Katarsis

Мотивация — это херня. Мотивированные люди — это причина всех проблем.

Мошенники, серийные убийцы, растлители малолетних, ортодоксальные христиане.

Эти люди высокомотивированные. В любом случае я думаю, что мотивацию переоценивают.

Джордж Карлин

— Что за черт?! — беловолосую девушку подхватила под плечи другая, с серо-коричневыми раскидистыми крыльями. Спустя почти две минуты полета они опустились на крышу какого-то здания. — Ты ведь Катарашису Михо? — зевая, спросила крылатая. — То есть вы даже не были уверены, что это я. — немного нервно утвердила школьница. — Пойдем, у нас патруль. — и почему мне всегда попадаются одни сумасшедшие? Немного ранее.

POV Михо

      Только меня выпустили из лазарета, как нам выдали наши геройские костюмы и послали из школы далеко и надолго, кхм… на стажировку. Я не была уверена, какой именно герой меня принял, ведь и агентство Ястреба, и агентство Совы, оба находились в Кюсю, и нам сказали только наши остановки, но не к кому мы попали. Хотя Сову я ставила в приоритет номер один, так что надеюсь, что это она.       Со мной в одну сторону пошел и парень с головой птицы, как его звать, не помню. Ни один из нас не спешил начать разговор первым, так что мы просто шли в приятной тишине. Но, похоже, любопытство все же пересилило социофобию, и птенчик задал вопрос. — Ты тоже идешь в агентство Ястреба? — ему прислал приглашение Ястреб? Круто. — Я не уверенна. Мне просто скинули геолокацию. Агентства Ястреба и Совы оба находятся в Кюшу, а я написала в бланке обоих, хотя и Сову на первый приоритет. Мне хотелось бы стажироваться у нее, потому что ее профиль больше подходит для меня. Ястреб это слишком публичный герой. А я не думаю, что хотела бы такой публичности. Входить в первую тройку… отвечать на каверзные вопросы на интервью… это не для меня. — я выдержала паузу и задала свой вопрос. — Значит ты стажируешься у Ястреба? — Да, мне показалось, он сможет помочь мне раскрыть свою причуду. — его голос был уверенным, но не громким, будто бы он лишь чувствовал себя неуютно. Наверное, это из-за того, что раньше мы и вовсе не общались. — Было бы славно, если бы вы оба вместе полетали над городом как-нибудь. — я улыбнулась своим словам, представляя это в голове. — Не думаю, что Темная тень на это способна, но я постараюсь. — а это он говорил в предвкушении. — Темная тень — это твоя причуда? Она имеет собственный разум, что ли? — я повернула голову на него, не открывая глаз, выражая свою заинтересованность. — Да. Я могу ее контролировать, но, чем темнее становится, тем сложнее это делать. Твоя — иллюзии? — Ага. Они даже могут быть материальными, но для этого нужно много сил. — сказала я лишь частичную правду. Не хотелось бы выдавать все свои возможности, иначе потом меня можно будет легко победить. Или если в его мозгах покопается кто-то с ментальной причудой, то сможет узнать про меня. Звучит довольно параноидально, но лучше предусмотреть все варианты с самого начала, чем потом решать кучу пробле-       !.. — Что за черт?! — я широко раскрыла глаза, смотря на землю с расстояния около пяти метров над ней. Кто-то держал меня под мышками. Звуков полета, какого-либо механизма или в целом действия чужой причуды я совсем не слышала. — Не кричи, я не злодей. — тихий женский голос я чуть не пропустила, но все же уловила. Не злодей? Это первый в моей жизни «не злодей», который так делает. Неужели это и есть Сова? В таком случае, можно было и Ястреба на первое место записать… Через пару минут она отпустила меня на крышу какого-то высотного здания, и сама встала рядом. Зевая, она спросила: — Ты ведь Катарашису Михо? — То есть вы даже не были уверены, что это я. — немного нервно утвердила я. — Пойдем, у нас патруль. — и почему мне всегда попадаются одни сумасшедшие? Но, так или иначе, сейчас у меня появилось время ее разглядеть. На мой взгляд она лишь вопросительно обернулась с полуприкрытыми глазами, после чего пошла дальше вперед.       