Источник. Врата теней

Внутренние залы Железных гор светились миллионами ярких факелов и свечей. Громкая, веселая музыка разносилась по стенам, на которых отплясывали тени. Длинные каменные столы были наполнены разной едой и напитками, от которых кругом шла голова. Смешение разных языков, где преобладал эльфийский, пока что, официальный язык Эльёна, не смолкая лилось между представителями разных рас, которые, в радостном порыве, сошлись на празднике. Гномы устроили настоящее торжество по поводу снятия осады с их города. Благо, что провизии у них было достаточно, чтобы держаться довольно долго. Тем более, небольшие самодельные огородики позволяли выращивать некоторые виды грибов, разводить в подземных озерах рыбу и слизней, которые, хоть и не могли заменить мясо того же кабана, но все же лучше, чем ничего. Тут же была послана весть к отрезанным на концах гор, откуда примчались огромные процессии со всеми необходимыми вещами, чтобы помочь тем, кто провел несколько долгих месяцев в заточении, под страхом и угрозами демонов. - Эм, Господин, может не стоит налегать на вино? – смотря, как глаза-огоньки Диамида уже горят ярче обычного, и принц начинает вести себя не вполне адекватно, тихо проговорил Галиб. Но его слова явно прошли мимо ушей наследника дриад, потому что он что-то рассказывал такому же захмелевшему гному, который был ростом с него и сидел, сонно хлопая глазами, пытаясь не упасть лицом в чашку с грибным салатом перед ним. - Я не знал, что дриады пьянеют, - с любопытством смотря на принца, пытаясь перекричать музыку, проговорил сидевший напротив друга Руфус. - Потому что они обычно не пьют, - тяжело вздохнул Истинный, понимая, что ничем хорошим это не закончится. - У дриад нет алкоголя? - Ты видел, чтобы деревья бухали? – хмуро глянул на него Галиб. Руф удивленно заморгал, пытаясь представить себе эту картину. - Мы – не деревья, - обижено сморщил нос Диамид и, повернувшись к своему Истинному, с укором посмотрел на него. – Мы – представители самой древней расы, которая существовала еще до появления, даже, некоторых миров. Вот ты знал, что мир людей появился намного позже всех остальных? - А разве не мир полукровок появился позже всех? – с ухмылкой спросил Руфус. Он понимал, что спорить с пьяным принцем бесполезно, но, все же хотел услышать его версию. - Альтерья существовала давно, - расфокусированные огоньки метались по лицу Руфа, пытаясь сосредоточиться. – Просто у нее еще не было названия и системы. Да и полукровок было очень мало, и жили они как дикари… - И ходили в шкуре животных, я понял. Господин, хватит пить, - Галиб потянулся, чтобы отобрать из рук мальчишки бокал с вином, но тот, резко одернув руку, расплескав часть напитка на свою ладонь и на голову уже уснувшего гнома, нахмурился. - Но-но-но. Кто тут хозяин? - Понятное дело что Вы, поэтому не надо терять лицо перед вашими солдатами, - снова потянулся за бокалом Истинный. - Мои солдаты меня всегда поймут. - И настучат отцу. - А что отец? – упрямо выпятил подбородок Диамид. – В свое время он путешествовал, правда, не по всем мирам, не все они были еще открыты, но все же. Теперь я имею права испробовать все, чтобы потом не жалеть о потраченном впустую времени. Галиб нахмурился, уже прикидывая, как он будет оправдываться перед Дафносом за пьянку его сына. Все же король дриад доверился полукровке, а тут такое. - К тому же, ты же рядом, - прищурился принц, внимательно следя пьяным взглядом за хмурым лицом Истинного. – Ты мой, а значит, будешь вечно рядом со мной, служить мне. Никогда и никому не отдашь. Так ведь? Брови Галиба поползли вверх. Ему совершенно не нравилось то русло, в которое принц уводит разговор. Руфус с интересом и улыбкой наблюдал за происходящим. Он, уже давно, потерял из виду Эфи, которая, выпив вина, умчалась танцевать с эльфом, давно решил отойти от сердитого Фила, который, попробовав вино, чуть не запачкал весь стол и сейчас сидел рядом с Каэлем и ревностно следил, чтобы никто пьяный не притронулся к его некроманту, а со старшими парню было просто скучно. - Знаешь, а ведь Истинные всю свою жизнь посвящали служению нам, - Диамид прижался плечом к Галибу и заглядывал снизу вверх в его сердитые глаза. – Они были рядом и в горе, и в радости. Бывало, что делили одну