Sloane Kennedy Watch Me Смотри на меня

Николай Я не мог скрыть своего изнеможения, пока лифт поднимался к квартире Джуда. Джуд, казалось, был в той же лодке, потому что он прислонился к противоположной стене и закрыл глаза. Это был тяжелый день с Максом. У моего племянника было несколько взлетов и падений за те несколько часов, что Джуд и я заботились о нем. Со стороны Макса была смесь слез и смеха, которая оставила маленького мальчика и нас полностью стертыми с лица земли к тому времени, когда Елена закончила в магазине. В то время как я, вероятно, мог бы справиться с наблюдением за Максом в одиночку, присутствие Джуда сделало это в тысячу раз проще. Он часами собирал вещи из повседневных предметов домашнего обихода, чтобы развлечь Макса, и это сработало. В конце концов мои родители уговорили нас остаться на легкий ужин, хотя моя мать проявила хитрость с просьбой и угостила Джуда как можно лучше, ты меня разочаруешь, если не останешься, а он на это попался, крючок, леска и грузило. Ужин был более спокойным, чем в прошлый раз, когда Джуд ел с нами, но то, что он сидел за столом моей матери и общался с моей семьей, было еще одним доказательством того, что ему здесь место. Что он принадлежит мне. Пока я смотрел, как Джуд прислоняется к стене лифта, во мне начала расти знакомая потребность. Потребность, которая была намного больше, чем физическая. Я не мог бы описать это иначе, как не чувствовать себя цельным, если бы не был рядом с ним. Я оттолкнулся от стены. Джуд открыл глаза, чтобы посмотреть, как я приближаюсь, но не двинулся с места. Когда я остановился перед ним, я хотел сказать ему тысячу вещей. Больше всего на свете я хотел сказать ему, как безумно влюбился в него, но я знал, что эти слова, скорее всего, заставят его бежать. Черт, они даже меня напугали меня до чертиков. Так что я вообще ничего не сказал, а вместо этого наклонился и поцеловал его в правую щеку. Я позволил своим губам задержаться на мгновение, прежде чем поцеловать левую. Джуд вздохнул, а затем его пальцы нащупали мои. Я слышал гудки лифта на заднем плане, которые говорили мне, что мы близки к его этажу, поэтому, когда я, наконец, прижался к его губам поцелуем, я сделал это кратко. Когда лифт остановился, я был вынужден отступить от Джуда. Он опустил мою руку, что беспокоило меня больше, чем я хотел признать, хотя я знал, почему он это сделал. Я никогда не проявлял к нему привязанности, когда рядом были другие люди, если только это не была моя семья. С того момента, как я прикоснулся к Джуду, я нарушил главное правило своей профессии. Не вступать в эмоциональную связь с клиентом. Сколько раз я повторял это сообщение ребятам, с которыми работал? Я был лицемером и знал это. И все же я не мог уйти от него. Конечно, я мог бы найти кого-то достаточно опытного, чтобы обеспечить его безопасность, пока я буду поддерживать отношения с Джудом, но я не хотел, чтобы кто-то еще наблюдал за ним. Я хотел, чтобы это был я. Я хотел проводить с ним каждую минуту, которую только мог. Я был уверен, что никто не сможет защитить его так, как я. Однако, если бы один из моих парней пришел ко мне с точно такой же дилеммой, я бы сказал им, что есть причина, по которой мы не проявляли эмоционального интереса к нашим подопечным… эмоции означали отсутствие объективности, а это означало ошибки. Ошибки, из-за которых погибли люди. Джуд заслуживал большего. По правде говоря, я боялся того, что произойдет, если я скажу ему, что больше не могу его защищать, но хочу продолжать видеться с ним. Работа была единственной связью, которая у меня была с ним. Я не мог рисковать потерять его. Еще нет. Не тогда, когда наши