У нее были короткие каштановые волосы, более длинные сзади, чем спереди, где неаккуратно разбросанная челка прикрывала алые глаза с узким зрачком. Концы волос были светлее, почти выцветшие. Основная деталь на ее голове — два совиных пера в тех местах, где у других с анималистической причудой могут быть кошачьи или собачьи уши. Расцветка этих перьев была в полоску цвета волос, каштанового, и пепельно-бежевого. В нашем мире подобные явления не такие уж и редкие, так что в целом про ее внешность я сказать ничего особенного не могу, но вот остальное…       Как про-герой она откровенно не выглядела. Если это — ее геройский костюм, то я — фанатка Всесильного. Потому что это скорее пижама, чем костюм. Не обращая внимания на крылья, она одета в оранжевую толстовку и широкую персиковую футболку поверх, штаны были подстать толстовке, будто бы она покупала их одним комплектом. На ногах же вообще ничего не было… — Я, может быть, не в теме, но у подпольных героев всегда такой странный выбор одежды? Костюм Айзавы-сенсея хотя бы не так похож на пижаму… — я не понимала, как мне к этому относиться. С одной стороны, я и сама не выгляжу как профессиональный герой, хотя должна к этому стремиться. С другой, она все-таки не школьница, как я, и должна соответствовать каким-то стандартам. Хотя далеко не факт, что эти стандарты распространяются на подпольных героев, ведь они почти никогда не показываются публике, так что, теоретически, могут ходить в чем угодно. — На моих ногах быстро отрастают когти, так что обувь неудобна в ношении. А одежда только внешне такая. Под ней более практичная. Просто мне холодно. Перьев-то, как у обычных сов, нет, а метаболизм такой же. — устало объяснила героиня. — И шея так же поворачивается? — На 270 градусов. — и она посмотрела на меня, не поворачивая торса. Кости ее шеи неприятно выгнулись под кожей, а сочетание головы с неповернутым телом могло заставить кого-то ужаснуться. Кого-то, но не меня. Я видела слишком много для того, чтобы пугаться этой мелочи. — Хех… Пошли, Чудо от мира иллюзий. — Чего? — Патрулировать пошли, говорю, Чудо. — больше вопросов я задавать не стала. Слишком уж эксцентричной она мне показалась, так что легче разобраться во всем самой, чем пытаться выпытать из нее ответ.

***

      Заливистый смех разносился по затемненной территории — способ устрашения Совы. В затемненном пространстве она может слышать контролировать каждый звук. Эти звуки проникают даже через шумоподавляющие наушники, вот только есть один минус. Те, что передается извне с помощью техники, она контролировать не может. Заглушить их собственными звуками — пожалуйста, но вот искажать — нет. Хотя ей это не столь и нужно, с учетом того, что другие ее звуки заставляют злодеев самих хотеть сдаться… На самом деле, в этом и заключается большинство иллюзионных причуд. Они изводят волю противника, а не силу. — Чего застыла? Дальше пойдем, Чудо. — героиня в которых раз зевнула и потянулась. Похоже, эта компания преступников измотала ее сильнее предыдущих. — Хотя-я-а-а-х… — и еще один зевок. — Только не это… — к чему реплика? — Уже почти рассвет, всю ночь пролетали… — она прищурилась и сгорбилась, обнимая себя крыльями. Утренний ветерок обдул крышу. — Хей, Сова! — а… не утренний ветерок. А порывы воздуха от взмахов крыльев Ястреба. Героиня разочарованно выдохнула. — А я надеялась, мимо пролетишь… — похоже, услышала она его еще давно. У сов же очень хороший слух. И, кажется, не очень хорошие отношения с ястребами. — Да ладно, как я мог не поздороваться со своей