Непристойные приключения юного эльфа Лика

Зелёный член гоблина то входил, то выходил из её киски. Ависса, наслаждавшаяся этим, порой откидывала голову назад. Одной рукой она приобнимала гоблина, а другой опиралась на камень, чтобы не упасть. — Да… Сильнее… Сильнее, мой милый! — кричала она, тяжело дыша от от возбуждения. — Я уже скоро… Гоблин и сам уже был на пределе. Он давно не сношал «сучек» и был несказанно рад демонитке, которая сама пришла к нему и начала напрашиваться на его член. Он ещё пару раз продвинул его в узенькой киске, прежде чем заурчал и кончил, наполнив киску черной демонитки своим семенем. Та и сама испытала оргазм, что зеленокожий понял по сжавшимся стенкам влагалища. Они вместе принялись восстанавливать дыхание и, как только Руук пришёл в себя, Ависса вдруг поцеловала его. От столь неожиданного жеста коротышка раскрыл глаза от удивления и не сразу продвинул язык внутрь её рта. — Уф… Ты хорошая сучка, Орнисса, — сказал гоблин, отрываясь от её губ. — А ты хороший ёбырь, мой милый, — улыбнувшись, ответила ему бард. — М-м, — коротышка замялся. — А… Кхе… Что бы ты хотела жрать, пока вынашиваешь гоблинов-малышей? — Хороший вопрос, — Ависса изобразила задумчивое лицо. — Пожалуй, лобстеров, мраморную говядину и сливочное мороженое. А запивать это всё буду вином двадцатилетней выдержки. Вдруг повисла тишина. Гоблин раскрыл рот от недоумения и шока. Половину названных блюд Руук не знал, а те, что ему всё же были известны, он не понимал, как добыть. Ависса в ответ смотрела на него, не сводя глаз, пока её губы внезапно не задрожали. Девушка звонко рассмеялась ему прямо в лицо. — Успокойся, мой милый! Это была шутка! — А… Шутка… Хе-хе… По телу гоблина вдруг разлилось невероятное облегчение. — А что тогда ты будешь жрать? — Ничего, не забивай себе этим голову, Руук. — Но… Как же… — У меня не будет гоблинов-малышей, — всё с той же улыбкой проговорила она. — Но… Я же!.. — Ох, мой милый, — Ависса провела по его щеке рукой. — Ты, видно, сношал только человеческих самок, да? Как жаль, что самки нелюдей могут контролировать свою беременность. — Что… Правда?! — О, да. Как только в нас кончают, мы сами решаем, будем ли оплодотворены или нет. Конечно, в момент оргазма порой похоть полностью захватывает наш разум… Но я, благо, сохраняю трезвый рассудок. Увы, я прямо сейчас путешествую, и меня не могут задерживать такие вещи, как беременность. К тому же, я уже испытывала «радость» носить в своём чреве гоблинёнка. — Ах… Ладно… Ависса встала и потянулась. Она погладяела на вход в пещеру с некоторым волнением. — Что-то их давно нет. — Племя схватило! Теперь они сучки племени! — Да-а, похоже на то. Надо бы их вызволить оттуда. — А? Зачем? — М-м… У этих двух мальчиков милейшие личики и не менее милейшие попки. Особенно у блондинчика. — Но, Орнисса! Племя не пускает сучек без членов! Они выгоняют их и кидают в них камни. — Это может стать проблемой. Однако… Ависса открыла свой мешок и достала оттуда увесистую толстую книгу в красном переплёте. На ней красовалась вышитая золотыми буквами надпись «Бардономикон: тысяча и одно заклинание для барда». У девушки этот заголовок всегда вызывал кислую улыбку: в книге было чуть больше сотни заклинаний. — Че эт? — спросил Руук. — Книжка со всякими второсортными заклинаниями. Демонитка полистала книгу, пока не нашла нужную страницу. — Вот! — бард прочистила горло и принялась читать заклинание. — Тровх фи и мевн ин э бахген! Вдруг из ниоткуда появился пурпурный дым, который полностью окутал Ависсу. Руук раскрыл глаза со ртом от удивления, стараясь рассмотреть, что находится за завесой. Постепенно она начала рассеиваться, а сквозь пробивался силуэт. Как только дым исчез, гоблин оказался натурально шокирован: там стоял невысокий