All for the boy

Было неловко, когда его выносили из дома в машину скорой помощи, но медики не хотели рисковать его падением с лестницы из-за травмы головы. Учитывая сокрушительную боль в нижней части тела, это было не так уж и плохо. Посещение больницы само по себе было кошмаром. Эндрю отвечал только на самые важные вопросы, и он даже не смог точно сказать, как появились травмы на его лице. Вся картина растворялась в размытом месиве, но Эндрю не возражал. Он знал, что вспомнит это через пару дней. Каждую деталь. Каждое мгновение, которое навечно укоренится в его памяти. После миллиона анализов, медсестер и врачей, занимавшихся его ранами, какая-то медсестра с именем Минерва принесла ему сумку. В ней была его одежда, так как Эндрю отказался оставаться на ночь в больнице. Сейчас ему как никогда нужен был каждый дюйм безопасности, и больница была явно не тем местом, что ассоциировалась с этим. Он ожидал кое-какие старые вещи из дома в Колумбии, но это были его спортивные штаны и футболка из комнаты в общежитии. Кто-то перерыл его вещи и привез их сюда. Ваймак. Ваймак был там. Унижения просто не прекращались. К концу недели все узнают, что с ним случилось. Все будут смотреть и жалеть его. Ему захотелось тут же выпрыгнуть из окна больницы, но вместо этого, он просто переоделся. Сразу после этого, доктор Твен вошёл в комнату. — Мистер Миньярд, было бы лучше, если бы вы остались. У вас серьезное сотрясение мозга, нам нужно ещё немного понаблюдать за вами. — Будете держать меня здесь, док, и я выпрыгну из окна, — он улыбнулся. — Никто не собирается держать вас здесь насильно, но учитывая ваше состояние, было бы разумно… — К счастью для вас, я не очень умён. А теперь идите, док. Я уверен, у вас есть другие пациенты, которых нужно беспокоить, — Эндрю сделал пару шагов к двери и каждый из них был похож на железные прутья, пронзающие его тело. Врач вздохнул и обвел его взглядом. — Позвольте мне хотя бы дать вам инвалидную коляску. — В ваших мечтах. Спасибо за все и до свидания, — Эндрю медленно двинулся по коридорам к задней двери больницы. Когда он вошёл в приемную, двое человек поднялись на ноги. Он узнал бы Ваймака где угодно. Широкого и высокого мужчину с огненными татуировками на плечах было тяжело не узнать. Рядом с ним была самая серая из всех серых мышей. Нил. Нил, любопытный, но заботливый ублюдок. Он все ещё не хотел встречаться с ним лицом к лицу. Он также не хотел, чтобы тренер был там, но он уже понимал, что Вселенная не даст ему отдыха. — Здравствуйте, тренер! Не помню, чтобы я приглашал вас на это представление. — Ты и не приглашал, — спокойно подтвердил Ваймак, изучая его лицо. — Кевин, — догадался Эндрю. — Вот же предатель, — Трусливый и праведный маленький Кевин. Он не хотел смотреть на Нила ни секунды. Джостен видел слишком много. Слишком много знал. Они пошли к машине, и Эндрю понял, что Ваймак идёт медленнее, чем обычно, чтобы не отставать от него. Это раздражало. Им пришлось только завернуть за угол, чтобы найти машину тренера. Он открыл дверь на пассажирское сидение, но потом понял, что сидеть, должно быть, ещё хуже, чем ходить. Поездка на машине в целом была бы пыткой. Потрясающе. Он барабанил пальцами по двери, думая, как поступить в этой ситуации. — Сзади просторнее. Можно лечь, — бесцеремонно заметил Ваймак. Конечно, там было просторнее, но он не мог этого сделать. Он не мог показать им свою слабость. От этого зависела его жизнь. Нил доверил ему свою спину, и что он теперь увидит? Разваливающийся на части 5-ти