Playing With Fire

Положительным моментом этого свидания в Хогсмиде было то, что столько всего могло пойти не так, что я не могла решить, о чем беспокоиться. Нас могут поймать, пока мы сбегаем из школы. С нами идут Ли и Анджелина, а это может привести к катастрофе. Беа и Джордж почти наверняка будут чрезвычайно раздражать; Джордж, скорее всего, принесет этот чертов блокнот. Я все еще не была полностью уверена, что этот безрассудный план вообще сработает. В конце концов, мой мозг так и не смог остановиться на одной потенциальной проблеме, поэтому вместо этого он не остановился ни на одной. — Я весьма впечатлен, — сказал Фред в пятницу перед ЗОТИ. — Я думал, ты прямо сейчас начнешь лезть на стены. — Поздравляю, Уизли, ты меня сломал, — бесцветным голосом сказала я, доставая книги. — У меня слишком много забот, и это полностью перегружает мой бедный мозг. Боюсь, я никогда не буду прежней. — И мне потребовалось всего четыре фальшивых свидания, — сказал он, выглядя довольным собой. — Однако я надеюсь, что ты скоро вернешься к нормальной жизни. — О, наверное, — вздохнула я. — В конце концов, у девушки должно быть хобби. Беа, конечно же, не удалось убедить отказаться от самопровозглашенных обязанностей консультанта по гардеробу. — Я не помогла тебе в прошлый раз, и ты надела леггинсы и мешковатый джемпер. — Она снова рылась в моем гардеробе, на мгновение задержавшись, чтобы бросить укоризненный взгляд в мою сторону, прежде чем переключить свое внимание на зеленый кардиган. — Меня пригласили на другое свидание, не так ли? Кроме того, сколько раз ты будешь это делать? Наверняка ты уже запомнила всю мою одежду. — Не сомневайся в моих методах, — сказала Беа, бросая кардиган на кровать и подбирая желтую блузку. — Ты должна быть благодарна за то, что я готова дать свой экспертный совет. Я посмотрела на беспорядочно сложенную одежду на моей кровати. — Буду признательна, если ты вернешь все на свои места. Беа швырнула в меня блузку. — Дерзкая. — Кроме того, — сказала я, беря блузку и аккуратно складывая ее, — вряд ли мне следует падать ниц с благодарностью, когда а) я неоднократно говорила тебе, что не нуждаюсь в твоей помощи и б) ты взяла и пригласила сама себя на это свидание. — Ты продемонстрировала, что нуждаешься в моей помощи, — сказала Беа, положив руку на бедро. — Источник: этот джемпер и эти леггинсы. Я не учитываю твой второй аргумент на том основании, что к тому моменту, когда я вмешалась, половина Хогвартса собиралась пойти вместе с вами на свидание. — Она сделала паузу, одарив меня блаженной улыбкой и моргая глазами. — Кроме того, я — восхитительная компания. — В данный момент меня беспокоит менее чем восхитительное сочетание тебя и Джорджа. Беа фыркнула и подняла пару серых брюк. — Мое сотрудничество с Джорджем Уизли — одно из величайших партнерств этого времени. Мы как Ватсон и Холмс, только не вымышленные и не детективы. — Ты лучше проследи, чтобы он не принес этот чертов блокнот. — Кто я такая, чтобы указывать кому-то, что делать? — И все же ты здесь, отказываешься позволить мне одеться самой. — Это, — сказала она, подняв брови и оглядываясь на меня, — потому что ты продемонстрировала определенный недостаток личного творчества. Мне снова обсудить твои скучные трусики? Я вздохнула и откинулась на спинку кровати. — Ты доведешь меня до преждевременной кончины. — Увы. — Джемпер приземлился мне на лицо. — Я позабочусь о том, чтобы у тебя были хорошие похороны.

***

Побег из Хогвартса был сложным делом, которое включало в себя тщательно рассчитанное время отправления, проникновение в секретный проход в задней части статуи одноглазой ведьмы и выход на цыпочках из подвала Сладкого Королевства. — Хорошо. Не могу сказать, что я этого ожидала, — сказала я Фреду, пока мы шли по Хай-стрит. — Что, ты думала, что мы просто небрежно выйдем с территории через главные ворота? — спросил Фред, его глаза мерцали. — Льюис, тебе так многому нужно научиться. — О, я подумала, что лучше не слишком задумываться о деталях этого дела, — сказала я. — Это кажется более безопасным вариантом. — Обычно так и есть. — Кстати говоря, куда мы идем? — Три метлы. — Он посмотрел на часы. — Остальные должны прийти в течение часа, мы встретимся уже там. Я пытался выкрутиться, но Ли настоял. Я нахмурилась. — Разве мадам Розмерта не заметит стол, наполненный студентами Хогвартса? Фред покачал головой. — У нас есть договоренность. — Звучит довольно загадочно и, возможно, зловеще. Фред ухмыльнулся. — Едва ли. Договоренность такова: я приятный и очаровательный, а еще я всегда оставляю хорошие чаевые. По сравнению с днями, когда были школьные посещения, Три метлы были почти пусты, когда мы пришли. Мадам Розмерта подняла глаза на звук наших шагов и, к моему удивлению, покачала головой и улыбнулась, как будто не только ожидала увидеть Фреда, но и была рада его появлению. — Я знала, что ты не умеешь хранить секреты, — вздохнула она. — Хотя должна признать, что ты молчал дольше, чем я ожидала. Фред усмехнулся и прислонился к стойке, подперев подбородок руками. — Вы говорили мне, что пробираться в Хогсмид — это освященная веками традиция многих учеников Хогвартса, включая вас. Мадам Розмерта ударила его по лицу тряпкой. — Не сердись на меня, молодой человек. — Она улыбнулась и взглянула на меня. — Я так понимаю, он пытается произвести на тебя впечатление? Я пожала плечами. — Более или менее. Фред оттолкнулся от стойки. — Шарлотту Льюис, как известно, трудно впечатлить. Но она не сможет долго сопротивляться моему обаянию и остроумию. Я выгнула бровь. — Это еще предстоит выяснить. Фред обвил меня рукой за талию и притянул к себе. — Я ей нравлюсь, просто она боится в этом признаться. Мадам Розмерта усмехнулась и криво улыбнулась мне, когда я попыталась вырваться из железной хватки Фреда. — О, я уверена. Полагаю, тогда ты захочешь столик