просто лиса, знала она и про ведьмин дом, то искать ее надо в прошлом! И надо еще раз попробовать узнать про эту ведьму… - Вы все съели?! - мать с сыном вздрагивают от неожиданности, когда слышат раздраженный возглас Марты, и оборачиваются. Девочка стоит в дверном проеме кухни, скрестив руки на груди, и сверлит их осуждающим взглядом. Артем глупо лыбится и разводит руками, Арбенина же снова смотрит на остатки теста. - Ну, я могу попробовать… - Нет уж! - Марта фыркает и уверенно подходит к плите, отодвинув мать. Ловко и быстро она дожаривает блины, которые, в отличии от Дианиных, получаются какими положено. Попытки брата упереть блин с тарелки пресекаются предупреждающим рычанием и шлепками лопатки по пальцам. Обидевшись, Артем отползает к столу и взбирается на табурет вместе с ногами. Арбенина же наливает себе уже слегка остывший кофе и тоже садится рядом. Вдвоем они наблюдают, как Марта, открыв рецепт на своем мобильнике, споро отправляет все необходимые ингредиенты в чашу блендера и нажимает на кнопку. И поражаются, насколько ловко и легко девочке удается печь - очень быстро стопка становится все больше. - Откуда у тя такой талант? – шамкая, интересуется Диана, которой все-таки удается незаметно спереть пару горячих блинчиков, пока дочь следит за сковородкой. - Регина научила, - пожимает плечами девочка и добавляет недовольно: - Я все вижу! Когда Марта ставит внушительную стопку ароматных, масляных блинчиков на стол, без предупреждения объявляется Пальцева. И ее озадаченный вид заставляет Арбенину мгновенно нахмуриться. Лариса не отказывается от блинов и кофе. Завтрак проходит в тишине и лишь редких хвалебных возгласах в адрес девочки, в остальном они все слишком заняты едой. А после, поручив Артему уборку со стола, Диана утаскивает своего директора в студию. - Ну?! – в лоб задает она вопрос, стоит им только оказаться в ее рабочем кабинете. - Судя по твоему виду, тебе удалось что-то выяснить! - И да, и нет… - тянет Лариса и присаживается на стоящий сбоку от письменного стола кожаный красный диван. Его поверхность покрыта мелкими царапинами - несмотря на всю свою аккуратность, не повреждать кожу когтями Лидс не удавалось. А диван лисе нравился, точнее, ей нравилось лежать на нем, свернувшись клубком, и дремать, пока Диана работала. - Ну, что я могу сказать: в архивах московских крупных больниц, которые работали в период Великой Отечественной и после, сведений о пребывании там Сургановой С.Я. нет. Есть информация в Военно-морском госпитале Кронштадта, куда ее доставили после тяжелого ранения… И все! Больше ничего и нигде. Но это не самое интересное… И не самое странное... я бы даже сказала, безумное… - Пальцева проводит рукой по волосам и достает из рюкзака тонкую папку. Арбенина же, до этого момента мельтешащая по кабинету, останавливается перед Ларисой и вопросительно вскидывает брови. - Мой знакомый не нашел блогершу Эллу Викторовну Балобину… Но нашел медсестру Эллу Викторовну Балобину, в девичестве Труфанову, в архивах военной прокуратуры. А оказалась она там в связи с тем, что ее мужа расстреляли за пособничество немцам… У нее же репутация была чистая, но на карандаш ее, разумеется, взяли. Но что самое странное… - с этими словами директор протягивает папку. Нахмурившись, Диана быстро раскрывает ее. - Медсестрой она работала в госпитале в Кронштадте. - Где лежала Света… Арбенина тупо пялится на темную распечатку, скорее всего, с отсканированного фото, и понимает: у нее в руках доказательство того, что ее совершенно безумные предположения – верны. Эллу надо было искать в прошлом. И одновременно с этим в памяти всплывают слова Светы: «За мной ухаживала медсестра… Элла, такая внимательная, добрая, чуткая». - Предполагаю, что наша блогерша какая-то ее родственница… Потому что они просто одно