футовый парень, скулящий на заднем сидении. Нет. — Вы правы, — согласился Эндрю и все равно полез вперёд. На его лбу выступил пот, а руки сжались в кулаки. Он не помнил, когда в последний раз испытывал такую сильную боль. Когда он сидел, все, что он мог чувствовать, была его нижняя часть тела. Волны боли прокатывались по нему с каждым движением. Эндрю со смехом ойкнул, потому что это было все, что он имел право выдать. Ваймак закрыл дверь так сильно, что машина затряслась, и завел двигатель. Однако он не поехал, только нетерпеливо уставился на Эндрю. Тренер. О, тренер. Это было фальшивым, как дешёвый фокус, но это все равно ценилось. — Я жду, — добавил он, а Эндрю снова засмеялся. — Ладно-ладно. Безопасность прежде всего. Эндрю щёлкнул пряжкой ремня, и Ваймак тронулся с места. Они ехали по направлению к его дому в Колумбии, что было неидеальным, но допустимым вариантом. Эндрю не слишком много думал об этом, больше сосредоточившись на том, чтобы сохранить спокойное лицо во время продолжающейся боли. Когда они подъехали к подъездной дорожке, Эндрю узнал голубую «Хонду», которая была припаркована около их дома. — Должно быть, у нее нашлась очень веская причина, — фыркнул он. — Просто не терпится услышать какая. — Ты знаешь, зачем она здесь, — сказал Ваймак. — Нет, тренер, не знаю. Это её не касается, — Би была словно драгоценный камень, и меньше всего он хотел говорить с ней прямо сейчас. — Даже не начинай, — отрезал Ваймак. — Ты же не рассчитывал всерьез, что сможешь долго это скрывать. Сегодня, правда, позвал ее не я, так что не смотри на меня так. Эбби ее пригласила, только сказала мне об этом, когда мы уже выехали. — Всех вас ненавижу, — чересчур весело сказал Эндрю и вылез из машины. Их прибытие не осталось незамеченным, и входная дверь открылась прежде, чем они успели дойти до неё. Би стояла в дверях. Её глаза, спрятанные за очками, мерцали в ночном свете. Эндрю остановился, даже не дойдя до крыльца, и раскинул руки в стороны, словно ожидая обьятий. — О-о, Би, какое удачное совпадение! Мы только что о тебе вспоминали. Я сейчас немного занят, а вот Нил охотно с тобой пообщается. Ты же не против, да? Я так и думал. — Я против, — холодно заявил Нил. — Мне нечего ей сказать. — Уверен, ты выкрутишься, — через плечо сверкнул усмешкой Эндрю. — Тебе ведь не привыкать, а? Кстати, правду выкладывать необязательно, Би не ждёт от тебя откровенности. Я предупредил, чтобы она не верила ни единому твоему слову. Или вы с ней тоже начали играть в секретики? — Я сказал, нет, — брови Нила были нахмурены, вся прежняя симпатия, которая была в нем к Эндрю, исчезла. Миньярд полностью повернулся к нему лицом и засунул руки в большие передние карманы своей толстовки. — А, ты ещё не догнал, — сказал он, понимающе кивнув. — Это не просьба, Нил, — внезапно он снова ощутил всю бушующую ярость в животе. Он не знал, что она там была, пока снова не посмотрел на Нила. Он действительно не хотел обвинять его, потому что Джостен не был предсказателем, он не мог знать, что это произойдет, но все же именно он настоял прийти на «семейный ужин», несмотря на то, что Эндрю рассказал ему о Лютере. Несмотря на то, что он все время оставлял маленькие крупицы информации. Нил был слишком упрямым. Он хотел сделать Ники счастливым. Он хотел исправить Эндрю, Аарона и всех остальных, лишь для своего драгоценного Экси. Чертов Экси. Чёртов Джостен. — Все это дерьмо случилось не без твоей помощи. Меньшее, что ты можешь сделать, - помочь разгрести его. Где же твое чувство