на двоих? — Вообще-то на шестерых, — сказал Фред, наконец отпуская от меня. — И сливочное пиво для нас двоих. Видимое спокойствие мадам Розмерты наконец дало трещину. — Шесть? — Все, что я пытался сделать, это пригласить симпатичную девушку на приятное свидание, — вздохнул Фред, приложив руку к сердцу, его плечи поникли, а рот преувеличенно надулся. — Ничего не поделаешь, у меня любопытные соседи по комнате. Мадам Розмерта покачала головой. — Ты меня убьешь, Фред Уизли. — Я прослежу, чтобы вы были упомянуты в моем завещании, — торжественно сказал Фред. Она вздохнула и закатила глаза, как будто не только привыкла к такого рода глупостям, но и забавлялась ими, и утомлялась. — Можете занять столик там. — Она указала на ближайший столик, стоящий у окна. — Блюдо дня сегодня — жаркое в горшочках, и у нас закончилось тушеное мясо ягненка. Я принесу вам напитки через пару минут. — Хорошо, — сказал Фред. Мадам Розмерта возилась у стойки, и мы сели за стол, сбросив пальто. — Сбегать в Хогсмид — это действительно традиция Хогвартса? — спросила я, снимая перчатки и засовывая их в карман пальто. — Так и есть, — сказал Фред, разматывая шарф. — Теперь ты являешься частью элитной группы студентов. Это довольно закрытая группа, ты должна очень гордиться. — Каковы критерии отбора? Найти секретный проход и не попасться? — Это и немного смелости, — сказал Фред с улыбкой, подтолкнув мою ногу под столом. — Я же говорил, что у тебя больше храбрости, чем ты думаешь. — Хочу напомнить, что мне пришлось пойти сюда, — поправила я его, отталкивая его ногу своей. — Поскольку меня заставили согласиться делать что-то совершенно безумное на каждом втором фальшивом свидании. Фред пожал плечами. — Почти одно и то же. — Кстати, о наших фальшивых свиданиях: это четвертое. Возможно, в ближайшее время нам следует подумать о том, чтобы стать фальшивой официальной парой, ты так не думаешь? — Вероятно. Я многозначительно посмотрела на него. — Ну… когда ты хочешь с этим разобраться? — Льюис. Что я говорил тебе о планировании романтических отношений? — Я знаю о твоих чувствах по этому поводу, — сказала я, закатывая глаза. — На самом деле, я могу процитировать: «Уизли не заводит роман с женщиной по расписанию, Льюис. Ты не можешь запланировать страсть, Льюис.» — У меня такое чувство, что ты издеваешься надо мной, и мне это не нравится, — сказал он, грозя мне пальцем. — Я никогда и не мечтала о том, чтобы насмехаться над тобой. — Теперь ты лжешь. — Осторожнее, Уизли. Ты понимаешь, что я должна согласиться быть твоей фальшивой девушкой. Не могу сказать, что эти обвинения заставляют меня чувствовать себя особенно милосердной. — Шантажируешь? — Он присвистнул. — Кажется, я придираюсь к тебе. Ты превращаешься в настоящего преступника. Я рассмеялась. — Кого ты когда-либо шантажировал? — Забудь. — Это, наверное, к лучшему. — Я наклонилась. — Но послушай, могу я попросить тебя кое о чем? — Я подумаю. Я сделала глубокий вдох. — Я полагаю, нет смысла просить тебя не делать чего-то нелепого. Он ухмыльнулся. — Как правило, это бесплодная попытка, да. — Я знаю, что цель всего этого — привлечь внимание, но… — Ты не хочешь, чтобы я ставил тебя в положение, когда на тебя будет смотреть множество людей и ждать твоего ответа. Напряжение в моих плечах немного ослабло. — Я не возражаю, если это будет немного эффектно, но сама идея поставить кого-то в такое положение просто вызывает у меня тошноту. Даже если это фальшивые отношения. Фред улыбнулся и похлопал меня по руке. — Не беспокойся: я устрою что-нибудь достаточно эффектное, чтобы тебя не тошнило. — Более романтичных слов никогда не слышала. — Дерзкая. — Кстати о тошноте — ты будешь в порядке со всем этим? — спросила я, неопределенно указывая на стол. — Я имею в виду Анджелину и Ли. Фред пожал плечами. — Может быть. Вероятно. Во всяком случае, мало что с этим поделаешь. Кроме того, мне нужно только пообедать. Я думаю, что после этого мы все пойдем своими путями. — Ну, если тебе нужна будет минутка, дай мне знать, — сказала я. — Подтолкни меня под столом или что-то в этом роде. Это может быть нашим кодом. — Сделаю. — Он поднял взгляд. — А вот и Джордж с Беа. — Мне всегда казалось, что эта статуя выглядит немного хитроумно, — сказала Беа, плюхаясь на сиденье рядом со мной и беря меню. — О, тушеный ягнёнок. — Он закончился, — сказала я. — Отстой. — Ли и Анджелина скоро должны прийти, — сказал Джордж, снимая шапку и проводя рукой по волосам. — Я сказал им подождать до четверти. — Ах да, а вот и Джордж, — сказала мадам Розмерта, подходя к столу, и на ее лице появилась та же полушутливая улыбка. Она поставила сливочное пиво перед нами с Фредом и выгнула бровь, глядя на Джорджа, положив руку на бедро. — Дай угадаю: ты тоже пытаешься произвести впечатление на свою девушку. — О, мы не вместе, — сказала Беа. Джордж вздохнул. — Мы не можем быть. Она только что унаследовала огромное состояние своего древнего мужа после его загадочной смерти, и это выглядело бы слишком подозрительно. Мы должны тосковать друг по другу издалека, пока дела не будут урегулированы. — Простите Джорджа, — сказала Беа, нежно кладя руку на плечо Джорджа и глядя на мадам Розмерту с выражением преувеличенной жалости. — Он идиот. — О, ты мне нравишься, — с улыбкой сказала мадам Розмерта. — Я довольно очаровательна, не так ли? — сказала Беа, сияя. — Это правда, что у вас закончилось тушеное мясо ягненка? — Боюсь, что так. У нас сегодня жаркое в горшочках, если это подойдет. — Интересно. Я немного подумаю, но можно мне пока сливочного пива? — Абсолютно. Джордж? — То же самое. — Так что вы двое планируете делать после обеда? — спросила я, когда мадам Розмерта вернулась к бару. — Потому что ты можешь быть чертовски уверена, что не будешь преследовать нас повсюду. — Когда мы вообще преследовали вас? — Джордж, у тебя буквально есть