чернокожий парень-демонит без штанов, между ног которого свисал небольшой член. *** Лик проснулся от того, что его кто-то трясёт. Раскрыв глаза, он увидел двух эльфов примерно его возраста. Оба были довольно миловидными и, как и он, голыми. — Новенький! Ты проснулся! — сказал один из них улыбнувшись. Блондин заметил, что у одного из них на шее висит какое-то примитивное ожерелье из нитки и грязно-зелёного камешка. — Ты как? — Новенький?.. О чём ты? Лик приподнялся и осмотрелся. Он находился в тёмной пещере в окружении других молодых эльфов. Все они были раздеты, хоть у некоторых красовались разные украшения на теле, подобные ожерелью у разбудившего его парня. Тело юноши немного побаливало, особенно попка, из которой что-то обильно текло. Он повернулся боком и посмотрел через спину: по ягодицам вытекала белая тёплая жидкость. — Ой… Я вспомнил… Меня трахали гоблины и я отключился… Его слова вызвали смех у остальных эльфов. Из-за этого Лик вдруг почувствовал себя неловко и покраснел. — Слабый ты! — хлопнул его по плечу один. — Но ничего. Ты как сюда вообще попал? — Мы с другом нашли перевёрнутую повозку и хотели найти эльфов… — Ну, повозка была наша, — сказал другой. — Нас везли из специального лагеря для тренировки рабов в столицу, в императорский гарем. А потом нас забрали гоблины. — А твой друг, случаем, не тёмноволосый? Он не зелёную одежду носит? — Да, всё так, — подтвердил Лик. — А что? — Ого! Твой друг везунчик! Только попал сюда, а его уже в личный гарем короля гоблинов ведут. — Гарем?! — блондин вскочил со своего места и сразу же пожалел об этом: ноги были онемевшие. Он бы упал, если бы пара эльфов не поймали его. — Спокойно, — сказал один. — У короля гоблинов хорошо. Он вкусно кормит, дарит красивые украшения и даёт спать на мягкой кровати. Нам так пару парней сказали. Лик ужасно переживал за Милла. Он понимал, что тот, скорее всего, до этого ни разу не принимал члены. Блондин вспомнил свои первые разы со стражником и волком. Парень решил, что нужно срочно спасать его. Он повернулся в сторону и заметил, что все эльфы находятся за металлической решёткой, закрытой на ключ. Прутья непойми каким образом оказались здесь, словно выросли сами по себе. Юноша опустился на корточки, чувствуя безнадёжность своего положения. — Эй, ты чего? — спросил один из эльфов, садясь рядом. — У короля гоблинов правда хорошо! Ну, не переживай. Парни из гарема порой заходят навестить нас. Хочешь, я тебе попку почищу? Вдруг за прутьями показалось несколько гоблинов. Они подошли, глупо улыбаясь, и все вместе покашляли, привлекая внимание. — Эй, сучки! — сказал один из них. — А мы… Кхе… С п-подарками… Лик посмотрел на них и к своему удивлению заметил, что несколько гоблинов покраснели. Эльфв подошли к прутьям, выглядывая из них. — Ого! Что на этот раз? — Вот блин, опять браслет… А я ожерелье хотел… — Гурк, ты принёс мне яблок? Я же тебя просил красных! — О-о! Мок, это же кусочек серебра! Ты лучший! Блондин смотрел на эту картину, приподняв брови. Ощущение беспомощности сменилось в его голове высочайшим недоумением. Он почесал затылок и встал, подойдя к решётке и обратившись к одному из них. — И так часто у вас? — Всегда! Каждый день! После каждого… Кхм… Сеанса. Эй, смотри, — он повертелся перед ним, демонстрируя неизвестно откуда взявшуюся грязную юбку на себе. — Немного помыть — и будет красота. Не думаешь? Лик не успел ответить. Ропот эльфов и гоблинов вдруг затих. И те, и эти отошли от решётки. Парень посмотрел в сторону выхода и за их спинами увидел ещё одного эльфа. Он был припудрен, накрашен, носил золотой кулон и чистенькое нижнее бельё. По его виду Лик понял: это любимец короля. — Привет, мальчики, — сказал он, улыбаясь. — Как вы тут? Раздались радостные восклицания: кто-то