Придурок из хосписа

- Да твою мать. Вы издеваетесь, - шипит Нил сквозь зубы, когда замечает знакомую блондинистую макушку. Он прищуривается, надеется, что у него, скорее, началось какое-то больное помешательство на Эндрю, но это действительно он – его придурок из хосписа воплоти. Джостен не хочет верить в глупые совпадения, но и мысль, что Эндрю преследует его и реально спит и видит, как разукрасит ему лицо, - кажется наименее возможной. Нил делает шаг внутрь, потом разворачивается и думает, что стоило бы уйти. Он и так устал после рабочего дня, Эрнандес написал, что поле сегодня будет закрыто, потому что в здании прорвало канализационную трубу и какие-то там важные комнаты затопило. На претензию Нила, что поле точно должно было остаться в порядке, тренер кинул, что Нил самолично может приехать и посмотреть, как весело покачивается говно туда-сюда прямо у ворот. Джостен воздержался. Зайти в любимый бар и выпить чего-то крепкого в одиночестве казалось ему слишком привлекательным, чтобы отказывать своим раздраженным нервам и уступать мелкому кретину за столиком. Но, черт, Эндрю – очередной фактор, из-за которого Нил не может расслабиться ни на минуту. И Джостен даже думает, что сможет улизнуть незаметно, пока не встречается взглядом с ореховыми глазами. - Блять. Эндрю как-раз видел его глупые метания и то, как Джостен то уходил, то возвращался. Прекрасно, как еще можно опозориться перед человеком, перед которым ни в коем случае не хочешь опозориться? Миньярд не реагирует никак. Просто продолжает пялиться какое-то время, пока Нил не решает первым прервать зрительный контакт и не заказать себе обычного пива. Как назло, когда он получает свои две бутылки, почти все места оказываются заняты. Он делает неловкую попытку подсесть к незнакомому парню, но тот еще более неловко извиняется и говорит, что ждет друзей. - Ты выглядишь, как алкоголик в депрессии, - выдавливает Нил вместо приветствия. Ухмылка Эндрю прячется за рюмкой коньяка, но Нил видит ее. Он знает, что все это время Миньярд наблюдал за ним и видел эти нелепые попытки избавиться от его общества. И вот Нил собственной персоной с покрасневшими от стыда щеками стоит напротив и смотрит. Долго смотрит, сам не понимая, то ли ждет приглашения, то ли разрешения. Но, не дождавшись ничего, кроме очередного пренебрежительного взгляда, падает на стул напротив. Нил не пытается завязать разговор, а лишь умело открывает бутылку другой – ему не хотелось терять время на баре с открывашкой и он надеялся быстрее занять свободное место – и делает несколько больших глотков. Пиво холодное, шипучее, и это то, что ему нужно было. Мозги сегодня ему ебали так, что Нил в очередной раз поругался с начальником. Видите ли, ему нужно было приврать кое-какие факты в документации, а то, что Нилу всучат за это несколько лет и встреча с дядей точно будет обеспечена – не волновало никого, кроме него и Элисон. Коллега и то ли подруга, то ли просто хорошая знакомая. Там тоже все сложно. - Зачем ты ходишь на встречи? – Спрашивает Нил, когда первая бутылка заканчивается, а телефон оповещает о новом сообщении в групповом чате. Он краем глаза замечает, что они просидели так двадцать минут. - Ты думаешь, что я буду с тобой общаться? Нил разочарованно вздыхает, потирая переносицу. И правда, на что он рассчитывал, когда задавал вопрос Эндрю? На то, что они хотя бы сегодня не будут трепать друг другу нервы и сидеть в удушающей тишине? Нилу, например, надоело слушать, как девушка за спиной жалуется на своего парня подруге, а другой чел – лет под сорок – спорит с женой, нужно ли им покупать новый пылесос. Он устал. Он хочет либо тишины, либо не слушать этой бытовой хрени. Ему и дома ее от Бойда хватало. Сегодня, вот, ему точно влетит за то, что он забыл закинуть вещи в стирку, и завтра им придется обмениваться одеждой друг друга или нюхать грязную и выбирать наименее вонючую. - Не будь сегодня такой занозой в заднице. – Нил замолкает на миг, а после выдавливает из себя с таким трудом, будто кошак, откашливающий