Заклинатель

Гермиона Грейнджер немного волновалась из-за отсутствия Поттера не только на занятиях, но и после обеда — она даже ходила в подземелья, чтобы увидеть Малфоя и расспросить, не знает ли он, когда тот вернется в школу. Однако получила в ответ лишь отрицательное покачивание головой и ни слова объяснения, что же произошло. Рон, услышав, как она делилась своими тревогами с близнецами, сетуя, что Гарри может пропустить вечернее мероприятие по выбору чемпионов Турнира Трех Волшебников, решил влезть в их разговор и, так сказать, подготовить почву для вечернего шоу. — И что ты тут развела свои охи и ахи? Беспокоишься, что не удастся твоему Поттеру погеройствовать на Турнире? — с издевкой поинтересовался Рон, которого бесило даже упоминание о Поттере. Он уже не первый год сердился на него за то, что тот отверг дружбу с ним, с Роном, за то, что выбрал Слизерин и Малфоя, за то, что оказался никаким не героем, а обычным заносчивым мальчишкой, для которого учеба важнее подвигов. — Во-первых, Рон Уизли, Гарри не мой, мы с ним просто дружим. Во-вторых, он и не собирался участвовать в Турнире, да если бы и захотел, то ему не удалось бы, потому что существует возрастное ограничение, — сделала замечание Гермиона, наставив на Рона палец, словно так ему должно быть понятнее, что она говорит. — А в-третьих, я беспокоюсь, потому что он отправился к наставнику, с которым якобы что-то произошло. Вдруг они пострадали? А никто не знает, где они и как им помочь. — Ах, бедненький герой, ему помощь нужна, а мисс Зазнайка не знает, куда бежать. Что ж он такой нехороший не отчитался перед тобой? Друзья ли вы? Все видели, кого он позвал с собой. Носатого урода Снейпа! Не тебя и даже не Малфоя, который как липучка не отстает от Поттера. Наверное и в туалете ему зад подтирает, — Рон рассмеялся своей шутке, и некоторые гриффиндорцы, прислушивавшиеся к их разговору, одобрительно заухмылялись — слизеринцев они не любили априори. Так что все равно о ком говорят гадости — о Поттере, Малфое, Забини или Гойле — они всегда поддержат. — Какой же ты злобный, Рон. У человека несчастье, а тебе бы только постебаться, — выплюнула Гермиона и посмотрела на близнецов, но те не собирались влезать в их ссору, чтобы не злить брата, с которым лишь недавно помирились, в угоду ему практически прекратив встречаться с Гарри. Другого способа не терять контакта с Роном они не видели. Даже после неоднократного разностороннего лечения тот не перестал ненавидеть Поттера, хотя специалист и помог ему разобраться в причинах его отношения. — Спрошу у Драко перед ужином, может, он что-то узнал, — решила Гермиона и отправилась в библиотеку, где планировала поработать над эссе по чарам. Турнир Турниром, а уроки никто не отменял.

