Источник. Врата теней

Плечо жгло так, будто в него воткнули раскаленный кол. В голове слышались крики, которые резко замолчали в один момент и Филипп погрузился в темноту. Ему казалось, что он плывет по черной реке, не чувствуя ног и рук. Такая легкость манила, не хотелось выходить из этого состояния. Волны над ухом убаюкивали. Парень уже не мог вспомнить кто он, что делал и как оказался тут, ему было все равно. Нужно просто отдаться потоку и плыть, плыть к тишине. Но река, постепенно, исчезала. Сквозь закрытые веки начал проступать свет, на тело навалилась тяжесть, и раненное плечо заныло тупой болью. Шелест волн сменился на мерное тиканье, а в нос ударил запах лекарств. Фил попытался пошевелиться, и все конечности отозвались колкими ощущениями. С трудом разлепив глаза, юноша увидел перед собой белый потолок и яркий свет люминесцентных ламп. Такие использовали в Руиде, так как там было проведено электричество, не опирающееся на магию. Филип пошевелил пальцами и попытался сдвинуть руку, чтобы дотянуться до своих глаз, в которых будто песка насыпали. - Потише, - раздался теплый женский голос над головой. Юноша, с каштановыми волосами, обернулся и увидел перед собой девушку с бледно-розовой кожей и ярко-синими глазами. Она была одета в форму медсестры. - Не надо резких движений. Ты только пришел в себя, но яд еще до конца не вышел. Нужно поберечься, если хочешь быстрее встать на ноги, - и она улыбнулась, обнажая ряд острых мелких зубов.  Филипп совершенно не удивился. Джины могли принимать разные формы, но их разноцветная кожа в контрасте с глазами всегда указывали на магическое происхождение. Теперь-то юноша заметил, что он находится в просторной светлой палате на четыре кровати. Помимо самого Истона здесь находилось еще три раненных, подключенных к каким-то аппаратам. На их фоне Фил выглядел самым бодрым, потому что к нему тянулась только трубка от капельницы, заканчивающаяся иголкой в сгибе локтя. По прозрачным стенкам капельницы текла какая-то красная жидкость, она же находилась в небольшом мешочке на металлической стойке. - Братья, - прохрипел Фил, ощущая ужасную сухость в горле. - Скоро к тебе придут, - аккуратно погладила юношу по голове медсестра. – Я уже сообщила доктору, что ты пришел в себя. Истон заметил, что джин говорит на своем родном языке, и он тут же не исправляется по волшебному приказу купола. Значит, все же Руид сдался тварями Междумирья. А где же Арис? Последнее что помнил юноша с каштановыми волосами, это как полувампир кричал что-то о выходе за территорию Академии, как братья сражались с гончими, а потом одна из них кинулась на него. Клыки вгрызлись в плечо, обжигая колючей болью. Неосознанно Фил повел тем самым плечом, которое прокусили клыки твари. - Раны быстро затягиваются, благодаря рецепту, который дал твой брат, - заметила движения пациента медсестра. - Рецепту? Брат? – уставился на нее непонимающим взглядом юноша. - Да, - снова прохладная рука прошлась по волосам. – Он подсказал, как можно вывести яд от гончих. Уж не знаю, откуда он узнал этот рецепт, но мы теперь все активно пользуемся им. Правда не хватает доноров троличьей крови, но мы уже сделали рассылку по мирам о просьбе помочь в данном вопросе. Голова стала еще сильнее гудеть. Филипп пытался понять, кто из братьев рассказал про этот рецепт, откуда он узнал про него и где все, но понимал, что от джина сейчас не добьется ничего. К тому же, в усталом мозгу начали некоторые слова медсестры путаться. Истон не так часто общался с джинами, поэтому их язык сейчас воспринимался очень тяжело. Тут дверь открылась, и в палату вошел Галиб. На брате была немного испачканная в пыли футболка и черные штаны Путника. Руки были в шрамах от глубоких ран, а взгляд сосредоточенный и прямой. Увидев, что Филипп смотрит на него, качок тут же расплылся в улыбке и подбежал к кровати. - Ты как? – шепотом спросил Галиб, бегая глазами от плеча брата к глазам и обратно. - Нормально, - прохрипел тот и попытался откашляться, чтобы вывести сухой комок в горле, но ничего не получилось. – Пить хочется. - Ага, - махнул короткостриженой головой качок и подскочил к небольшому столику у двери, на котором стояли бутылки с водой, деревянные стаканы и горы чистых салфеток. Налив в стакан воды, Галиб тут же вернулся к Филу и протянул ему воду. Юноша с каштановыми волосами принял его свободной от капельницы рукой, немного приподнял голову и сделал пару больших глотков. Долгожданная прохладная жидкость растеклась по измученному горлу, принося временное облегчение.  