лицо… - А… - голос не слушается, и Диане приходится прочистить горло, чтобы задать вопрос: - А саму блогершу твой знакомый нашел? - Это тоже странно. Понимаешь, он нашел ее с помощью системы распознавания лиц. Зовут ее Григорощук Нина Юрьевна… по крайней мере, на это имя выдан паспорт во Всеволожске. Паспорт выдан на основе заявления об утере. Есть водительское удостоверение, также выданное во Всеволожском МРЭО. Но на этом все… На нее нет оформленных банковских карт, сим-карт, недвижимости или машины. Ее нет ни в одной из соцсетей. Ничего! - Как такое вообще возможно в век цифровых технологий?! – ошарашенно задает вопрос Диана, оторвавшись от изучения фото. - Загранпаспорт? - Хороший вопрос… Но ответа на него нет. Загранника, кстати, тоже нет… И еще одно - по мнению моего знакомого, нашу дамочку надо искать во Всеволожске. Он уверен, что вряд ли она получала бы паспорт и права далеко от места, где живет… Диан… - Пальцева с легким опасением косится на свою подопечную. - Я, конечно, всегда знала, что ты с придурью… Но… - женщина замолкает и смотрит на Арбенину, которая, в свою очередь, тоже молчит, все сильнее сжимая распечатку в руках. – Как, в твоем понимании, все это связано?! Вот это вот закапывание в историю? Скрипачка из Мариинки, медсестра из Кронштадта, странная блогерша, которая не блогерша вовсе, и лиса, которую нашла твоя дочь в лесу?! Диана молчит долго, глядя куда-то в сторону. А потом уверено обходит стол и достает из тумбочки припрятанную там бутылку армянского коньяка, подаренную Ждановым на день рождения. - За бокалами не пойду, - объявляет она, откручивая крышку и протягивая бутылку директору, та ошалело хлопает глазами, но делает большой глоток прямо из горла. - Я думаю, что медсестра и блогерша - это один и тот же человек… - Диана выглядит максимально серьезной и сосредоточенной, а Лариса продолжает удивленно хлопать глазами, сильнее сжимая бутылку коньяка в руках. - И Лидс не просто обычная лиса, она… - на этом женщина спотыкается. - Я думаю, она что-то вроде оборотня, и они как-то связаны… - она выпаливает все на одном дыхание и плюхается рядом с директором, но смотреть на Пальцеву не рискует. Тишина затягивается и становится неудобной, начинает давить. Диана напряжена и с силой сжимает руки вместе. Наконец, Лариса делает еще несколько глотков из бутылки и громко вздыхает. - У нас еще месяц свободный… Может, тебе все-таки поехать отдохнуть куда-нибудь в подмосковный санаторий? - Ну, хорошо, что ты не отправляешь меня сразу в Кащенко, - хмыкает Арбенина, мгновенно расслабляясь. - Я поеду во Всеволожск, завтра. Сними мне номер в «Кемпах»… Между ними снова повисает молчание, Лариса задумчиво крутит бутылку в руках, а потом неожиданно спрашивает: - Сейчас этой Элле должно быть сколько? Больше ста? Бред какой-то… - Я думаю, здесь еще как-то завязана некая ведьма… - Господи! – восклицает Лариса и поворачивается к Диане. - Какая ведьма?! Про ведьму ты мне ничего не говорила! - Потому что у этой ведьмы нет ни имени, ни тем более фамилии… - Арбенина пожимает плечами, - Все кануло в Лету, только страшилка и осталась о ведьмином доме... - Диана все-таки позвонила Жуковой и попросила попробовать узнать хоть что-нибудь еще про ведьму, которая когда-то там жила. Спустя несколько дней директор базы отдыха прислала сообщение, что без имени – шансы найти эту мифическую ведьму примерно нулевые. Директор качает головой и поднимается. - Номер я тебе закажу, но не нравится мне это все… У меня на этой неделе встречи по поводу площадки юбилейного концерта летнего, давай на следующей во Всеволожск поедем вдвоем? – подумав, предлагает она, отставляет бутылку на стол, но Диана отрицательно мотает головой. - Нет, завтра поеду! – упрямо произносит она, игнорируя беспокойство во взгляде своего директора.