блокнот, в котором ты записываешь Мерлин знает что о наших перемещениях. — Я сузила глаза. — Который, ради всего святого, я искренне надеюсь, ты не взял с собой. Джордж ухмыльнулся. — Теперь, Шарлотта, это было красноречиво. — Кроме того, — сказала Беа, — я думала, ты будешь тронута тем, что твои друзья так заботятся о тебе. — Я бы предпочла, чтобы ты заботилась немного меньше. — Невозможно, — сказала Беа, обхватив меня руками в преувеличенном медвежьем объятии и небрежно поцеловав меня в щеку. — Такова моя любовь к тебе. — Осторожнее, Беа, — сказал Фред, не сумев скрыть улыбку. — Я могу начать ревновать. — Ты, Фред Уизли, еще даже не ее бойфренд, — сказала Беа, отпуская меня и складывая руки на столе. — Это то, что нам нужно обсудить. Я посмотрела на Беа. — Неужели? Беа проигнорировала меня. — Что за задержка, Фред? — Беа, ты же знаешь, как обстоят дела, — вздохнул Фред. — Мои адвокаты разговаривали с ее адвокатами, нам обоим нужно прочитать контракт, Шарлотта все время просит увеличить свое содержание, а ты знаешь, у меня нет таких денег… — И ты еще должен заверить эту чертову вещь у нотариуса, — добавил Джордж. — И всегда так сложно найти нотариуса, когда он так нужен. Фред покачал головой. — Говорю вам, этой бумажной волокиты достаточно, чтобы парень полностью пересмотрел свое представление о романтике. — Знаешь, простого «не твое дело» было бы достаточно, — сказала я с кривой усмешкой. Фред ухмыльнулся. — Я ничего не могу поделать, у меня богатое воображение, не так ли? — Возможно, ты мог бы направить это в более продуктивные русло, — предложила я. — Может, художественное письмо или рисование. Выражение лица Фреда слегка изменилось — настолько быстро, что вы могли бы и не заметить этого, если бы моргнули, — и я сразу поняла, что пришли Ли и Анджелина. — Похоже, они все сделали правильно, — сказал он. Я толкнула его ногой под столом, и он поймал мой взгляд, быстро улыбнувшись. Когда Ли и Анджелина подошли к столу, я поняла, что больше всего нервничаю из-за этой части. В какой-то степени я привыкла прикрываться полуправдой о моих отношениях с Фредом, но ставки вдруг стали намного выше. Моя улыбка казалась яркой, напряженной и искусственной, когда Анджелина поймала мой взгляд, и я поймала себя на том, что нервно постукиваю пальцами по колену в каком-то неистовом ритме. Единственная причина, по которой все это не было полной катастрофой, заключалась в том, что соотношение тех, кто знал правду, и тех, кто не знал, было решительно в нашу пользу. Беа, благослови ее бог, ничего не знала о Фреде и Анджелине и уж точно ничего не знала о нашем безумном замысле. Джордж и Ли могли знать, что Фреду когда-то нравилась Анджелина, но не то что его увлечение все еще продолжалось, и, конечно же, не то что мы разработали план, чтобы решить эту проблему. Анджелина, вероятно, знала больше всего, но я, надеюсь, убедила ее, что ее подозрения в значительной степени необоснованны. Из нас шестерых только Фред и я знали все. Мы были странными партнерами в клубе эмоций, разбитых сердец и лжи, замаскированной под правду. Именно партнерство придавало мне странную уверенность. Я наблюдала, как легко Фред изобразил небрежную ухмылку, чтобы скрыть свои эмоции, как легко он перекинул руку через спинку моего стула, как он мог изображать улыбки, которые казались искренними. И через некоторое время стало легче поверить, что мы действительно сможем это осуществить. — Не могу поверить, что вы, черт возьми, никогда не говорили мне об этом, — сказал Ли, плюхаясь на один из пустых стульев. — Это блестяще. — Хранение секретов обычно не является их сильной стороной, — сказала Анджелина. Выражение ее лица было особенно похоже на Анджелину: по большей части стоическое и спокойное, но если приглядеться, то можно было уловить раздражение. — О, я думала, это довольно очевидно, — сказала Беа. — Моя другая теория заключалась в том, что у Джорджа был сундук, полностью набитый шоколадным лягушкам и продуктами Зонко, и это казалось неправдоподобным. Джордж пожал плечами. — Я думаю, что мужчина имеет право на свои пороки. — Он ткнул Беа в плечо. — Кроме того, я никогда не слышал, чтобы ты жаловалась на это. — Не на шоколадных лягушек, — сказала Беа, сузив глаза. — Но без продуктов Зонко я могла бы жить. — Она повернулась к Анджелине. — Ты знаешь, что две недели назад он подсунул мне в сумку фальшивую пикси? Я открыла ее в библиотеке. Мадам Пинс по-прежнему не пускает меня обратно. — Прошу прощения, это был сделанный на заказ оригинал Уизли, а не какая-то имитация Зонко, — сказал Джордж, фыркая в притворной обиде. Фред вздохнул. — Я сказал ему, что она не подходит для тестирования, но он не послушал. Шесть недель работы, разбитой вдребезги учебником по трансфигурации. Абсолютная трагедия. Ли тихонько присвистнул. — Ты разбила оригинал Уизли, Беа? Это национальное достояние. Тебе повезло, что он не подал жалобу. Анджелина изогнула бровь, пристально глядя на Джорджа и Ли. — Ты действительно думаешь, что выиграешь этот спор? Я не думаю, что кто-то стал бы винить Беа, если бы она тут же его прокляла. — О, она не сердится на меня, — ухмыльнулся Джордж. — Я слишком очарователен. — Я думаю, что дело скорее в том, что я слишком великодушна, а ты этого не ценишь, — сказала Беа. Я прикусила язык и попыталась сдержать улыбку, которая не ускользнула от внимания Джорджа. — Шарлотта выглядит скептически. Беа пристально посмотрела на меня, и тогда я не смогла не улыбнуться. — Я уверена, что не понимаю, что ты имеешь в виду, — сказала я. — Никто из вас меня не ценит. — Беа ткнула указательным пальцем в поверхность стола. — Однажды меня не станет, и тогда вы поймете, что я была единственной нитью стабильности, которая скрепляла ваши жизни, и вы будете плакать о том, как вы оскорбили мою добрую и нежную натуру. — Мы построим тебе славную мемориальную