Здравствуй, Генрих.
У нас всё ещё затишье. Периодически перестреливаемся, регулярно дежурим, но существенных сдвигов пока никаких. Ты ничего у меня не отнимал – я захотел отправить и отправил, и мне очень приятно, если это тебя хоть немного порадовало. Тебе не должно быть за это стыдно. Про Таирова слышал, но постановок его не видел. Рассказы твои, тем не менее, мне интересны. Врать не буду – не сутью всей этой театральной жизни, от которой я бесконечно далёк, а прикосновением к чему-то совершенно иному, чем то, где я теперь, и вообще чем моя жизнь. И кроме того, мне очень интересны твои рассуждения, впечатления, мысли. Они совсем не утомляют меня, даже напротив, я тебе очень благодарен. Вот писать письма меня немного утомляет, потому что я не знаю иной раз, о чём рассказать. Про луну. Мне никогда не приходило это в голову, но ведь действительно так. Может статься, что я действительно видел её в тот вечер. Теперь у нас пасмурно, всё заволокло тучами. Дожди, холод, ничего нового. Но, вероятно, эти тучи ползут от вас к нам или наоборот – тоже в некотором роде связь. Прости за короткие письма, но я действительно не знаю, что бы такого тебе рассказать.Евгений.