шерсть. – Пожалуйста. - Не произноси это слово, если не хочешь продолжить на том месте, где мы остановились. Нил фыркнул. - Как скажешь, - он присасывается к горлышку второй бутылки – без новой дозы алкоголя тут уж точно не справиться. – Если ты не хочешь отвечать на вопросы про хоспис, скажи хоть что-нибудь. Например, откуда ты знаешь Эбби? Кто она вообще такая? - Главная медсестра. - Вау, я этого не знал. – Сарказм так сильно сочится из каждого слова Нила, что Эндрю хмыкает, наполняя стакан до краев. - А я вижу, язык у тебя без костей. Девять жизней? - Скорее, одна длинная. – Джостен ловит его внимательный взгляд и заставляет себя сидеть прямо, потому что Эндрю и не пытается скрыть, что разглядывает его. Полосы на щеке, ожоги под глазом, длинные раны на шее и плечах, и часть ожога от утюга, выглядывающего из-под ворота широкой футболки. Нил мог проследить маршрут Эндрю, увидеть, как он строит догадки и щурится сильнее, пытаясь заметить отдельные детали, которые дали бы ему больше информации. - Откуда шрамы? – Спокойно спрашивает он, отпивая. - Что под повязками? – Также спрашивает Нил и приподнимает брови в намеке. Правда за правду – по-другому они взаимодействовать не будут. - Порезы. - Семья. Эбби бы наверняка посмеялась над ними, но очевидно похвалила за сделанную попытку. Они настолько не хотели раскрывать карты, что ответили, ничего не отвечая. Нил даже на миг разочаровался в них обоих, хотя еще раз отметил, что Мэтт, черт его подери, мог оказаться прав. Они точно имели совершенно разные истории, но были слишком похожи и могли понять друг друга. По отстраненному взгляду Эндрю Нил понял, что он думал примерно в том же направлении, но не сказал ничего. - Почему ты ходишь, если понимаешь, что все это действо – туфта? - Часть моей терапии, - Нил удивленно вскидывает брови, совсем не ожидая честного ответа от Эндрю. Он не был удивлен, что после этого не последовало ничего, но все равно не может оторвать глаз от Эндрю и следит за тем, как Миньярд опрокидывает в себя новую порцию алкоголя, его кадык дергается, на губах остаются янтарные капли, и Эндрю слизывает их, смотря прямо на Нила. Джостен отводит взгляд в сторону и отпивает пива. Ему не хотелось бы придавать особое значение тому, что происходит, когда еще несколько дней назад они готовы были убить друг друга в хосписе. Новый глоток придает ему чуть большей уверенности, и он решает, что ответить честностью на честность будет справедливым. - Меня затащил друг. Возможно, видел его. – Эндрю едва заметно кивает. – Считает, мне будет полезно. - Он идиот. - Полностью согласен. – Джостен вскидывает почти пустую бутылку на манер тоста и опустошает ее. – Сколько ты уже ходишь? - Год. Джостен едва не выронил пустую бутылку и поставил ее от греха подальше на стол. Он с недоверием посмотрел на Миньярда, будто тому имело смысл обманывать Нила. Но год…Блять, да это очень даже серьезный срок, если учитывать, что встречи проводились два раза в неделю, и Эндрю не пропускал ни одной, сколько же людей он там встретил, сколько историй услышал. И больные, он видится с ними каждый раз или предпочитает игнорировать их существование? - Это получается сто четыре. – Выдыхает Нил. Он не мог не озвучить это число вслух, потому что сознание взрывалось, стоило ему представить каждую такую встречу. - Чуть больше. Раньше их устраивали по три раза. – Нил напрягся, откидываясь на спинку стула. - Только не говори, что ты – один из пациентов. - Не записывай меня к смертникам. - Тогда зачем ходить столько, чтобы молчать? За все эти встречи ты реально ничего не сказал? Ты что, просто по фану там появляешься? Или… нет, я серьезно не могу понять. Ты был на всех, ну, условно говоря, ста встречах и так и не «облегчил душу»? – Нил обрисовал в воздухе кавычки. – В чем тогда для тебя смысл? - Я же сказал, часть терапии. - Да я помню, - хмурится Нил. – Но чем она тебе полезна, если ты просто сидишь и молчишь. Я уверен, ты ни хрена не слушаешь истории других и не строишь параллели. Скорее всего, у тебя есть врач, который