Not a Soldier Yet (Еще не солдат)

После ритуала состоялся большой пир, но Нетейам сосредоточен только на одном - на Аонунге. Нейтири смотрит на него понимающим взглядом, ее глаза радостно мерцают от волнения сына. Меткайинцы танцуют и громко поют, празднуя успех своих молодых соклановцев — этот ритуал проходит только раз в году, да и то не всем разрешается в нем участвовать. Аонунг тоже танцует вместе со своей сестрой и Ротто. Нейтири тянется к руке Нетейама и сует что-то маленькое в его ладонь, сомкнув вокруг этой вещи пальцы. Нетейам в замешательстве смотрит на нее, но женщина лишь заговорщически улыбается и подталкивает сына к Аонунгу. Ночь только начинается — празднование закончится нескоро. Аонунг обучает Нетейама простым танцам клана, покачиваясь вместе с ним, когда показывая ему, как двигаться. Рифовый должен будет сделать свою первую татуировку на рассвете следующего дня, как и остальные. Нетейам же решил не портить свою кожу темными чернилами. — Пойдем со мной, — шепчет Аонунг ему на ухо и берет его за руку, направляя. Вместе они ускользают незамеченными для всех, кроме Нейтири, которая склонила голову, глядя на них понимающим взглядом. Нетейам легкими шагами следует за Аонунгом: — Куда мы идем? — К древу духов, — произносит Аонунг, оглядываясь на него. — Прокатишься со мной? Нетейам кивает, улыбаясь. Аонунг подзывет своего илу, и вместе парни забираются ему на спину, уносясь под воду, к священному дереву. Когда они добираются, илу неспешно уплывает, а два парня направляются к дереву, не торопясь и кружась вокруг друг друга. Аонунг делится своим дыханием с Нетейамом. Они подплывают к Древу духов, желудок нервно гудит, приглушенный водой. Рифовый знает, что Цирея уже водила семью Салли сюда, но он тогда еще не был с Нетейамом. Маленькие, светящиеся золотые существа, семена Эйвы, плавают вокруг них, кружась вокруг их сцепленных ладоней. Нетейам все еще сжимает в другой руке маленький предмет, который дала ему мать, еще не зная, что это такое. Аонунг поворачивается к нему лицом, по-мальчишески улыбаясь. Нетейам отпускает руку и тянется к волосам меткайинца, медленно стягивая с них бечевку. Волосы Аонунга ниспадают вокруг него изящным ореолом, обрамляя его мягкие черты лица. Он подплывает чуть ближе и обхватывает щеки Нетейама ладонями, затем он перемещает их к волосам лесного, делая то же, что и он несколько мгновений назад. Аонунг распускает волосы Нетейама, снимая с них бусы, собирая их в одну руку, другой бережно расплетает каждую косичку. Нетейам забирает бусы у Аонунга и убирает их для сохранности в свой мешочек вместе с тем предметом, что дала ему Нейтири. «Мне нужен воздух», — жестами показывает он, медленно начиная подниматься на поверхность, наблюдая, как Аонунг следует за ним — его бедра и хвост изящно покачиваются из стороны в сторону. Даже у Аонунга теперь не хватает воздуха для них обоих — они слишком долго находятся под водой. Нетейам глубоко вздыхает, его волосы падают ему на глаза. Уже темно — наступила ночь. В Ава’атлу царит мир и тишина. — Тебе не нужно ничего делать. Позволь мне позаботиться о тебе, — шепчет Аонунг ему на ухо, притягивая ближе, когда они плавают лицом друг к другу в бледном лунном свете. Нетейам мягко улыбается ему, щуря уголки глаз. Младший на’ви слегка покраснел, его глаза заблестели, когда Аонунг наклонился, чтобы поцеловать его, убирая волосы с его лица. — Я готов, — шепчет Нетейам ему в губы. Аонунг кивает, отстраняясь. Он берет обе руки Нетейама и заглядывает в его золотые глаза, которые с любовью