***

Ступив в гостиную факультета, Гарри сразу понял, что спокойно поговорить с Драко не удастся, если они в срочном порядке не сбегут оттуда. Он так и сделал, схватил друга за руку — благо тот сидел неподалеку от двери — и потащил его прочь, не обращая внимания на возмущенные вопли слизеринцев, заметивших его маневр. Ему даже пришлось на бегу блокировать несколько заклятий, полетевших им в спины, — их пытались остановить любой ценой. Укрывшись в комнате для медитаций, Гарри не стал дожидаться вопросов и, жестом пригласив присесть на соломенные подушки, принялся рассказывать: — Времени мало. Не будем его терять. Я обещал все пояснить. Так вот... По связи я почувствовал, что с наставником случилось что-то плохое. А еще и семейный артефакт, — он, потянув за цепочку, достал зачарованную подвеску из-за ворота мантии и продемонстрировал ее Драко, — показал, что наставник нуждается в помощи. Ты же уже догадался, что Северус и мой наставник не просто знакомые, а партнеры. Мы это не обсуждали с тобой, но я видел, что ты летом случайно узнал об этом. Спасибо, что сохранил все в тайне, — Гарри благодарно склонил голову. — Я еще прошлым летом начал догадываться, когда мы были в Европе, но наверняка узнал только в этом году, — подтвердил Драко, довольно улыбнувшись. — Поэтому я и позвал Северуса. Он тоже посмотрел на партнерское кольцо, которое связывает его с наставником, и понял, что дело неотложное. Мы успели вовремя и помогли наставнику остаться в живых. — Все было так серьезно? Было опасно? Вы не пострадали? Это связано с Лордом? — заволновавшись, спросил Драко, выпалив сразу несколько вопросов. — Это было очень серьезно, наставник едва не умер, — принялся отвечать Гарри, успокаивая друга похлопыванием по руке. — Никто не пострадал, хотя магии понадобилось очень много. Но нам помогли. И нет, это не связано с Лордом. Это... можно сказать, личное. Прости, точнее не имею права рассказывать. Но заверяю, наставник и мы с Северусом в порядке. — Странно слышать, как ты называешь Снейпа. — А как я должен его называть, если с шести лет вижу его рядом с собой? Это он покупал мне первую волшебную палочку, да и вторую тоже, — Гарри тепло улыбнулся воспоминаниям. — Драко, Северус для меня такой же важный человек, как и наставник. Он — моя семья. — Ясно. Они заменили тебе родителей, — понимающе покивал Драко, довольный, что сдержал любопытство и не стал раньше времени расспрашивать Гарри, и теперь тот сам все рассказал, демонстрируя полное доверие. — Мы втроем вернулись. Наставник сейчас в апартаментах Северуса. А что здесь было? Как все отреагировали на то, как мы ушли? — спросил Гарри, хотя по взглядам однофакультетников уже понял, что от объяснений ему не отвертеться. — О! Это было феерично! Всех до глубины души поразило и то, как ты назвал по имени Снейпа, и как он шел по воздуху, и то, как вы исчезли прямо посреди Большого зала, — Драко быстро ввел Гарри в курс дела относительно гипотез, родившихся в головах студентов по поводу случившегося. — А теперь тебе лучше нашим хоть что-то рассказать, а то они не дадут нам покоя на ужине и мы не сможем спокойно понаблюдать за избранием чемпионов. — Ты прав. Идем, — Гарри вызвал Темпус и убедился, что времени осталось совсем мало.

***

В гостиной к возвращению Гарри и Драко собрались практически все студенты факультета Слизерин. Расспрашивать декана о случившемся никто не рискнул, но тот, когда заходил, чтобы проверить обстановку, вскользь пообещал, что Поттер, смывшийся с Драко практически у него на виду, обязательно придет перед ужином. Гарри не стал сопротивляться и сразу утолил любопытство встретивших его студентов. Он ничего придумывать не стал и рассказал о том, что наставник требовал помощи, которую они с деканом тому и оказали. — Почему ты назвал Снейпа по имени? — спросил Кассиус Уоррингтон — староста Слизерина, взяв на себя обязанность задавать вопросы, чтобы остальные не устраивали балаган, ведь времени было в обрез. — Я знаю его очень давно, и он разрешил так себя называть, — ответил Гарри, не став прямо сейчас раскрывать все карты. — Вы давно знакомы, поэтому ты и попросил его о помощи? — Да, — Гарри не собирался уточнять, что никого больше он не стал бы просить, разве что еще Люциус Малфой мог бы стать тем, к кому он обратился бы в сложной ситуации, или Сириус, ну и Драко конечно, если бы не было возможности связаться со взрослыми. — А как вы исчезли посреди зала? — последовал очередной вопрос от Уоррингтона. — Это способ передвижения заклинателей. Аналог аппарации, но работает на других принципах, поэтому волшебникам он недоступен. — А как Снейп шел по воздуху? — Почему бы вам не спросить об этом профессора Снейпа? — насмешливо ответил вопросом на вопрос Гарри. — Нам пора в Большой зал, если мы не хотим пропустить избрание чемпионов, — напомнил он. Не очень охотно, ведь осталось еще много вопросов, которые хотелось бы прояснить у Поттера, но с ним все же согласились, ведь после ужина их ожидало особое мероприятие.