назначает и курирует твое лечение. Не проще сказать «эта хуйня не работает, давай другую»? Миньярд приподнял уголок рта, и, если бы Нил не убедился, что лицо у Эндрю – атрофированная кучка лицевых мышц, он подумал бы, что тот пытается улыбнуться. Нил скрещивает руки на груди, в этот раз не потому, что защищается, а потому что горд – он был на правильном пути, и это не могло не тешить его самолюбие. Эндрю Миньярд – интересный экземпляр, наверное, Нил смог бы назвать его загадкой, а Джостен любит загадки. - Это был договор. - Договор? – Нил подается вперед. Ему нужно чуть больше информации, но Эндрю молчит и всем своим видом показывает, что больше ничего говорить не собирается. Бесит ли это Нила? О, блять, да – не зря Нил считает этого человека придурком, потому что как можно так дозированно давать информацию и потом говорить «все, стоп, хватит». Нил опустил глаза на пустые бутылки, у Эндрю же оставалась еще половина, и Джостен не знал, идти за новой порцией или для него достаточно. Он чувствовал себя уставшим и немного разбитым, но эта странная встреча оказалась не такой катастрофичной и ужасной? Наверное, он поставил бы три из пяти и повторил, но явно не в ближайшее время. Спустя еще минут семь он забирает свои бутылки, кидает короткое «пока» и уходит. В затылке самовольно оседает мысль, что Эндрю уже не первый месяц приходит на встречи, и это заставляет Нила передернуть плечами. Он находил эти встречи слишком утомительными и бесполезными, и, проводя параллели между собой и Эндрю, он был уверен, что Миньярд явно выбрал бы что-то другое, если бы мог. Значит, выбор давал ему упомянутый Эндрю договор, заключенный с психиатром. - Так, не, все. Никаких мыслей, никаких размышлений, - бубнит себе под нос Нил, вытаскивая сигарету. Он помнил, как реагирует его тело и особенно живот на такое сочетание – для туалета лучше только сигареты и кофе – но горло драло так, что он поджигает фитиль и делает первую глубокую затяжку. Вставляет почти сразу же – он только недавно купил новые, более крепкие, и организм еще не успел привыкнуть к этой дозе никотина. Как и Мэтт, который устал проветривать комнату и трусить своими и вещами Нила, чтобы не блевануть. Недовольства вырываются из живота уже на третьей затяжке, и Нил думает, что домой стоило бы поспешить.

***

- О, то есть вам удалось нормально поговорить? – Мэтт переворачивает мясо на сковородке и оборачивается к Нилу. Тот как раз вытаскивал из холодильника овощи, был слишком сосредоточен на том, чтобы ничего не упало, да еще и алкоголь не успел выветриться до конца – в общем, все вкупе делало Джостена мягким и сговорчивым, так что Мэтт спешил пользоваться этим невероятным стечением обстоятельств. Спасибо, матушка Вселенная. Хоть иногда ты посылаешь этому ежу хорошее настроение. - Да, он все тот же придурок. – Забавно фыркает Нил, сбрасывая все в раковину. – Но не такой невыносимый. - Он сказал тебе, в чем проблема? - Нет? – Нил усердно растирал перец и понимал, что лукавит. Да, Эндрю дал ему намеки, которые можно было бы расшифровать в очень даже понятный текст – под повязками шрамы после самоповреждения. Если бы они были похожи на шрамы Нила, Эндрю бы не стал их скрывать. В любом случае, вне зависимости от причин, Джостен был почти на сто процентов уверен в своей догадке. Самоповреждение часто шло рука об руку с депрессией. Или Эндрю сам по себе такой малоподвижный, и нервная система реагирует, как из того мема с футбольным мячом: где мяч уже оказался в воротах, а вратарь только прыгает. Нил неосознанно продавил красную кожуру перца, наполняя его водой. Многое стоило бы уточнить или сыграть с Эндрю в эту «правду» еще раз. Нил был бы не против, но не настолько, чтобы возвращаться в хоспис. - Ты не хотел бы попробовать снова? – Осторожно интересуется Мэтт, забирая у него из рук бедный овощ и выливая воду. Джостен качает головой. – Почему ты так против? - Потому что я не сломан, Мэтт. Я не сломан, а значит чинить нечего. - Ты не видишь себя со стороны. – Нил ощетинивается, выпуская