прекрасной птичьей коллегой? Мы же из одной стаи, разве нет? — Совы и ястребы? — скептически глянула на него Сова. — Не думаю. — А это твоя стажер? — он быстро переключил тему и подошел ко мне. — Выглядит круто! Это грим? — он указал на свои глаза, подразумевая мои. Только сейчас я заметила, что все это время стояла с открытыми глазами, и никто ничего даже не заметил. — Частично. — я расширила улыбку и прищурилась, заметив треугольнички во внутренних уголках его глаз. — А у тебя? — От рождения метки. — быстро отмахнулся он, незаинтересованный в теме. — А причуда какая? Ты же Михо Катарашису. Я тебе тоже отправлял приглашение, не так ли? Тогда иллюзии? Неудивительно, что ты выбрала именно Сову, а не меня, в таком случае. — Ты же и сам все знаешь, тогда зачем мне отвечать? — я легко пожала плечами. Он вел себя почти как Ран или Атсуши, и дружеская атмосфера между нами возникла сразу же. — Слушай, а ты ведь точно хотя бы раз ходил в KFC? — он утвердительно кивнул. — Любимое блюдо? — Острые крылышки, конечно же. — он прикрыл глаза, ухмыляясь. — Ястребы любят охотиться на других более мелких птиц. — А я люблю фри. Когда она только-только приготовилась и, горячая, так круто похрустывает, просто блаженство! — любимый вкус так и возник на кончике языка. — Ммм, звучит как отличный повод сгонять в KFC! — он подмигнул мне и глянул на Сову, как бы спрашивая разрешение. Та посмотрела на нас устало, но, выдохнув тяжелый воздух, медленно последовала ближе. — Обожаю тебя, Сова. Полетели! — двое из птиц взмахнули крыльями, а я собрала иллюзии на кончиках пальцев, отталкиваясь от поверхности.       … — Так и знал, что это хорошая идея! Михо, ты просто чудо! Может все-таки пойдешь ко мне в агентство? — спросил Ястреб, откусывая хрустящее крылышко. — У тебя ведь уже есть один из класса А — Токоями. — внезапно вспомнила пару раз упомянутое в классе имя. — Зачем еще и я? — Ты мне сможешь рассказать гораздо больше, я так понимаю. О… — он приподнял брови и раскрыл глаза в удивлении. Птичка пела складно. До этого момента. — Ааа, ясно… — протянула я, сама совершенно не удивленная. — То есть и Токоями ты взял только из-за того, что он может тебе что-то рассказать? А я, по твоему, расскажу больше? Только поэтому мы сейчас сидим здесь? — Хех, ну как сказать… Не то чтобы ты совсем не была мне интересна, с тобой даже приятно общаться, но я бы все равно никогда не начал это, если бы мне не нужна была информация. — решил пообщаться на чистоту он. Со мной по-другому и не получится. — Не думаю, что смогу рассказать тебе достаточно много. — Про Лигу?       Я наклонила голову вперед, прикрывая лицо волосами. Воспоминания накатились снежной лавиной. Внезапно и в один момент.       Ростом выше, чем Всемогущий; с черной кожей; зубы словно камни; челюсть обрамлена металлическим подобием губ; глаза, растущие прямо из ничем не прикрытого мозга, не имели ни капли человеческого, да даже осознанного…       …Дышать стало в разы тяжелее и больнее, так что похоже, что сломанное ребро угодило прямо в легкое, проколов его. Первая рука была сломана словно ветка, пока я с силой сжимала зубы и сдавленно стонала от боли, пытаясь не кричать. Иначе я могла бы привлечь внимание тех одноклассников, которые остались у выхода из U.S.J. и деморализовать их. — Он сломал обе мои руки. Раздробил лицевые кости, а сломанное ребро проткнуло мне легкое. Не самые приятные воспоминания. — Искусственный человек? — приблизился Ястреб. — Да, Ному… Он не имел сознания, вообще не выдавал своего присутствия до тех пор, как Шигараки Томура не сказал про него. И его сила. Он был необычайно сильным, и в то же время регенерировал за пару секунд. Мои иллюзии на него даже не повлияли, хотя я и не особо старалась при том моем состоянии. Но