отношения были еще такими хрупкими. Я поймал себя на том, что протягиваю руку, чтобы провести пальцами по пальцам Джуда в молчаливом извинении, когда двери лифта открылись. Когда он ответил на прикосновение, я знал, что мы в порядке, по крайней мере, сейчас. Но я все еще чувствовал себя мудаком. Я поддерживал связь ровно столько, сколько нам нужно было, чтобы выйти из лифта, поскольку я не мог рисковать тем, что тот, кому было поручено наблюдать за квартирой Джуда, увидел нас вместе. Только когда мы вышли из лифта, за его дверью никого не было. Я тут же протянул руку, чтобы остановить продвижение Джуда. Он резко остановился и позволил мне пройти перед ним, пока я вытаскивал пистолет. Почти в то же время дверь соседней с Джудом квартиры открылась. Это была квартира, которую Клифтон Хейс купил для меня, когда я впервые начал следить за Джудом. Вид Джонни, выходящего из квартиры, заставил меня увидеть все оттенки красного. Я не видел дерзкого выскочки с того дня, как сделал из него пример на боксерском ринге. Это был день, когда я узнал, что бизнес Майка в беде и что я буду защищать Джуда. Я выместил свое разочарование на паре парней, которые были достаточно бесстрашны, чтобы выйти на ринг со мной. Джонни был первым, и он падал быстро и сильно. — Какого черта? — рявкнул я, убирая пистолет. — Что? — раздраженно спросил Джонни. — Мне нужно было помочиться. Ты же не хотел, чтобы я пометил дверь этого парня, не так ли? — добавил он, когда его глаза переместились на Джуда. Ярость бурлила во мне. — О да, верно, кто-то уже пометил свою территорию. Намек только еще больше разозлил меня, но я сдержался, пока вел Джуда по коридору к его двери. Я стоял между мужчинами, пока Джуд отпирал дверь, и когда он посмотрел на меня через плечо, входя в квартиру, я кивнул головой и надеялся, что он поймет молчаливое сообщение, что мне нужна минутка. Он кивнул в ответ и закрыл дверь. Я повернулся к Джонни и сказал: — Мы закончили. Твоя следующая остановка — офис. Очисти свой шкафчик. Неудивительно, что Джонни растерялся. — Да пошел ты, Ник, — рявкнул он. — Думаешь, мне нужно это дерьмо? Стоять за гребаной дверью всю гребаную ночь? И что, черт возьми, ты конкретно делаешь? О, правильно, делаешь клиента счастливым. Да, я слышал все об этом. Должен заставить этого клиента улыбаться достаточно долго, чтобы Майк смог заполучить себе несколько новых контрактов с этим богатым ублюдком Хейсом. Джонни взглянул на дверь Джуда и добавил: — Думаю, мы знаем, почему Майк выбрал именно тебя для этой работы, а? — Мужчина сделал паузу на мгновение, прежде чем сказать: — Черт, парень почти достаточно хорош, чтобы я позволил ему сосать мой… Я схватил Джонни и швырнул его о стену, прежде чем он успел договорить. — Иди, — предупредил я, хотя каждая клеточка моего тела призывала меня заставить этого ублюдка замолчать так, как он не скоро забудет. Я мог видеть тот момент в глазах Джонни, когда он размышлял, испытать ли свою удачу или нет, но когда он опустил глаза, я понял, что все кончено. — Да пошел ты, мне не нужно это дерьмо! — Джонни зарычал, а затем оттолкнулся от меня и зашагал к лифту. Я подождал, пока он ушел, прежде чем отправить короткое сообщение Майку, сообщив ему, что я уволил этого парня и что я позвоню ему позже, чтобы сообщить подробности. Как и ожидалось, мой телефон зазвонил сразу после того, как я отправил текст, но я перевел его на беззвучный режим и повернулся к двери Джуда. Я заставил себя сделать несколько вдохов, чтобы немного успокоиться, прежде чем войти в квартиру. Хотя было не особенно поздно, я ожидал найти Джуда в его спальне, готовящегося ко сну, но вместо этого я увидел