иглы, как делал всегда, когда они поднимали тему отца и его прошлого. - Да, зато у меня для этого есть ты. Мне теперь платить тебе за оценку моего состояния? - Нил, прекрати. – Бойд возвращается за плиту, давая Нилу пространство. – Я рад, что ты держишься сейчас на плаву. Ну, насколько можешь, - Мэтт красноречиво оглядел Нила с макушки до пят, обращая внимание на каждый видимый шрам. – Но когда-то это может закончиться. - Вот когда закончится, я скажу тебе. Джостен присаживается за стол и не говорит больше ничего. Мэтт, чувствуя напряжение, пытается хоть как-то сменить обстановку, но Нил включает режим слушателя и изредка поддакивает. Он прокручивает рабочий чат, пока Бойд быстро нарезает овощи и выкладывает еду на тарелки. Джостен усмехается, замечая очередную гневную переписку Элисон и Сета, и думает, что эта парочка настолько задолбала всех своими терками и перемириями, что все коллеги уже стали воспринимать их, как бесплатное шоу. Некоторые даже умудрялись делать ставки, через сколько Элисон влепит Сету пощечину и через сколько Сет придет извиняться. Как говорится, у кого-то кипят отношения, у Нила – дошик и жопа. Потому что босс скидывает новые файлы и очень настоятельно просит заняться ими сегодня, и Нил уже выбирает смайлик со среднем пальцем, когда вспоминает, что деньги ему по-прежнему нужны. И пишет короткое «ок». - Почему ты не переедешь к Дэн? – Спрашивает он, откладывая телефон. - Она живет с подругой и хочет пока остаться с ней. - Тебя это не беспокоит? – Мэтт искренне улыбается, смотря на Джостена. - А тебя? - Я пытаюсь быть вежливым. - Я знаю, - Бойд понимает, о чем говорит Нил. Джостена не то, чтобы зависть душила, просто очень интересно наблюдать за тем, как двое людей трахают друг друга глазами, потом натирают друг другу кое-какие части тела, словно у памятника на удачу, и с противным хихиканьем скрываются в комнате Мэтта. Честно, все именно так и выглядит, а потом Нил слышит недвусмысленные стоны и уходит на пробежку, включая музыку в наушниках громче, чтобы выбить из ушей звук стукающейся спинки кровати о стену. Соседи, наверное, думают, что они каждые выходные снимают мексиканское порно. - Порой у меня ощущение, что мы живем в общаге. - Интересная у тебя была общага, - подмечает Бойд, и Нил закатывает глаза. – Серьезно, Нил, подумай еще раз. - Я завидую тем, кто тебя не знает. – Нил давит улыбку. – Они еще не знают, как сильно ты умеешь доебываться. - Это называется убеждение. - Что ж, пока получается только отвращение. – Он откусывает кусочек мяса. – А вот готовить у тебя действительно талант. - Не подмазывайся. Джостен и не думал. Он всегда говорил то, что хотел, и, наверное, поэтому нажил себе слишком много врагов. Мясник, Морияма, одногруппники, с которыми он постоянно оставался во время перерывов и либо дрался и побеждал, либо тащился с профессором к декану. Потому что наказать надо было всех, и Джостена – сироту и заядлого хулигана – в том числе. И, как бы жизнь не учила его быть более сдержанным, Нил привык реагировать на окружающих первым и придерживаться правила «или ты его, или он тебя». Так было с мафиози, так будет и с обычными людьми. Если ему нравится, как Мэтт готовит, Нил скажет ему и предложит компромисс. Нил отлично убирался – быстро и слишком качественно, не оставляя после себя ничего, наверное, даже отпечатки Мэтт не смог бы найти. Но вот обращаться с едой у него получалось куда хуже, чем с самими ножами, и те отходы, что первое время подавал Мэтту Джостен, медленно заменились на полуфабрикаты. Теперь же, ради сохранения желудка и ментального здоровья, кухней занимается исключительно Бойд. - Кстати, о том парне. Нил заинтересованно поднимает голову. - Мне кажется, я определенно где-то видел его. – Нил открывает рот, чтобы в очередной раз съязвить, но Мэтт опережает его. – Нет, не в хосписе. Серьезно, он показался мне каким-то знакомым. - Как тесен мир, - Нил закатывает глаза. Они реально могли просто столкнуться на улице и не обратить друг на друга внимания. Подумаешь, событие.

