Темка

      

А я не знаю почему, но меня тянет, меня так тянет, ох как меня тянет

             Переходить Калм Белт было утомительно. Так же утомительно, как всегда бывает утомительно идти на буксире. Море Пояса Спокойствия убивало своей застывшей поверхностью, тревожимое только кораблями и проплывающими на несколько метров глубже морскими королями. Зоуи никогда не думала, что Калм Белт не равной ширины в разных местах, но как напротив Тринидада они в свое время перешли Пояс за умеренное количество часов, так и теперь шли по одному из оптимальных переходов. И все же он занимал больше времени. Или у Зоуи просто сильно ускорились внутренние часы с тех пор, потому что она не засекала.              Как и в прошлый раз, ее высадили на корабль-буксир, и на Аппарате Президента вообще осталось только несколько человек. Зоуи помимо того, что скучала, так еще и гостем на Уэст. Гостем на чужом корабле даже не займешься какой-нибудь антисоциальной деятельностью вроде расспросов или карточных игр. Навигация по Поясу Спокойствия осуществлялась из рубки по приборам, управляющим двигателями, и Зоуи болталась по палубе, просто чтобы отхватить солнца, которого ей не хватило в осеннем Вест Блю. Они шли поперек Калм Белта целый день и почти всю ночь, и Зоуи встала чуть засветло, когда проснулась от чувства, что корабль больше не ведет мотор. Едва ощутимая вибрация и фон стихли, и сама тишина подняла ее из сна. Наклевывался рассвет, и было еще даже немного прохладно, что мерз нос, хотя это был чудный океан Новый Мир с его вечной весной, где не шла какая-нибудь климатическая катастрофа. Люди на палубе были заняты тем, чтобы снять корабль с буксира. Зоуи заметил Карс, показал раскрытую ладонь, что увидел ее, и она махнула в знак приветствия. Капитан был занят. И если ничего не сказал, значит, еще не время возвращаться на их корабль, и Зоуи, зевнув, огляделась. На Уэст тоже стояла суета. И ее внимание привлекло только то, что у скулы стояли Спиноза и дозорный — тот, кого подстрелили на Олд Йорк, и он болтался с ними под присмотром врача. Зоуи, подперев боком мачту, присмотрелась. Говорили о чем-то.              Зоуи выловила единственную реплику:               — Ведь это пиратская команда без черного флага. — И после нее Спиноза посмотрел на дозорного, нахмурившись, потом тяжело покачал головой. Зоуи, прищурившись, смотрела на то, как дозорный буквально просит помощи. У экс-контр-адмирала. Зоуи улыбнулась.               Пиратская команда без черного флага. Зоуи бросила взгляд на Карса, который шел с Блю. Карс что-то объяснял, подключая руки: как будто что-то показывал, и Блю задал какой-то вопрос, видимо, глупый, и Карс смерил его таким взглядом, будто выписал бы подзатыльник, но обошлось, и Карс только хлопнул его по плечу, чтобы шел занялся делом. Блю после этого разговора, посмеиваясь, влез на ванты и занялся чем-то на рее. Карс пересекся с Декси, и с ним они ушли к штурвалу. Ну какой из него пират?               — И все же именно их врач поставил вас на ноги, — сказала Зоуи. Она подошла к Спинозе и дозорному, и тот ее немного испугался. Она подошла со спины. — И еще меня отчитывал после. За безответственность.               Дозорный не нашелся, что сказать, и Зоуи улыбнулась ему, чтобы не извинялся. Спиноза хмурился.              — Пусть парень останется на Уэст, Гласс, — сказал он. Зоуи подняла брови. Контр-адмирал смерил взглядом дозорного. — Ему нужно вернуться в Дозор, или будут вопросы о дезертирстве с поля боя. Тебе некогда этим заниматься с твоими “штабными” делами.              Зоуи улыбнулась.              — Покажитесь врачу прежде. А потом, пожалуй, да.              Дозорный отдал честь, и они окликнули Ориона. Ориона договоренность устроила, и он сказал, что жизни его сейчас ничего не должно угрожать, но перевязку он все же сделает, и когда они ушли, то Спиноза провожал их взглядом, пока не скрылись за дверью.              — Лучше не оставаться ему с вами, — сказал он. Зоуи медленно покачала головой.               — Для протокола: Карс не пират.              Спиноза ухмыльнулся сначала, а после даже решил, что не будет сдерживать смешки. Начинало рассветать: солнце показалось из-за горизонта. Зоуи подняла на него взгляд.              — Меня это уже десять лет как не беспокоит, Гласс, — сказал он. Зоуи усмехнулась. Десять лет как он ушел из Дозора.               Когда солнце поднялось над горизонтом всем диском, они уже расходились в разные стороны. Фиоре показался на палубе в шестом часу утра, и они успели попрощаться. Фиоре не назвал даже возможных направлений, куда после выхода с Калм Белта мог отправиться брат, и Зоуи осталась один на один с величиной Нового Мира, в котором нужно было найти одного человека на неизвестном корабле. И когда Уэст исчез точкой на горизонте, Зоуи взбежала на мостик к Карсу, стоящему с трубкой. Он заметил ее и отложил газету, которую аккурат доставили после восхода солнца.              — Ну. Что именно в Новом Мире ты не видела? — спросил он.               Она уперлась перед ним руками о стол. Они снова в Новом Мире. Сам воздух Нового Мира, его запах, предвкушение какой-нибудь неведомой срани, уже ощущались как покерная ставка. Зоуи чувствовала, что лыбится Карсу в ответ на его вопрос. Они мерились взглядами, и Карс проиграл. Хрипло усмехнулся сам, покачал головой.              — Ну что тебе надо?               Зоуи улыбнулась.              — Дека.               Карс смерил ее очень выразительным осуждением и недоумением и по такому случаю откинулся на спинку стула. Зоуи прищурилась. Он ждал другого.              — Дека? Ты вытащила нас в Новый Мир на Стил и Мувин, чтобы идти на Деку?              — Я не помню, чтобы держала штурвал, — сказала она, нахмурившись. Карс мерил ее взглядом.              — Опять на Небесный остров? — Карс почему-то искал объяснения, почему она сказала Дека, помимо того, что признавал за ней право обычно называть любое место в качестве пункта назначения.               — Нет, — сказала она.               — Информаторы Феникса тебя не устраивают?              — Что?              — Батеньки, ты не знаешь, — крякнул Карс. Зоуи посмотрела на него, но Карс не повернулся к ней.              — Карс, не партизаньте.              — Выход со Стил и Мувин и острова в округе — земли Белоуса. Я-то думал, ты знаешь, раз так легко вышла в Новый Мир через этот переход, а ты просто шальная, я и забыл.              Зоуи встала, уперев руки в боки, когда выяснилось, что Карс спускался на палубу, только потому что Эйл заварил утреннего чаю для второго завтрака.               — Кофе, мисс? — спросил он, но Зоуи пилила взглядом Карса. Дед знает об информаторе на Деке. Это раз.               Два.               — Да, пожалуйста, — сказала она Эйлу, и тут поставил перед ней чашку, которую налил еще прежде чем спрашивал. Эти люди знали ее уже чересчур хорошо. — Это земли Белоуса? — спросила она у Карса. Тот кивнул на Декси, появившегося из кухни с чайничком своего чая вулканической температуры.               — Да, мисс. Все острова от перехода Стил и Мувин до Икс на западе и начало архипелага Тотленд. И незнаменитый, но замечательный остров Сфинкс, разумеется. Мы полагали с капитаном, что именно поэтому вы…              — Она хочет на Деку, — прервал Карс. Декси нахмурился, задумавшись.              — Вот это, полагаю, будет проблематично, мисс. Это все же пиратские земли, глубоко в Новом Мире, мы гарантированно столкнемся с пиратами. Не говоря уже о том, что большая часть неделеных морей в Новом Мире крайне нестабильна климатически. Идти по нейтральным водам почти самоубийство, и я бы не повел туда корабля.               Зоуи села на стул с кофе. Декси задумался, как будто искал в своей голове какие-то еще части своих знаний, которые помогли бы его решить.              — Сколько? — спросил Карс.              — Подождите, это нелепо, — сказала Зоуи. Показала Карсу ладонь, этим извинившись, что она не дала ответить на его вопрос. — Вы сказали, это наиболее используемый переход Синдиката. На Деке чертова туча кораблей Вест Блю. Они должны мотаться туда и сюда как заведенные, здесь не может не быть маршрута, — сказала она.              — Тут вы, несомненно, правы, мисс, про маршруты Синдиката я и запамятовал, — сказал Декси. Зоуи заметила, что улыбка сошла с его губ. Его обычная услужливая улыбка, отражающая всевозможное стремление к ее удобству, теперь сменилась озадаченностью. И Карс заметил. Сидел, подняв бровь.               — В чем дело?              — Боюсь, мисс, мне эти маршруты неизвестны, — сказал он. — Я хорошо помню эти воды, однако мне не приходит на ум, как именно, — он недоговорил и даже отставил чашку. Над ней поднимался пар. Зоуи посмотрела на него, потом на Карса.              — А тебе подраться не хочется? — спросил он ее, чтобы заполнить молчание.              — Прошу прощенья, мисс, — сказал Декси. Зоуи посмотрела сначала на одного, потом на другого. Карс усмехнулся.              — Давно такого не было, — сказал он. Зоуи медленно поднялась из-за стола. Декси проследил за ней взглядом, пока она не скрылась за дверями кают.                Соблазнительно было бы исплавать весь свет, ни разу не столкнувшись с вопросами к маршрутам. Карс имеет прошлое, позволяющее ему ходить по миру, ему уже абсолютно знакомому. Декси знал такие подробности отдельных случайно попавшихся локаций, что казалось, что они ходят по открытой карте. Для Карса и команды все это путешествие — одна большая игра, плюс, они подписались пройти море по второму разу, не с теми целями, с которыми, вероятно, проходили его в первый раз. Но в конце концов это не могло продолжаться без конца. И Зоуи спустилась в свою каюту, где провела несколько дней с простудой и еще пару в скуке. На столе лежали газеты, расписанные чернилами: она подглядывала за событиями в мире, собирая умные мысли на широких полях газеты. Помимо газет, лежали на столе перья, чернила, к ее стыду, немытые чашки (целых две), но еще ниже, если заглянуть, имелась еще толстая папка, которую она не открывала с Олд Йорк. Она приоткрыла обложку папки: на уголке плотной бумаги считывалась кривая изолинии. Карты. Конечно, карты. Что еще ей мог выдать Беллини в ответ на ее несвязанные причитания о маршрутах. Хотя черт знает, что там. Может быть, на бумагах что-то другое, но благо читать карты — не ее профессия.               Она вернулась с папкой на палубу. Декси, наклонившись к столу, говорил с Карсом, и она услышала, что речь про то, как пройти по кромке нейтральных вод, не потопив корабля в блуждающих впадинах. Зоуи улыбнулась: то, что она ушла, не сняло вопроса, и это приятно.              — У меня осталось это с Олд Йорк. Посмотрите, Декси, может, эти карты могут быть вам полезны. Нам нужно на Деку. Но можем потратить пару дней на то, чтобы проложить маршруты. Простите, что не предупредила раньше. Вы мне говорили, что в Новом Мире для планирования маршрутов требуется больше времени, но, по правде, я сама не знала, чем дело кончится.              Зоуи опустила папку на стол, и Декси поднял ее. Открыл, перебрал пальцами уголки карт.               — Мисс, такие артефакты на вес золота, — сказал он. — Поражаете.              Артефакты? Просто карты. Беллини отдал их со словами “они все равно бесполезные”. Но выходит, раз в год и палка стреляет.              — Они будут вам полезны?              — О, мисс, разумеется, — Декси достал на стол карту: она была сложена в плотные несколько раз, и Декси, когда развернул ее, повел рукой, чтобы сила его фрукта разгладила складки. Карс придержал уголок карты, занявшей весь стол, и Зоуи видела, что он с прищуром тоже окинул ее одним коротким взглядом. Декси прошел пальцами вдоль кривой меняющейся ширины, с разной непрозрачностью изгибами ведущей вдоль точек на карте. — Можно составить коридоры оптимальности, и документация по расчетам маршрута. Мне потребуется несколько часов, чтобы изучить, но это бесспорно бесценные бумаги, — сказал он. Зоуи смотрела свысока на карту, не имея ни малейшего понятия, как ее читать, кроме того, что синее — это море, а зеленое — это земля.               Меж тем она узнала Тотленд, и все к востоку, видимо, относилось к землям Белоуса. Они были усыпаны мелкими островами.               — Ну вот и отлично.              — Встанем на рейд у Гетт, — сказал Карс. Декси медленно покачал головой, когда Карс на него посмотрел: ему не нужно было капитанских приказов, чтобы внутренне уже приняться за дело: они встанут, только чтобы его, навигатора, ничего не отвлекало от дела.               — Можем и в порт зайти, все корабли в портах островов Белоуса неприкосновенны, — сказала она. Белоус не препятствовал разбою в море, но флаг на острове означал мир. Так было на Джемроке, так было на всех островах, кроме Острова Рыболюдей, где Белоусы не давали еще и буянить на входе и выходе с Острова. Карс бросил на нее взгляд. К основам гражданского мореплавания такие знания видно не относились.              — Хорошо.               — Далеко до Гетт?              — Два часа. Его, вон, видать, — сказал Карс. И Зоуи присмотрелась к горизонту, куда Карс качнул головой, доставая трубку. Чай он допил. Далеко в атмосферной дымке действительно было видно плоское нечто и как будто одну высокую гору. Зоуи внимательно рассмотрела и другие стороны. Если ее не обманывало зрение, она насчитала три острова в зоне видимости невооруженным взглядом. Может, человек с абсолютным зрением рассмотрел бы больше.               Команда подвела корабль к самой южной оконечности острова, но подойти вплотную оказалось проблематично. Берег был каменистый, не имел порта. Но в полусотне метров от острова была сделана насыпь из волнорезов с пешей дорожкой позади них. На ней на высоком столбе развевался флаг Йонко. Море разбивалось о кривые камни. За этой насыпью, защищающей берег от волнения и позволяющей дойти до берега пешком, а не трястись в лодке, стояло два или три небольших корабля, включая один под черным флагом. Декси с Карсом покумекали на мостике и оставили корабль третьим в этом ряду.               Зоуи не особенно волновал способ причаливания. Она, подперев борт боком, смотрела на встречавший их берег. На острове, дверями к морю, стоял единственный дом с красной крышей и белыми стенами. Перед ним сушилось на веревках между двумя столбами белье, стояли в горшках кое-какие цветы, пара из которых сдохла давно и безвозвратно. Вокруг дома не было ни забора, ни изгороди, и он один встречал корабли, вместе, видно, со своим хозяином. Зоуи заметила, что чуть в стороне от дома, ближе к месту, где насыпь выводит на остров, сидел на складном стуле человек, и если Зоуи не обманывало зрение, то, во-первых, это была женщина, а во-вторых, она вязала спицами.               Зоуи позвали спуститься в лодку, чтобы перейти на насыпь, и они вышли на остров через десять минут с Карсом, и женщина подняла на них взгляд из-за своей пряжи, остановив счет петель.              — Надо же, у нас гости, — сказала она, и Зоуи, выйдя из-за спины Карса, показалась ей. Она смерила и ее взглядом. — Остров Гетт, территория Белоуса. Буянить будете?               — Нет, не планируем, — сказала Зоуи.              — Тогда добро пожаловать, — сказала она. Женщина была немолодая, судя по морщинам на лице. Темные кудрявые волосы с седоватыми прядями на висках она собрала в хвост и носила узкие очки, чтобы лучше видеть, что делает со спицами, развив за долгую жизнь дальнозоркость. Из-за прямоугольников очков смотрели темные глаза, и выразительный взгляд и черные густые ресницы создавали впечатление, что она носит подводку. Она была худощавая, но голос у нее был волевой и уверенный: она насмотрелась на тех, кто “буянит”, и оружие при Карсе ее не смутило, и будь они сто раз пираты, возможно, она сказала бы ровно то же самое. — Надолго вы? На острове особенно нечего делать, но если на привал или набрать продуктов, то это вам в деревню, она дальше, в центре острова, — сказала она, махнув рукой на остров позади себя.               — На пару дней, — сказала Зоуи. — Капитан Карс Влам, — она давно заимела привычку представлять своего капитана, когда называлась сама.              — Знаю-знаю, — улыбнулась она. — Давно ли ты в Новом Мире передумал никогда не появляться, капитан Карс Влам? — спросила она, и Зоуи изогнула бровь: в голосе женщины прозвучала улыбка, притом насмешливая, едва заметно едкая, хотя не злая.              — Недавно, — отозвался Карс сварливо. — Это Изабелла. Староста Гетт, — это Карс сказал Зоуи, и Изабелла, когда ее назвали по имени, подняла снова на них глаза. Ее улыбка была красивая, но одновременно в ней было что-то еще. Если не насмешка, то какая-то смесь сожаления и ностальгии, когда видишь старых знакомых на противоположной стороне перрона.               — А ты, должно быть, Зоуи Гласс. Марко о тебе рассказывал, — сказала она. — Что ж, — она обвела их всех взглядом, а потом снова опустила его к своей пряже. Зоуи только сейчас поняла: ей нужно довязать ряд. И когда она это сделала, она сложила пряжу на чурочку, стоявшую с ней рядом вместо стола, поднялась. Оказалось, что она еще и высокая и была почти одного роста с Карсом. Зоуи почувствовала флюиды давно прошедшего романа в воздухе, когда она подошла и бросила на Карса взгляд.               — А сами они где?               — Да черт их знает, шляются где-то в Новом Мире. После выходки Зверей на Сент-Невис не слишком-то спокойно. Ладно, я рада гостям, тем более новым лицам, — сказала она, улыбнувшись Зоуи. Покачнула головой на свой дом, приглашая последовать к нему за ней, и шагнула к крыльцу. По дороге потрогала белье: было еще сырое, и открыла двери гостям. Карс покачал головой.               — Я подойду позже, — сказал он.               — Ну иди, капитан. — Это ее “капитан” отдавало иронией. Изабелле было одновременно смешно называть его так, но было в этом еще что-то. Вроде отзвука признания. Глубоко-глубоко припрятанного под слоем насмешки. — Пусть ваши люди спускаются на остров, на корабле ночевать без перерывов — это с ума сойти можно. А союзников Белоусов я найду где разместить, раз с вами никто иная мисс Гласс.               Карс выслушал это со стоическим терпением и ушел обратно к кораблю. Там, у лодки, где они выбрались на насыпь, стоял Блю, разминая плечи и спину, высоко подняв руки к небу, и ребята с кухни. Карс свистнул им издалека. Велел высаживаться команде. Зоуи не вошла в дом, потому что Изабелла проводила его взглядом, пока он не дошел до середины насыпи, оттуда уже велев парням приняться за дело: высаживаться, помочь с подготовкой корабля к двум дням без команды на борту. Но потом Изабелла поняла, что слишком долго смотрит на человека, которого встретила с такой насмешкой, и обернулась к Зоуи.              — Прошу прощения, я забылась.              — Вы давно знакомы.              — Думаю, дольше, чем тебе лет.              — Я бы послушала эту историю.              — Я бы рассказала, — улыбнулась она, и они все же вошли в ее дом.               Изабелла была старостой деревни, которая сама по себе приходилась на центральную часть острова: лежала в лощине между тремя холмами, полностью отведенными под пастбища для овец. На острове было прохладно, и Изабелла стояла в шерстяном свитере с широким высоким горлом до самого подбородка, немного растянутыми рукавами и нижней резинкой. Ходила в сапогах на невысоком каблуке, которые было видно из-под длинной юбки до щиколотки. Изабелла встречала все приходящие корабли и единственная жила у моря. К ней иногда таскались дети из деревни и кое-кто из жителей, чтобы навестить ее. Сама она уходила в деревню на праздники и по кое-каким случаям, которые не назвала. Ее дом был весь в вязанных вещах: плед, салфетки на стульях и табуретках, покрывало. Были тканые занавески и пальто вроде шинели из плотного сукна висело у входа без дела: было тепло для него.              