***

Снейп поговорил со старостами Слизерина и убедился, что на факультете во время его отсутствия не произошло ничего чрезвычайного. Проинструктировав студентов по поводу достойного поведения вечером и проигнорировав их любопытные взгляды, он вернулся в свои комнаты, намереваясь оставшееся до ужина время провести там, проверяя эссе, горы которых никогда не уменьшались на его рабочем столе. — Ты не пойдешь к Дамблдору? — спросил Вэй Усянь, скучавший на диване в гостиной. Если бы не истощение и некоторая тяжесть в голове при мысленном напряжении после случившегося, он занялся бы зачаровыванием талисманов или почитал бы какую-нибудь книгу по традиционному колдовству волшебников, что зачастую помогало развивать и его учение о Темном пути совершенствования.  — Зачем мне к нему идти? — было заметно, что Северус прекрасно знает ответ на свой вопрос и просто тянет время. — Ну… Хотя бы поставил его в известность, что ты вернулся в школу. Его зачарованные штучки, следящие за защитой школы, наверняка не сообщили ему об этом, — насмешливо прокомментировал ситуацию Вэй Усянь. — Обойдется. Буду я еще на восьмой этаж подниматься, чтобы сообщить о своем возвращении. Через полчаса все соберутся в Большом зале. Там с ним и увижусь, — Северус вздохнул, заметив искорки в смеющихся глазах любимого, прекрасно понимавшего его нежелание встречаться с Дамблдором наедине. — Боишься расспросов? — Не боюсь, но предпочитаю отложить объяснения на другой раз. Сейчас я еще не готов выслушивать его недовольство тем, что был таким жестоким и несправедливым к нему, умалчивая о том, что знал, где жил Гарри до школы… и тому подобное. К тому же, полагаю, ты тоже захочешь присутствовать, когда он узнает о нашем партнерстве, — честно ответил Северус. — Конечно, я хочу все увидеть своими глазами. Да и на тебя он будет меньше нападать при мне. А еще, по-моему, стоит пригласить других учителей или хотя бы деканов, чтобы они позже не задавали мне вопросов, что я здесь делаю, когда будут видеть меня в школе, — предложил Вэй Усянь. — Согласен. Так ему и скажу, чтобы пригласил Минерву и Филиуса с Помоной. Всех, пожалуй, не стоит звать, — сделал замечание Северус, прикинув возможные последствия разговора в присутствии всего педсостава. — Вопрос о Гарри точно всплывет, не хочу, чтобы Альбус решил, что мы его собрались подставить, растрезвонив на весь мир про ту ситуацию. Он вроде действительно жалеет, что так произошло. Не важно, по какой причине он так поступил, но Гарри вреда точно не намеревался причинить. — А отправить маленького волшебника к магглам не вред? — ощетинился Вэй Усянь. Он, как и Гарри, до сих пор не мог простить Дамблдору тот поступок.  — Ты знаешь, что я имел в виду. Смерти ребенку он не желал, — уточнил Северус, собственно, как и Вэй Усянь, тоже не собиравшийся забывать тот жуткий инцидент. Правда, ему было немного легче говорить о нем, потому что он не видел всего своими глазами и не присутствовал при том, как собаки тащили годовалого Гарри. — Знаю, — кивнул Вэй Усянь. — Проверяй работы, а то скоро в Большой зал идти. Я тоже хочу посмотреть на отбор чемпионов. Мне, наверное, придется пойти с тобой, не хочу лишний раз тратить силы на незримый путь. — Тебе заказать поесть?  Снейп вызвал домовика и попросил принести ужин для Вэй Усяня. Сам он планировал поесть в Большом зале.