его сидящим на диване в гостиной. Я закрыл дверь и щелкнул засовом, прежде чем присоединиться к нему. Я собирался сесть рядом с Джудом, но как только я обогнул край дивана и увидел его, мой желудок сжался, потому что я знал. Я просто знал. Джуд слышал все, что сказал Джонни. — Это правда? — спросил Джуд. Он был неестественно неподвижен. Обычно, когда Джуд не был полностью сосредоточен на чем-то, какая-то часть его тела ерзала. Я пришел к выводу, что это было частью его СДВГ. Когда я помогал ему убираться в квартире, чтобы он мог приклеивать свои стикеры, я заметил все маленькие спиннеры и гаджеты, расставленные по всему его пространству так, чтобы он мог легко взять один из них, если понадобится. И хотя я не читал его стикеры той ночью, когда Джуд начал расклеивать их по квартире, было невозможно не увидеть некоторые из них в течение следующих нескольких дней, так как я практически жил с ним. мужчина. Записи были еще одним доказательством того, что его разум всегда был в движении, всегда двигался быстрее, чем у обычного человека. Чтобы увидеть его сейчас, так тихо сидящего в темноте, Но это была не вина Джонни. Я навлек это на себя. Я сел на кофейный столик перед Джудом. Когда мои колени коснулись его, он передвинул их так, что между нами не было физического контакта. Это был удар под дых. — Это правда? — снова спросил Джуд. Я знал, о чем он меня спрашивал. Он слышал часть о том, что моя работа — делать его счастливым. Я даже не помнил тот разговор с Майком, пока Джонни не упомянул об этом, но это не имело значения. Ущерб был нанесен. — Это правда, что Майк попросил меня сделать тебя счастливым, чтобы он мог получить контракт от Хейса. Джуд не отреагировал. Во всяком случае, не физически. Но я знал, что мои слова сделали с ним. Я знал, что с таким же успехом мог бы порезать его ножом за весь ущерб, причиненный этим признанием. Черт, нож был бы добрее. — Джуд, то, что произошло между нами, не имеет ничего общего с тем, что Майк меня о чем-то просил. В тот день, когда он спросил, я собирался сказать ему, что не могу продолжать смотреть на тебя, потому что я начала слишком эмоционально вовлекаться. Джуд издал тихий смешок, который был совсем не юмористическим. Он покачал головой. — Ты молодец, — пробормотал он. — Все это дерьмо о том, чтобы заслужить мое доверие… — Он снова покачал головой. — Это все было правдой, - начал я. — Ну, это сработало, - тихо сказал Джуд, его голос сорвался, когда он прошептал: — Я тебе доверял. Прошедшее время. Мне казалось, что я падаю с горного склона. Беспомощно катиться по острым камням и твердой грязи к неизбежному концу, который наступал слишком рано и в то же время недостаточно скоро. Джуд поднялся на ноги и скрестил руки на груди. Он подошел к окну от пола до потолка. — Джуд… — Николай, ты подаришь машинку? — мягко спросил он. — Или какой-нибудь другой утешительный приз? Его вопрос пронзил мое сердце, пока я не был уверен, что истеку кровью в моей груди. Я уронил голову на руки, потому что знал, что от этого уже не уйти. Я терял его с каждой секундой, и я понятия не имел, как это остановить. Я встал и пошел в его сторону. Я осмелился схватить его за руку, чтобы повернуть его лицом ко мне. Когда он попытался вырваться, я отказался его отпустить. — Это было реально, ты меня слышишь? — Я практически закричал. — Все, что я говорил и делал в этой комнате, — я указал на его спальню, — было настоящим, черт возьми! Джуд снова попытался вырваться из моей хватки, но я не отпустил его. Я хотел, чтобы он дрался со мной. Я не гордился этим, но это было правдой. Я хотел его гнева, потому что знал, что у меня есть шанс против