даже так, вместе со всеми этими факторами, мне кажется, что у него несколько причуд. И все эти причуды, образуя огромную нагрузку на мозг, лишают его способности самостоятельно мыслить. Он может лишь выполнять приказы… — следующие мысли я пыталась хоть немного структурировать, но получалось все равно не так хорошо, как хотелось бы. — Шигараки Томура больше похож на большого ребенка, которому подарили новую игрушку, и он решил ее опробовать. Вот только его целью были совсем не мы, а именно Всемогущий. Когда что-то шло не по его плану, он расчесывал шею, что может намекать на излишнюю тревожность или склонность гиперболизировать. — без смущения я высказывала свои предположения. — Он без лишних раздумий убивает. Его причуда — разрушение — прекрасно для этого подходит. Чем дольше длится соприкосновение всех его пяти пальцев с чем-либо, тем больше разрушение. Он бы расщепил руку Айзавы-сенсея, если бы я не оттолкнула его в последний момент, когда рассыпалась часть рукава. Но, даже с такой причудой, когда он касался той странной руки на своем лице, он делал это слишком аккуратно. Будто бы она и все остальные на его теле имеют для него какое-то особое, личное значение. Черный туман же вел себя более собрано и координировано, будто бы он и должен являться главным. Но тон, с которым он обращался к Шигараки точно был не командным. Скорее, как если бы он охранял его… Причуда, позволяющая создавать порталы… Думаю, только тогда, когда знаешь точные координаты, иначе они бы нашли Ному раньше, чем герои, как показали в новостях. И в U.S.J. они появились с помощью его причуды. И Ному, предположительно, оказался там в нужный момент из-за его причуды. Она и является основной проблемой, с которой надо что-то делать… Также, куча злодеев, пришедших вместе с ними, действовали, хоть и сообща, но совсем не спланировано, будто бы впервые встретились, и пытаются работать в команде. Так что набирали их в спешке, без разбора, иначе те были бы более профессиональными или хотя бы сработавшимися друг с другом. Да и бросили их там, как расходники. Скорее всего, это был всего лишь предварительный вариант их настоящего нападения, так что героям стоит подготовиться. — Ястреб смотрел на меня серьезно, будто бы я в один момент стала одной из тех злодеев. Но верил, по глазам видела. — И еще! — вспомнила я холодящую душу догадку. — Есть небольшой шанс… Не уверена, что такое действительно возможно, но… — Говори. — Я считаю, в ЮЭй есть предатель.

***

      Новый день моей стажировки начался с короткого разговора с Совой. Та дала мне высокую стопку бумаги, сказав, что бытие героем — не только сражения и патрули, и послала меня в свой кабинет, разгребать все эти документы. Верхний из которых уже был подписан ей самой и подтверждал равносильность моей подписи подписи Совы на бумаги от сегодняшней даты. Делегирование полномочий во всей его красе…             Первые пять часов сегодняшнего дня я провела за бумагами. Потом меня — из офиса Совы — вытащил Ястреб, чтобы ему было с кем поговорить во время сражений. И сейчас мы сидим на крыше, поедая закуски из какого-то рандомного уличного ларька. Усталость на моем лице ярко освещалась закатной зарей, что становилась еще более красной из-за крыльев героя неподалеку. — Как тебе сегодняшний день? — спросил Ястреб. — Устала. — честно ответила я. — И странно было смотреть на Токоями, пытающегося тебя догнать. Это довольно жестоко с твоей стороны, не думаешь? Он пришел на стажировку, чтобы чему-то научиться, а ты лишь гоняешь его туда-сюда. — Ладно-ладно, помогу я твоему другу. — быстро сдался он. Похоже, и сам об этом думал. Но… — Он мне не друг. Просто один из одноклассников, которых я принимаю за неразумных детей. — О которых тебе нужно заботиться? — он