Он протянул стакан обратно брату, и тот отставил его на тумбе, расположенной рядом с кроватью. - Нам всем повезло, что защитная магия активизировалась и смогла спасти хоть часть столицы, - глядя на парней, с грустной улыбкой проговорила медсестра. – А то мы не смогли бы спасать раненных. - Чего она говорит? – косясь на джина, шепотом спросил у брата Галиб. Филипп нахмурился и откинулся на подушку, тяжело вздохнув. Да, купол, помогающий понимать друг друга без знания всех языков, пал и до сих пор его не восстановили. Переводчиков не так уж много. В Академии учеников учат разным языкам, но это не факт, что они все знают. Взять хотя бы брата юноши с каштановыми волосами. У него всегда были плохие оценки по языкознанию других миров - Где Арис? – затаив дыхание и уставившись в белый потолок, тихо спросил Фил. Брат промолчал, смотря на свои руки, сжимавшие металлическое ограждение у кровати. Юноша с каштановыми волосами повернулся к нему и присмотрелся. Галиб, хоть и выглядит внушительно и всегда строит из себя бесстрашного героя, был всегда очень чувствителен по отношению к братьям, потому что это были единственные его родные. Вот и сейчас, Филипп заметил слезы в глазах качка и губы были плотно сжаты, будто пытались удержать рвущиеся наружу рыдания. - Он ведь жив? – снова сухость в горле и леденящий страх пауком расползся по груди. - Я не знаю, - прошептал в ответ брат. – Он пошел с Густафом в портал. Филипп почувствовал, как сердце пропустило удар. Мозг на какое-то время отключился и в глазах потемнело. Юноша сжал кулаки, со всей силы впиваясь ногтями в кожу. Если Арис погиб, то и их двоих больше нет. Они всегда сражались вместе, всю жизнь были вместе. Даже, когда впихнулся этот недовампир, брат всегда был рядом, а сейчас его нет? Филипп с шумом втянул воздух, заставляя сердце биться и дышать. Нет, если бы что-то случилось с Источником, наверняка, все бы это узнали и они, его братья, в первую очередь. Арис жив, но он в руках врага и с этим надо что-то делать. - А Венс? – неожиданно для себя поинтересовался Филипп. Если эта пиявка жива, то она все свои силы бросит на спасения Ариса. - Тоже у него, - глянул исподлобья на брата Галиб. – Эта страшная синяя хрень каким-то образом вырубила Венса и на него тоже напала гончая. Густаф пообещал, что расскажет рецепт противоядия, если Арис пойдет с ним. Юноша с каштановыми волосами сглотнул сухой комок в горле. Это так похоже на брата, жертвовать собой, всем миром, ради спасения любимых. Дверь в палату снова открылась, и в комнату вошли врач с ярко-синей кожей и зелеными глазами, а следом за ним шел Хебберт. Мужчина был в полной боевой экипировке, только нагрудные ремни и набедренные сумки были пусты. Видимо заставили все оставить при входе в больницу. - Как замечательно, - улыбнулся врач, ослепляя не только своим белым халатом, но и белоснежными зубами. – Мистер Истон, как себя чувствуете? Филипп, не обращая внимания на джина, уставился на Зака. Брови учителя были сурово сдвинуты к переносице, и между ними пролегла глубокая морщинка. - Арис, - как-то требовательно проговорил юноша. Мужчина сжал губы в узкую линию, но промолчал. - Мистер Хебберт лично пожертвовал своей кровью, ради Вашего спасения, - не понимал причину такого поведения между учителем и учеником, но все же решил смягчить обстановку джин. – Так что, это чудо, что Вы очнулись. Обычно, после укуса гончих любой живой вид впадает в кому и никогда не возвращается. Ваш брат