этого. Но его боль? От этого не было средства. Но он не набросился на меня. Он ничего не делал, кроме как молча стоял в моем трюме. — Джуд, — прохрипел я, свободной рукой заставляя его посмотреть на меня. Это была ошибка. Такая чертова ошибка. Потому что его глаза плавали в агонии. Я сделал это с ним. Только я. Я отпустил его руку, как будто она обожгла меня. Отчаяние окутало меня, как самый тяжелый плащ. — Я не могу тебя потерять, — прошептал я, не узнавая хрипотцу собственного голоса. — Я не могу, — повторил я, хотя больше для себя, чем для чего-то еще, потому что Джуд уже отвернулся от меня и снова смотрела в окно. Насколько я мог видеть, мое признание не произвело на него никакого впечатления. — Тебе нужно идти, — пробормотал Джуд, не сводя глаз с окна. — Нет, — просто сказал я. Джуд не отреагировал, не отреагировал никак, кроме как повернулся ко мне спиной и медленно пошел в свою спальню. Я скорее услышал, чем увидел, как щелкнула дверь. Я начал следовать за ним, но остановился, когда понял, что понятия не имею, что делать или говорить. Возможно, ему просто нужно было время, чтобы все обдумать. Может быть, когда он посмотрит на свою кровать и вспомнит все, что мы сказали и сделали друг другу, он увидит то, что было так ясно для меня. Это было реально. Я опустился на диван и стал смотреть в окно. Удивительный вид на город был жестоким напоминанием о том, какие мы разные. Но моему Джуду здесь не место. Он должен был быть окружен людьми, которые видели в нем красивого человека, которым он был. Его доброта, сила, креативность, верность, страсть… сколько жизней он мог бы изменить, если бы ему позволили быть именно тем, кем он был? Я еще не открыл для себя все грани милой натуры Джуда, но он уже полностью изменил мою жизнь. Я думал, что был счастлив до того, как встретил его, но теперь, когда я стоял на пороге потери его навсегда, я знал, что чего-то давно не хватало в моей жизни. Часть меня хотела вернуться в то наивное состояние. Другая часть хотела сломать все стены Джуда, чтобы он увидел, какой он замечательный. Так что он поверит мне, когда я скажу ему, что люблю его именно таким, какой он есть. Ебать. Я понятия не имел, как долго я просидел там, прежде чем осознал почти бесконечную вибрацию своего телефона в кармане. Я хотел проигнорировать это, потому что, скорее всего, Майк хотел знать, что, черт возьми, случилось с Джонни. Но я не мог пропустить звонок по поводу Макса, поэтому вытащил из кармана телефон. Я просмотрел уведомления… все они были от Майка. Мой телефон завибрировал в моей руке, когда поступил еще один звонок от Майка. Я вздохнула и нажала кнопку ответа, прежде чем приложить телефон к уху. — Парень — ублюдок, Майк. Он покинул свой пост, — сказал я прежде, чем он успел что-либо сказать. На другом конце провода повисла пауза, прежде чем Майк сказал: — Он взрывает телефоны других парней сообщениями о том, как ты трахаешься с клиентом. Полагаю, этот маленький засранец думает, что может устроить какой-нибудь переворот или что-то в этом роде. То, как Майк сказал последнюю часть своего заявления, сказало мне, что он не собирается спорить со мной по поводу решения уволить Джонни. Я открыл рот, чтобы сказать Майку, что объясню все на следующий день, но вместо этого выдал: — Я облажался, Майк. Еще одна пауза со стороны Майка. — Значит, это правда. Ты спишь с Арчером? Я положил голову на руку и уставился на причудливый ковер под ногами. — Я влюблен в него, — услышал я свое признание чуть громче шепота. Майк не засыпал меня вопросами, как я ожидал. И при этом он не разглагольствовал и не бредил тем, как я нарушил все правила. Вместо этого это говорил