смотрят на него в ответ. Аонунг соприкасается с ним лбами, когда Нетейам прижимается к нему грудью. Меткайинец удерживает их обоих от погружения под воду, его сильный хвост медленно покачивается позади. В тишине ночи их руки расцепляются. Нетейам тянется назад, проведя пальцами по основанию своей косы. Желудок Аонунга делает кульбит. Его губы дрожат, когда он так же тянется к своей косе, вытаскивая ее вперед. Глаза Нетейама закрываются, когда нежные щупальца медленно закружились, образовывая связь на всю жизнь, связывая вместе две души под бдительным взглядом Эйвы. Ее семена продолжают танцевать вокруг парней, озаряя воду нежным светом. Аонунг резко выдыхает, закрывая глаза. Они постепенно погружаются, уходя с головой под воду, прижимаясь друг к другу. Ожерелье Нетейама плавает рядом с его лицом, зуб, связанный тонкой веревкой, постукивает по уголкам его рта. Они остаются в блаженном неведении об окружающем мире, окутанном светом дерева духов. Парни выныривают, чувствуя, как их легкие горят, и прижимаются друг к другу, все еще связанные своими косами. — Я вижу тебя, — шепчет Нетейам. Аонунг глубоко вздыхает. Его сердце сейчас переполнено чувствами, готовое разорваться. — Я вижу тебя, мой Нетейам. Вместе они плывут к берегу. Нетейам давит на плечи Аонунга, пока меткайинец не садится на мягкий песок. Аонунг нежно касается его бедер, поглаживая синие полосы большими пальцами. Их связь не даёт им отойти слишком далеко друг от друга. Нетейам медленно опускается на землю, его колени обхватывают бедра Аонунга по обе стороны, их груди прижимаются друг к другу. Его губы и глаза едва приоткрыты. Аонунг ухмыляется, обхватывая затылок лесного мальчика, завлекая его в поцелуй. Их глаза закрываются, растворяя их в прикосновениях друг друга, когда парни медленно соприкасаются бедрами. Пальцы Аонунга путаются во все еще влажных волосах Нетейама. Он осторожно тянет за пряди, слегка наклоняя голову лесного вбок. Аонунг проводит руками по спине Нетейама и обхватывает мягкую плоть его ягодиц, притягивая ближе. Меткайинец проводит пальцем вверх и вниз, вдоль основания хвоста Нетейама, тихонько посмеиваясь, когда тот начинает крутиться, свободно обвиваясь вокруг широкого запястья, по-видимому, против воли Нетейама. Тот молчит, пока Аонунг медленно развязывает завязки его набедренной повязки по бокам его бедер. Меткайнец задерживает их на месте еще мгновение, ища в глазах Нетейама любые признаки дискомфорта. Когда он ничего не находит, то отпускает ткань, все еще держащуюся на тонких нитях, обернутых вокруг хвоста Нетейама. Аонунг цепляет одним пальцем нить и лениво тянет, будто просто играет. Набедренная повязка соскальзывает с бедер Нетейама, безвольно падая им в ноги вместе с прикрепленным к ней мешочком. Нетейам сглатывает, чувствуя, как румянец покрывает его полосатое лицо, и кладет ладонь на щеку Аонунга, чувствуя бегущую по телу дрожь. Нетейам вздрагивает, когда Аонунг поворачивается, чтобы поцеловать его ладонь. Рифовый тянется за спину Нетейама, опуская руку ниже, пока кончики его пальцев не коснулись того, что он искал. Дыхание Нетейама сбивается — это ощущение чуждо для него. Он чуть шире расставляет ноги и наклоняется вперед, упираясь ладонями в грудь Аонунга. — Аонунг, — шепчет он нервно, полным преданности голосом. — У меня в сумке… Аонунг кивает ему и тянется за маленьким кожаным футляром, не спрашивая, что он должен там найти — он уже знает. Прежде чем отложить сумку в сторону, он достает из нее небольшую баночку. Меткайинец открывает ее, окуная