На столе лежала утренняя газета, и Зоуи уже видела ее заголовки. На стенке, противоположной от кухни, возле коридора, висела дощечка с кнопками: на ней был приколот календарь, в котором систематически были отмечены дни, листовка какого-то молодого пирата с наградой тридцать три миллиона, вырезка из газеты про Сент-Невис и следом еще вырезка про столкновение пиратов Белоуса и Зверей в начале Нового Мира, не доходя до Тотленда. Зоуи присмотрелась к статье. Шрифт в газете был похож на шрифт МЭГа, но другой. У буквы «а» отличался хвостик и засечки были менее выраженные. В МЭГе, который Зоуи читала систематически, такой статьи она не помнила. Любопытно.               — Мой сын, — сказала она, когда Зоуи задержалась у доски для заметок. Зоуи подняла взгляд снова на листовку. Потом обернулась на Изабеллу. Было определенное сходство, с той разницей, что пирата запечатлели в каком-то раже, и он выглядел маленько бешеным, хотя следы достаточно интеллектуального вида своей матери он не потерял от этого. Зоуи вспомнила, что на ее листовку вообще было смотреть страшно.               — Пират?               — Он ходит в команде Отца, — сказала она. Зоуи улыбнулась. Сын старосты острова под контролем Белоуса пиратствует в их команде. Как это мило. А меж тем Отцом Эдварда Ньюгейта называют не все.              — А это что за газета? — спросила она, указав на статью о столкновении со Зверями, и она обернулась.               — ННН, — сказала Изабелла аббревиатуру, и Зоуи подняла брови. Она ей ни о чем не говорила. Изабелла подошла к трюмо в коридоре и из шкафа достала выпуск. Заголовок газеты гласил: Немировая неэкономическая не газета. — Не получаешь?              — Нет.               — Чтобы ее получать, надо знать людей, которые ее издают. Вероятно, ты их в итоге найдешь.               — Полезная?              — Всяко лучше, чем МЭГ.               — Почему?              — Если бы я читала только МЭГ, я бы тебя убила на подходе, а потом еще и Карсу досталось бы. — Зоуи усмехнулась. Да, МЭГ же распространил, что она покусилась на покой земель Белоуса. Изабелла улыбнулась, не стала объяснять дальше, увидев, что она и так сообразила. — Но ты не волнуйся. О союзниках обычно известно всем управленцам на их островах.              Зоуи посмотрела на эту женщину повнимательнее. Убила бы ее на подходе — это так скажет не всякий человек, и вообще не любой человек считает человекоубийство решением проблем.               — А вы сами?               — Что я сама?               — Вы сами не пират?               — Нет. Я староста. Вон, вяжу, варю бульоны и стираю на руках. Опять ветер с моря, ни черта не сохнет на улице.               Зоуи покачала головой. Изабелла всего лишь староста в той же степени, в какой Карс просто капитан торгового корабля. Или Рейли — просто мастер смолы. Слыхали. Но Зоуи за всеми оставляла право отрекаться от прошлого, если они того желают.               — Куда вы плывете? У тебя дела в землях Отца? — спросила Изабелла.               — Нет, мы просто вышли с Вест Блю. — Изабелла поставила перед ней корзинку с фруктами. Зоуи взяла грушу. Судя по климату здесь такие расти не могли. Значит, остров неплохо связан с миром поставками и неплохо живет.               — Вышли с Вест Блю? Тогда понятно, почему тебя не могли сыскать три недели.               — Меня искали?               — Да. Так куда вы идете?              — На Деку.              — Это большая проблема, выйти из этих вод торговому кораблю, — сказала Изабелла, вполне искренне скривившись от того, насколько это большая проблема.               — Поэтому нам нужно время, наш навигатор проложит маршрут.              — Для этого он должен быть гением. — Зоуи улыбнулась. Изабелла посмотрела на нее, уперевшись худой рукой о стол. Мерила ее взглядом. Ее молчание на ее слова. — Так значит из-за тебя он отказался от обещаний?               То, что речь про Карса, она поняла.               — От каких обещаний? — спросила она. У Изабеллы дернулся кверху уголок рта, но она ничего не сказала, потому что в дверь вошел Карс, и за ним появился Декси с портфелем бумаг под мышкой.               — Добрый день, мисс, — поздоровался Декси с хозяйкой дома, но не прошел дальше коридора, только посторонился, чтобы пропустить капитана. Изабелла была так удивлена обращением, что не успела поздороваться с навигатором.              — Ты идешь в Вул? — Карс спросил это у Изабеллы, и она, чтобы не остаться невежливой, кивнула навигатору. А Карсу ответила слишком мягко:              — Нет. — Он покачал головой, как будто такой ответ и ждал. — Но чувствуйте себя как дома. Я присмотрю за вашим кораблем, — она качнула головой в сторону моря.              — Кто еще на острове?              — Какие-то пираты Бухты Сноу. Насколько я знаю, они сцепились с Дозором. Они здесь, чтобы зализать раны, — сказала она. — Хотя вряд ли у них получится.               Карс характерно скорчил подбородок в кривой ухмылке. Зоуи подняла брови — почему вряд ли получится, хотелось спросить, но они уже уходили.               В деревню Вул вела узкая дорожка, выложенная по краям камнями. Карс сказал, что идти здесь близко, и деревню не видно только из-за холма, покрытого зеленой травой, гнущейся от ветра то в одну сторону, то в другую, из-за чего казалось, что свет переливался серебряными полосами на обратных сторонах листьев и травы. Когда они за десять минут поднялись на пологую верхушку холма, то пастбища продолжались. Открылся вид на соседние склоны: на двух из них были стада овец. Зоуи замедлила шаги, хотя итак отставала от Декси и Карса, который подавно ушел на сто шагов вперед с ребятами из команды. Осмотреться хотелось, просто чтобы подышать над этим всем, и потрогать руками траву и попинать по пути камешки. Но ее внутреннее умиротворение нарушил громкий лай.              Воля испытала новое чувство: она то ли скукожилась, то ли замялась, и на Зоуи накатил чудовищный первобытный страх, и она не дернулась бежать прочь от собаки, только потому что Декси положил ей ладонь на плечо, и ей отрезали пути к отступлению. Черно-белая собака летела на всех парах, проигнорировав Карса и компанию, прошедших мимо, почти сбила Зоуи с ног и принялась облаивать, и Зоуи чуть не закричала, когда она была близко, но Декси рассмеялся.              — Мисс, — предостерег он от бегства, опустил ладонь, чтобы дотянуться до макушки пса, но тот не дался. Зоуи, когда ее отпустили, невероятным волевым усилием удержалась от инстинкта бежать нахрен отсюда, и только отступила, но собака лаяла на нее и обходила так, чтобы она отступала дальше: загоняла, как стадо. — Не бойтесь, мисс, это пастушья собака, она не укусит человека.              