ответственности? Нил пошатнулся и сделал шаг назад в попытке удержать равновесие. Он стоял и смотрел на Эндрю широко раскрытыми глазами. Джостен был удивлен таким ударом, но Миньярд не мог понять почему. Внезапно, парень сказал приглушенным голосом: — А твое где? Эндрю в недоумении склонил голову набок. Его чувство ответственности. У парня все ещё хватало смелости швырять дерьмо ему в лицо после всего. Просвети же меня, Джостен. Просвети меня. В чем моя вина? — Почему ты не рассказал Хиггинсу? А вот и ответственность. Шесть детей. Ещё шесть детей. — А смысл? — беспечно отозвался Эндрю. — В тот момент Кабан не был готов меня слушать. Они с Дрейком, типа, были друзьями. Познакомились, когда Хиггинс работал по программе помощи подросткам, ну, и как-то скорешились. Я знал, что он мне не поверит, поэтому даже не стал зря тратить времени. — То есть ты не сделал ничего, — обвиняющие сказал Нил. — Ты едва не пырнул Ники ножом, когда он подкатывал ко мне, но не пошевелил и пальцем, чтобы защитить других детей Кэсс. Ты знал, что Дрейк делает с ними, и не защитил их. — Других детей вообще не должно было быть, — прошипел Миньярд. — А они были, — напомнил Джостен - холодно, зло и жестоко. У Эндрю не было ножей, иначе он бы перерезал парню горло. Да как он смеет. Как будто Эндрю забыл. Как будто он не винил себя. Он расхохотался и вытащил руку из карманов. К черту границы и его решение больше не трогать Нила. Он обхватил пальцами горло Джостена, не настолько сильно, чтобы перекрыть тому воздух, но достаточно сильно, чтобы это послужило предупреждением. Ваймак дёрнулся, но не приблизился к ним. Бетси по-прежнему молчала. Были только Нил и Эндрю. Миньярд чувствовал, как пульс Джостена ускорялся у него под пальцами. Нил не сводил глаз с лица Эндрю и понизил голос настолько, чтобы Ваймак и Бетси не слышали его. — Надеюсь, она того стоила, — его рука сжалась ещё сильнее. Вот и показывалась та самая неприятная сторона Нила. Парень без инстинкта самосохранения. Эндрю подался вперёд. — Ох, Нил, сейчас прямо по краю ходишь. — Так ты заставлял себя молчать? — Джостен протянул руку и схватил Эндрю за запястье. Опять наручники из рук. Эндрю не потребовалось много времени, чтобы понять, о чем говорит Нил. Прикосновение, которое он позволил себе несколько часов назад. Вещь, которую он украл у Эндрю. Информация, которой он не должен был обладать. Хуже всего было то, насколько прав был Нил. — Ты делал это, чтобы не проболтаться ей о родном сыне? — Может, и так, — Эндрю ответил мгновенно. Это было частью его воспоминаний, которую он вспоминал нечасто. Что-то, о чем он забыл. Он не хотел думать, что у Кэсс есть недостатки. Не тогда, и не сейчас. — На что ты рассчитывал? Что он уйдет? — продолжал давить Нил. — Он заканчивал школу и собирался в армию? Тебе нужно было продержаться до конца года, а потом она бы тебя усыновила, да? И что же пошло не так? Почему? Почему он вдруг стал таким проницательным? Все эти слова. Резкость. Он ещё никогда не был таким внимательным. Эндрю слишком много отдал ему. Он читал его. Целиком и полностью. Эндрю ненавидел это. Пальцы Миньярда медленно сжимались, пока полностью не перекрыли воздух Нилу, но парень все ещё стоял неподвижно. Его рука по-прежнему лежала на запястье Эндрю. Они просто смотрели друг на друга. Слова Нила эхом отдавались в голове Эндрю. Пережить. Посмотрим, сможешь ли ты пережить это. Они стояли и пялились друг на друга, пока Нил не начал бледнеть. Эндрю представил, каково это будет. Убить его. Просто так. Без драки. Пока