Заклинатель

Как и договорились, поздно вечером Люциус Малфой пришел в Лесной дом, где его уже ожидали Северус и Вэй Усянь. — Присаживайся, выпей чаю, — заботливо предложил Вэй Усянь. — Выглядишь усталым. Какие новости? — Почти весь день провел в Аврорате и с министром. И то, и другое отбирает массу сил и нервов, — без стеснения пожаловался Люциус, отпил чая, довольно кивнул, оценивая его вкус, а затем добавил: — Зато есть польза. Я договорился с министром и до допроса аврорами переговорил с Каркаровым, правда, пришлось согласиться на подслушивание Скримджером. Каркарова подчинили по приказу Темного Лорда. Не то чтобы он прямо об этом сказал, но из того, что он смог или захотел озвучить, явно следовало, что инициатива исходила от Лорда, в каком бы виде он сейчас ни пребывал. Особенно четко это я понял после фразы о том, что «он мне не доверяет». Только об одном человеке так мог сказать Каркаров, надеясь, что я пойму его намек. — Так кто его заимперил? — спросил Снейп. — Белла? Или ты узнал еще о ком-то? — Узнал, — кивнул Люциус. Он допил чай и поставил чашку на столик. — Это Барти Крауч. Младший, — тут же добавил он, чтобы не разводить непоняток, а затем рассказал все, что ему известно по поводу вероятного появления того среди живых. — Его ищут? Или решили, что Каркаров спятил? — Северусу не терпелось поскорее все услышать. — Ищут. Допросили его отца, — продолжил Люциус, не обращая внимания на то, что его почти перебили. — Бартемиус делал оскорбленный вид, но молчал, словно воды в рот набрал. Не оправдывался и не признавался. Само собой, это в некоторой степени указало на его причастность к этому делу. Министр санкционировал обыск у него дома, надеясь застать там Барти-младшего, но авроры никого не нашли, зато допросили их домовуху. Та призналась, что Крауч-старший много лет держал сына в доме под Империусом, но больше года назад тот сбежал. А также среди охранников Азкабана разыскали двоих, которые подтвердили, что вместо заключенного Крауча они похоронили женщину, но комендант, по распоряжению которого они действовали, под страхом смерти запретил им кому-либо это рассказывать, угрожая сделать ответственными за побег арестанта, напомнив, что отец того занимает высокий пост и наверняка добьется для охранников поцелуя дементора, а беглеца все равно не найдут. Одним словом, запугал их и дал понять, что они расплатятся жизнью, если кому-нибудь расскажут о побеге, раз замешаны влиятельные люди. Им предъявлено обвинение в соучастии, но, учитывая их добровольное согласие на сотрудничество, давность случившегося и обстоятельства нынешнего дела, скорее всего, они только потеряют работу и дадут клятву о неразглашении. Почему в свое время комендант не взял с них клятву молчать — непонятно. Возможно, им всем перепало денег, но сейчас это не проверить, Фадж запретил использовать на них Веритасерум. Поднимать шум из-за старого побега никому не выгодно. В первую очередь пострадает репутация Министерства, — Люциус развел руками, признавая несовершенство этого мира и правосудия в нем. — Кстати, тот, кто занимал должность коменданта в то время, погиб шесть лет назад от несчастного случая — попал в магическую ловушку для беглецов во время обхода и проверки защиты Азкабана. Люциус умолк, давая собеседникам время обдумать рассказанное им. — Быстро раскрутили все, — отметил Снейп. — Одного дня хватило. — Министр практически стоял над головой авроров, ведь Каркаров иностранец и надо было связываться с Министерством Болгарии. Так что им пришлось пошевелиться, — взялся прояснить ситуацию Люциус. — Если учитывать только инцидент на Турнире, то Каркарова надо просто вернуть домой, а если он — жертва действий нашего соотечественника, то придется его оставить и надеяться, что Крауча найдут и вынудят снять Империус. Каркаров наотрез отказался от предложения сделать это колдомедиками, заявил, что условия подчинения слишком обширны. Возможно, его обязали следить за Поттером во время Турнира или даже помогать или мешать ему, а при такой формулировке и впрямь у него есть время до получения отката, а значит, не стоит спешить ломать Империус, который пока не так уж и сильно вредит ему. А может, его взяли в полную бессрочную кабалу, пока не отменят Империус. Клятву отменить сложнее, там нужны сразу оговоренные границы, похоже, Лорду это не подходило. В этом заключается самая большая опасность Империуса, он может работать