приветствовал, кто-то отвечал на вопрос, кто-то хвастался подарком, а кто-то просил взять его в гарем. Услышав это, эльф хихикнул и продолжил: — Господин послал меня за одним из вас. Кто прибыл только что? Лик понял, что это его шанс, и выступил вперёд. — Это я, сэр… Мэм… Эльф замолчал, удивлённо смотря на него, после чего звонко расхохотался. Были слышны редкие смешки среди других узников и гоблинов. Щеки блондина вновь порозовели от неловкости. — Н-не стоит так формально! — сказал любимец короля, вытирая навернувшиеся от смеха слёзы. — Мы же не в армии. Пойдём, господин хочет тебя видеть. *** Руук с удивлением осматривал юного демонита, который стоял перед ним. Чертами лица, кожей, волосами — всем этим он напоминал «Оринссу», его «сучку». Но он был чуть ниже, с плоской грудью и, что самое главное, вместо узенькой киски у него был небольшой член. — Где Орнисса?! — с недоумением спросил гоблин. — Прямо перед тобой, — ответил, улыбыаясь, парень мужским голосом, в котором, однако, отдавались нотки голоса демонитки. — Но… Как же… — Потрогай меня между ног, мой милый. Зеленокожий потянул руку к члену и дотронулся до скрытой крайней плотью головки, после чего брезгливо оддёрнул руку. — Фу! Где Орнисса?! — крикнул он. Демонит покачал головой. — Закрой глаз и снова дотронься. Руук недоверчиво поглядел на него, закрыл глаза и вновь потянул руку. — Глупый… Если не скажешь, где сучка… О-о! — он вдруг почувствовал, как его рука коснулась того самого влагалища, которое он сношал пару минут назад. — Это иллюзия, — пояснила Ависса. — Она осязаема до тех пор, пока не закроешь глаза. — Ага… А че ты собралась делать? — Есть у меня идейка. Скажи, ваш вождь хоть раз до этого трахал женщину? — Э-э… Нет… Кажись, одна из сучек его папаши как-то обидела его… — Тогда я покажу ему, что он упустил. Вот только, — она (или он?) посмотрела вниз, на стекающую по бедре струйку спермы, — надо бы смыть это… *** Тронный зал вождя несколько отличался от остальной пещеры. Он был просторным, светлым, с подобием трона по центру, на котором и восседал главарь гоблинов. Тот также отличался от остальных. Если остальные зеленокожие ростом были примерно по грудь Лика, то этот был его на голову выше. Пока остальные гоблины обладали худенькими телами, их король мог похвастаться огромным пузом и не менее огромным членом, а его лысую голову венчало некое подобие короны. Но вошедшего эльфа смутил не внешний вид зала или правителя, а то, что прямо перед ним на коленях стоял и отсасывал Милл. — А-ага, — протянул король своим низким голосом. — Это… Ещё одна новенькая сучка, да? — Да, господин, — поклонился эльф, который его отвёл. — Ну, хорошо, — он похлопал темноволосого по голове. — Можешь отдохнуть, принцесса. С трудом Милл смог слезть горлом с хера короля гоблинов. Он повернул голову и, увидев Лика, болезненно застонал. Вождь поманил его к себе пальцем и, как только блондин приблизился, жестом приказал встать ему на колени, чему он подчинился. — Что ты тут делаешь? — хрипел Милл. — Я же говорил тебе бежать в Кэдвиг. — Прости, — тихо отвечал Лик. — Я не подумал. Я волновался за тебя. — Теперь волнуйся за своё горло… Эльф перевёл взгляд на хер гоблина. Тот был действительно чудовищно огромен и, можно сказать, обладал королевскими размерами. Красная головка чуть-чуть не дотягивала до груди короля, а два огромных яйца были размером с два кулака Лика. — Тебя я буду звать, — гоблин задумался. — Золушка. — Спасибо, господин, — с неуверенной улыбкой проговорил эльф. — Господин, — тихо, чтобы не тревожить больное горло, обратился к королю Милл, — могу я идти? — Идти? Нет! Не можешь! Я ещё не наигрался! — Но, господин, — жалостно тянул принц, — я устал… — Устал? Хорошо… Король встал и указал на свои ягодицы. — Если