он смотрит Эндрю в глаза. Как маленький кролик, которым он и был. Когда Нил, наконец, немного дёрнулся, Миньярд ослабил хватку, пытаясь взять себя в руки. Он не мог убить его. Он не мог убить первого человека, который что-то понял. Он не отпустил его, обвил рукой шею и притянул к себе. Настолько близко, что его губы почти касались уха Нила. Теперь, они были одни. По-настоящему одни. Нил видел его обнаженным целиком и полностью. Его шрамы. Его детство. Его "старший брат" и его травма. Обратного пути больше не было. И он решил отдать ему все. Нил все прекрасно понимал, поэтому заслужил увидеть полную картину. — Дрейк получил отсрочку от призыва, — шепотом произнес Эндрю. — Хотел за лето наиграться с младшим братишкой по полной. Даже спрашивал у матери разрешения на пару недель пригласить в гости Аарона, пообщаться всем вместе. Кэсс сказала, что решать мне, но, как только она отворачивалась, Дрейк пытался выбить из меня согласие. Ему хотелось сразу двоих. Он мечтал оказаться в одной койке с близнецами. Говорил, картинка будет просто класс. Нил вздрогнул, оттолкнул его и в ужасе уставился на Эндрю. Миньярд все ещё упрямо улыбался. Ты хотел узнать. Теперь делай с этим, что хочешь. — Кстати о другом Миньярде... — Эндрю убрал руку с горла Нила и усмехнулся Ваймаку, но Джостен все ещё не ослабил хватку на его запястье. Нил не закончил с ним. Эндрю решил дать ему время на раздумья. Он повысил голос, чтобы Ваймак мог услышать, и спросил: — Он вправду это сделал? Наверное, это самый решительный поступок за всю его жизнь. Где только была эта решимость, когда он терпел мамашины побои? А ведь давно могла бы пригодиться. Пожалуй, его можно поздравить. — Аарона арестовали, — сообщила Бетси за его спиной. — Может, войдёшь и поговорим? Эндрю удивлённо уставился на неё. — Би, ты все ещё здесь? — Сейчас пойду в дом, — сказала она. — Молоко почти вскипело, я специально купила его по пути к вам, чтобы приготовить какао. Кстати, у меня с собой целая банка, со вкусом темного шоколада и фундука. Если начнем пить сейчас, примерно к полуночи польется из ушей, — Милая Би. Её глаза все ещё блестели немного больше, чем обычно, но он не стал зацикливать на этом внимание. К полуночи. Эндрю вывернул руку Нила, которая держала его, и, посмотрев на циферблат его часов, сказал: — Би, ты такая предусмотрительная! Мы скоро подтянемся. Бетси кивнула и скрылась в доме. Когда она ушла, Эндрю снова попытался высвободить руку. Однако Нил держал крепко. Блондин посмотрел на него без злости, скорее, с интересом. — Ничего, Нил, в следующий раз повезет, — сказал он. — Я ведь тебя предупреждал, помнишь? Я ничего не чувствую — Теперь, — едва слышно произнес Нил. По спине Эндрю пробежали мурашки. Джостен, наконец, отпустил Эндрю, бессильно уронив руку. Блондин преувеличенно пожал плечами и развернулся на каблуках. -------------------- Би стояла на кухне с двумя кружками в руках. — Мне очень нравится этот дом, — она бледно улыбнулась ему. — Это дом Ники, — Эндрю взял одну из кружек. — Я буду честным, Би. Я не в том настроении, чтобы наше маленькое сердечко меня услышало, если ты понимаешь, о чем я. — Я понимаю, но думаю, было бы неплохо хотя бы немного поговорить о своих чувствах. Боюсь... — она на секунду замолчала, а её глаза метнулись к Эндрю. Би никогда не боялась. Никогда. — Боюсь, это может отбросить тебя назад в достигнутом нами прогрессе. — Прогрессе? — блондин хмыкнул. — Не увидел большого прогресса. — Ты звонил сегодня... — сказала Бетси почти шепотом. — Это была