жену на двоих. - Какой кошмар, - буркнул тот и, все же, выхватил из рук мальчишки бокал вина, которое он чуть не вылил окончательно на голову спящего рядом гнома. - Но, бывало, что дриады заключали брак с Истинными, - на захмелевшем лице Диамда проступила нежность. Юноша напрягся. - Скажи, Галиб, я тебе нравлюсь? - Хера се, - хихикнул Руфус. Друг же его сидел с широко раскрытыми глазам и не понимал, что ему делать. Учась в Академии, Галиб пользовался вниманием у девчонок из-за своего спортивного телосложения. Но в учебе он был очень слаб, его тащили братья, да и в разговорах не блистал эрудицией, поэтому, хотя и были попытки завести отношения, но все кончались тем, что девушке становилось скучно. Когда произошло пробуждение, память крови вернула все то, что было давно запечатано, юноша осознал, что он не так уж и глуп и много чего знает, но вопрос об отношениях и личной жизни потерялся среди всех событий. Он ощущал, что должен быть рядом с Диамидом, что всю жизнь должен посвятить служению ему, что без этого мальчишки нет смысла жизни. Память крови крепко привязала его к наследнику дриад, но, в то же время, та часть сознания, которая формировалась во время жизни с братьями, не совсем угасла. Галиб готов был на все ради братьев, и он бы не знал, что бы сейчас делал, не пойди Диамид ему на встречу. И вот, услышав этот пьяный бред, Истинный не знал, что ему делать. - Я понимаю, память крови и все такое, - покачал головой принц, отчего лиственные волосы колыхнулись, отражаясь золотистым отсветом в пламени факелов. – Но, если убрать все это, я тебе нравлюсь? Ты был бы моим парнем? - Так, Вам пора спать, - буркнул Галиб и встал из-за стола. - Почему ты уходишь от ответа? – нахмурился Диамид и попытался вырвать руку из хватки Истинного, который пытался его поднять, но силы были не равны, поэтому мальчишка был рывком поставлен на ноги. - Этот разговор сейчас не имеет смысла, - строго посмотрел на принца юноша. – Утром все обсудим. - Утром будет не то, - топнул ногой тот. – Я буду стесняться и не смогу сказать, как ты мне нравишься, как я хочу, чтобы ты чаще меня касался, как смотрел бы на меня, чтобы видел не только твоего повелителя, но и любовника. Глаза у Истинного округлились. Он никогда не посмел бы думать о наследнике дриад в таком ключе, для него это означало, что он бы осквернил его. Сейчас же, услышав подобное, что-то сдавило грудь, шум в голове затмил музыку и все остальные звуки. Подсознание подсказывало, что все это неправильно, что он не имеет права даже немного коснуться такой запретной мысли, но взгляд Диамида не отпускал. И тут, неожиданно, мальчишка приподнялся, оперся ладонями на широкую грудь Галиба и приник губами к губам Истинного. Руф ойкнул и отвернулся, делая вид, что его кто-то или что-то заинтересовало на танцполе. Галиб ощущал кислый запах вина, его терпкость на губах Диамида. Он думал, что губы наследника дриад будут холодными и жёсткими, но они оказались мягкими и горячими. Это тепло разлилось по телу, заставляя задержать дыхание. Поцелуй длился мгновение, но Галиб почувствовал, как его тело отозвалось на него. Жар захватил голову, низ живота приятно заныл, хотелось обнять Диамида и прижать к себе, отвечать на поцелуй, жадно, неистово, но мальчишка отстранился и внимательно посмотрел на Истинного. - Я так устал, - прошептал принц и уткнулся носом в грудь Галиба. – Я хочу спать. Тот тяжело сглотнул, пытаясь унять поднимающееся желание, и, подхватив принца на руки, понес прочь из зала. Юноша понимал, что на утро Диамид ничего может и не вспомнит, вот только его слова, его мысль теперь прочно засела в голове у Истинного. Нужно было ее срочно выкинуть, заклеймить как запретную, но так не хотелось расставаться. Идя к выходу с наследником дриад на руках, Галиб прошел мимо дальнего края стола, за которым сидел Роберт, Богарт и правитель подземного города. Тучный, похожий на шарик с пышной черной бородой и кустистыми бровями, гном рассказывал о тех днях, которые пришлось пережить ему и его народу, находясь в осаде. Богарт слушал и активно поглощал угощения, изредка бросая обеспокоенный взгляд на полукровку. Тот же не притронулся к еде, сидел какой-то хмурый и уставший. - Вы не едите грибы? – тоже обратил внимание на поведение