***

Октябрь на последнем вздохе, и за городом уже отчетливо чувствуется близость зимы - в лесу между деревьями просматриваются белые плевки снега, почти спала вся листва с деревьев, только кое-где еще болтаются на ветру потемневшие желтые листочки. Диана делает несколько кругов по Всеволожску, мысленно прикидывая, где может жить эта блогерша-медсестра. Думать о том, что знакомый ее директора ошибся, не хочется. Очевидно, что Элла тщательно скрывает свою личность и дорожит приватностью – свой дом на участке с высоким забором в элитном поселке с камерами, охраной, смотрящей фильмы на смартфонах на КПП, и где все соседи озабочены только сами собой. Так у них в Красногорске – всем на все плевать, даже этой охране, которую собственники оплачивают из своего кармана. А когда пару лет назад несколько коттеджей обокрали, никто ничего не видел, полиция же так никого и не нашла. Арбенина хмыкает себе под нос и решает действовать наудачу. Оставив машину в кармане, она уверено двигается к КПП. Молодой коротко стриженный паренек с явной неохотой вытаскивает наушники и отрывается от своего мобильника. Рыжая купюра действует на него лучше очаровательной улыбки - спустя минут десять снайперша узнает, в каком графике парень работает и что он совсем недавно пришел из армии, хотел пойти учиться на экскаваторщика, но нет денег, и поэтому он тут. А его сменщик бывший пожарный и заядлый рыбак, шикарно готовит просто божественные котлетки из судака. А машины у жильцов одна другой круче, есть и белые внедорожники. Еще одна такая же купюра развязывает мальчику язык окончательно, он легко соглашается глянуть фото и подтверждает: эта баба живет одна в крайнем коттедже, дальше тока лес, она очень редко куда-то выбирается. А если подойти со стороны леса – то не попадаешь на камеры, потому что их просто там нет. Крайне высокомерная и неприятная, никогда не здоровается. Ездит на белом «Митсубиси Поджеро» - парень даже называет номерной знак. В благодарность Диана оставляет голубую купюру и выдвигается в сторону города. Теперь необходимо дождаться момента, когда Элла куда-нибудь уедет… Разведав дорогу вокруг поселка и подъезд к интересующему ее дому, который опознать после описания охранника удается с легкостью, Арбенина выруливает в сторону Всеволожска и тормозит возле небольшого кафе. Внутри умопомрачительно пахнет свежей выпечкой, Диана тут же чувствует, как сжимается желудок в предвкушении. Завтрак давно остался позади, да и состоял он из одного только кофе. Выбрав несколько аппетитных румяных круассанов с миндалем и шоколадом, а также кофе с молоком, она занимает столик у окна. В выбранном пункте наблюдения все идеально – хороший обзор, не очень много посетителей, ненавязчиво по радио играет какая-то современная попса, очаровательная молоденькая бариста за стойкой. Первый день ничего не дает. Она торчит в кафе до закрытия и, можно сказать, делает им кассу. Второй проходит точно так же, к счастью, на смене вместо девочки – долговязый парень в пирсинге и с голубым цветом волос, и Арбенина надеется, что ее бдения пока не вызовают вопросов у персонала. Удача улыбается утром третьего дня – она замечает белый «Митсубиси», двигающийся в сторону Всеволожска. На водителе темные очки, но Диана слишком много времени провела, пересматривая все видеоматериалы, отснятые Канунниковой во время интервью, она узнала бы эту женщину в любой маскировке. Проводив «Поджеро» взглядом, снайперша мгновенно выскакивает на улицу и заводит машину. Во всем теле чувствуется нервное возбуждение! Уже скоро! Она найдет Лидс! Поставив «Додж» максимально близко к забору, до жалобного хруста заднего бампера, она забирается на крышку кузова и перемахивает на другую сторону. Быстро оглядевшись по сторонам в поисках чего-нибудь, что может пригодиться на обратном пути, бегом пересекает идеально ухоженный, вылизанный участок. Ей везет и не везет одновременно – дверь на террасу оказывается открыта на проветривание, значит, дом не стоит на сигнализации, но с другой стороны, похоже, что Элла уехала ненадолго! Оказавшись внутри, Арбенина так же сталкивается с