пальцы в бесцветное масло внутри, щедро смазывая их. Нетейам забирает у него контейнер, надежно спрятав его в ладони, не желая терять его из виду — он может снова понадобиться. — Могу я? — мягко спрашивает Аонунг приставляя кончик пальца ко входу Нетейама, слегка надавливает, чтобы подчеркнуть, что он имеет в виду. Только когда Нетейам кивнул, он продолжил давить, проникая внутрь, не забывая о чувствительности парня. Нетейам полностью в его власти, с закрытыми глазами, прислонившийся щекой к плечу Аонунга. Его брови на мгновение нахмурились, прежде чем он снова расслабился, чувствуя, как его нутро наполняется жаром. Медленно второй палец присоединяется к первому — рифовый слышит, как у Нетейама перехватывает дыхание. Аонунг проводит рукой по внутренней стороне его бедра, надавливая, чтобы тот раздвинул их шире, после того как уложил рифового на спину. Он тихо задыхается от действий Аонунга, который двигает своими пальцами внутри осторожно и ритмично. Он двигает ими, наблюдая, как Нетейам корчится под его пылающим взглядом. Аонунг в один момент вставляет пальцы до упора и сгибает их, вырывая из Нетейама стон. Меткайнец продолжает в том же духе, кажется, целую вечность, пока Нетейам не останавливает его, хватая за запястье. Аонунг убирает руку, тяжело сглотнув. Нетейам усаживается на его бедра, развязывая завязки набедренной повязки Аонунга, и стягивает ее, отбрасывая далеко в сторону — Аонунг на секунду задумался, найдет ли он когда-нибудь ее снова. Руки рифового на’ви безвольно замирают, и он резко выдыхает, когда Нетейам без колебаний обхватывает нежной рукой его член, проверяя его на ощупь. — Он отличается, — бормочет Нетейам так тихо, что Аонунг сначала почти не расслышал его в оцепенении. Меткайинец вопросительно хмыкает: — Отличается от чего? Нетейам застенчиво улыбается, отводя взгляд: — Я никогда раньше ни к кому не прикасался. Аонунг прикусывает щеку изнутри, чувствуя, как тепло наполнило его грудь, когда Нетейам медленно начал двигать рукой. — Я тоже. Нетейам с надеждой смотрит на него: — Ты целовался с кем-нибудь еще раньше? Щеки Аонунга вспыхивают еще сильнее, он быстро мотает головой, затаив дыхание: — Только с тобой. Нетейам дрочит ему еще некоторое время, не торопясь, играя с кончиком члена Аонунга, отмечая, что это самая чувствительная часть. Его глаза опускаются, а язык мелькает, облизывая пересохшие губы. Аонунг тянется и нежно целует Нетейама, осторожно убирая руку лесного со своего члена, и притягивает его ближе за талию. Они замирают, глядя друг на друга, обнаженные и страстно желающие завершить этот танец. Нетейам передает маленькую баночку с маслом Аонунгу, убеждая его смазать себя. Аонунг не раздумывает — его сердце бешено колотится о ребра в предвкушении. Мягкий свет Древа духов освещает лицо Нетейама, окрашивая его в фиолетовый оттенок, приятно смешавшийся, с его голубыми красками. Нетейам наклоняется приподнимая бедра — бабочки порхают у него в животе. Он знает, что с этого момента пути назад нет. Нетейам резко вздохнул, прежде чем начал опускаться на Аонунга, связывая их двоих вместе на всю жизнь. Рифовый наблюдает за ним с расширившимися зрачками, загипнотизированный нежной, но дикой красотой перед собой. Он ставит банку на землю и кладет руки на талию Нетейама, помогая ему. Они двигаются навстречу друг другу тягуче медленно, сладко, чувствуя, как их тела горят неистовым желанием. Аонунг хотел бы остаться в этом моменте навсегда. Он тянется вперед, толкая его, пока Нетейам не оказывается на спине, цепляясь ногами за