Насильно мил (не) будешь

Нилюфер вошёл в покои. Султан стоял к нему спиной, разглядывая что-то на столе, но даже со спины юноша узнавал человека, которого встретил в тот злосчастный день на рынке. Мурад повернулся к нему лицом, и Нилюфер низко поклонился, как учила Мелек. Мурад тепло улыбнулся. Подошёл ближе, положил руки на плечи юноши. - Нилюфер, мой нежный цветок. - Он провел рукой по щеке юноши, не замечая, страха на лице и напряжённого тела. - Наконец-то ты здесь. Столько дней я мечтал об этом и вот, мои мечты исполнились. Скоро ты станешь моим мужем. Ты рад? Нилюфер не знал, соврать или ответить правду. Но выждав несколько секунд, глядя в светящиеся от счастья глаза султана, он честно ответил: - Нет. Улыбка Мурад померкла, но в глазах продолжали плясать веселые огни. Он отпустил плечи юноши. - Ничего, я понимаю, всё так неожиданно для тебя, ты быстро привыкнешь. Если переживаешь из-за разлуки с семьёй, не волнуйся, ты сможешь их навещать после свадьбы. Недолго ждать, свадьба через три дня, когда закончатся все приготовления. Улыбнись же, Нилюфер, это счастливые вести! Нилюфер натянуто улыбнулся. Мурад вновь провел рукой по щеке юноши. - Столько дней я мечтал о тебе. С того дня как мы встретились, ты не выходишь из моей головы. Я не встречал омегу прекраснее тебя, никто не сравнится с твоей красотой. Мой нежный цветок. - Я не хочу этой свадьбы, - вставил Нилюфер, - я хочу вернуться домой. - Вот как... - Улыбка Мурада исчезла, на лице читался гнев. - Ты не понимаешь, насколько тебе повезло оказаться здесь? Любой другой омега на твоём месте плакал бы от счастья, а ты нос воротишь, неблагодарный! Ничего, ты изменишь своё мнение, рано или поздно, но изменишь и будешь благодарить меня, за то, что я обратил на тебя внимание. Будешь радоваться, что Аллах привел тебя в мой гарем. - Никогда. - С отвращением сказал юноша. Лицо султана едва не краснело от гнева. - Стража! - Крикнул он и двери тут же распахнулись, впуская двух альф. - Увести этого омегу в его покои. Если он сбежит - будете отвечать за это головой. Стражники молча схватили юношу под руки и повели прочь от султана.

***

Следующий раз Нилюфер увидел своего будущего мужа только на свадьбе. Все три дня до того он почти не выходил из покоев, служанкам было приказано не выпускать его никуда, кроме хаммама. А день перед свадьбой превратился в настоящую пытку - для ночного удовольствия султана омеги удаляли волосы с тела и законный муж не исключение. Служанки наносили на тело Нилюфера горячую сахарную смесь тонкими полосками, а затем резко сдирали, когда она чуть застывала. Пока Эсма отдирала с кожи очередную полоску вместе с волосами, Мелек всячески успокаивала юношу, держала за руку, гладила по голове, говорила, что осталось совсем немного и это вот-вот закончится. Когда пытки сахарной смесью закончились, Нилюфер заплакал от осознания, что отныне ему придется терпеть эти мучения каждые несколько недель.

***

Свадьбу Нилюфер даже не запомнил, всё было словно в тумане: какие-то люди, клятвы, поздравления, но ни единого слова юноша не мог вспомнить, в воспоминаниях остались только беззвучно открывающие рты люди и радостные визги, доносившиеся как из-под воды. Очнулся от этого помутнения рассудка юноша только в своих покоях. Близился вечер, служанки должны переодеть его и сопроводить в покои султана. Приближалось время первой брачной ночи.

