Не так плох, как кажется

2 апреля, 1002 год ПИЛ. 01:17. Премьер-министр Сомбра. Кристальная империя. Больница при Кристальном замке. Я лежал и смотрел в потолок. Белый, с тонкими кристаллическими прожилками, которые едва заметно переливались даже в темноте. Наверное, от Кристального сердца. Оно билось где-то там, внизу, в центре площади, и его свет проникал даже сюда, в палату на третьем этаже. Бок всё ещё ныло. Не сильно, но тупо и настойчиво, будто напоминая, что я едва не умер. Опять. Я закрыл глаза и сразу увидел ту вспышку на вокзале. Крики. Лицо Кейденс, искажённое ужасом. Шайнинг, выкрикивающий приказы. А потом — тьма. Знакомая уже тьма. «Не так уж и плохо, — подумал я с горькой усмешкой. — Второй раз за пару дней. Недурно». Дверь тихо скрипнула. Я не стал открывать глаза. Шаги были мягкими, почти неслышными. Не Кейденс. Не Шайнинг. Не врач. — Ты не спишь, — раздался низкий, мягкий голос. Я открыл глаза. Принцесса Луна стояла у окна. Её тёмно-синяя грива колыхалась даже без ветра, а в глазах отражался лунный свет, проникающий сквозь стекло. Она выглядела… усталой. Или просто задумчивой. Трудно сказать. — Ваше Высочество… — я попытался приподняться, но бок сразу напомнил о себе. Поморщился и опустился обратно. — Не ожидал увидеть вас здесь. Луна тихо и устало фыркнула. — Ночь — моё время, Сомбра. Или ты уже забыл? — Она подошла ближе и села на стул возле кровати. — Я пришла неофициально. Просто… поговорить. Я молчал. Сердце стучало чуть быстрее обычного. Тот сон… так он был настоящим? Луна, будто прочитав мысли, слегка наклонила голову. — Да, это была я. В твоём сне. Я видела твою тень. Слышала её голос. И видела, как ты с ней боролся. Я отвёл взгляд к окну. За стеклом виднелся кусок ночного неба и далёкие огни города. Кристальные пони, наверное, уже спят. — И что вы увидели? — спросил я тихо. — Монстра, который притворяется раскаявшимся? Или тирана, который боится умереть? Луна помолчала. Долго. Потом заговорила мягче, чем я ожидал: — Я увидела себя. Ту, что была тысячу лет назад. Одинокую. Озлобленную. Готовую на всё, лишь бы её заметили. Она повернула голову и посмотрела мне прямо в глаза. Взгляд был тяжёлым, но без привычной холодной ярости. — Ты разбил принцессу Аморе. Поработил целый народ. Наложил проклятие, которое стёрло вашу империю с карты на тысячу лет. Я знаю это. Селестия знает. Кристальные пони… они тоже знают. — Луна опять притихла. — Но всё же ты здесь. Лежишь и думаешь, как им помочь. Я горько усмехнулся. — Помочь… Красиво звучит. А на деле — меня чуть не убили свои же пони. И я их понимаю. Если бы кто-то сделал со мной то, что я… то, что старый Сомбра сделал с ними… я бы тоже хотел его смерти. Луна кивнула. Медленно, будто соглашаясь с чем-то своим. — Я тоже когда-то хотела вечной ночи. Чтобы все наконец увидели мою красоту. Мою силу. Чтобы перестали любить только день. — Её голос стал тише. — Я стала Найтмер Мун. Причинила боль сестре. Причинила боль многим пони. А потом провела тысячу лет на луне. Одна. В полном одиночестве. Она замолчала. Я тоже молчал. Что тут скажешь? — Когда меня вернули… когда Элементы Гармонии очистили меня… я думала, что всё кончено. Что я смогу просто начать заново. Но моя вина осталась. Она шепчет по ночам. Иногда громче, иногда тише. Луна протянула копыто и осторожно коснулась моей передней ноги. Копыто было прохладным. — Я помогу тебе. Не потому, что простила старого Сомбру. А потому, что вижу в тебе того, кто пытается стать лучше. Это… редкость. Я сглотнул. В горле стоял ком. — Почему вы мне верите? После всего? — Потому что в твоём сне ты не сдался тени. Ты сопротивлялся. Даже когда было больно. Даже когда казалось, что всё бесполезно. — Луна чуть улыбнулась уголком рта. — И потому что я знаю, каково это — просыпаться и бояться, что сегодня ты снова станешь тем, кем был вчера. Она убрала копыто и встала. — Я останусь в империи на несколько дней. Неофициально. Буду помогать Кейденс с защитными чарами и… присматривать за тобой. Ночью мы продолжим. Я научу тебя простым техникам. Как не давать вине взять верх. Как отличать свои мысли от… его. Я кивнул. Сил улыбнуться не было, но внутри что-то слегка отпустило. — Спасибо… Луна. Она уже шла к двери, но на пороге остановилась и оглянулась. — Не благодари раньше времени, Сомбра. Это будет тяжело. Тысяча лет оставила следы. И кристальные пони не забудут так быстро. Но… если ты действительно хочешь помочь империи — начни с малого. С того, чтобы не дать своей тени править тобой. Дверь тихо закрылась. Я снова остался один. Только лунный свет и далёкое биение Кристального сердца. «Посмотрим, принцесса ночи,» — подумал я и