ты так устал, то вот тебе лёгкое задание: лижи мой зад! — Как скажете, господин, — сквозь зубы проговорил Милл, смотря на Лика. Тот в ответ стыдливо отвёл глаза. — А ты, Золушка, — король положил руку на голову блондина, — закончишь работу принцессы. Лик кивнул и прильнул губами к красной головке гоблина. Ему в нос ударил грязный запах его смазки, от которого парень поморщился. Впрочем, он уже был не таким зелёным, как раньше. Милл, в свою очередь, раздвинул ягодицы короля, и чуть не потерял сознание от потного, прелого запаха его ануса, который на удивление был чист и не имел на себе волос. Сдерживая тошноту, темноволосый принц протянул свой язык и коснулся кончиком королевской кожи, чем вызвал мычание последнего. Лик обхватил головку и стал постепенно брать всё больше. Эльф чувствовал слюну принца, отчего вкус был не таким мерзким. Каждая пульсирующая вена на зелёном хере отдвалась на языке блондина. Каждый сантиметр был для него испытанием, которое он успешно преодолевал. Хуй был так толст, что Лик начал бояться, как бы уголки его рта не порвутся. Однако он не отступал, а лишь напирал, поглощая всё больше и больше. Милл же не был столь активным. Он водил своим языком по анусу, собирая кожные выделения, которые вызывали у него лишь отвращение. Боль в горле, однако, напоминала и о другом его унижении, напоминала, как король принудил его встать на колени и начать ублажать его ртом. Альтернативой было ублажение его своей узкой задницей… Король мычал, особо не меняясь в лице. Порой он гладил то одну «сучку», то другую, причмокивая толстыми губами. На всю эту сцену смотрели, обнявшись, два его других любимца, не скрывая своего возбуждения. В один момент правителю надоел темп. Он сжал затылок блондина своей рукой и начал давить. Тот, только-только коснувшийся головки своим горлом, начал давиться и мычать сквозь член. Лик сопротивлялся, чем вывел короля из себя. Он положил вторую руку ему на голову и принялся свободно двигать им, используя глотку парня как секс-игрушку. Тот раскрыл глаза, из которых потекли слёзы. В ответ он не мог ничего противопоставить. Он с ужасом для себя обнаружил, что когда член проникает полностью, то он занимает всё пространство горла. Ещё пару раз он двинулся — и разум Лика пропал. Глаза закатились, тело обмякло. Лишь хлюпанье и приглушенные стоны напоминали о том, что эльф ещё жив. Милл же с некоторым злорадством слушал это. В его голове это всё выглядело как высшая справедливость. Этот блондинчик, который обрёк его на бытие секс-рабом своим глупым поступком, теперь получал по заслугам. А темноволосый же лишь немного трогал языком анус громилы, слегка морщась. К тому же, Милл даже помог Лику: скользил бы сейчас член короля по его горлу так же ловко, если бы принц хорошенько не смазал его своей слюной? Только он подумал, что хорошо устроился, как почувствовал ужасное, непреодолимое давление. Задница вождя уселась на трон, замуровав Милла между ним и ней. Его язык по энерции проник внутрь, отчего прелый вкус пота заполнил его рот. У принца от него заслезились глаза и он потерял сознание. Король в ответ издал «хо-хо», не отрываясь от своего мастурбатора. Два других любимых эльфа гоблина обнимали и ласкали друг друга, порой прерываясь на это зрелище. Их члены тёрлись сквозь тоненькое нижнее бельё, а языки сплетались. — Господин… Он так сильно… Даёт им свою любовь, — проговорил шёпотом и с придыханием один из них. — М-м… Да… А мне он разрешил целовать его сладкое колечко только после нескольких отсосов… — Давац подготовим друг друга к нему? Эти шлюшки вряд ли его удовлетворят… — Ты прав… Они опустились на лежанку и принялись дальше ласкать друг друга. Король же так и сидел на своём троне, наслаждаясь и языком блондина, и языком брюнета…