статую, — торжественно сказал Джордж. — Здесь лежит Беатрис Пирс, — сказал Фред. — Единая нить стабильности, скреплявшая жизни многих, которую никто не ценил. — Вместо цветов, пожалуйста, сделайте пожертвование в Фонд защиты Джорджа Уизли, некоммерческую группу, занимающуюся предоставлением средств правовой защиты тем, кто пострадал от Джорджа Уизли. Суровое выражение лица Беа наконец дрогнуло, уголки ее рта дернулись в улыбке. — Пожалуйста, это называется Фонд помощи жертвам Джорджа Уизли. Поначалу казалось, что я была слишком осторожна в своем беспокойстве по поводу потенциальной неловкости этой части прогулки по Хогсмиду. Ли и Анджелина без промедления вступили в разговор, что, я полагаю, имело смысл, учитывая, что они оба дружили с Фредом и Джорджем. Сообразительность и быстрый ум Беа процветали в такой среде. Я довольствовалась тем, что слушала и вставляла комментарии тут и там, следила за Фредом, ожидая признаков того, что он готов уйти. — Итак, — сказала Беа ближе к концу обеда, — куда вы пойдете дальше? Ли пошевелил бровями. — О, знаешь, в какое-нибудь романтическое место. Я сдержала вздох. Так много для того, чтобы избежать неловкости. Анджелина закатила глаза. — Едва ли. Он настоял на Зонко. — Она все время говорит, что у Зонко не романтично, — вздохнул Ли, обнимая Анджелину. Раньше Анджелина казалась мне человеком, не склонным к публичным проявлениям чувств любого рода, но она не сделала ни малейшего движения, чтобы сбросить руку Ли, просто издала наигранный вздох, в котором были одновременно и раздражение, и искренняя привязанность. — Это недалеко от той маленькой игровой площадки, — сказала Беа с лукавой улыбкой. — У которой, если я правильно помню, есть довольно уединенное место под горкой зеленого дракона… — Беа… — Я сурово посмотрела на нее — не столько из-за содержания того, что она говорила, сколько из-за того, что она неосознанно усугубляла неловкий разговор. Не то чтобы причина имела значение: она не слушала меня, что она ясно дала понять, высунув язык. — Как я уже сказал: это очень романтично, — сказал Ли, довольно злобно улыбаясь Анджелине. — Честно говоря, Ли, ты меня смущаешь, — сказала Анджелина. Но на ее щеках появился приятный румянец, которого раньше не было, и ее глаза задержались на Ли всего на полсекунды дольше, чем нужно. Я не смела взглянуть на Фреда: один взгляд на него выдал бы все. — Я лишь намерен быть с тобой немного неприличным, — сказал Ли. Анджелина застонала. — Если ты будешь продолжать в том же духе, Ли Джордан, тебе повезет, если я вообще соглашусь. Ли одарил ее ослепительной улыбкой, совершенно не испугавшись ее прищуренных глаз и упрямой челюсти. — Неужели ты можешь винить меня за то, что я так очарован твоей красотой? — Только не говори мне, что тебе тоже понадобится компаньон, — сказала Беа. — Джордж и я собираемся следить за Фредом и Шарлоттой, и я действительно не хотела бы разделять нашу команду. Джордж кивнул. — У нас целая система. Я могу потеряться без нее. Я вздохнула. — Я полагаю, что мы уже решили, что вы двое не будете этого делать. — Предоставленные сами себе, вы двое довольно часто оказываетесь у стены в непотребном виде, — сказала Беа. — Кто знает, что произойдет без моего бдительного ока? Ли выглядел умеренно впечатленным и показал Фреду большой палец вверх; Анджелина закатила глаза и оттолкнула его руку. Мои щеки вспыхнули. — Беа, я уже говорила это раньше и скажу снова: я знаю о пустом классе, в котором вы с Деверо целовались, и я могу легко рассказать об этом Пивзу. — Деверо? Это тот парень из Шармбатона, с которым я тебя видела? — спросила Анджелина. — Может быть, ты сможешь познакомь меня с одним из его друзей после того, как я брошу Ли за то, что он отвратительный придурок. Беа покачала головой. — О, ты не хочешь этого. Они все ужасны. Я продолжаю встречаться с Деверо только потому, что он хорошо целуется и на него приятно смотреть, и даже это оправдание начинает устаревать. — Похоже, ты застряла со мной, любовь моя, — весело сказал Ли, целуя Анджелину в щеку. Фред толкнул меня ногой. — Сколько время? — спросила я. Фред посмотрел на часы. — Четверть. — Он одарил меня хитрой улыбкой. — Мы отправимся к нашему секретному месту, моя милая? Я вздохнула. — Я считаю, что ясно выразила свои чувства по поводу ласковых прозвищ. Фред ухмыльнулся. — Я приму это как «да». — Как хочешь. — Я сузила глаза на Беа. — Беа Пирс, клянусь жизнью… — О, не кипятись, я делаю это только потому, что тебя забавно раздражать. — Она широко улыбнулась мне. — Просто будь осторожна и… Я зажала ей рот рукой, прежде чем она смогла бы продолжить эту конкретную мысль. — Мы встретимся с вами здесь в четыре, да? — Беа лизнула мою ладонь, и я вскрикнула, отдернула руку и вытерла ее о салфетку. — Ты омерзительна. — Тоже тебя люблю! — сказала она, посылая мне воздушный поцелуй. Я сердито посмотрела на Беа, когда Фред бросил на стол несколько монет. Мы собрали наши пальто и оделись, помахав мадам Розмерте, когда мы вышли из здания и отважились вернуться на холод. — Все в порядке? — спросила я, как только за нами закрылась дверь. — Ага. — Фред шаркнул ботинком по земле. — Более или менее. Я кивнула. — Я предполагаю, что мы не пойдем к Зонко. Смех Фреда был горьким. — Нет. Я думал, может быть, Визжащая Хижина. — Ах да, второе самое романтичное место в Хогсмиде. Он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Оно довольно пугающее и немного изолированно. Идеально подходит для молодой пары, пытающейся сбежать от чрезмерно усердных компаньонов. — Справедливо. Какое-то время мы шли молча. Я наблюдала за Фредом краем глаза. Он не был явно расстроен, но и не был в себе. Наконец он заметил один из моих взглядов исподтишка и мрачно улыбнулся. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? — сказала я. Он вздохнул. — Ага. Я в порядке. Наверное, будет лучше, если я не буду слишком много думать об этом. — Что же тогда отвлечет тебя? Он пожал плечами. — Я не знаю. Давай просто пообщаемся. Это всегда помогает. — Хорошо. О чем ты хочешь поговорить? Он покосился на небо. — Хоть о чем. — Это довольно обширная тема, тебе не кажется? — Я амбициозен. — Тебе придется немного сузить круг. — Хм. — Он задумался на мгновение. — Расскажи мне что-нибудь о себе. Что-то, о чем ты мне раньше не рассказывала. — Есть много вещей, о которых я тебе не рассказывала. — Выбери одну. — Ну… — Я закусила губу, размышляя. — У меня есть прозвище. Не думаю, что ты знаешь это обо мне. Лицо Фреда просветлело. Несмотря на то, что видеть его счастливым даровало облегчение, его глаза засверкали таким восторгом, что я мгновенно почувствовала осторожность, рассказывая о каких-либо подробностях. — Продолжай… — Это не очень интересно, — предупредила я его. — И я скажу тебе, только если ты обещаешь не использовать его. Это семейное прозвище — странно, когда его используют не Льюисы. Фред остановился и поднял правую руку. — Даю слово, что ты никогда не услышишь этого имени из моих уст. — Не нужно так драматизировать, — сказала я, ткнув его в грудь. — Я очень серьезно отношусь к нашим секретам, Льюис. — Хорошо. — Я сделала паузу на мгновение. — Сверчок. Фред положил обе руки мне на плечи. — Это, — сказал он, очень серьезно глядя мне в глаза, — совершенно восхитительно. — Я рада, что ты так считаешь. — Откуда взялось это очаровательное имя? — Он убрал руки с моих плеч, и мы пошли дальше. — Боюсь, ничего особенно интересного. — Я отступила в сторону, чтобы не попасть на льдину. — Когда я была маленькой, мы читали книгу об очень тихом сверчке. Папа подумал, что это мне подходит. — Я пожала плечами. — Он дал всем нам такие странные прозвища. — Продолжай, а что остальные? — Алиса — это Гусь — не самая творческая придумка папы. Офелия — это Уточка, а Бьянка — Кролик. — Так ты единственное насекомое? Я улыбнулась. — Ага. Папа сказал, что он действительно не думал об этом, а потом оно уже прижилось. Я не возражаю — я все равно всегда немного отличалась от своих сестер. — Это очень мило. — А что насчет тебя? Есть очаровательные семейные прозвища? — Ничего такого изобретательного. Фордж — как в Дред и Фордж. Довольно понятно. А иногда… — Он очень серьезно посмотрел на меня. — …и ты должна поклясться, что никогда-никогда не используешь его… — Как насчет этого: я не буду называть тебя каким бы то ни было именем, пока ты не назовешь меня Сверчком. Он выглядел искренне довольным. — Стимулируешь мое молчание. Ты учишься, Льюис. — Значит, договорились? — Договорились. — Он глубоко вздохнул. — Иногда… — Он позволил драматической паузе задержаться, пока я не откашлялась в ожидании. — …мои родители зовут меня Фредди. Мои братья и сестра тоже, но в основном, чтобы меня раздражать. — Это не так уж и плохо, но я никогда не пророню ни слова. Мы оба помолчали. — А теперь ты мне что-нибудь расскажи, — сказала я, толкаясь плечом о его плечо. — Что ты хочешь узнать? — Я не знаю… как насчет… расскажи мне о самой большой проделке, из-за которой ты когда-либо попадал в беду. Фред усмехнулся. — О, нет. — Все так плохо? — Ну да. Это одна из тех вещей, которые в ретроспективе и смешнее, и глупее, и опаснее. — О, это должно быть превосходно. К моему удивлению, он выглядел слегка смущенным. — Ты должна пообещать, что не будешь думать обо мне плохо. Я был совсем мал и не совсем понимал, что делаю. — Конечно, нет. Он глубоко вздохнул. — Джордж и я пытались заставить Рона дать непреложный обет. Я вздрогнула. — Уф. — Ага. — Он не сводил глаз с дороги перед нами. — Не лучший мой момент, конечно. — Что ты пытался заставить его пообещать? — О, это была какая-то глупость, вроде, если он когда-нибудь будет есть десерт, он должен был бы отдать нам половину. Папа поймал нас прямо перед этим. Он вообще довольно уравновешенный, но в тот день… — Фред замолчал и покачал головой. — Он был в ярости. Правильно, конечно. Мы могли убить Рона. Единственный раз, когда меня отшлепали. — Выражение его лица было странно мрачным, что немного нервировало меня. — Ну, теперь я чувствую себя виноватой. Этот разговор должен был подбодрить тебя, а не угнетать. Хочешь услышать о моем? Это значительно менее серьезно и довольно глупо. К нему вернулась его обычная улыбка. — Льюис, я не думаю, что тебе нужно задавать этот вопрос. Выкладывай. — Ну, когда мне было семь, мы поехали навестить одну из моих теток. Она живет за городом в милейшем домике. И моей любимой частью дома был маленький балкон у одной из спален. Я думала, что это отчаянно романтично, и у меня была вся эта идея, что я могу выйти на балкон и притвориться принцессой или очень модной аристократкой. Фред рассмеялся. — Это обычная фантазия? Я пожала плечами. — Не знаю, в детстве у меня было довольно бурное воображение. Так или иначе, балкон был неустойчивым — одна из опор прогнила насквозь, а перила немного пошатнулись. Они, конечно, продолжали накладывать на него усиливающие заклинания, но это не срабатывало — это было как-то связано с деревом и зельем, которым изначально чинили его. Поэтому мои родители, естественно, были непреклонны, говоря, чтобы я не выходила на балкон, потому что это небезопасно. — Я так понимаю, ты вышла на балкон. — Конечно. Но видишь ли, я сделала несколько важных ошибок. Во-первых, я решила сделать попытку, пока мои родители и моя тетя сидели на террасе внизу, им открывался хороший вид на балкон. И даже если бы они не увидели, как я выхожу, они бы сообразили, что я была там, потому что балкон издал этот ужасный скрип и немного просел, когда я вышла на него. Фред улыбался. — Ты худший нарушитель правил, которого я когда-либо встречал. — О, все еще хуже, — сказала я. — Моя вторая ошибка заключалась в том, что я также притворялась принцессой, то есть я пела, когда