ошибка, — он посмотрел на нее с пустым лицом. Его наркотики, наконец, выветрились из его организма, хотя, из-за обезболивающих, которыми его напичкали, он не мог сказать точно. Он даже не мог вспомнить, когда была его последняя доза. — Не думаю. Мне кажется, это было очень важно, и то, что случилось потом... — она остановилась, когда Ваймак молча вошёл в дом, но он не присоеденился к ним, а просто пошел вверх по лестнице. — Где Нил? — вырвалось у Эндрю прежде, чем он успел остановить себя. — Ты же знаешь мальчика. Он убежал, — Ваймак со вздохом пожал плечами. — Но он вернётся. — А может быть, и нет, — на лице блондина появилась маленькая полуулыбка. Нил увидел, насколько Эндрю слаб и бесполезен, и убежал. Такой человек не мог защитить его. И Эндрю не мог винить Джостена за то, что он больше не доверял ему. Он и сам то себе не слишком доверял. Ваймак продолжил свой путь вверх по лестнице, а Би отошла куда-то в сторону, заставив Эндрю оглянуться на неё. — Присядем в гостиной? — она мягко улыбнулась ему. — Я лучше постою, — Би просто кивнула. — Я знаю, что ты уже проходил через это раньше. — Ты имеешь ввиду, когда меня насиловали, а потом я приходил в себя рядом с мертвым телом? Неа, это для меня в новинку. — Что ты чувствуешь? — Ты про изнасилование или про труп? Будь конкретнее, Би. — Про мертвое тело. Про тот факт, что Дрейк мертв. — Я, вероятно, должен сказать, что испытываю облегчение, да? Это то, что чувствуют люди, когда исчезают самые страшные их кошмары, — он потягивал свой шоколад, — Но я не думаю, что чувствую это. Ты знаешь, что у меня есть эта штука с отсутствием чувств? Да? Ну вот и все. Самое большее, что я могу сказать тебе, это то, что я немного расстроен из-за моего дорогого брата из-за того, что он лишил меня такого удовольствия. — Аарон защитил тебя. Ты не ожидал этого, не так ли? — Аарон - идиот, он сделал это инстинктивно. Я просто удивлен, что он не показывал этого раньше. Спасло бы меня, по крайней мере, от одной хорошей автомобильной аварии. — То есть ты не думаешь, что Аарон сделал это из-за тебя? — Аарону плевать на меня. Сорян, Би, — ещё один глоток горячего шоколада, и напряжение в его спине начало исчезать. — И тебе на него тоже, — Би хмыкнула, а Эндрю кивнул. — А как же Нил? — Нил? Ты действительно хочешь поговорить о Ниле сейчас? — он немного наклонил голову. — Насколько мне известно, он тоже был там. Аарон сказал Ваймаку, что Нил выбил дверь ногой после того, как Лютер сказал им за ужином, что ты разговариваешь с Дрейком. — Разговариваю... — Эндрю посмотрел на неё. Это было для него новостью. Он ничего не знал о том, что происходило на ужине после того, как он ушел, или как Аарон и Нил нашли его. — Лютер сказал им, что я разговариваю с Дрейком, и Нил выбил дверь ногой? — он повторил её слова, потому что он действительно не мог до конца понять, о чем говорила Би. — Да. Так рассказал Аарон. Ты говорил Нилу, кто такой Дрейк? — Нет, — резко ответил блондин. Даже Би до сегодняшнего дня не знала, что Дрейк тоже был частью этого всего. Но Нил знал о Хиггинсе и Спир. Он знал о детях и Ричарде. Нил соеденил все точки. Какой умный мальчик. — Наверное, он сам это понял. — Ты, должно быть, доверил ему какую-то информацию, чтобы он сам во всем разобрался. Имя Дрейк мне ни о чем не говорило. — Не ревнуй, Би, — он прислонился к стене. — Я счастлива. — Ты сказала, что боишься. — Я не обязательно должна чувствовать что-то одно. Мы можем испытывать несколько эмоций, которые могут быть противоречивы друг другу. Как