и как своеобразная клятва. Сам по себе Империус спадает только после выполнения возложенной с его помощью задачи, но не всегда у него есть четкая грань. Это Каркаров умеет определять наличие Империуса на себе и даже осознает, что именно от него требуется, только сопротивляться не может. А те, кто не в курсе, что именно они делают по своей воле, а что под воздействием этих чар, после снятия проклятия колдомедиками иногда и становятся сумасшедшими. Я уверен, что вы все это знаете, но повторил для того, чтобы и самому еще раз убедиться, что мы не делаем ошибки, идя у него на поводу. — Ты все верно расписал, — кивнул Снейп. — Можно, конечно, рискнуть и насильно снять с него Империус, но если он повредится в уме — придется держать ответ перед болгарским правосудием. Так что лучше прислушаться к его опасениям. Если Крауч-младший на свободе и действительно добрался до Лорда — это большая проблема для нас. Он всегда был фанатиком и считал Лорда своим наставником. От него можно ожидать чего угодно. Пожалуй, даже больше, чем от Беллы, потому что Барти еще и весьма умный и изобретательный. — То есть организатор Турнира Бартемиус Крауч, который вчера у ребят проверял наличие магического контракта с Кубком огня — отец того, кто подчинил Каркарова? И он же держал своего сына под Империусом? Я правильно понял? Интересно звучит, — получив безмолвный ответ от кивнувшего Северуса, прокомментировал новость Вэй Усянь. — Если бы это не всплыло сейчас, то, полагаю, преступник вполне мог этим воспользоваться, чтобы проникнуть в школу. Да уже вчера здесь мог быть не отец, а сын, которому не составило бы труда достать материал для оборотного зелья. Вот это организация безопасности международного мероприятия! — осуждающе сказал Вэй Усянь. — И что теперь будет Краучу-старшему? — По окончании расследования проведут закрытый суд и отправят в Азкабан, — пожал плечами Люциус, давая понять, что это практически очевидно. — Для общественности его объявят серьезно заболевшим, и вместо него за организацией Турнира будет следить его секретарь, который, по сути, и раньше занимался многим, когда готовились к проведению Турнира. Перси Уизли. — Еще один Уизли... — недовольно покачал головой Северус. — Не то чтобы я имел что-то против Перси, но родство с одним из участников может помешать ему достойно справиться с задачей. — Министр тоже отметил этот момент и прямо в лицо ему заявил, что если не справится, то его заменит кто-то другой, пускай и вовсе не знакомый с особенностями организации Турнира, а Уизли вылетит из Министерства. Так что, думаю, несмотря на свою молодость, этот Уизли будет из кожи вон лезть, чтобы к нему не было ни одной претензии. Я заметил, что он весьма амбициозен. Для него это отличный шанс пойти на повышение, — сказал Люциус вполне серьезно и добавил: — Или и впрямь потерять все. Но это не стоит нашего внимания настолько же, как дело Краучей и сам факт, что Гарри пытались заставить участвовать в Турнире. Зачем это нужно Лорду? Я целый день задаю себе этот вопрос и не могу придумать ничего существенного в ответ. Просто никаких стоящих версий, кроме того, чтобы поставить его в опасное положение, все же задания Турнира наверняка будут сложными. — Такая своеобразная месть за то, что случилось при их встречах в Хогвартсе? Мелковато для Лорда, — покачал головой Северус. — Должно быть еще что-то. Но что бы он ни придумал, зачем это связывать с Турниром?  — Чтобы выяснить, на что способен А-Лин? — спросил Вэй Усянь и тут же дал ответ: — Но тогда Лорд должен присутствовать во время состязаний, чтобы все видеть своими глазами. Полагаете, он уже может себе это позволить? — Если бы мог, то не устраивал бы пляски с Турниром, а лично проверил бы Гарри, напав на него, — уверенно заявил Северус, и Люциус поддержал его: — Зная Лорда, полагаю, он так и поступил бы. Не думаю, что он позволил бы Гарри рисковать быть покалеченным или и вовсе убитым на Турнире — тогда Лорд не смог бы удовлетворить свою жажду мести. Здесь действительно что-то другое. Ему зачем-то надо было привлечь внимание к Гарри. Может, для того, чтобы потом он сам не выглядел жалко, схлестнувшись с подростком? Мол, Поттер чемпион Турнира, а не просто какой-то мальчишка, а в чемпионы Кубок абы кого не выбирает, — Люциус озвучил еще один вариант, хотя при этом качал головой, давая понять, что и сам сознает, насколько его версия смешно выглядит. — Глупо гадать, что