делала это. Фред рассмеялся. — Не может быть. — Ага. «Синяя лаванда». Это народная мелодия. Фред выглядел так, словно не мог совладать со своим явным восторгом. — Возможно, это мой любимый рассказ о Шарлотте Льюис в истории рассказов о Шарлотте Льюис. — Лучше, чем то, что я ускользнула на разочаровывающую незаконную полуночную вечеринку у костра? — Конечно. — Он снова рассмеялся. — Ну, я так понимаю, ты выжила в том приключении. — О, да. Папа применил заклинание левитации, чтобы сразу же спустить меня вниз. Было много криков «о чем ты думала?» и «ты могла пораниться». — Как тебе удалось пройти через это и избежать наказания? — Я думаю, они просто обрадовались тому, что со мной все в порядке — на следующую ночь балкон действительно рухнул. Фред хлопнул в ладоши и рассмеялся. — Штаны Мерлина, ты сломала балкон. — Хочу, чтобы ты знал, что человек, который пришел, чтобы поработать над ним, сказал, что если семилетний ребенок, ступивший на него, ослабит его настолько, что это вызовет обрушение, то, вероятно, это всего лишь был вопрос времени. — Я пнула камешек. — Тем не менее, мои родители заставили меня провести лето за работой по дому, чтобы заработать деньги, чтобы помочь моей тете заплатить за реставрацию. — Жестоко. Мы молчали несколько минут. — Я думаю, твоя очередь задавать мне вопрос, — сказала я. — Как порядочно с твоей стороны. — Он поджал губы, щурясь в какую-то неизвестную точку вдалеке. — Какой вопрос я хочу задать Шарлотте Льюис? — Если это ужасно и неловко, я оставляю за собой право не отвечать, — сказала я, толкая его локтем. — Знаешь, я даже не подумал спросить о чем-то неподобающем, пока ты не упомянула об этом. — Он одарил меня слегка осуждающим взглядом. — Еще раз, Льюис, твои мысли порочны. Я вздохнула. — Ты всегда невыносимая заноза в заднице, не так ли? Фред ухмыльнулся. — Ты притворяешься, что сердишься, но на самом деле обожаешь меня. — Спорно. — Только ради этого я хочу спросить у тебя кое-что неловкое. — Ты, конечно, можешь попробовать, но нет никакой гарантии, что я отвечу. Он замолчал на мгновение, пока думал. Его лицо наконец расплылось в улыбке. — Хорошо, Льюис. Первый поцелуй. — О, это захватывающая и веселая история. — Продолжай. — Это было с мальчиком по имени Гэвин Холлифакс. Раньше он жил в нашем районе. Он ходил в какую-то школу в Германии — не могу вспомнить название. Так или иначе, мы — я не хочу говорить, что мы встречались, потому что это было так смехотворно недолго, — но мы были вместе около двух недель летом перед четвертым курсом. Он поцеловал меня в саду за домом, пока мы смотрели на звезды. Фред улыбался. — Хорошо, а в какой части это становится забавным? Я вздохнула. — Ну… ты когда-нибудь видел один из этих маггловских транспортов — не самолет, но немного похоже? С лопастями? — Вертолет? — Он нахмурился. — Какое это имеет отношение к твоему первому поцелую? — Ну. — Я сделала паузу. — Поцелуй Гэвина был… немного похож на поцелуй с вертолетом. Фред согнулся пополам от смеха. — Что? Я подняла брови, улыбаясь. — Я могу продемонстрировать, если ты действительно хочешь получить полный опыт. — Я думаю, тебе придется это сделать, потому что мне действительно трудно это представить. Мы остановились, и он наклонился и поцеловал меня. Я засунула свой язык ему в рот и покрутила им, словно размахивая лассо. Фред тут же расхохотался и отстранился. — Это было на самом деле хуже, чем я себе представлял, — сказал он, сделав довольно испуганное лицо. Я смеялась. — Я имею в виду, что я никогда раньше никого не целовала, и даже я знала, что он делает что-то не так. Фред нахмурился. — Подожди минутку. Вы были вместе две недели — целовалась ли ты с ним больше одного раза? Я колебалась. — Да. — Льюис. — Я была молода и глупа, — сказала я, пожимая плечами. — В тот момент новизна иметь парня заставила меня продолжить. Ненадолго, заметь. — Честно говоря, если это был твой первый опыт поцелуев, удивительно, что ты вообще вернулась к ним. — С тех пор у меня был лучший опыт. Он приложил руку к сердцу. — Льюис, я тронут. — Ты действительно хватаешься за любую возможность похвастаться собой, не так ли? — Это не хвастовство, если это правда. — Он потянул меня к себе. — Вот, поцелуй меня как следует. Я чувствую, что должен изгнать это из своего рта. Я потянулась и очень нежно поцеловала его в губы. — Хорошо. А теперь расскажи мне о своем. — О, мой ни за что не сравнится с твоим. — Неважно, я хочу это услышать. — Это было летом перед четвертым курсом. Зельда Кэбот. Одна из девушек из деревни. Мы с Джорджем иногда ходили туда в магазин. Я встретил Зельду примерно за неделю до того, как мы вернулись в Хогвартс. У нее были отличные маггловские комиксы — вот почему мы разговорились. Мы как бы встречались недолго — просто гуляли и разговаривали, ничего особенного. В последний день я набрался смелости и поцеловал ее под магнолией. — И как все прошло? Он пожал плечами. — Было немного небрежно. Я действительно не понимал, что делаю. Он пошевелил бровями. — Очевидно, что с тех пор я значительно улучшил свою технику. — Он увернулся от меня, когда я ударила его. — Так что случилось между тобой и Зельдой? — Ну, вот в чем проблема, — сказал он, и на его лице отразилось особое сочетание смущения и веселья. — Зельда была магглом, поэтому она ничего не знала о Хогвартсе. И в спешке, чтобы перепрыгнуть через эту конкретную веху, я, возможно, забыл упомянуть, что уеду в школу на следующие несколько месяцев. — О, нет. — Излишне говорить, что она не особенно стремилась повторить эксперимент, когда я вернулся на рождественские каникулы. — Могу представить. Мы пришли к Визжащей Хижине. Яркий дневной свет сделал ее немного менее тревожной — она выглядела как очень старый, заколоченный дом, в котором, возможно, обитали привидения. Тем не менее, было в этом что-то такое, что заставило меня плотнее