гостя Гахир, важный гном с важной бородой. - Ем, спасибо большое,- слабо улыбнулся в ответ Врон. – Просто, я очень устал сегодня. - Да, да, понимаю, - замахал головой правитель. – Мы все очень благодарны за наше освобождение. Не каждый способен справиться с Аскарой, одной из сильнейших демонесс. При упоминании бывшего врага Роберт дёрнулся и нахмурился, приложив ладонь к груди. Весь вечер он ощущал жжение и боль в том месте, где была обработанная рана. Мужчина не помнил, чтобы Аскара обладала каким-то ядом, да и врачи у гномов были отличные, но, все же, боль его не отпускала. - Извините, я хотел бы отдохнуть, - Врон поднялся из-за стола. Гахир, тут же, тоже вскочил на ноги. - Мои ребята Вас проводят. - Нет, спасибо, - снова слабая улыбка. – Я сам. Мне уже показали, где моя комната. - Может, Вам принести угощения туда? - Нет, не надо. Я посплю. Завтра тяжелый день, много вопросов надо решать. Мне просто нужно выспаться. - Конечно, конечно, - закивал лохматой головой правитель. – Доброй ночи Вам, мистер Врон. - Доброй ночи и спасибо за угощения, - и мужчина развернулся к выходу. - Роберт,- тоже поднявшись на ноги, Богарт обеспокоенно посмотрел на полукровку. Тот обернулся. - Все в порядке? – вкрадчиво поинтересовался тролль. - Да, в полном. Я просто устал. - Если что, говори, я попытаюсь решить проблему. - Спасибо, - улыбнувшись напоследок уже ставшему настоящим другом Богарту, мужчина вышел из зала. Как в бреду Роберт брел по полутемным коридорам подземного города. Жжение в груди все больше нарастало. Но это было не то жжение, какое исходило от метки Венса. Черная коса на руке разгоралась теплом, горячим, мягким пламенем, а тут казалось, что к груди прислонили кусок раскаленного железа. Быть может, в рану успела попасть какая-то инфекция? Нужно было взглянуть и уже тогда думать, звать врачей или нет. - Роберт! – уже подойдя к двери своей комнаты, Врон услышал оклик. Обернувшись, он тут же наткнулся на Савиана. Эльф подошел очень близко, от него пахло жаренными грибными лепешками и вином, хотя взгляд был чистым, не затуманенным алкоголем. - Ты почему ушел? – внимательно посмотрел он в карие глаза куратора. - Устал, - спокойный ответ. - Точно? Тебе не плохо? Ты выглядишь очень бледным, - еще шаг, и Савиан зажал Роберта между собой и стеной. - Все хорошо, мне нужно поспать, - опустил голову тот, понимая, что боль в груди становится невыносимой. Прохладные пальцы эльфа коснулись подбородка мужчины, поднимая голову. Другая рука скользнула на поясницу Врона, прижимая его бедра к бедрам Савиана. Сладкие от вина губы коснулись сухих, горячих губ Роберта. Куратор положил руки на плечи эльфа и сжал плотную кофту, которую тот надевал под латы. Дыхание сбилось, боль в груди немного затихла, уступая место головокружению от запаха вина, от жара исходившего от настенных факелов и тела Савиана. Эльф прижался еще сильнее, его нога скользнула между ног Роберта, позволяя их бедрам стать еще ближе. Язык эльфа во рту полукровки ласкал, наслаждаясь ответной реакцией. Куратор ощущал, как возбуждение Савиана трется о его бедро, как он весь дрожит. Видимо алкоголь усилил желание, которое уже было тяжело сдерживать. Губы эльфа скользнули на шею Врона, бедра толкнулись вперед. - Подожди, - прошептал мужчина, снова ощутив жжение в груди. – Не сейчас. Стой. - А когда? – прошептал куда-то в область шеи Савиан, обдавая нежную кожу горячим дыханием, продолжая оставлять влажные поцелуи. - Давай, в начале, освободим твой народ, - еле слышно, уже совершенно без сил, ответил Роберт. Он цеплялся за плечи эльфа, понимая, что может упасть в любой момент, но этого делать нельзя. Не хотелось, чтобы тот беспокоился. Тем временем, Савиан отстранился и, горящими от возбуждения глазами, уставился на Врона. Светло-голубые глаза эльфа теперь казались совершенно черными, румянец на щеках горел яркими пятнами, дыхание толчками вырывалось из приоткрытых влажных губ. - То есть, когда Морьям будет освобожден, ты станешь моим? – голос с хрипотцой, пульсация кольнула бедро полукровки. - Да, - Роберт был готов сейчас согласиться на что угодно, лишь бы его оставили в покое. Сдерживать рвущийся крик боли было все сложнее и сложнее. Услышав ответ, Савиан замер, ощущая, как дрожь охватывает все тело. Руки