***

Нил серьезно думает о том, чтобы переехать. В целом, их с Бойдом двушка более чем устраивала его, и даже эти сексуальные поползновения Дэн и ее парня его напрягали только время от времени. Но не постоянно же. Подумаешь, лишний раз пробежаться или сходить на поле, покурить у вдоха в их разваливающийся дом в старом районе с карикатурными улочками, будто специально созданными для черно-белого кино. Ему правда было нормально, до тех пор, пока стиральная машинка не сломалась, и Нил, как ответственный за эту часть их совместной с Бойдом жизни, должен был теперь тащиться в ближайшую прачечную. Не так страшно, если учитывать, что четыре больших пакета держать и сложно, и тяжело. Может, удобнее будет сбегать до супермаркета и украсть тележку? Или найти на улице местную сумасшедшую – ей-то тележку возвращать не надо. - Может, тебе помочь? – Мэтт неуверенно оглядывает соседа, вытирая влажные волосы. Ему уже надо было уходить на тренировку, но он бы честно задержался, если бы Нил из принципа и глупой гордыни не отказал. Уж лучше он будет едва переставлять ноги и делать привалы, чем признает, что ему нужна помощь. Погода сегодня на улице замечательная – солнце теплое и мягкое, и Джостен не верит своему счастью, когда автоматические двери прачечной открываются и внутри оказываются лишь два старика и молодая мама с ребенком. Или это его сестра. Не важно. Главное, что спиногрыз занят телефоном, остальные – тихо перебирают белье, и несколько машинок и сушилок дожидаются своей очереди. Нил выставляет свои мешки опасным отрядом и тратит время на то, чтобы рассортировать хотя бы цветное и черное. Оплачивает, включает и падает на скамейку. Кайф. Что-то тяжелое плюхается рядом, и Джостен раздраженно вздыхает, приоткрывая глаза. Серьезно, он только расслабился. - Мне аж хочется взять запрет о приближении. – Фыркает Нил, поднимая взгляд на Эндрю. – Скажи прямо, если преследуешь меня. - Ты такой придурок, что это даже забавно. – Миньярд развязывает пакет, и Нил хмыкает, потому что все вещи у его ненормального знакомого черные. Зато не надо с сортировкой и кондиционерами мучиться, как Нилу, который каждый раз тратит слишком много времени в магазине, выбирая и для черного, и для цветного, и с запахом «морозного утра», чтобы Мэтт не воротил нос на всякий случай. Он же учитывает любовь Нила к острому и перченому. - Тогда что ты тут делаешь? - А тебя так интересует моя жизнь? – Нил щурится, принимая условия игры. - Допустим. Мне кажется странным видеть тебя так часто. – Эндрю присаживается рядом, но уже на таком привычном расстоянии, словно они сидели не на одной длинной скамье, а на тех же желтых стульях. От Нила не ускользнула вмятина на шее Эндрю и легкая отечность, и парень потянулся за телефоном, чтобы проверить время. Двенадцать. - Живу неподалеку. – Эндрю растирает шейные позвонки и жмурится, напоминая Нилу в этот момент настоящего кота. – И ни разу не видел тут тебя. – О, это прекрасное пренебрежение в голосе. Нилу аж лестно стало. - Стиралка сломалась. – Эндрю остался внешне равнодушным, но Нил был уверен, что его мысленно окрестили лохом. Он не мог не согласиться, представляя, как потащит все эти тряпки домой. Может, пора что-то поменять в своем гардеробе? Он как раз думал на днях о том, чтобы пересмотреть старые заношенные футболки и выкинуть ненужные. Нил посмотрел на машинку и подавил разочарованный вздох. Ему тут вариться еще минимум час, потом еще час на сушку, а, значит, они с Эндрю застряли тут навечно. Миньярд не выглядел особо воодушевленным или разочарованным – он выглядел уставшим. - Поздно лег? - Рано встал. – Джостен подтягивает колено к груди и упирается подбородком, уменьшая между ними расстояние. Эндрю не двинулся, продолжая просто смотреть в ответ. - Сова? - Вынуждают обстоятельства. – Нил понимающе мычит. - Мне нравится выходить утром на пробежки. – Уголок рта Эндрю едва заметно изгибается в отвращении, и Нил коротко смеется. – В пять утра. Сомневаюсь, что в это время ты вообще когда-либо вставал. - В такое время я обычно ложусь спать. - Пиздец конечно, - Джостен попытался представить, как