закутаться в пальто. — Ты не боишься, правда, Льюис? — сказал Фред, подталкивая меня локтем. — Это самое населенное призраками здание во всей Британии, — сказала я, шлепая его. — Я думаю, что вполне разумно чувствовать себя немного обеспокоено. — Ерунда. — Он обвил руками мою талию, положив подбородок мне на голову. Я откинулась на него, благодарная за дополнительное тепло. — Я думал, мы установили, что ты смелее, чем ты думаешь. — Я должна где-то провести черту. Мстительные призраки кажутся разумным местом для этого. — Я не знаю, настолько ли они мстительны. Мы с Джорджем пытались проникнуть внутрь, но они так и не пошли за нами. — Я думала, что это всего лишь слухи. Только не говори мне, что ты действительно пытался проникнуть внутрь. — Еще раз: твои сомнения очень огорчают. — Фред. — Я повернулась лицом к нему. — С какой стати ты сделал что-то настолько монументально глупое? — Прошу прощения, мы проводили исследование. — Он ухмыльнулся и потрогал меня за нос. — Никто так и не смог его взломать. Никто не знает, что там на самом деле. Мы бы оказали обществу услугу. — Или предостережение, — сказала я, ткнув его пальцем в грудь. — Ты забываешь, что существует теория о том, что в этом месте бродят какие-то очень злые призраки. Что было бы, если бы это оказалось правдой? — Я думаю, что они были бы очарованы нашей мальчишеской внешностью и обаятельным характером. Я рассмеялась. — Это твоя типичная оборонительная стратегия? — Конечно. — Он ухмыльнулся. — С таким лицом было бы глупо не полагаться на это, как на стратегию. — Ты слишком крут, Фред Уизли. Он широко мне улыбнулся. — Во всяком случае, я слишком очарователен. Я закатила глаза. — Так что же на самом деле произошло, когда вы попытались проникнуть внутрь? Фред пожал плечами. — Немногое. Все входы опечатаны. Очень сложное заклинание — я никогда не видел ничего подобного. — Призраки не вышли, чтобы накричать на тебя за вторжение? Он покачал головой. — Мы услышали какие-то жуткие звуки и увидели какие-то странные тени в окнах, но ничего экстраординарного. — Всего лишь еще один обычный день из жизни Фреда Уизли. Он ухмыльнулся. — У меня действительно было много захватывающих приключений. Делает вещи интересными. — Он мотнул головой в сторону Визжащей Хижины. — Хочешь взглянуть? Я подняла бровь. — Тебе не кажется, что на этом свидании ты достаточно вымотал мои нервы? — Мы только начинаем. — Его глаза мерцали так, что это казалось немного опасным. — Фред- — Пойдем, Льюис. — Он подошел к забору. — Едва ли это настоящий забор, тебе даже не нужно перепрыгивать через него. — На самом деле ты не собираешься этого делать… Он нырнул под колючую проволоку, в которой, по общему признанию, была особенно широкая щель, и встал с другой стороны. — Видишь? — Фред, вернись сюда. Он ухмыльнулся и повернулся на каблуках. — Фред! Он продолжал идти. Как оказалось, мое желание избежать мстительных призраков было на втором месте после моего желания не видеть Фреда, атакованного упомянутыми мстительными призраками. Ругаясь и стиснув зубы, я нырнула под забор и вынырнула с другой стороны, скользя вслед за Фредом, ступавшим по снегу. — Ты нас убьешь, — сказала я, догоняя его. — О, Льюис, не балуйся. — Я беспокоюсь за нашу безопасность и благополучие. — Ты издеваешься надо мной и закатываешь глаза, когда я говорю, что ты обожаешь меня. — Он пошевелил бровями. — Я думаю, ты тайно влюблена в меня. — Что ж, ты определенно проверяешь эту теорию. Он усмехнулся. — О, пойдем. Нам не нужно проходить весь путь до нее, и я не буду пытаться снова вломиться. Это облегчит твое волнение? — Нет. Он искоса взглянул на меня, его рот изогнулся в полуулыбке, когда он протянул руку. — Но ты все равно собираешься пойти со мной, не так ли? Я раздраженно вздохнула, вложив свою руку в его. — Давай просто покончим с этим. Его выражение расплылось в полной ухмылке. — Льюис, ты прелесть. Фред небрежно направился к Визжащей Хижине, и я последовала за ним, мое сердце бешено колотилось в горле, и моя хватка на его руке стала крепче, когда мы подошли ближе к дому. К его чести, он ни разу не пожаловался, хотя я была почти уверен, что готова превратить кости в его руке в мелкую пыль. Мы остановились метрах в двадцати от дома. Вблизи все было не так плохо, как я думала, просто оно выглядело немного более грустным и заброшенным, чем издалека. Но тут нас хлестнул холодный ветер, и я могла поклясться, что услышала тревожный стон, и дрожь, не имевшая никакого отношения к холоду, пробежала вверх и вниз по моему позвоночнику. — Видишь? Не так уж и плохо, — весело сказал Фред. — Если бы мы его починили, было бы почти уютно. — Ты можете взять на себя эту задачу. — Я думаю, было бы довольно убедительно, если бы мы взялись за дело вместе, — сказал он. — Это действительно придало бы серьезности нашим фальшивым отношениям. Эйдан и Анджелина постучали бы в нашу дверь, чтобы признаться в своих чувствах. — Или мстительные призраки выбили бы нашу дверь, чтобы отомстить нам за то, что мы выселили их из дома. — Нет, думаю, они были бы рады, — сказал он. — Должно быть, становится немного скучно, постоянно мстить. Думаю, им нужен перерыв. Я изучала его лицо, когда он оглядывал здание, на его губах играла мягкая улыбка. Он казался… счастливым, как ни странно. И на мгновение я забыла о мурашках на спине и о том, что мы стояли в тени знаменитого дома с привидениями. — Тебе действительно нравится это место, не так ли? — тихо сказала я. Он посмотрел на меня и улыбнулся. — Ты разгадала мой секрет. Мне нравится Визжащая Хижина. Раньше ты шутила, но я всегда думал, что это немного романтично. Я смеялась. — Романтично? Каким образом? Он покачал головой. — Ты такая умная, Льюис, но иногда ты поражаешь меня огромными пробелами в своем образовании. Я толкнула его локтем. — Просвети меня тогда, о мудрейший. Он покосился на