мой лучший друг, а не мой босс, когда он мягко спросил: — Ты сказал ему об этом? Я покачалаголовой, как будто он меня видел, но не мог издать ни звука. Майк, должно быть, понял мое молчание, потому что сказал: — Скажи ему, Ник. Ты можешь понять дерьмо оттуда, но только если не скажешь ему. Я проглотил комок эмоций, который, казалось, застрял у меня в горле, и сказал: — Спасибо, Майк. — Да приятель. Позвони мне утром. — На этом Майк повесил трубку. Я знал, что он был прав, конечно, но, рассказав Джуду правду о моих чувствах к нему, я столкнулся бы с большой проблемой, которая не имела ничего общего с его ненавистью ко мне в данный момент. Что, если он не любил меня в ответ? Неужели я действительно был готов обнажить свою изнанку, не зная, испытывает ли Джуд хотя бы капельку тех же чувств ко мне? Я понял, что это не имеет значения. Мне было абсолютно нечего терять. Моя гордость больше ничего не значила для меня, если это означало, что у меня есть шанс сохранить Джуда в своей жизни. Майк был прав… Я должен был сказать Джуду правду, и что бы ни случилось. Я поднялся на ноги со смесью волнения и ужаса, но успел пройти всего несколько футов в сторону спальни Джуд, когда в дверь постучали. За то время, что я был с Джудом, у него ни разу не было посетителей. Я машинально вытащил пистолет и, держа его рядом с собой, пошел открывать дверь. У Джуда не было глазка, что мне нужно было исправить как можно раньше, поэтому я был вынужден открыть дверь вслепую. С другой стороны стояло несколько мужчин в четких черных костюмах. Я мог видеть очертания их кобур для пистолетов под разрезом их курток, но я не закрыл дверь и не поднял свой пистолет, потому что знал, кто они. Я узнал парочку из них по той ночи, когда я встретился с Клифтоном Хейсом в его машине. — Что? — Я спросил. У меня было дурное предчувствие того, что происходит, но я не позволил этому сбить меня с толку. — Можно войти, мистер Фальков? — спросил ведущий. — Нет. — Мы здесь по просьбе мистера Хейса. Он хочет, чтобы мы сопровождали мистера Арчера… — Мне плевать, что хочет Хейс… — Николай, — позвал Джуд. Я не смел оторвать глаз от парней у двери, но промолчал. Я остро ощущал Джуда, когда он приближался ко мне. Он остановился, подойдя к двери. Я увидел маленькую сумку для ночлега в его руке. — Я позвонил им. — Нет, — сказал я, а затем захлопнул дверь и щелкнул замком. Только тогда я посмотрел на Джуда. — Ты не уйдешь. Не так. Я не узнал мужчину, стоящего передо мной. Я просто не хотел в это верить. Потому что передо мной стоял Джуд Арчер, которого я встретил, казалось, целую жизнь назад. Тот, у кого вместо крови в жилах был лед. Тот, чья фальшивая улыбка никогда не достигала его глаз, и кто ценил молчание, а не высказывание того, что он думал на самом деле. — Ты собираешься остановить меня этим? — холодно спросил Джуд, когда его глаза переместились на пистолет, который я свободно держал в правой руке. — Потому что в прошлый раз у тебя это не получилось. Джуд сделал шаг, чтобы пройти мимо меня, чтобы открыть дверь. Я схватил его прежде, чем он успел дотянуться до дверной ручки. Я маневрировал им, пока он не ударился спиной о стену, и использовал свое тело, чтобы удержать его там. — Я доволен тем, как все получилось, — тихо сказал я, а затем накрыл его рот своим. Он не ответил на поцелуй, но и не отстранился от меня. Я отстранился достаточно, чтобы посмотреть ему в глаза. Увиденное вселило в меня надежду. Он больше не был бесчувственным, но я мог сказать, что он вел какую-то войну с самим собой. Ничего из этого не сработает, если я не смогу вернуть своего Джуда. Я опустил голову, пока мои губы не оказались