***

Рон шел на ужин в приподнятом настроении. Он предвкушал, как Поттер будет ошарашен, когда его выберут чемпионом опасного Турнира. Наверняка Поттера еще и обвинят в том, что он ухитрился нарушить запрет, ведь ему только четырнадцать. Однако, начиная с этого возраста в их стране можно попасть под суд, а значит, после окончания Турнира Поттера, скорее всего, еще и ожидало наказание за то, что подвел организаторов и при иностранных гостях устроил хулиганство или мошенничество — Рон точно не знал, как называются такие действия. Так что, отправляясь на ужин, Рон ожидал увидеть настоящее шоу, он не сомневался, что Каркаров справится со своей частью работы — не зря же он стребовал кровную клятву, чтобы скрыть их договор. Близнецы, заметив слишком довольный вид брата, пытались узнать, что его так радует, но тот напустил на себя загадочность и заявил, что они и сами все увидят, ведь их ожидает интересное зрелище с избранием чемпионов. Близнецы так и не поняли, намекал ли Рон на что-то особенное или просто радовался Турниру Трех Волшебников. Перед входом в Большой зал Поттера перехватила Гермиона. — Гарри, с твоим наставником все в порядке? — Спасибо, с ним все хорошо, — Гарри не стал отмахиваться от вопроса, забота Гермионы казалась искренней. — Так это была ложная тревога? Ты же почувствовал что-то по магической связи с наставником? — вот теперь в ее тоне явно прорезалось банальное любопытство. — Нет, не ложная тревога. Это личное дело, — предупредил Гарри, полагая, что, несмотря на улучшившиеся манеры, Гермиона все равно может начать расспросы прямо посреди коридора. — Понимаю. Но ты же не откажешься позже кое-что мне объяснить? — Смотря что тебя будет интересовать. Нам пора на ужин, — напомнил Гарри, следуя безмолвному намеку Драко, не отходившему от него ни на шаг. — Конечно, — Гермиона кивнула и последовала за Поттером. Однако не удержалась еще от одного вопроса: — Почему ты позвал с собой профессора Снейпа? — Тебе же сказали, что это личное дело, Грейнджер, — осуждающе посмотрев, встрял Драко. — А я не спрашиваю о личном, а только о том, что было сделано на глазах всей школы и зарубежных гостей. Или ты считаешь, что дела останутся личными, если их афишировать при таком стечении народа? — парировала Гермиона, однако заметив, как нахмурился Гарри, тут же поспешила исправить впечатление от своих слов: — Об этом директору заявил Каркаров, когда тот тоже сказал о личных делах профессора Снейпа, ушедшего с тобой. — Нам пора занять свои места, если мы не хотим остаться голодными, — Гарри направился к своему столу, не став комментировать намек Гермионы на то, что не одна она так считает. — Вот же любопытная, — бросил Драко, но умолк, когда Гарри одарил его скептической ухмылкой. Все студенты, кроме слизеринцев, проводили Поттера любопытными взглядами, некоторые даже пытались что-то у него спрашивать, но он полностью игнорировал вопросы, выкрикиваемые ими. — Близнецы уставились на тебя, — сообщил вполголоса Драко, когда они с Гарри приступили к ужину. — Как и половина зала, — уточнил он, а потом добавил: — Другая половина пытается подслушать Дамблдора.

***

За столом преподавателей тоже наблюдалось оживление, когда в зал вошел Северус Снейп. Они тут же начали перешептываться точно так же, как студенты, завидевшие Поттера. Правда, никто не заметил, что следом за Снейпом в зал вошел Вэй Усянь под Мантией-невидимкой и сразу устроился у дальней стены возле колонны, чтобы никто случайно не задел его, когда будет идти по проходу. Иначе вопросов к Гарри и Северусу сразу стало бы больше. — Северус, сядь, пожалуйста, возле меня, — попросил Дамблдор таким тоном, что это было слишком похоже на приказ. — Ты что-то хотел, Альбус? — как ни в чем не бывало, спросил Северус, присаживаясь на указанное место и делая вид, что не догадывается, зачем его пригласили для личной беседы. — Как дела у мистера Вэй Усяня? — Все нормально. — Вы справились с проблемой? — Дамблдор внимательно следил за выражением лица Снейпа, а тот спокойно выбирал, что бы ему съесть. — Я же сказал, что все нормально. — Это было то, что я думаю? — не отставал Дамблдор, желая определиться, какую линию поведения занять, учитывая вопиющее поведение студента и профессора на завтраке, вызвавшее много кривотолков. — Откуда мне знать, о чем ты думаешь, Альбус? Предлагаешь прочесть твои мысли? — Снейп понимал, что его ответ прозвучал вызывающе, но он таким образом давал понять, что сейчас не время для объяснений. — Еще один? — Дамблдор рискнул спросить определеннее. — Альбус, ты ошибаешься, — Снейп наконец-то сообразил, куда того завела фантазия. — Это было личное дело. — И решать его надо было при таком стечении народа? — вот теперь в тоне директора прорвались нотки недовольства. — Может, объяснишься? — Полагаю, здесь не место для этого, — указав кончиком вилки на столы студентов, отметил Снейп. — То есть то, что вы... — Дамблдор захлебнулся возмущением, не сумев совладать с эмоциями. — Альбус, я все поясню, но не сейчас и не здесь, — жестко бросил Северус, посмотрев тому прямо в глаза. — Полагаю, на этот вечер запланировано другое мероприятие, а вовсе не мои оправдания. Дело было срочное, у нас с Гарри не имелось выбора. Теперь все хорошо, — все же смягчился он под конец фразы. — Ты обязательно все мне расскажешь, — процедил сквозь зубы Дамблдор, недовольный из-за сделанного замечания, к тому же вполне справедливого. На том тему временно исчерпали, и все прислушивавшиеся к их разговору преподаватели разочарованно вернули свое внимание содержимому собственных тарелок.