передал очень ценные данные для нашей медицины, - и он с гордостью посмотрел на Галиба. Тот был мрачнее тучи и явно не гордился собой. - Хебберт, мы должны его вытащить, - попытался сесть на кровати Фил, но тут же ощутил головокружение и тошноту. Медсестра моментально кинулась к нему и постаралась уложить обратно. - Мистер Истон, не спешите, всему свое время. Вам нужно до конца ввести противоядие. Мы не знаем, что произойдет при смешении Вашей крови и крови мистера Хебберта, поэтому потерпите немного, - покачал головой врач. - У меня нет времени, - охрипшим голосом попытался возмутиться Фил, хмуро смотря на джина. – Мой брат в опасности. Все миры сейчас в опасности! - Сегодня Император проведет заседание, и мы решим, как действовать дальше, - подал голос Зак. Хотя он и говорил это бесстрастно, но слышалась легкая дрожь. - Мы только теряем время, - не унимался юноша с каштановыми волосами, оттолкнув руки медсестры, попытался снова сесть. – Этот урод скормит его тварям из Междумирья. - Фил, - обеспокоенно посмотрел на брата Галиб. – Прошу, успокойся. - Ты-то должен понимать, - умоляюще посмотрел на него тот. – Нельзя тут сидеть, сложа руки. - Мистер Истон, Вы слишком слабы, чтобы даже просто встать с постели, - все же нахмурился врач. – Если хотите быстрее поправиться, перестаньте волноваться и успокойтесь. Ваши порывы сейчас ни кому не помогут. - От Лоренса нет до сих пор вестей, - внезапно снова заговорил Зак. – На заседание пойду я, так как Мариса тяжело ранена, а Роберт….. пропал, - Филипп видел, как тяжело дались последние слова учителя. Он знал, что между заместителем по безопасности Академии и их куратором есть что-то, вся Академия знала, поэтому юноша не удивился такой реакции мужчины. - Но на это уйдет время, которого у нас нет, - хмуро прошептал Фил. - У нас сейчас нет ресурсов, чтобы противостоять Густафу, - отчеканил Хебберт. – Мы не можем забрать оставшихся Хранителей и двинуться в Шедан, не можем оставить Императора без охраны. Я не могу неопытных и раненных вести на верную смерть. Мы будем запрашивать подкрепление из других миров. - Если бы мистер Врон был бы в руках этого психа, Вы бы сорвались с места на его спасение? – хрипло «выдал» Филипп. Лицо учителя по боевой магии дернулось, глаза потемнели. - Фил, - прошипел Галиб. Он знал, что брат сейчас перегибает палку, хотя сам внутренне бесился от своей беспомощности. - Очевидцы видели, как Роберта утащил в портал какой-то вампир, - ледяной голос был тверд. – Так что, возможно, он так же в руках Густафа. Но если я помчусь туда один, то сделаю только хуже. Сам погибну и лишу Альтерью одной боевой единицы вместе с надеждой на успех боя, - затем мужчина наклонился к кровати и пристально посмотрел на юношу. – Игры закончились, сейчас настоящая война. Вспоминайте все, чему вас учили в Академии и, в частности, чему вас троих учили на тренировках. - Вот именно, троих, - пробурчал Галиб. – А сейчас нас двое. - Но вы по-прежнему связаны, - нахмурился Зак. – Когда мы окажемся в Шедане, только вы вдвоём сможете найти брата. Истоны переглянулись. Они и сейчас ощущали, что Арис жив, но, будто, в каком-то глубоком сне. То, что он жив, еще вселяло надежду, но так было страшно сидеть и ждать. - Моя помощь еще понадобиться? – выпрямившись, Хебберт серьезно глянул на доктора. - В принципе, относительно мистера Истона, то нет, - покачал головой тот. – Лекарство начало действовать. Мы сделаем пару анализов, чтобы посмотреть на реакцию организма в целом, а дальше все зависит от самого мистера Истона, насколько быстро он будет приходить в себя. Джин понимал, что просить полукровку пожертвовать своей кровью, он не может. Даже, для тысячи отравленных. Хебберт единственный кто теперь отвечает за Акдамию, где учились будущие Хранители, защитники от вырвавшихся тварей. Его нельзя лишать сил. - Хорошо, - махнул головой Зак. – Тогда, как только пройдет заседание, я сообщу о решении, - и, бросив взгляд на парней, он резко развернулся и направился к выходу.