дом, прикрывая глаза от солнца. — Это великая тайна, не так ли? Ходят слухи и теории, но никто так и не понял, что это за место и что внутри. — Он оглянулся на меня. — Я всегда думал об этой прекрасной возможности. Не только то, что внутри — там вполне может ничего не быть, — но мысль о том, что кто-то может это выяснить. — Он снова посмотрел на дом. — Это похоже на то, что ты стоишь около пропасти под названием «что, если», и я всегда находил это своего рода романтичным. Не знаю, чего я ожидала от Фреда, но ничего подобного никогда не приходило мне в голову. Я посмотрела на дом, пытаясь увидеть в нем большой вопросительный знак, великое «а что, если», которое описал Фред. — Полагаю, ты прав, — сказала я через мгновение. Фред оглянулся на меня, и мягкость в его глазах исчезла, сменившись беззаботным весельем, к которому я привыкла. — У меня были скрытые мотивы, чтобы привести тебя сюда, — сказал он, изо всех сил стараясь выглядеть огорченным. Я подняла бровь. — Что такое? Ты заключил пари с мстительными призраками, и все это было просто тщательно продуманной уловкой, чтобы принести им живую душу? — Ты действительно так плохо думаешь обо мне, раз считаешь, что я принесу тебя в жертву мстительным призракам? Я думал, что наша дружба значит для тебя больше. — Ага, ведь большинство друзей водят друг друга в знаменитые дома с привидениями, чтобы повеселиться. — Дерзкая. — Он ухмыльнулся. — Нет, я привел тебя сюда, потому что всегда хотел поцеловать девушку перед Визжащей Хижиной. Я почувствовала, что было нечто большее, чем это конкретное признание, поэтому я ждала, подняв брови. — …и, может быть, Ли, Джордж и я поспорили на третьем курсе, кто из нас сделает это первым. Я рассмеялась, качая головой. — Ожидаемо. — Пойдем, Льюис. Он встал передо мной, положив руки мне на талию. — Я делаю тебе одолжение, ты же знаешь. Подумай, какая из этого получится отличная история. — Ах, да, позвольте мне рассказать вам о том случае, когда Фред Уизли чуть не убил нас обоих мстительными призраками, чтобы выиграть пари, которое он заключил в тринадцатилетнем возрасте. Он усмехнулся. — Мы пробыли здесь почти десять минут и не видели ни одного мстительного призрака. — Если только они не ждут, пока мы отвлечемся. Например, на поцелуи. — Я отдам тебе часть своего выигрыша. — Можно конкретнее. Его улыбка стала шире. — Ты действительно учишься, не так ли? — Как ты и сказал, я умная. Он ухмыльнулся. — Тридцать процентов. — Сорок процентов, и ты позволишь мне выбрать следующие две свидания, и ты не можешь жаловаться на них. Он на мгновение задумался. — Заметано. Он наклонился и поцеловал меня. И как бы мне не хотелось это признавать, было что-то довольно романтичное в том, чтобы целоваться прямо перед знаменитым домом с привидениями, когда зимний ветер запутывал твои волосы, и ты прижималась к человеку, который целует тебя, чтобы получить немного дополнительного тепла. На мгновение холод и жуткий скрип Визжащей Хижины не имели значения. Я была прижата к твердому теплу тела Фреда, наслаждаясь ощущением его губ на моих. Я чувствовала себя комфортно; я чувствовала себя в безопасности. Он закончил поцелуй, и внезапно я обнаружила, что смотрю в эти кленово-карие глаза, мерцающие знакомым весельем, которое напомнило мне, что все это была всего лишь игра. Какое-то странное смущение расцвело где-то в моем животе, и я поспешно отогнала его. — Спасибо, Шарлотта, — сказал он. — Пожалуйста. — Я глубоко вздохнула, пытаясь избавиться от этого странного чувства. — Ты утолил свою жажду совсем глупых решений или хочешь пойти постучать в дверь и посмотреть, нет ли мстительных призраков дома? Он усмехнулся и целомудренно чмокнул меня в губы. — Ты персик. Пойдем, я куплю тебе кое-что в Сладком королевстве. Я полагаю, странным свидетельством моего доверия к Фреду было то, что я действительно не подумала дважды, прежде чем повернуться спиной к самому известному дому с привидениями в Британии и уйти, сжав его руку в своей. Мы были примерно на полпути к забору, когда он начал смеяться. — Я так и знал, — сказал он, указывая на дорогу. Две фигуры — несомненно, Беа и Джордж — шли вместе по дороге. Я присела и схватил горсть снега. — Что ты делаешь? — Ну, — сказала я, спокойно скатывая снег в снежный ком, — я точно знаю, что Беа активно избегала похода в Визжащую Хижину, потому что она думает, что если ты видел ее хоть раз, то нет смысла возвращаться. — Я закончила первый и начала работать над вторым. — А с тех пор, как мы покинули Три метлы, прошло около тридцати минут или около того, так что я подозреваю, что она ждала, надеясь, что я ослаблю бдительность. Держи это. — Я передала первый снежок Фреду и встала, выуживая палочку из кармана пальто. — Поэтому я создаю соответствующий ответ. Я быстро пробормотала заклинание, и оба снежка вылетели из наших рук. Я стояла, скрестив руки на груди, и смотрела, как снежки летят к намеченной цели. Тихий смех Фреда смешался с криками Беа и Джорджа. — Шарлотта Льюис, — сказал он, посмеиваясь, когда Джордж безуспешно пытался увернуться от снежка, — если бы я не знал тебя лучше, я бы сказал, что ты пытаешься заставить меня влюбиться в тебя. Я смеялась тогда, потому что не догадывалась, к чему это приведет. Вы, наверное, начинаете уставать это слышать: сколько предзнаменований может требовать одна история? Борода Мерлина, Шарлотта, перестань быть такой деспотичной: мы поняли. Но дело в том, что сейчас, оглядываясь назад, было так много моментов — так много очевидных моментов, — когда я должна была остановиться и подумать, когда я должна была понять, что быстро сворачиваю к чему-то, чего я не хотела. Все это было прямо у меня под носом, если бы я только нашла время, чтобы посмотреть. Вместо этого я чиркнула спичкой и лениво покрутил ее между пальцами, в блаженном неведении, что вот-вот поскользнусь и обожгусь.