***

Мурад стоял на балконе, оглядывая цветущий сад с высоты. Прекрасный днём, в свете заката сад выглядел по-настоящему волшебно. Идеальная ночь для исполнения мечты, совсем скоро Нилюфер станет его по праву, он уже стал законным мужем Мурада, но сегодняшняя ночь окончательно закрепит их союз, и ничто уже не сможет его разрушить. Юный нежный Нилюфер будет принадлежать ему и только ему. Мурад обернулся, услышав как со стуком захлопнулись двери. Нилюфер медленно прошёл вперёд и опустился на колени. Тело его скрывалось за расшитым золотом красным платьем, а лицо закрывала полупрозрачная красная вуаль. Не торопясь, растягивая удовольствие - предвкушение близости с прекрасным омегой дарит не меньше удовольствия, чем сама близость - альфа прошёл с балкона в покои и встал перед омегой. Тот сквозь вуаль поцеловал полы одежды своего повелителя и поднялся на ноги, когда султан взял его за подбородок и потянул вверх. Мурад сорвал с головы омеги вуаль и, притянув его за талию к себе, жадно поцеловал. Ещё никогда простой поцелуй не возбуждал его так сильно. Хотелось сорвать с омеги платье, не заботясь о том, порвётся оно или нет, прижать стройное молодое тело к столу, стоявшему совсем рядом, и взять его. Грубо, жёстко, быстро, без лишних ласк. Сделать Нилюфера навсегда своим... Но это слишком неправильно по отношению к девственному омеге, первая близость с альфой не должна запомниться Нилюферу болью. Мурад разорвал поцелуй и с ухмылкой посмотрел на покрасневшее лицо омеги. Дыхание у обоих сбилось от возбуждения. Альфа подхватил смущённого омегу на руки и перенёс на кровать, омега попытался встать в тот же момент, как его спина коснулась постели, но Мурад навис сверху и надавил рукой на грудную клетку, не позволяя пошевелиться. Альфа порвал верх платья - надо было снять его до того, как укладывать мужа в постель, теперь оставалось только рвать, чтобы обнажить нежное тело. Нилюфер дрожал всем телом, но Мурад списал это на простое волнение. Стянув последние куски ткани с тела Нилюфера, он приподнялся и сел на колени, с наслаждением осматривая омегу. Без одежды Нилюфер казался таким хрупким и беззащитным... Белое тело покрылось мурашками, а нежно-розовые соски встали, но не это больше всего привлекало Мурада. Взгляд его остановился гораздо ниже, на твердом небольшом члене и на тёмном пятне на простынях. - Я ещё ничего не сделал, а ты уже так возбудился. - Пошло ухмыльнулся альфа. Нилюфер ничего не ответил, только повернул голову в сторону. Такая реакция тела омеги была альфе на руку - не надо тратить время на дополнительные ласки, можно как можно скорее сделать омегу своим. Мурад развёл стройные ноги в стороны и приспустил собственные штаны, раздеваться полностью он не собирался, считая это лишней тратой времени. Снова навис над юношей, обхватил ладонью свой член и приставил ко входу, слегка входя внутрь. Нилюфер дёрнулся всем телом, пытаясь отодвинуться назад, но тщетно: альфа тут же схватил его тонкие запястья и с силой прижал их к кровати по обеим сторонам от головы омеги. - Не бойся, это не больно. - Прошептал Мурад на ухо юноше и осторожно толкнулся в его тело. Нилюфер выгнулся всем телом, отчаянно вырываясь из хватки Мурада, но тот придавил омегу к кровати своим телом и вошёл полностью. Нилюфер закричал. - Ты сказал, это не больно! Нилюферу было больно, невероятно больно, будто его рвали изнутри или засунули в него острый кинжал. Боль не прекращалась и не утихала, альфа продолжал двигаться в его теле, невзирая на слёзы омеги, прижимал его к кровати так сильно, что Нилюфер едва мог дышать, а попытки вырваться были так слабы, что Мурад их даже не замечал. - Терпи. - Приказал Мурад, ускоряя движения. - Хватит, пожалуйста! - Взмолился Нилюфер. - Мне больно! Мурад рассмеялся. Этот омега принадлежит ему, он может делать с ним всё, что только хочет. А омега должен подчиняться решениям своего повелителя, пусть терпит. Не прекращать же из-за такого пустяка такой приятный процесс? Альфа накрыл губы омеги своими. Он целовал омегу жадно, кусая мягкие губы, проникая языком в чужой рот, вопреки желанию Нилюфера - юноша пытался отвернуться, разорвать поцелуй, сделать хоть что-нибудь, чтобы это прекратить, но Мурад с лёгкостью удерживал его голову в одном положении и продолжал целовать омегу, пока тот вдруг не застонал. Мурад отстранился. Нилюфер застонал громче, он почти кричал от удовольствия. Зажмурив глаза, омега выгибался в спине всё сильнее и, сам того не понимая, позволял альфе проникнуть ещё глубже. Мышцы внизу тела пульсировали, сжимая член альфы. - А врал, что больно. - Усмехнулся Мурад, отпуская руки омеги. Тот сразу вцепился в простынь, сминая её пальцами и совсем не пытался вырваться. Нилюфер протяжно застонал и обессиленный упал на кровать, дыша громко и прерывисто. Мурад опустил взгляд ниже и самодовольно улыбнулся. По члену омеги стекало семя. Альфа стал двигаться резко, грубо, как хотел с самого начала. Совсем немного и он тоже кончил, проливая своё семя внутрь омеги. - Зря только сопротивлялся. - Сказал он и снова поцеловал омегу. Омега не стал противиться поцелую, послушно позволяя альфе проникнуть в свой рот. Эта ночь оказалась лучше, чем представлял себе Мурад. И впереди их ждёт ещё много таких ночей