На заливистый лай и Карс обернулся, и Зоуи чувствовала, что ему там смешно, видите ли.              — Уберите ее от меня, — произнесла Зоуи негромко, едва узнавая свой голос. Декси, увидев, что его благоразумие ей не помогает, встал между ней и собакой, рукой увлекая Зоуи, чтобы встала позади него. Теперь собака лаяла на Зоуи, но выходило, что Декси в лицо.               Собаку отвлек только свист Карса, но она, все еще в полуприседе, только обернулась и прекратила лай. А потом раздался долгий протяжный свист со стороны подножья холма, и собака пустилась в бег, почти не касаясь земли лапами, по тропе к источнику. Зоуи стояла, как вкопанная, чувствуя неизлечимую травму, и ее выудил из омута жалости к себе голос Декси.              — Идемте, мисс, она уже убежала.               Декси приглашающе потянул ее за руку, и Зоуи вышла из оцепенения. Карс махнул кому-то впереди рукой, кого Зоуи еще не было видно, но через пару минут они увидели, что им навстречу идет какой-то человек, и собака держится с ним, нарезая вокруг него круги трусцой, периодический скрываясь в высокой траве и вылетая из нее галопом, чтобы нагнать хозяина, как черт из табакерки.               Зоуи непременно захотелось сказать “как черт из табакерки” вслух, когда она будет объясняться, что ее вводят в оцепенение такие невинные страхи, а потом решила, что с чего бы ей объясняться. Их подождали внизу холма, и они подошли к компании, состоящей из Карса, нескольких человек из команды и хозяина собаки. Сама собака усвистала куда-то в сторону пастбищ, отпущенная короткой командой.              Зоуи с Декси подошли немного погодя. Зоуи поежилась, глядя на то, как собаку в поле можно было опознать только по последовательно подгибающейся траве: не дай бог вернется. Она покачнулась с пятки на носок, обнимая себя руками, когда они встретились со всеми.              — Замерзли? — это спросил хозяин собаки, и Зоуи испытала непередаваемый словами прилив идиотской злости: хотелось огреть сковородкой, но такой у нее не было.              — Я чуть инфаркт не схватила, — сказала она. Хозяин собаки рассмеялся.               Карс тоже посмеивался, закуривая трубку, и Декси улыбался, стоя позади него. Хозяин собаки был местный, его выдавала шерстяная жилетка поверх плотной рубахи. Сколько ему лет, Зоуи сказать бы не могла, из чего сделала вывод, что ему должно быть четвертый десяток.              — Простите, простите, — добродушно извинился он, и Зоуи покачала головой, мол, проехали.               — Боюсь собак, — призналась она прямым текстом. Оказалось, что этого мужчину звали Флок, и он был из деревни, впрочем, откуда ему еще было быть. Карс его похоже знал, как знал и Изабеллу. Он согласился проводить их до домов. Из мест, где можно было остановиться, был и кабак, где держали комнаты на втором этаже, но сейчас он был почти полностью занят пиратами Бухты Сноу. Они приближались к деревне, когда Флок рассказывал:              — Ребята здорово побитые причалили. Людей потеряли, врача потеряли, им некому пули из груди вытащить, и они только глотают ром. Капитан их и не просыхал с тех пор: сам-то почти целый.              — А на острове нет врача? — спросила Зоуи. Флок обернулся на нее.               — Есть, почему нет — но он не хирург. Здесь на острове что нужно? Помочь женщине родить. Детскую простуду вылечить. Он сделал, что смог.               Зоуи посмотрела на Ориона. Он шел с Карсом и хмыкнул в ответ на это. Карс спросил:              — А Бэл?              — Бэл? — переспросил Фолк. Карс качнул головой в сторону домика на берегу.              — Изабелла, — сказал он.              — А, староста. Да, она тоже видится с врачом, — сказал Флок, покачав головой.              — Часто?              — Надо у него спросить. Раз в неделю, наверное, — задумался он, и Карс нахмурился. До Зоуи дошло.              — Каждые восемь дней, — сказала она, и Карс посмотрел на нее, нахмурившись. — У нее в календаре отмечено, — объяснила она.               — Пожалуй, да, каждые восемь.               — Она чем-то больна?              — Да, она очень болеет, — сказал Флок.               — Она не болеет, она умирает. Но умирает она уже лет двадцать как, благо, Феникс кое-что знает о медицине, — сказал Карс. Зоуи вообще удивилась, что он так вступил в разговор. Это было личное, и о том, что она умирает лет двадцать как, Карс знал видимо все эти годы.               — И что с ней? — это спросил Орион. Звучало как профессиональный интерес.              — Пиратская лихорадка, — сказал Карс.              — Это вымысел, — сказал Орион.              — Это не вымысел, — ответил капитан, и на их славную компанию накатила тишина, только топоток вернувшейся с полей собаки настиг их, и Зоуи поспешила убраться поближе к каким-нибудь мужчинам, которым могла бы доверить жизнь, но Флок унял собаку, и она больше не лаяла на нее. Когда они дошли до центра деревни, Зоуи даже опустилась перед овчаркой на корточки. Та дала взять длинную морду в руки. Зоуи теперь всем сможет сказать, что смотрела страху в глаза. Ее “страх” поддавался рукам, тыкался носом в ладони, и потом начинал вынюхивать что-нибудь рядом, а потом снова просил внимания, когда Флок отвлекался на то, чтобы показать, что где искать на улице. Вернулись к вопросу, где ночевать, и Флок спрашивал, сколько их. Разговор на себя взял Декси, потому что Карс погрузился в молчание и был занят трубкой. Флок назвал гостиницу, еще некоторый пустовавший “особняк”, построенный почти полностью силами команды Белоуса для собственных пьянок и для старосты, хотя она оставалась у моря. Он еще посоветовал все же зайти в кабак, где остановились пираты, и Орион согласился первый. Зоуи он предложил остаться в его доме:              — Ты не бойся, она дома не лает. — Зоуи обещала наведаться попозднее. Декси отправил Котида за остальными на корабле, чтобы указал им дорогу. Зоуи заметила, как Декси в общем-то даже не потребовалось, чтобы Карс просил его решить эти мелочи. Они ушли с Флоком отпирать неиспользуемое местными здание, чтобы разместить команду и чтобы Декси мог поработать, а Карс тоже сказал, что будет позднее. Они остались втроем стоять на улице между аккуратными домиками в побелке: Карс, Орион и Зоуи. Карс вытряхнул табак из трубки.              — Кабак? — спросил он.              — Еще полдень, — напомнила Зоуи. Карс покачал головой, мол, ему безразлично.               — Я — взглянуть на этих полудохликов, — сказал Орион, мол, пить он еще не намерен, но Карс всем своим видом показал, что ему не нужно одобрений его личных решений. В итоге они дружно последовали в кабак, и Карс с порога сказал:               — Рома налей, мужик.              