эльфа ослабли. Почувствовав это, Врон тут же выскользнул из его объятий и быстро прошмыгнул в свою комнату, плотно прикрыв дверь. Он не видел радостной улыбки на лице Савиана, не видел, как тот прикусил нижнюю губу и с прищуром прожигал дверь несколько секунд. Все это совершенно не интересовало мужчину. Он пытался справиться с болью. Сняв на ходу рубашку путника и швырнув ее куда-то на пол, Роберт, на заплетающихся ногах, прошел в ванную комнату. Небольшая свеча, помещенная в колбу, горела рядом с мутным зеркалом над каменной раковиной. Тяжело дыша, кусая губы до крови от боли, мужчина оперся на вытянутых руках на края раковины. В самодельной поверхности зеркала виднелось его расплывчатое бледное лицо в обрамлении темных кудрей, горящие, черные глаза и кровавые от укусов губы. Рана на груди покраснела. Витиеватый, непонятный рисунок по краям рваной кожи пылал, будто воспалился. От красных линий отходили синие прожилки вен, выделяясь черными лентами на бледной коже груди. Открыв воду, Роберт опустил голову и принялся умывать лицо. Прохлада подземной воды хоть немного успокаивала, бодрила мысли. Промывать рану этой водой мужчина не рискнул, надо бы позвать врача. Умывшись и тряхнув кудрями, Врон поднял голову, чтобы снова взглянуть в зеркало, и ощутил, как сердце остановилось. В мутном отражении, позади Роберта, виднелось скалящееся лицо с желтыми глазами. Черные короткие волосы и две пары рук маячили где-то в полутьме ванной рядом с лицом. Резко развернувшись к раковине спиной, мужчина увидел перед собой демонессу. - Аскара? – ошарашенно прошептал он. Женщина, одетая так же, как и во время боя на площадке перед входом в подземный город, продолжала растягивать губы в оскале улыбки. - Но… как? – полукровке казалось, что он бредит. Скорее всего, в рану попал яд, который теперь вызывал галлюцинации. - Ты и твой помощник из Междумирья меня недооценили, - голос жесткий, натянутый. – Думали, что я вот так, выйду на бой один на один и с тем, кто имеет связь с ангелами? Какого плохого вы обо мне мнения. - Клон, - кадык дернулся, Роберт понимал, что сейчас перед ним стоит настоящая демонесса из плоти и крови, что это не бред его воображения. - Скорее всего тень, - прищур, и Аскара сделала шаг навстречу Врону, заставляя того с силой сжать края раковины за собой. – Я хотела захватить Железные горы, самые большие в Эльёне, самые густонаселенные, чтобы потом контролировать передвижение других войск. Думала, смогу вытеснить Архона из Морьяма, этого подлизу Аритрута. Но тут, мне пришла весть, что какие-то там союзные войска, с Проводником во главе, решили меня выгнать с насиженного места. Ну не наглость ли? - снова шаг. – И тут я подумала, а зачем мне эти вонючие гномы, когда я могу захватить того, кто приведет меня к Источнику, того, кто так нужен этому выскочке, типо Императору. Но, я же не совсем дура, понимаю, что Источник опасен для меня. Поэтому, я решила проверить твою силу и связь с отпрыском Аритрута, а сама нанесла печать, чтобы сделать свой же призыв на тебя. И вот, я здесь, мой сладкий человечек. Роберт весь напрягся. Рана больше не жгла, но слабость никуда не делась. Нужно было что-то делать, но что? При нем ни оружия, ничего. Метка Венса молчит, а как самому связаться с Арисом, куратор понятия не имел. Но, больше всего, его беспокоило то, что демонесса внутри гор, что там, в большом зале, сейчас куча пьяных гномов, эльфов, троллей. Там дети, которых он поклялся оберегать, а сам подверг такой опасности. Дернувшись, мужчина хотел проскользнуть мимо Аскары к выходу, но та была быстрее. Вскинув руку, он схватила Роберта за горло и, прижав к холодной каменной стене, приподняла над полом. Тот вцепился в ее запястья, судорожно ловя ртом воздух, понимая, что задыхается. - Ты приведешь меня к Источнику, ты заставишь его подчиняться мне и я стану правительницей семи миров. Мы уничтожим Аритрута и всех его шавок, - безумие в желтых глазах женщины сочилось через край. - Нет, - прохрипел Врон. – Никогда. - Дурак, - хмыкнула Аскара. – Я не спрашиваю, я утверждаю, - и она, развернувшись, швырнула полукровку в угол ванной комнаты. Ударившись об стену, Роберт сполз на пол и тут же потерял сознания, не ощущая, как по темным кудрям стекает тонкая струйка крови.