почти нежилой стерильностью – и непроизвольно ежится. - Лидс… - тихо зовет она, но в ответ только абсолютная тишина, лишь шепот ветра с улицы. Диана сомневается, что блогерша позволила бы лисе разгуливать свободно по дому. Скорее всего, держит ее под замком, запертой в какой-то комнате или клетке! Но где? Быстро двигаясь по первому этажу и заглядывая в каждую комнату, Арбенина натыкается на лестницу, ведущую в подвал. Адреналин зашкаливает, она буквально скатывается вниз. Еще одна дверь, а за ней… Клетка, достаточно большая, прочная, с толстыми прутьями, внутри пустая миска и какая-то ветхая драная тряпка, на которой свернувшийся рыжий комок. - Лидс! – выдыхает Диана и падает на колени рядом, дергает за дверцу, которая, естественно, оказывается заперта. - Лидс! – пытается просунуть руку между прутьями, но удается с огромным трудом только чуть дотянуться до лисы. – Лидс, хорошая моя, ну же! Животное вздрагивает и резко вскидывает голову, мгновение дезориентировано озирается по сторонам, а потом тут же бросается на прутья с громким визгом. - Тиши, малышка, сейчас я тебя вытащу! – Арбенина беспомощно озирается по сторонам. Не могла же эта тварь забрать ключи от клетки с собой! Но ничего похожего на ключ от небольшого навесного замка нет. На металлических стеллажах с одной стороны стоят чем-то заполненные пластиковые контейнеры, на противоположной висят различные садово-строительные инструменты. Диана судорожно шарит по ним взглядом, пытаясь сообразить, что можно использовать. Резко подорвавшись, сдергивает с крючка болторез. Дужка замка не очень толстая, но все равно перекусить ее удается не с первого раза. Наконец дверца открывается, и лиса тут же оказывается у женщины на руках, пытается прижаться как можно ближе и одновременно облизать лицо. - Все-все, малышка, валим отсюда! Но подняться на ноги Диана не успевает – щелчок, треск, резкая боль под лопаткой, от которой мгновенно темнеет в глазах. Она слышит вначале визг лисы, а потом ее угрожающее шипение, дальше темнота становится все плотнее, обволакивает, но провалиться в нее окончательно не позволяет острая внезапная боль в предплечье. Арбенина встряхивает головой и открывает глаза, пытаясь сфокусироваться. Рядом раздается уже даже не шипение, а низкое злое рычание. Ощерившаяся Лидс стоит рядом, вздыбленная шерсть, хвост трубой, темные, почти черные глаза неотрывно следят за женщиной в дверях. Арбенина снова встряхивает головой и пытается подняться – получается не с первой попытки. Элла выглядит достаточно потрепанной: ее руки и лицо покрывают царапины разной длины и глубины. Диана немедленно хватает болторез и сжимает его в руках на манер биты. - Свали нахер, - рявкает она, делая несколько шагов вперед. Элла в ответ самодовольно ухмыляется и поудобнее перехватывает в руке шокер. - Надо же, так быстро оклемалась? И как ты только нашла меня? Арбенина решает проигнорировать вопрос, лишь сильнее стискивает пальцы на рукоятках инструмента. Голова все еще ощущается тяжелой, соображается туго, но она понимает – женщина не применила свое оружие против Лидс, а значит, боялась навредить! Значит, лиса нужна ей живой! Та, в свою очередь, продолжает скалить зубы и рычать. Но атаковать снова не торопится, периодически бросая взгляды на Арбенину. - Лидс… - громко, четко произносит Диана, а когда животное чуть дергает ухом, показывая, что слушает, командует: – Вперед! – повторять не приходится. Лиса бросается под ноги Элле, пытаясь вцепиться зубами в лодыжку. Та от неожиданности вскрикивает и отскакивает в сторону, отворачиваясь от Арбениной. И та тут же пользуется этим - резко бросает тело вперед, с силой отталкивает женщину, а когда Балобина падает, подхватывает вовремя подпрыгнувшую лису. Лестницу она преодолевает в несколько прыжков, захлопывает за собой дверь. Диана не знает, сколько у них времени, поэтому тут же бросается к ближайшей тумбочке и подпирает ею вход. И мчится вон. Как они перемахивают через забор, после для нее остается загадкой. Но Диана не позволяет себе расслабиться даже в машине, заводит мотор и жмет на газ. И гонит! Гонит! Только