усмехнулся, отпивая колы из стакана. — Мне бы о своей семье сперва позаботиться… — пару секунд рассматривая меня, он ответил: — Ты действительно выглядишь очень уставшей. Тебе стоит чаще отдыхать. — Я не могу. — моментально отказалась я. — Почему? — Так все развалится. Без ме- — Без тебя твоя семья прожила все то время, что ты лежала в лазарете ЮЭй. — перебил он меня. Похоже, специально наводил справки. — И они каждый вечер в итоге приходили ко мне, как только им это разрешили. — голос стал тверже и раздраженнее. Я не люблю эту тему. — Такими темпами, ты умрешь. — Не умру. — Почему? — Не могу. — Вот видишь! — он резко указал на меня пальцем. О чем это он? — То, что ты «не можешь», — он показал пальцами кавычки, — никак не должно влиять на то, что ты хочешь. А выглядит это все так, будто бы ты ничего не хочешь, потому что много чего много кому должна. Ты ведь еще даже не про-герой, ты никому ничего не должна. — Я должна следить за моими младшими братьями и сестрами. — просто перестань, я устала говорить всем об этом. Я уставала говорить ей об этом. — А родители? — Да нет у нас больше родителей! — воскликнула я. — Зачем ты это сказала?! — Он все поймет! — Беги, пока не поздно! — Ужепоздно-ужепоздно-ужепоздно!!! — Ты снова провалилась, бесполезная!       Я внезапно отшатнулась. Беловласая тень, замахнувшись, резко оказалась передо мной и дала пощечину. Большая черная тень взяла за волосы и откинула в сторону. — Какого черта ты себе позволяешь?! Ты даже грязи на дороге не ровня, а решила, что избавилась от нас? Идиотка! Я тренировал тебя все это время не для того, чтобы в итоге ты стала такой бесполезной! За все то время, что ты тратишь на этих мерзких беспричудных тварей, ты могла бы совершенствоваться. Но нет, ты решила волноваться об этом скоте! На следующей тренировке ты весь день из зала не выйдешь, пока в обморок не свалишься! Или не сдохнешь, наконец, по случайности. — тень накинула мне на глаза темную пелену, и потащила за волосы по полу, сдирая в кровь открытую кожу. — Шестнадцать лет, шестнадцать! Он тренировал тебя одиннадцать! Ты пользовалась своей мерзкой причудой всю жизнь! И даже так продолжаешь совершать неудачи! Ты словно белая ворона. Все нормальные, и ты одна сумасшедшая! Психопатка! Ты даже не смогла унаследовать мою причуду! Ты слишком жалкая даже для тренировок со своим отцом. Но мы жалеем тебя и разрешаем. И даже так ты все равно слишком слабая! Слишком глупая! Слишком медленная! Слишком ненужная! Слишком бесполезная!!! — множество ударов по различным частям тела со всех сторон. Больше всего страдала голова. За волосы меня несколько раз приложили об бетонный пол, после чего дали четыре пощечины. — Ты сама заперла себя в этом мерзком доме. Закрылась от всего остального мира, сосредоточилась на той семье, которую даже любить по-настоящему не можешь. Ты жалкая! Даже Йоку тебя бросила. Она ведь не вернется, сколько бы ты себя ни тешила. Сколько бы ты ее ни искала. Ты больше никогда не сможешь стать счастливой. Никогда больше не почувствуешь настоящую любовь. Ведь никому ты не нужна. И Йоку ты не была нужна, раз она ушла от вас всех. Ушла от тебя. И тебе самой никто не нужен. Ты настолько одинока, что пытаешься придумать капли любви или заботы к братьям и сестрам, но все и так знают, что никого ты по-настоящему не любишь! Ты лишь лжешь. Ты можешь лишь лгать. Обманывать других и себя! Заперевшись в стенах собственного выдуманного мира, ты потеряла путь наружу. Ты никогда не добьешься свободы! Ты всегда будешь гнить в плену собственных страхов и- — Оне-Ми?       Невысокая черная тень протянула мне руку. Где-то на периферии кричал тяжелый гул. С другой стороны я слышала свое имя. — Ты снова испугалась собственной тени? Ха-ха! Она ведь даже не настоящая! Тебе нечего бояться, пока я рядом с тобой.       