бы изменилась его жизнь, переключись он на режим Эндрю. Впахивать всю ночь, чтобы потом вести себя, как зомби, и пытаться выспаться за несколько часов – да уж, зато теперь он частично может обосновать пассивность Миньярда и темные круги под глазами. – Мне стоит спрашивать, кем ты работаешь? Или ты учишься? - Закончил. Нил подавил вспыхнувшее желание узнать, на кого. Эндрю вообще выглядел, как человек, который должен был кататься на байке и набивать пафосные татуировки в каком-нибудь темном и опасном районе. Ему в целом подходило что-то брутальное, и даже растянутая черная футболка и спортивки смотрелись на Эндрю чертовски привлекательно. Нил слишком стар, чтобы отрицать хотя бы это и строить из себя стеснительного, запутавшегося подростка. Эндрю был привлекательным. - Слышал о клубе «Лисья Нора»? – Нил кивает. Кажется, подобное заведение было на другом конце города. – Бармен, - и показывает на себя. - Ожидаемо, - Джостен усмехается, думая, что разбирается в людях довольно хорошо. Такое предположение у него тоже было, просто меркло на фоне чего-то более внушительного и показного. Но Эндрю реально стоило попробовать стать татуировщиком. Ему бы определенно пошло. – Лингвист. - Языки? - Французский, испанский, немецкий. – На последнем Нил видит, как Эндрю напрягается. - Думал, ты спортсмен. – Нил вопросительно выгибает бровь, и только после того, как Эндрю взглядом обводит его фигуру, понимает, какие выразительные и красноречивые у Миньярда взгляды. Он будто кожей мог почувствовать, как Эндрю касается его шеи, его плеч, предплечий, его бедер и икроножных мышц. Нил едва заставил усидеть себя на месте и не податься назад. Конечно, в этом не было никакого сексуального подтекста, но это было чертовски странно и реально. - Это скорее хобби. – Он оглядывается на машинку, просто чтобы зацепиться за что-то и вдохнуть. Может, стоит сказать Эндрю, чтобы тот вернулся в свое пассивное состояние? Таким он казался ему более…безопасным. – Хожу иногда на поле для экси. Джостен краем глаза замечает изменения на лице парня и непонимающе смеется. - Что? - Впредь избавь меня от своей компании. - Что? – Повторяет Нил, смеясь уже откровеннее. Нет, все же Эндрю слишком напоминал кота, особенно вот с такими лицами, когда, вроде, и кирпич, а вроде и поступает что-то человеческое. Наблюдать за потугами его мимических мышц оказалось интереснее и забавнее, чем Нил полагал. – Я ничего такого не сказал. - Ты сказал самое отвратительно слово из возможных. - Поле? Или экси? – Губы Эндрю снова скривились. – Ох, твою ж мать, ты умеешь играть в экси. А ты лучше, чем я о тебе думал. - Меня это должно обрадовать? - Наверное? Плевать. – Джостен чувствует, как щекочет подколенные ямочки от восторга. – И как давно ты играешь? - Я не буду говорить об экси. – Эндрю выражает столько презрения и недовольства, хотя лицо его становится привычно непроницаемым, что Нил едва сдерживает разочарованный вздох. В его голове нейроны устроили настоящий парад фейерверков, потому что Эндрю и экси априори не могут стоять рядом, а тут его унылый и вялый придурок из хосписа (хотя, наверное, после такой новости вялый можно было бы и заменить) играет в то, что заставляет Нила дышать. Не к месту в голове всплывают слова Мэтта, и «подойдете друг другу» кажется чуть более реальным. Он смотрит на Эндрю пристально, жмурясь от ярких солнечных лучей и пытаясь понять, действительно ли они могут найти общий язык, а потом решает просто забить. Он устал что-то менять в своей жизни: регулярные побеги привели к тому, что Джостен нуждался в постоянстве. В их с Мэттом двушке, в просторном кабинете и куче документах на рабочем столе старого компьютера. В экси и коротких разговорах с тренером Эрнандесом. А Эндрю – очередная заноза в заднице, из-за которой Нилу придется напрягаться, и Миньярд, судя по выражению лица – опять это раздражающее пренебрежение – тоже не нуждался в его компании. Они были интересны друг другу просто потому, что отвечали. Словно дети дергали друг друга за невидимые косички и с интересом наблюдали за реакцией. Или это только Нилу так казалось.