справа от его губ. Прижавшись лбом к лбу Джуда, я провел пальцами по его шее. — Поцелуй меня в ответ, Джуд. — Когда он не ответил, я почувствовал слезы, щипавшие мои глаза. — Пожалуйста, любовь моя. Казалось, прошли годы, прежде чем Джуд чуть-чуть пошевелился, а затем его губы оказались на моих. Я всхлипнул от облегчения и вложил в поцелуй всю себя. Мою любовь, мой страх, мою печаль, мою надежда… Поцелуй закончился слишком быстро. Джуд был тем, кто закончил это, отвернув голову. Мой рот приземлился на его щеку. Его кожа была влажной и намекала на соленость слез. — Останься со мной, — пробормотал я. Джуд не отреагировал на мою просьбу, так что я немного отстранился. Он не смотрел на меня, но я мог сказать, что он изо всех сил пытался держаться отдельно от меня. — Останься со мной, — повторил я, снова прижимаясь к нему. Как только Джуд начал возвращаться ко мне, дверь загрохотала в своей раме, когда кто-то постучал в нее с другой стороны. — Мистер Арчер? С вами все в порядке? Джуд прыгнул в мою хватку, а затем отстранился от меня. Ему удалось щелкнуть замком на двери и открыть ее прежде, чем я успел его остановить. Я как раз пытался притянуть его к себе, когда главный охранник ворвался в квартиру. Я поднял пистолет и направил его на него. Меня не волновало, что это делало меня похожим на сумасшедшего. Я не мог позволить им забрать его у меня. Я просто не мог. — Нет! — позвал Джуд, когда парень вместе с теми, кто стоял позади него, вытащили оружие. Прежде чем я успел его остановить, между нами встал Джуд. Я мгновенно опустил оружие и с облегчением увидел, что другие парни делают то же самое. Я схватил Джуда за запястье и потянул его вперед, пока нас не разделяло всего несколько дюймов. — Я люблю тебя, — практически закричал я ему. Мне было все равно, что у нас есть публика, но мне удалось сдержать свой гнев. — Я люблю тебя, — повторил я тише. Я попыталась притянуть Джуда еще ближе к себе и сначала подумал, что мне это удалось, но в самую последнюю секунду он отпрянул. И так продолжалось до тех пор, пока единственным, что удерживало нас на связи, была моя хватка на его запястье. Его глаза блестели от слез, но они не пролились. Когда он отвел от меня взгляд на кратчайшее мгновение, я понял, что потерял его. Потому что, когда он снова посмотрел на меня, эмоции исчезли, и все, что я увидел, было хладнокровным неповиновением. — Докажи это, — сказал Джуд, прежде чем потянуть его за руку. Я знал, чего он хотел. Он хотел, чтобы я отпустил его. Но это не будет доказательством моих чувств… он просто хотел сбежать. Бежать. Всю жизнь ему указывали на дверь люди, которые недостаточно любили его, когда он был ребенком. Теперь он переворачивал эти столы. Он собирался быть тем, кто решит уйти, уйти, а я останусь с разбитым сердцем, задаваясь вопросом, почему меня было недостаточно для него. Я шагнул вперед, пока мы снова почти не соприкоснулись. — Я люблю тебя, Джуд. Навсегда. И не ту вечность, которую якобы обещали тебе все эти придурки, когда ты был ребенком. Таким, который не меняется. Таким, который чертовски не удобен. Я тебя люблю. Никаких извинений, никаких гребаных утешительных призов, если что-то не получится, потому что это не мой вариант. Ты такой, какой ты есть. Ты мое будущее. Вопрос в том, твое ли я? Когда у тебя будет этот ответ, ты знаешь, где меня найти, потому что я никуда не уйду, ты меня слышишь? Я заставил себя освободить его запястье. Я затаил дыхание в надежде, что ошиблся и он не выйдет за эту дверь, но он не заставил меня долго ждать, потому что через две секунды после того, как я закончил признание, которое стоило мне всего, Джуд повернулся и ушел.