Но ты не рядом… Ты нас бросила. Ты бросила меня… — Я всегда рядом с тобой, пока ты в это веришь. Я могу быть твоей уверенностью, твоей добротой, твоей искренностью. Я могу быть твоим ехидством, злобой или раздражением. Но я всегда буду рядом с тобой, как бы ты себя ни вела. Потому что ты всегда остаешься моей Оне-Ми. — -хо! Михо! Наконец-то ты услышала… — Ястреб выдохнул в облегчении. — Я минут пять пытался до тебя докричаться, уже Сову думал позвать. Ты в порядке? — Я… — огляделась вокруг. Та же темная крыша, тот же закат, немного опустившийся вниз. Те же яркие красные крылья Ястреба, загораживающие половину обзора. — Думаю да… — Точно? — Возможно… мне все же стоит что-то с собой сделать. Если уж меня только мысли об отдыхе так задевают. — немного дрожащим голосом продолжила я. — Что все-таки произошло? — Галлюцинации. Из-за причуды. И из-за проблем… — А подавляющие таблетки? — с некоторым сомнением спросил герой. — Ты бы стал принимать то, что сокращает возможности твоей причуды? — Ястреб понимающе помотал головой. — Вот и я — нет. — на пару минут повисло успокаивающее меня молчание, после чего я решилась спросить тот вопрос, на который сама для себя ответа дать не могла. — Почему ты стал героем? — мои глаза поднялись к нему, мечтательно улыбнувшемуся. — Общество, где герои имеют столько свободного времени, что не знают, куда его девать. Это то, чего я хочу добиться. — А если это будет требовать от тебя чего-то… неправильного? — Тогда я с радостью замараюсь в грязи. — я замолчала, обдумывая сказанное им. — Звучит как цель настоящего героя. Мне нравится. — сказала я, слабо, но искренне улыбаясь. Даже на эту жалкую улыбку мне пришлось потратить неимоверное количество сил. А это ведь всего один приступ галлюцинаций за сегодня. — И ты? — В том и дело. — улыбка резко стала стала похожа на дешевый пластик. Я была готова к тому, что он задаст тот же вопрос. Вот только, даже с этим знанием… — Я не знаю… — я притянула к груди колени и обняла их руками. — Изначально я поступала в ЮЭй, чтобы иметь возможность легально защитить свою семью в случае чего. Но с недавних пор вокруг меня происходит множество вещей, которые я не могу проконтролировать. Внутри меня происходит что-то, что я не могу проконтролировать. — пластиковая улыбка сошла на нет под конец предложения. — Но может это и не надо контролировать? — он присел ближе ко мне, расправил правое крыло и прикрыл меня им, защищая от ветра и холода. Я поежилась. — Что? — Может это что-то хорошее? — Внезапное не может быть хорошим. — хмуро отрицала я. — Разве тебе никогда не дарили подарки? — удивленно вскинулся он. — Что-то внезапное и хорошее — это подарки! — я посмотрела на него со скепсисом. — На самом деле — не могу вспомнить ни одного подарка в своей жизни. В моей семье никто толком и не знает, когда у меня день рождения, а все остальные подарки я могла увидеть заранее, еще в процессе подготовки. Эффект неожиданности угасал, так что подарками я их не считаю. — Стой. — он удивленно посмотрел на меня. — В твоей семье никто не знает, когда у тебя день рождения? Серьезно? — Думаешь я шучу? — спросила я, флегматично взирая на него. — Это на самом деле так. Я никому это никогда не говорила. И свои документы никому из них не показывала, так что узнать это сами они не могут, а я им не скажу, потому что тогда они будут считать себя обязанными что-то мне подарить в этот день, а я не должна их обременять. — Опять. Ты слишком много чего должна. — раскрыв глаза уставился на меня Ястреб. Зрачки его были сужены. — Подростки твоего возраста не должны думать о стольких вещах одновременно. Да и ты конкретно не должна. — Мне напомнить тебе, что у меня нет родителей, а