***

Когда все поели и столы опустели, избавившись от остатков еды, в зал внесли Кубок огня и установили на высокой подставке, чтобы его видели все присутствующие. Дамблдор вышел из-за стола и, дождавшись, когда все успокоятся и умолкнут, демонстрируя готовность его слушать, ожидаемо, взял слово. — Совсем скоро мы узнаем имена чемпионов — лучших из лучших студентов Хогвартса, Дурмстранга и Шармбатона, которым выпадет шанс защищать честь своей школы, демонстрируя личные качества и достижения в освоении науки колдовства, — Дамблдор взмахом волшебной палочки погасил большинство свечей, погружая зал в сумрак. — Те, кого выберет Кубок огня, пройдут в комнату для совещаний, — он указал на дверь, расположенную за столом преподавателей, — где получат первые инструкции Турнира. Напоминаю, Кубком огня с ними будет заключен магический договор, так что отказаться от участия никто уже не сможет. Итак... Похоже, мы сейчас узнаем имя первого чемпиона, — Дамблдор обратил внимание присутствующих на то, что огонь в чаше Кубка сменил цвет с синего на красный, а мгновение спустя из него вылетел кусочек пергамента, который с легкостью был пойман директором, явно применившим к нему беспалочковые чары призыва. — Чемпион школы Дурмстранг — Виктор Крам! — торжественно объявил Дамблдор. — Поздравляем первого чемпиона Турнира Трех Волшебников! Зал взорвался аплодисментами. Крам, гордо выпятив грудь, чеканя шаг, подошел к Дамблдору и, взяв у него свою записку, поклонился залу, после чего так же молча прошествовал в комнату для совещаний. — А Кубок сделал очередной выбор, — сказал Дамблдор, ловко поймав листочек в виде бабочки. — Чемпион школы Шармбатон — Флер Делакур! Поздравляем второго участника Турнира! Мисс Делакур, возьмите, — он протянул записку просто-таки выпорхнувшей из-за стола счастливо улыбавшейся шармбатонке. Делакур помахала рукой аплодирующим ей студентам и поспешно скрылась за дверью в комнату, где ей предстояло начать путь к званию победителя Турнира. На меньшее она, разумеется, и не согласна. Прошло не больше минуты, и пламя в Кубке огня снова покраснело, и из него вылетел очередной кусочек пергамента, который после недолгого полета очутился в руке Дамблдора. — Чемпион школы Хогвартс — Седрик Диггори! — на этот раз голос директора был особенно торжественным, ведь оглашалось имя лучшего ученика школы, где будет проходить Турнир. Седрику хлопали, не жалея рук, все студенты Хогвартса, овации стояли в зале гораздо дольше, чем когда чествовали первых двух чемпионов. Седрик, благодарно раскланявшись и от души помахав всем, уже отправился к остальным будущим участникам Турнира, а все еще продолжали вопить и хлопать. Следом за ним ушли из зала и представители организаторов Турнира от Министерства магии — Бартемиус Крауч и Людо Бэгмен. Внезапно созданный студентами шум стих — все удивленно уставились на Кубок огня, пламя в котором снова покраснело, его языки взмыли вверх на пару ярдов, посыпались искры, словно древний артефакт сердился, а потом в воздух взмыла слегка дымящаяся записка с обгорелыми краями. Дамблдор поймал ее и словно потерял дар речи, увидев написанное на ней имя. Несколько секунд он молчал и просто смотрел на записку, при этом выглядел скорее растерянным и даже испуганным, чем удивленным. Но потом взял себя в руки и прочел: — Гарри Поттер! В зале еще мгновение было тихо, а затем поднялся такой шум, что Дамблдору пришлось сделать замечание: — Тишина в зале! Гарри Поттер!