творится в голове сумасшедшего. Подобное — специализация алкоголички Трелони, — насмешливо бросил Северус — все присутствующие были в курсе любви преподавателя прорицаний к хересу, о чем даже Гарри и Драко рассказывали. — Ты читал статью Скитер? — спросил он у Малфоя. — Читал, но у меня сегодня не было времени встретиться с Ритой и высказать ей свое недовольство, — ответил тот, словно извинялся. — Да это понятно, — отмахнулся Северус. — Когда у тебя получится с ней увидеться, передай привет от меня и скажи, что если она не исправится — я нарушу обещание и открою тайну ее анимагической формы. К тому же обращусь не только в отдел регистрации анимагов, но и в Аврорат, обвинив в нарушении прав волшебников, в личную жизнь которых она вторгается, используя свою форму, — тон заявления сочился такой ненавистью, что Скитер, сейчас услышав Северуса, наверняка помчалась бы собирать вещи, чтобы сбежать как минимум в Европу. — Ты знаешь ее анимагическую форму? — удивился Люциус. — И какая? — Я же сказал про обещание. Дал его Рите, еще когда она на Лорда и Пожирателей писала пасквили. Тебе не нужно это знать. Я много лет держу в руках этот козырь, поэтому, если ты заметил, никогда не фигурировал в ее опусах, — самодовольно заявил Северус. — Рита Скитер просто не в курсе, что ты заинтересован в Гарри, — предположил Вэй Усянь. — Вряд ли она хочет перейти дорогу мастеру зельеварения с мстительным характером. Люциус, можешь при встрече с этой дамочкой добавить, что месть заклинателя — очень неприятная вещь, порой даже смерть может показаться привлекательнее, чем жизнь. И я не говорю, что это я буду мстить. А-Лин уже довольно опытен и справится без меня. А фантазия у подростков — не чета нашей. Вэй Усянь, коварно усмехнувшись, переглянулся с Северусом. Тот в ответ передернул плечами и поднял глаза к потолку, вспомнив, что Гарри сделал с домовиком Сириуса, когда тот попытался снова завести волынку о том, что заклинатели опасны для семейства Блэк, раз в таком юном возрасте умеют упокаивать инферналов — Кричер подслушал не предназначавшийся для его ушей разговор. Стоило после этого Кричеру не то что сказать, а только подумать о Гарри плохо, как он начинал сильно икать и пускать газы одновременно, еще и ноги у него заплетались, не позволяя двигаться уверенно, и это мешало ему выполнять свои обязанности, вызывая неудовольствие самим собой. Так было, пока Сириус не догадался, в чем дело, и не попросил Гарри отменить наказание домовика. Кричер после того стал как шелковый, даже в мыслях опасаясь плохо отзываться о заклинателях. — Хорошо, я поговорю с Ритой. Она что-то сильно расслабилась и все вывернула наизнанку в своей статье, — пообещал Малфой. — Мне пора домой, да и вам отдохнуть надо, — отметил он, вставая на ноги с соломенной подушки. К сидению на полу Люциус уже привык за время знакомства с Вэй Усянем, хотя поначалу такие подушки казались ему жутко неудобными. — Согласен, — кивнул Северус, поднимаясь следом, как и Вэй Усянь. — Еще одно. Люциус, наше с А-Сянем партнерство можешь больше не скрывать. Не то чтобы тебе стоило ходить и всем об этом рассказывать, но мы сегодня Альбусу и деканам о нем сообщили. Драко еще с лета в курсе этого — подслушал нас случайно. А Нарциссе скажи, чтобы не обиделась, если вдруг узнает от кого-то другого. Слухи имеют свойство распространяться довольно быстро. — А что это вы решили рассекретиться? — Малфой насторожился, догадываясь, что это не просто прихоть. — Кое-что вчера произошло, кроме инцидента во время выбора чемпионов Турнира. Расскажем в другой раз, — пообещал Вэй Усянь. — Мне нужна постоянная подпитка от источника, пока не восстановлюсь полностью. Так что теперь буду жить в Хогвартсе, так сказать, на законных основаниях. Да и события странно развиваются. Хочу на всякий случай быть рядом с Северусом и А-Лином. — Хорошо. Я понял. До встречи, — они как раз дошли до границы чар, окружавших Лесной дом, так что Люциус, кивнув на прощание, аппарировал в Малфой-мэнор. — Хочу спать, — признался Вэй Усянь, уводя Северуса на незримый путь, чтобы выйти прямо в их хогвартской спальне. Осознание, что он теперь не должен скрываться, грело душу, но все равно часто показываться обитателям школы за пределами апартаментов Северуса Вэй Усянь не планировал, предпочитая постороннему любопытству, которое придется удовлетворять, спокойную жизнь. По крайней мере, насколько это возможно.