Мужика она заметила за баром, он стоял, уперевшись локтями о стойку, и поднял взгляд на вошедших только когда вошел Карс. За ромом он, кстати, сразу потянулся.              — Я хирург, — сказал с порога Орион, и бармен, подкинувший бутылку рома, чтобы перехватить ее, посмотрел на него через зал, когда поставил на бар стакан для Карса.               — Хирург? — переспросил он, и Орион не подтвердил вслух, но покачнул головой. Карс подошел к бару и залпом выпил стакан, налитый дня него. — Слышь, парень? — бармен повернулся к одному из столов в зале, где, закинув ноги на стол и откинувшись на спинку стула, балансируя его на двух ножках, спал, кажется, какой-то пират.               Карс обернулся на него, вытер губы. Свистнул, и “парень” тогда встрепенулся от сна.              — Ты капитан пиратов Бухты Сноу, — это сказал Орион. Не спросил, почти констатировал.              — Ну я, — он отозвался хрипло и закашлялся. В голосе прозвучало похмелье. Зоуи присмотрелась: он сидел в довольно темном углу, и бармен еще не включал освещения, дотуда плохо доставал свет из окон на другой стороне заведения. Но у капитана пиратов были волосы чуть длиннее подбородка, давно не видевшие душа, соломенного цвета, были завязаны банданой, сложенной в узкую полоску, чтобы не мешали и не лезли в лицо. Несколько прядей были заплетены в косы с вплетенной золотой цепочкой, на которой какая-нибудь девушка могла бы носить кулон: с маленькими звеньями, кажущейся просто золотой гибкой ниточкой. Изящно. Зоуи понравилось. На руках у него тоже было золото. Видно, пиратствовали они в целом довольно успешно. До сих пор. Пират сидел с пистолетом на столе, но при себе имел саблю и сражался похоже преимущественно ей. — Ты кто такой?               Орион не представился.              — Покажешь мне раненых из твоей команды.               Парень сначала скривился, потому что такой тон в своем отношении не привык слышать. Зоуи подошла к бару, перегнулась через него, чтобы посмотреть, что там у хозяина есть, пока до пирата сквозь похмелье доходил смысл сказанного.               — Ты врач?              — Да.               Пират тогда вскочил на ноги, чуть не опрокинув стул, но удержал его за спинку: похмелье не делало его неловким идиотом. И Орион криво улыбнулся поспешности и шагнул к нему, и они оба ушли в коридор, ведущий на второй этаж к комнатам. Бармен проводил их обоих взглядом, а потом посмотрел на Зоуи.              — А тебе вообще лет достаточно, чтобы на спиртное глазеть? — спросил он. Карс усмехнулся.              — Повтори, — сказал капитан, вернув бармену стакан из-под рома.              — А сколько вы мне дадите? — спросила Зоуи, подняв на него взгляд. Бармен наливал Карсу ром.              — Двенадцать?              — Если так, то за меня платит Карс, — сказала она.               — Только если ты возьмешь молочный коктейль или малиновый лимонад, — сказал Карс.              — Молочный коктейль звучит неплохо, — Зоуи села на барный стул. Бармен с усмешкой ушел мешать ей молочный коктейль и вернулся с кружкой пива, наполненной молочным коктейлем. С трубочкой. Зоуи подтянула его к себе и потянула в трубочку. Очаровательно. За обед сойдет, особенно в таком объеме, в котором моряки в Новом Мире вливают себя пиво.               — Ваш врач? — спросил бармен, кивнув головой на оставленные открытыми двери в коридор, куда ушли Орион и капитан пиратов Бухты Сноу. Карс покачал головой. — Вы пираты?              — Нет, — сказала Зоуи. Бармен удивился.              — Гражданские корабли редко заходят, — заметил он, объяснив свое удивление. Шутки про возраст конечно были забавные, но мужик ее совсем малолеткой не считал.               — А где остальные из этой команды? — спросила Зоуи. Бармен поднял брови. Она объяснила: — Наверху в комнатах сколько человек? Шесть?               — Пять, — сказал Карс.              — Шесть. Шестой без сознания. — Карс вытянулся в лице: признал ее чутье. — А корабль большой, едва ли с ним шесть человек управится.              — Да кто где. Большей частью на пастбищах. — Настал черед Зоуи удивляться. Любопытный выбор локации. Бармен объяснил: — В деревне им скука смертная. А там свобода, простор. Пираты не могут долго сидеть в таких местах, как это, но они вынуждены. Команда едва живая.               Зоуи посмотрела на Карса. Тот в подтверждение медленно качал головой.               — А мы здесь насколько?               — Пару дней, — сказал Карс. Посмотрел на лог, потом на часы на стене, потом в окно. — Декси скажет точнее. Зависит от маршрута.              — Я думала, вы останетесь там, — сказала она, указав неопределенно головой примерно в сторону, где они оставили корабли. Имея в виду дом Изабеллы, и Карс скривился.               — Это в прошлом, Гласс.              Бармен смерил их обоих взглядом. Посмотрел на Зоуи, нахмурившись. Зоуи не обратила на это внимания. У них на горизонте было по меньшей мере три острова, куда они могли зайти на привал для расчетов маршрута. Гетт Карс назвал сам.              — Но вы сами сказали, что остановимся здесь, — напомнила Зоуи. Карс отвернулся от нее, когда она это сказала: подловила.               — Я давно ее не видел, — оправдался он. До состояния оправданий ей еще Карса доводить не приходилось.              — Она тоже не пират? — спросила она, когда бармен как раз отошел, предоставив им говорить вдвоем и не быть лишними ушами. Как любезно.               — А ты ее не знаешь? — спросил Карс. — Ты много кого знаешь из этой эпохи, — напомнил он. Зоуи подняла брови. Покачала головой. — Надо же. Значит Рейли ты знаешь, а ее нет? Феникса знаешь, а ее нет? Она была первым комдивом до Феникса.              Зоуи поперхнулась молочным коктейлем, что он чуть не пошел носом, и закашлялась, как если бы снова подхватила то воспаление легких после купания в осеннем Вест Блю. Карса вполне удовлетворила такая реакция, и он болтал ром в стакане.               — Да, — протянул он, чтобы заполнить молчание, образовавшееся от ее попыток дышать. Со второго этажа спустились бегом две пары ног, и Карс обернулся на выскочивших оттуда людей: из команды пиратов. Они быстро прошмыгнули в двери на улицу. Похоже, Орион отправил за чем-то на корабль, и их капитан велел не задерживаться. Карс усмехнулся. — Мальцы.              Тогда понятно, почему она называла Белоуса Отцом.               — Она поймала эту лихорадку, долго мучилась в море и ушла из команды. Не знаю когда, меня давно не было в Новом Мире, и я делал вид, что знать не знал про дела в океане.               — А что за лихорадка? Почему Орион говорит, что ее нет?              — Обычно, когда говорят пиратская лихорадка, имеют в виду, что пират не может жить на суше. Ну, что шило в жопе и что не может осесть. Это ясен хрен вымысел, это не болезнь, это способ думать.               — Как вы, капитан? — спросила Зоуи, и Карс заметил ее красноречивым взглядом. Зоуи бы замолчала где-то здесь, будь она поспокойнее. — Вы не осели, вон, в гражданское мореходство ушли. Я всем рассказываю, какой вы приличный человек.              — Как я, — сказал Карс после долгой паузы. Сделал глоток рома. Видно, он ему помог побороть желание внушать ей правило не говорить правды, которую он не готов слышать.               — Извините. – Карс махнул рукой.               — Но она больна другим. Как тебе объяснить. – Карс держал стакан двумя руками. — На суше она не может дышать. Начинает задыхаться. Не сходить с ума, не резать людей. Не спивается. Она не может ни вдохнуть ни выдохнуть. Но и в море она жить не может. Морской воздух помогает ей дышать, но тогда она начинает кашлять кровью. Я в своей жизни двух человек с такой проблемой видел, и одному из них повезло приходиться Фениксу накама. А про второго ты и сама знаешь.              Карс допил ром, поднял взгляд, чтобы найти бармена, но тот ушел. Похоже, ушел в подсобку, если верить Воле.               — Подай-ка мне ром, — сказал он. Зоуи перегнулась через стойку, обнаружила бутылку, из которой Карсу наливали, и подала ему. Он налил себе еще стакан и поставил бутылку перед собой на бар.               Изабелла видно поэтому живет у самого моря. Что-то среднее между сушей и морем. Тонкая-тонкая грань. И Карс крутился во всей этой тусовке Йонко своего времени. Впрочем, это не было сюрпризом. Зоуи обернулась к дверям на улицу: в кабак вернулись с чемоданами пираты, и Зоуи услышала, как по лестнице спустились Орион и капитан пиратов.               — Ты здесь останешься, парень, ты будешь мешать.              — А если ты убьешь их?              — То страдать не будут. — Орион посмотрел на свои причиндалы. — Тащите наверх.               — Мужик, — начал капитан, но Орион прервал его.              — Вон, с Гласс поболтай. Она тебе объяснит, почему с врачом спорить не нужно.              Зоуи посмотрела на него. Капитан здорово ожил по сравнению с тем, что по их приходе напоминал просто мертвое тело за столом.               — Потому что он не просто врач, он врач-моряк. Он не просто переломает вам кости, он сможет их всех назвать по одной, — сказала Зоуи с чрезвычайно умным видом, но Орион смерил ее взглядом, что ей пришлось замолчать. Что-то она сегодня ставила рекорд по объему полученного осуждения.              — Сколько тебе времени нужно? — спросил Карс, не поворачиваясь к ним. Орион и так вышел хмурый, а теперь задумался.               — Ночь. Гласс, тебе не придет в голову с ними говорить?              — Обвинить меня в том, что я не планировала, значит подать мне идею, — сказала Зоуи. Орион скривился.               — Ночь. Завтра понаблюдаю. Может, еще сутки или двое, — прикинул Орион поточнее. Кивнул одному из пиратов, чтобы поставили на стол чемодан. Раскрыл его, проверяя, все ли прихватили. На корабле видно остался кто-то, кто обычно помогал ему с делами, и все вещички были сложены с хирургической дотошностью. Зоуи подняла брови. Звучало как риск задержаться, если Ориона займут дела местных, но Карс ему по этому поводу ничего не сказал. Почесал подбородок, нахмурившись. Похоже, у капитана тоже права одергивать врача не было.               В кабак вошел парень с их корабля по имени Нидл.               — Кэп, — поздоровался он.               Зоуи с ним толком познакомилась, когда Декси ей заново представлял команду в Вест Блю: парень учил медицину давно и планировал поступить, но в конечном счете слишком надолго задержался на корабле Карса. Зоуи сейчас подумала, что большая часть врачей, которым она здесь доверяла свою жизнь, не имели соответствующей корочки.               — Отлично. Пошли, — сказал Орион, и забрал свои причиндалы, но капитан пиратов Сноу остановил его за плечи. — Я не шучу, парень, сядь на место, не мешай мне работать.              — Это мои люди, черт тебя.              — Сядь.              Зоуи подумала, что ей самой бы не помешало сесть, хотя она уже сидела. Последнее сказал Карс, и пират тогда действительно опустился на стул, отодвинув его за спинку. Орион и Нидл ушли. Два пирата из команды Бухты Сноу остались стоять на месте. Карс обернулся к ним, но ничего больше не сказал, хотя видно мог бы исполнить небольшую нотацию. Капитан пиратов протер руками уставшее лицо.               — Что там у тебя, ром?              — Ну.              Карс бросил ему бутылку, и парень глотнул из горла, а потом уставился на Зоуи.              — Как-как ты называешься?              Карс не видел, на кого он смотрел, поэтому сказал:              — Карс Влам.              Но и Зоуи назвалась.              — Зоуи Гласс.              — Ты шутишь.              — Нет.              — Коммодор Гласс. Тебя же Белоусы, — он не договорил. Зоуи зашумела трубочкой подошедшим ко дну милкшейком. Неприятно, когда люди читают газеты слишком внимательно и потом много недель помнят их содержание. Но они на землях Белоуса. Может, с учетом контекста капитан просто освежил знания.              Карс усмехнулся. Похоже, припомнил, где был в дни объяснения о ее казни.               За бар вернулся бармен.              — Белоусы уже знают, — сказал он. Зоуи перевела на него взгляд. Вернулся с муши. Зоуи посмотрела на улитку: похоже та, что ведет на Харуту. — Ты здесь ненадолго, коммодор.              Зоуи посмотрела на них обоих очень умиленным взглядом. Похоже, оба не получали некую ННН. Так что принимали ее за врага. Теперь понятно, куда пропадал бармен: сообщал Харуте, что видели ее. Воля даже не передала разговора, черт. Хотя видно просто не считала его угрозой, вот и не сфокусировала в сознании.              Ладно, чужие иллюзии не всегда нужно развеивать.              — Да ладно, Белоусы черт знает где в Новом Мире, Изабелла сказала, — сказала Зоуи, махнув рукой. — Не пройдет двух дней, мы уйдем. Или трех, если Орион скажет. — Карс покачал головой в согласие с оговоркой. Бармен усмехнулся.               — Это вряд ли.              Зоуи посмотрела на него через бар, вскинув вопросительно брови. И окна характерно залило голубым светом, когда Феникс стряхивает крылья. Зоуи невольно облизала губы и обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Марко вошел в кабак.              — Гласс, — сказал он.               — Марко, — улыбнулась она.              — Вставай, я убью тебя нахер, — сказал Марко в ответ и показал жестом, чтобы она поднялась.               Зоуи почувствовала, что Воля начинает вспоминать, что там лежало на столе за баром. Сначала не поняла зачем, но в голове по одному всплывали предметы: контейнер льда, шейкеры, стаканы, полотенце, доска для разделки, бутылки, краны и, наконец, нож.              Воля вспомнила нож, и Зоуи удержалась, чтобы за него взяться, потому что зачем?               — Марко?               А невооруженным взглядом было видно: Марко будет драться. Это с кем? С ней? С ней драться не надо.               — Вставай, — сказал Марко, и она не совсем поняла, как перемахнула бар, прихватив с собой нож со стола. Бармена пихнула в сторону. Увернулась от полетевшего следом стула. Бутылки со стеллажа посыпались вниз и принялись биться у нее под ногами, но хуже этого: спирт быстро схватился голубым пламенем. Зоуи пришлось снова выбраться в зал, где Марко тут же чуть не снес ей голову то ли крылом, то ли когтем, то ли просто потоком голубого пламени, в котором растворилось все, что попадало в поле зрения. Благо, Воля дралась, не ориентируясь на зрение, и Зоуи, перехватив нож, резанула вдоль его плеча. Это было без толку, пламя резать, но дало полсекунды времени. Зоуи ушла под поток пламени, смахнула голубое пламя со своей одежды. Отступать в зале было не очень сложно: столы стояли широко. Зоуи перескочила стол, пихнула Марко стул под ноги, и Марко просто разбил его на доски. Пираты убрались прочь с их пути. ХХХХ  саблей пополам разрезал полетевшие в их стороны обломки, что они разлетелись в разные стороны — кое-что умел, но Зоуи тут исполняет чудеса самообороны, не дав Марко ни разу ее даже задеть. Воля уводила из-под ударов, не дала попасть в хватку шеей, Воля увела даже от потока воздуха от взмаха крыльев, снесшего бы ее к чертовой матери, опустившись вниз спиной к барной стойке, а потом убралась с пути его удара. Она вертелась, как кошка от змеи, не различая даже силуэтов того, что перед ней происходит, и сфокусировала взгляд, только когда Воля встала на место, перехватила нож, и когда Марко во второй раз — ошибка пытаться что-то исполнять второй раз с ее Волей — потянулся к ее шее хватом, Воля дала обманчивое ощущение противнику, что он до нее дотянется и она закрывается руками только потому что уже не знает, что сделать, а потом его рука просто не дотянулась до ее шеи.               Зоуи почувствовала с опозданием непередаваемое чувство, как тупой клинок с сопротивлением входит в чужую плоть, останавливая ход руки к ее шее, потому что лезвие режет вдоль кости как если разделывать мясо. Вогнав кухонный нож Марко в руку, которая не взялась пламенем, Зоуи оттолкнула его в плечи, и Марко отступил. Нож подвис в его руке, а не свалился, как если бы его оставить в языках огня. Марко проследил взглядом за тем, как от повреждения по его рукам прошла волна напряжения.               Карс наблюдал за этим, нахмурившись, но даже с места не сдвинулся. Капитан пиратов стоял в углу зала впереди своих людей.               Зоуи бросила на него короткий взгляд, потом посмотрела на Марко.               Он вытащил нож из руки резким движением. Кровь брызнула на пол, растекалась вдоль не слишком ровных краев раны и текла с перерывами на пол с туповатого лезвия ножа. Воля ловила каждую каплю, как они или капали прямо с порванных краев раны или сначала стекали по запястью к основанию большого пальца на рукоять ножа и на лезвие, собирались на самом его кончике и оказывались в луже крови на полу. Марко показал нож Зоуи, хотя он и без того занимал три четверти ее концентрации, и бросил к ее ногам. Нож ударился о пол, брызнув лужей, в которой оказался. И кровь с руки Марко смахнул резким движением: она вся вспыхнула, покрыв кожу пламенем, прогорела каплями, падающими на пол, и кривая рана от хода кухонного ножа вдоль кости зажила за доли секунды. Только кровь на ноже осталась сохнуть алым пятном.              Дальше было бы драться бесполезно. Зоуи бросала быстрые взгляды на двери, до которых ей не добраться, потому что Марко ее не пропустит, на окна, запертые, и чтобы выбраться придется бить стекло, а она не бронемашина, и оставалось выйти еще в дверь подсобки, где за баром прогорело спиртное, и Зоуи сиганула бы туда, долго не думая, но Карс опустил ей руку на плечо.              — Ты теперь не отвертишься, сестрица, ты владеешь Вооружением, йой.              Воля вся разом затихла по углам, замолчала, и Зоуи уставилась на Марко, когда до нее дошло, что все это ради чертового цирка с Вооружением. Марко подошел к бару.              — Может, это мне тебя надо убить, Марко, за такие методы, черт тебя, — сказала она и осмотрела бар, хотя на нем не было даже жалкой газетенки: все нахер сдуло прочь от их короткого боя.               — Вооружение всегда так ставят. Ты и сама знаешь, и сама говорила. Ты помнишь?              — Нет. — Хотя она обычно помнила, что говорила, и сказала так просто из вредности.              — Представить ситуацию, в которой всерьез нужно причинить тебе вред. — Марко отвлекся на Карса. — Капитан, — поздоровался он. Они пожали руки.               — Еще скажи, что все эти участвовали, — Зоуи указала пальцем на бармена и на пирата. Но Марко покачал головой. Но в общем-то оно и было видно. Бармен стоял с растерянным видом, то ли почему бой кончился, то ли что ему со стеллажом делать. Голубым пламенем и его задело, но оно ему не навредило. Капитан Сноу все еще не убрал клинок. Но его Марко вероятно даже не знал.              Он сначала осмотрел масштаб повреждений за баром, глянул на бармена, что тот цел, потом повернулся к ней.              — Где тебя черти носили после Water7?              — В Вест Блю.              — Ты не могла попасть в Вест Блю, чтобы тебя не отследили на переходе Острова Рыболюдей, — сказал Марко. Зоуи улыбнулась, мол, другого ответа у нее нет, и Марко обернулся к Карсу: — Где она была, йой? – Карс с ухмылкой сказал:              — В Вест Блю, Феникс, — Он посмотрел на свой опустевший стакан, который удержал от того, чтобы он как прочая утварь с бара оказался принесен в жертву воспитательным дракам. Он обернулся к залу. — Слышь, парень, ну-ка верни ром, я его тебе не насовсем отдал.              Марко посмотрел на пиратов в той части зала. Бармен спросил:              — Все в порядке, Феникс?              И Марко, не заметив за пиратами Бухты Сноу проблематичности, повернулся к нему.              — Порядок, — сказал он. И ему больше ничего не пришлось объяснять насчет того, кто она такая и что произошло.