талию рифового. Пальцы его ног поджимаются, а голова запрокидывается назад — Аонунг успевает подложить руку под затылок Нетейама, защищая его от удара головой об землю. Рифовый наклоняется, чтобы поцеловать его, обхватывая обеими ладонями его щеки, но не прекращая двигать бедрами, неоднократно вжимаясь с гибкое тело, раскачивая Нетейама вперед с каждым толчком только для того, чтобы притянуть его обратно. Мягкие стоны лесного эхом разносятся вокруг них, заполняя тишину и сливаясь с собственными стонами Аонунга. Меткайинец прижимается лицом к шее Нетейама, дрожа, когда его тело взрывается покалыванием. Их связь усиливает каждую маленькую эмоцию, которая проносится через их тела, позволяя им почувствовать то, что другой чувствует в этот момент. Аонунг медленно двигается, переворачивая Нетейама на живот. Лесной на’ви с любопытством оглядывается на него, когда рифовый прижимается к его спине и целует кончик уха, посмеиваясь, когда оно дернулось от внезапного прикосновения. Аонунг снова окунает пальцы в масло и легонько наносит его на кожу на спине своего возлюбленного, наблюдая, как Нетейам слегка корчится от холода. — Все хорошо? Нетейам кивает, все еще наблюдая за ним краем глаза, а затем закрывает глаза, размыкая губы, когда Аонунг снова прижимается к нему. Ноги Нетейама вытянуты позади него — это было совсем другое ощущение. Он тянется назад и хватает бедро Аонунга одной рукой, направляя его, побуждая двигаться снова. Аонунг чувствует, как воздух из его легких медленно выходит. Он откидывает свои вьющиеся волосы за плечо, отводя их в сторону, когда его бедра толкаются вперед, в нежное, покорное тело под ним. Рифовый целует Нетейама в плечо прежде, чем разомкнуть губы. Не замедляя движения ни на секунду и не ускоряя, он остается в идеальном ритме, вонзаясь зубами в кожу Нетейама, вырывая из него стон. Колечко мышц импульсивно сжимается вокруг члена Аонунга, отчего тот сбивается с ритма. — Аонунг, пожалуйста… — умоляет Нетейам дрожащим голосом, когда по всему его животу пробегает дрожь, — меткайинец вопросительно мычит в его плечо. — Прикоснись ко мне, — шепчет Нетейам, прижимаясь бедрами к бедрам Аонунга. Рифовый мягко улыбается и тянется поцеловать шею Нетейама, слегка посасывая кожу, прежде чем он тянет руку между ног Нетейама, обхватывая эрекцию лесного на’ви в кольцо пальцев. Тот тихо стонет, переполненный наслаждением. Пальцы ног Нетейама поджались, мышцы напряглись во всем теле, когда удовольствие захлестнуло его неистовой волной. Его освобождение пачкает руку Аонунга, наполняя его еще более глубоким желанием. Благодаря их связи Аонунг мог чувствовать все, что чувствует Нетейам — их сердца бьются как одно. Ему потребовалось немного больше времени, чтобы достигнуть освобождения, крепко прижимая обмякшего Нетейама спиной к своей груди, не отстраняясь, входя еще глубже. — Нетейам, — тихо выдыхает он, растягивая губы в мягкой улыбке, всем телом наваливаясь на тело Нетейама, сильнее вдавливая его в мягкий песок. Лесной вытягивает руки перед собой и пытается отодвинуться от Аонунга, желая обернуться. Рифовый просовывает руку между ног Нетейама, вынимая свой член. Взгляд бледно-голубых глаз прослеживает за дорожкой прозрачной жидкости, выскользнувшей и стекающей по коже Нетейама до тех пор, пока не исчезла там, где Аонунг больше не может ее видеть. Рифовый лежит на боку, притягивая Нетейама к себе за затылок, они цепляются друг за друга, задыхаясь, с тяжело вздымающейся грудью. Одну ногу Нетейам закидывает ему на бедро. Песок прилипает к их потной