и мы сами. Я думаю, что на самом деле, ты злишься. — Ты называешь меня лжецом? — Нет, я не это имела ввиду. — Очень похоже на тебя, Би, — он передал свою пустую кружку Бетси. — Я знаю, что ты никогда не лжешь, Эндрю, — Би снова наполнила его чашку горячим шоколадом. — А теперь ты слишком высокого мнения обо мне, Би. — Я не думаю, что кто-то думает о тебе достаточно высоко, — почти прошептала она, а Эндрю поежился. Горячее дыхание Дрейка снова коснулось его уха. Ты такой красивый, Эндрю. — Помнишь, Би, когда ты сказала, что я не безнадёжен, — взгляд Эндрю был прикован к своей чашке. — Думаю, теперь я полностью трахнут, мне уже ничего не поможет. — Я могу понять, почему ты так думаешь, Эндрю, но это совсем не так. — Меня уже и до этого трахали, ты это хочешь сказать? — Эндрю взглянул на неё с нейтральным выражением лица, но это должно было быть шуткой. Однако Би не улыбнулась. Её лицо было необычайно серьезным. — Я хочу сказать, что мы справимся с этим, и ты не безнадёжен. Я хочу кое-что попробовать, Эндрю. Мы должны встретиться с мистером Уотерхаусом и мистером Блэкуэллом. — Зачем? — он снова сделал глоток шоколада. — Я бы хотела, чтобы они сняли тебя с лекарств. — Это произойдет не раньше мая, — теперь он уставился на Бетси. — Но я бы хотела сделать это сейчас. Эндрю, я не знаю, как ты должен выздоравливать, если все, что ты можешь делать, это все время улыбаться. Мне нужно, чтобы ты снова мог нормально чувствовать, чтобы пройти через все это. — Звучит очень болезненно. Ты должна быть моим доктором, Би. Я думал, ты собираешься мне помочь. — Это поможет. Но это единственный способ, Эндрю. Я знаю, это страшно... — Я не боюсь, — он прервал её. — Нет. Просто у меня здесь и без того много проблем. Я не могу просто уйти. — Ты должен, Эндрю, — Би придвинулась к нему чуть ближе. — Это для твоего же блага, ты должен это сделать. — Кто-то как-то сказал мне, что я саморазрушителен. Может быть, я не хочу того, что будет лучше для меня? Что мне делать с Кевином? — Дэвид и команда могут позаботиться о Кевине, пока тебя нет. — Сомневаюсь в этом, — блондин покачал головой. — Это очень глупая затея. — Я поговорю об этом с Дэвидом и Эбби завтра, но нам нужно это сделать. И Эндрю вдруг подумал о Ниле. Нил, который, если вернётся, все ещё будет рассчитывать на то, что Эндрю прикроет ему спину. И Эндрю подведёт его. Какая трагедия. — Это очень плохая идея, — он потягивал свой шоколад и пытался вспомнить, какой была его жизнь до наркотиков. Это было полное бремя. Это было действительно скучно. Годы в системе сделали его равнодушным, делая реальность сносной, но в то же время ужасно неинтересной. Наркотики позволили ему пройти через волны чувств, смешанные с фазой полной апатии, которую он ненавидел даже больше, чем постоянную пустоту. Он знал, что в какой-то момент это должно было закончиться, и ждал этого дня, но теперь, когда это должно было произойти раньше, чем ожидалось, он чувствовал себя странно. Всё и всех, кого он знал в Пальметто, он видел только сквозь наркотическую дымку, с таблетками в его организме, и он не знал, как они будут выглядеть без них. Би смотрела на него, а её маленькие пальчики постукивали по кружке. Она нервничала. Почему она нервничала? Это Эндрю должен был нервничать, а не она, но все же, Бетси, казалось, заботилась о нем так сильно, как никто никогда не заботился о нём. Блондин молча потягивал свой шоколад и задавался вопросом, каково это - так сильно заботиться о ком-то. Чувствовать так много. Он уже никогда не узнает.