в семье еще четыре человека, за которыми я должна- — Снова это твое «должна». — опять перебил он меня. — Сколько можно, Михо? Ты слишком много думаешь, что должна. Да даже просто думаешь. И это приносит тебе вред, разве ты еще не заметила? — О чем это ты? — я не могу чего-то понять?.. — Ну давай тогда так. Почему именно ты, а не кто-то еще, пострадала от Ному? — спокойно начал Ястреб. — К чему ты клонишь? — я недовольно зажмурилась. — В U.S.J в то же время были герои Сотриголова и Тринадцать. И, как минимум, Сотриголова точно тогда находился рядом с тобой, по твоему рассказу. Так почему он не принял на себя удар или не обезвредил врага? По правилам учителя должны делать все для защиты своих учеников, но тогда почему ты пострадала? Почему это был не Сотриголова? — Это не… Ты просто… — я замялась. Он говорил логичные вещи, против которых у меня не было аргументов, но в тот момент они все не имели для меня значения. — Я просто, подумала… что на месте Айзавы-сенсея мог бы оказаться член моей семьи. — Вот именно. Ты слишком много думаешь. Думаешь о заботах других, о своих фальшивых обязанностях. И в этом твоя проблема. — Но иначе Айзава-сенсей бы пострадал. — И это было бы оптимальным вариантом в том случае. — Нет, тогда он не смог бы остановить Шигараки Томуру, когда тот хотел разрушить Асуи Тсую. — И это не твое дело. — Но- — Не твое, Михо. Это не твоя работа — следить за учениками класса 1-А. — я посмотрела на него почти преданно. — Это… не может быть. Не может быть так… Кто, если не я? Я могу все это предотвратить, так почему я должна бездействовать? Это почти что преступление! — в моей голове не складывался пазл. Как если бы я пыталась засунуть квадратную фигурку в круглое отверстие. Я искренне не понимала, почему. — И то же самое про твою семью. Даже если у вас нет родителей, то ты совершенно не должна заботиться о своих младших братьях и сестрах. Если ты, конечно, не хочешь этого делать. Что, наверное, так и есть. — он посмотрел на сконфуженную и грустную меня. — Я… — что за черт? Я чуть ли не плачу? Я тут же опустила голову, прижимаясь лбом к коленям. — Просто я… — Ястреб немного приблизился. — Ты можешь сказать это. — Наконец-то устала играть в дочки-матери? Бросишь нас, как и она? — Михо-оне-чан, о чем это ты? Мы не поиграем сегодня вечером в приставку вместе? — Ты больше нас не любишь? Мы сделали что-то плохое? — А как же радуга? Я больше никогда не посмотрю на радугу в руках Оне-чан? — …Я устала разыгрывать любовь после того, как Йоку сбежала… — протараторила я, боясь осуждения теней. — Наконец-то ты это признала, Оне-Ми! — Ох… — понятливо выдохнул он. — Тогда это все объясняет. Твое подавленное состояние и все вот это вот. — он неопределенно махнул руками, пока я осторожно поднимала голову, чтобы посмотреть на него. — Не знаю точно, но мне кажется, что не любить своих братьев или сестер — это нормально. — Что? Это не смешно, Ястреб… — А ты видишь, что я смеюсь? Ты слишком низкого обо мне мнения. Но я не думаю, что ты должна любить человека только из-за родственных связей между вами. Это даже звучит странно: «только из-за одинаковой крови». Пхех. — Ты… уверен? Мне всегда казалось… — я не договорила. — Да ладно тебе, никогда не поздно менять свои взгляды на жизнь, Михо. Да и никогда не поздно сдать кого-то в детдом. — он коротко посмеялся. — Не смешно… — Правда? — он показательно закрыл рот будто бы на молнию, делая непричастное лицо, после чего мы оба засмеялись. — Как думаешь, я уже могу принимать клиентов как профессиональный психолог? — улыбнулся он. — Тебе еще многому стоит научиться, Ястреб. — поддержала шутку я. — Только попробуй сделать также еще с кем-то. Кто-то другой тебя точно заклюет. — Думаю, с таким я уж, как Ястреб, справлюсь.