коже, но никто, казалось, не замечает этого, на какое-то время, потерявшись в компании друг друга. Аонунг играет с прядью волос Нетейама, пока золотые глаза невинно заглядывают в его лицо. Лесной улыбается так красиво, что Аонунг чувствует, как воздух с обожанием покидает его легкие. Он глубоко вдыхает и медленно усаживает их обоих, прижимая к себе Нетейама, которому так приятно, что о нем заботятся. Аонунг встает, поднимая на руки гибкое тело и медленно направляется к воде, позволив ей окружить их, когда он погрузился и отпустил Нетейама, наблюдая, как лесной вытягивает свои конечности, освещенные деревом духов. Их связь медленно расцепляется, косы снова падают за спины. Волосы Аонунга плавают вокруг него облаком пушистой черноты. Улыбка снова украшает его лицо, когда он смотрит, как Нетейам медленно кружится в воде, чувствуя связь с окружающей их природой. Нетейам подплывает к нему и берет его за руку, направляясь обратно к берегу. Он предлагает Аонунгу его набедренную повязку. Тот подмечает, что на лице лесного нет ни намека на стыд, когда он наклоняется, поднимая ее с земли. Аонунг сглотнул, но не осмелился сказать ни слова, боясь нарушить этот чарующий безмолвный момент между ними. Он надежно завязывает веревки вокруг своих бедер и хвоста, наблюдая, как Нетейам делает то же самое. Лесной забирается в свой недавно найденный мешочек, вытаскивая что-то из него и пряча от любопытного взгляда Аонунга. Он подходит к рифовому, укладывая руку ему на талию. В другой его руке находится подарок для Аонунга. Браслет, дополняющий повязку меткайинца. Он украшен ракушками бледно-кремового цвета и бирюзовыми бусинами. Зрение Аонунга затуманивается слезами, но он быстро смагривает их, позволяя Нетейаму надеть браслет на его руку и затянуть завязки так, чтобы он идеально сидел. Лесной целует плечо Аонунга, слегка царапая кожу зубами. Взгляд рифового перемещается на еле заметный след от укуса на плече Нетейама, на формирующийся яркий синяк на его шее, чувствуя, как незнакомые теплые эмоции наполняют его изнутри. Аонунг берет Нетейама за руку и уводит от воды к мягко светящимся растениям. Он тянется между разноцветными листьями и вытаскивает небольшой, аккуратно завернутый, сверток. Аонунг передает его Нетейаму, принимающему его с беззаботной улыбкой. Лесной на’ви осторожно разворачивает темно-зеленые листья и резко выдыхает от увиденного. Это было ожерелье. Оно немного короче того, что подарила ему мать. В середине была только одна раковина, украшенная двумя маленькими бусинами, по одной с каждой стороны. Ракушка была великолепна, мелкие пятна украшают ее поверхность, светясь в темноте так же, как веснушки-созвездия Нетейама. Аонунг берет ожерелье из его рук, вставая позади него, откидывая волосы в сторону и надежно завязывает мягкую коричневую нить ожерелья. Нетейам разворачивается к нему лицом, чувствуя, как грудь распирает от гордости, что он теперь носит его подарок. Аонунг нежно целует его, лаская пальцами лицо. — Нам нужно вернуться, — произносит Нетейам, мягко нарушая тишину. Аонунг кивает, разочарованный тем, что момент упущен, но солнце уже начинает озарять ночное небо пятнами золотого света. Он подзывает своего илу, ожидая, когда тот приплывет. Как только животное появляется, рифовый снова берет Нетейама за руку — он уже давно сбился со счета, сколько раз он держал его руку в эту ночь — и усаживает его на илу, садясь позади него и вытягивая руку, чтобы направить существо обратно к деревне, где празднество все ещё наполняет жизнью светящуюся ночь.