невольно усмехнулся. — «Посмотрим…» 2 апреля, 1002 год ПИЛ. 08:45. Премьер-министр Сомбра. Кристальная империя. Больница при Кристальном замке. Утро принесло новых посетителей. Кейденс выглядела чуть лучше, чем вчера, но всё равно усталой. Шайнинг Армор стоял у двери. — Врачи говорят, что через пару дней тебя можно будет выписывать, — сказала Кейденс, садясь на тот же стул, где ночью сидела Луна. — Но пока… никаких выходов. Народ всё ещё… взбудоражен. Я кивнул. — Понимаю. Я и не рвусь на площадь. Шайнинг хмыкнул. — Хорошо. Мы усилили охрану. Принцесса Луна неожиданно решила остаться на несколько дней. Говорит, хочет лично проверить Кристальное сердце. Кейденс улыбнулась краешком губ. — Она почти не спала. Прилетела ночью и сразу пошла к сердцу. Странно, конечно… Я ничего не сказал. Просто посмотрел в окно, где уже светило солнце. Где-то, принцесса ночи, наверное, уже отдыхала перед следующей ночью. А я… я просто лежал и думал. О том, что Луна права. И о том, что маленькие шаги — это всё, на что я пока что способен. «Ладно, что ж… Начнём с малого.» 2 апреля, 1002 год ПИЛ. 09:12. Премьер-министр Сомбра. Кристальная империя. Больница при Кристальном замке. Кейденс всё ещё сидела рядом, перебирая в копытах какой-то свиток. Шайнинг Армор стоял у окна, скрестив передние ноги, и смотрел вниз, на площадь. Оттуда доносился приглушённый гул голосов — не радостный, как вчера при встрече принцессы, а тревожный, нервный. — Мы получили первые донесения от стражи, — тихо сказала Кейденс, не поднимая глаз. — Ночью было несколько мелких стычек. Кто-то бросал камни в окна домов тех, кто вчера кричал «Сомбра должен уйти». Никто серьёзно не пострадал, но… напряжение растёт. Шайнинг фыркнул, не отворачиваясь от окна. — Я уже приказал патрулям усилить присутствие вокруг замка и сердца. Но если честно, Сомбра… половина кристальных пони считает, что мы тебя прикрываем. Другая половина боится, что ты снова… Я прикрыл глаза. Бок снова заныл, будто соглашаясь с его словами. — Я не собираюсь оправдываться перед каждым. — Голос вышел хриплым. — Но и прятаться вечно тоже не вариант. Если я буду сидеть здесь, как пленник, то только подтвержу их страхи. Кейденс наконец подняла взгляд. В её глазах была смесь усталости и той самой мягкой решимости, за которую её, наверное, и любили пони. — Мы подумали… может, пока ты выздоравливаешь, начать с письменных обращений? Ты мог бы подготовить небольшой манифест. Не речь с балкона, а просто… письмо к народу. Объяснить, чего ты хочешь для империи. Без оправданий. Только планы. Школы, мастерские по работе с кристаллами, торговые пути на юг — что угодно, что ты предлагал. Что-то конкретное. Шайнинг повернулся. — Мы разошлём его через глашатаев и магические свитки. Не все умеют читать, но те, кто умеет, прочитают вслух остальным. Маленький шаг, но всё же шаг. Я кивнул. Мысль была разумной. Именно такие «маленькие шаги» и упоминала Луна ночью. — Хорошо. Я напишу. Сегодня же, если дадите перо и бумагу. Только… — я замялся, — Пусть будет сухо. По делу. «Я, премьер-министр Сомбра, предлагаю следующие меры…» и так далее. Кейденс улыбнулась — впервые за утро по-настоящему. — Вот это уже больше похоже на тебя. На того тебя, которого я начала видеть в конференц-зале. Дверь снова открылась. На этот раз вошёл Ипполит Хофштадтер — взъерошенный, с тёмными кругами под глазами и стопкой книг под копытом. Увидев меня, он чуть не выронил всю кипу. — Король… то есть, премьер-министр! Вы в сознании! Я… я пришёл, как только смог. Всю ночь просидел в библиотеке, искал что-нибудь про умбрумов. — Он неловко переступил с копыта на копыто. — Не нашёл почти ничего полезного, но есть пара старых трактатов Старсвирла о теневых сущностях. Может, пригодится. Я посмотрел на него с неожиданной теплотой. Из всех пони именно этот странный учёный первым поверил мне — ещё когда я был чёрным дымом посреди снежной пустыни. — Спасибо, Ипполит. Положи на столик. Я посмотрю, когда голова перестанет кружиться. Он кивнул и осторожно пристроил книги рядом с вазой цветов. Потом помялся. — И ещё… я поговорил с несколькими кристальными пони из старшего поколения. Не все, конечно, но… некоторые готовы хотя бы выслушать. Говорят, если вы действительно поможете с восстановлением старых шахт к северу от города, то… возможно, начнут думать иначе. Шайнинг хмыкнул. — Шахты… Это может быть неплохой идеей. Рабочие места, ресурсы. И достаточно далеко от столицы, чтобы не нервировать всех твоим присутствием. Я закрыл глаза на секунду, собираясь с мыслями. Боль в боку стала чуть тише — то ли от лекарств, то ли от того, что внутри наконец появилось что-то похожее на надежду.