припарковавшись чуть поодаль от отеля «Кемпински» на набережной Мойки, с трудом разжимает будто сведенные судорогой, закостеневшие пальцы. А потом быстро сгребает лису с пассажирского сидения и запихивает себе за пазуху. - Сиди тихо и не отсвечивай, - предупреждает она, выскакивает из машины и быстрым шагом направляется ко входу. Забрав ключ-карту, бросается к лифтам. В безопасности своего номера плюхается на кровать - почти сразу наваливается усталость, в висках долбят назойливые молоточки. Лидс высовывает морду из ворота олимпийки, шершавый, влажный язык проходится по челюсти. Расстегнув молнию, Диана достает лису и тут же крепко прижимает ее к себе, зарываясь лицом в жесткую шерсть. - Тебя опять надо откармливать и отмывать… - ворчит, отстранившись спустя несколько мгновений. Лиса недовольно фыркает, спрыгивает с ее колен и демонстративно шлепает в ванную. С губ Арбениной срывается нервный смешок, она понимает, что это подступающая истерика, и держит себя в руках. Дотянувшись до телефона, заказывает еду в номер: две порции стейков прожарки rare, порцию тартара из говядины, порцию тартара из лосося, сырную тарелку и черный кофе. Потом скидывает кофту от спортивного костюма на пол, следом отправляется и остальная одежда. Оставшись в одном белье, Диана идет в уборную. Лидс уже сидит в ванной,в ожидании смотрит на дверь и радостно тявкает, завидев женщину. Снайперша долго возится с температурой воды, тщательно намыливает живность шампунем, одновременно с этим ощупывая маленькое тельце на предмет повреждения. - Она тебя не била? Только голодом морила, да? – тихо спрашивает Диана, смывая мыльную пену и сдергивая полотенце с держателя. Лидс отвечает коротким тявканьем. – Зачем ты ей? – задумчиво продолжает Арбенина, укутывая лису в большое махровое полотенце и перенося в комнату. Выпутавшись, Лидс отряхивается и довольная укладывается на покрывало. Диана присаживается рядом, нежно поглаживает влажную шерсть на загривке. – И что нам делать дальше? Она знает, у кого ты… Даже если я найму дополнительную охрану на участок, я все равно буду постоянно переживать, что она может попытаться снова тебя забрать! – женщина вздыхает и невесело улыбается. Лидс в ответ изворачивается и запрыгивает на коленки, приподнимается на задние лапки и тычется носом в щеку Дианы. Та обнимает худое маленькое тельце и чмокает в нос. - Как же мне тебя не хватало! – и мгновенно получает ответку, когда шершавый язычок проходится по челюсти, подбородку и губам. Перед тем, как мальчик в строгом брючном костюме привозит тележку с едой, Диана так же успевает принять душ, обработать укус на руке, заклеив его пластырем, после завернуться в махровый халат и вернуться в номер. Лидс, кажется, дремлет, уже привычно свернувшись в рыжий комочек посреди большой двуспальной кровати. Когда приносят еду, Диана стаскивает на пол покрывало с кровати и расставляет тарелки, предусмотрительно наливает в чайную чашку воды. - Кушать подано! – хмыкает она, разрезая стейки на тонкие пластики. Лиса тут же оживляется и спрыгивает к ней. Когда Лидс аккуратно лапой подцепляет один, сама Диана отправляет в рот кубик твердого сыра. Прислонившись спиной к кровати, она наблюдает за лисой. Та, как и всегда, ест максимально аккуратно и, по мнению женщины, слишком быстро наедается. Всего пара кусочков стейка и немного рыбы. А потом нагло забирается на вытянутые ноги Дианы и сворачивается клубком. Арбенина мгновенно опускает руку и принимается гладить. - Как так получилось, что ты стала такой? А она до сих пор жива? Ты помнишь, кто ты? – она понимает, что Лидс не может ответить, лиса лишь толкается головой ей в ладонь и урчит. Под это низкое тарахтение и отзвуки шума с улицы Диана незаметно засыпает. Короткая вспышка темноты, а потом уже знакомая комната, и она едва успевает среагировать, прежде чем Света кидается ей на шею, крепко обнимает и прижимается всем телом. Ладони сами собой оказываются на тонкой талии девушки. - Светка… Светка! – восклицает Арбенина и тонет в сияющих серых глазах. - Светка… А та обхватывает ее лицо прохладными ладошками и прижимается к губам.