***

Само собой, студенты не успокоились, узнав, что Рон Уизли будет участвовать в Турнире, пускай и не от Хогвартса. Даже зная о его не особо выдающихся способностях, большинство возмущались, что он теперь стал соперником Диггори, учась с ним в одной школе, о чем по десять раз на день напоминали Рону, выставляя его предателем интересов Хогвартса. Похоже, даже сам факт обмана Кубка огня не так их сердил, как то, что Седрику теперь придется соревноваться с тремя чемпионами вместо двух. Как только Рона ни обзывали, некоторые даже заявляли, что будут рады увидеть, как он подтвердит смертельно опасную славу Турнира, став очередной жертвой на его алтаре. Однако Рон только смотрел на всех свысока и считал, что все они просто завидуют ему. — Вы еще будете искать моего расположения! Попомните мое слово. Но я тогда подумаю, стоит ли мне общаться с такими глупцами, — отвечал он на возмущения и угрозы и еще сильнее задирал нос. Рон все же был не настолько глуп, чтобы вовсе не бояться предстоящих соревнований, однако и выглядеть слабаком не хотел, так что неизвестно, сколько в тех словах было уверенности в своих силах, а сколько — пустой бравады. Справедливости ради надо сказать, что некоторые студенты, в основном с Гриффиндора, все же встали на сторону Рона, хваля его за сообразительность и умение использовать даже темных магов, имея в виду Каркарова. Таких было мало, но этого оказалось достаточно, чтобы Рон больше не чувствовал себя в изоляции. Главное, рядом оставались братья, которые хоть и отругали его, еще и по шее надавали, но не бросили и поддерживали как могли. Кое-кто пытался и к Поттеру прицепиться, обвиняя в том, что он отказался от участия в испытаниях, даже намекали на его трусость, однако Гарри только отправлял всех почитать в книгах о воздействии на волшебников магических связей, образованных магическими клятвами, обетами, договорами и контрактами. Грейнджер, разумеется, тоже не оставила без внимания инцидент с выбором четвертого чемпиона. С Роном и близнецами она разругалась в тот же день, а на следующий поговорила с Поттером, озвучив свою позицию относительно случившегося. Однако тот не особо впечатлился, отметив, что все нормальные люди должны именно так и думать. Так что их сближения на фоне бурления студенческого общества школы не произошло. Зато через пару недель Гермиону стали частенько замечать в библиотеке рядом с Крамом. Болгарский чемпион, похоже, помогал ей разбираться в каких-то чарах, а может, все было как раз наоборот. Поттер не был исключением и тоже видел их вместе, но никакого интереса не проявил, полагая, что Гермиона сама может решить, с кем ей общаться и чем заниматься во внеурочное время. Делегации Дурмстранга прислали нового руководителя — профессора Стоянова, который преподавал в школе приемы темных искусств. Это был мрачный высокий мужчина, чем-то внешне напоминавший Каркарова, все еще сидевшего в камере британского Аврората, так что для всех ничего особо не поменялось в восприятии болгарских гостей. 

***

Как бы Министерство магии ни старалось не раздувать историю, произошедшую на Турнире Трех Волшебников, вскрывшую сведения о преступлении, связанном с побегом из Азкабана и применением Империуса беглым преступником — подданным Британии, но очень скоро информация об участии в обмане Кубка огня директора Дурмстранга Каркарова все же просочилась в прессу. Без подробностей и упоминания роли в инциденте, но с вполне конкретным указанием его имени в качестве то ли преступника, то ли жертвы. А вот о Краучах не было ни слова. Статья отличалась правдивым описанием того, что произошло на самом деле. Если после опуса Скитер Лорд вовсю костерил Дамблдора и Поттера, каким-то образом сорвавших его замечательные планы, но дотянуться до виновников случившегося не мог, то на этот раз все было иначе. Темный Лорд не просто сердился, он был готов рвать и метать, Барти и Беллу, присутствовавших при прочтении им статьи, спасло только то, что он не имел возможности применять сложные заклинания, требующие много магических сил, которые накапливались в теле гомункула хоть и без перебоев, но медленно. После знакомства с Лордом Джинджер Розье дала пару клятв, но появлялась в усадьбе Риддлов редко, так что ей повезло не видеть, как бушевал Лорд, стегая своих помощников магическим кнутом, благо не огненным — на тот сил еще не хватало. После того, как основной гнев ушел, Лорд отправил Беллатрису к Малфою, чтобы она выяснила подробности случившегося, ведь в статье упоминалось, что тот был в числе расследующих инцидент в качестве представителя Попечительского совета школы. Возвратившись, Беллатриса рассказала все, что узнала, а выяснила она много — Люциус не сильно скрывал подробности случившегося, утаив только детали допроса Каркарова. Он и сам не стал бы распространяться о таком, да и Фадж практически засекретил дело Краучей. — Белла, это ты посоветовала использовать ненависть идиота Уизли к Поттеру, о чем ты узнала, подслушав своего племянника, — напомнил Лорд. Едкий тон ему давался плохо, но все же был узнаваем. — И что твой протеже сделал? Он сам стал чемпионом Турнира! Да зачем он там нужен? — Мой Лорд, кто же знал, что этот мальчишка так подведет нас, принявшись колдовать над запиской. Игорь должен был предупредить его! И вообще... Это Поттер виноват! Почему он удалил след своей магии с эссе? Тогда он не смог бы отвертеться! Или... Или... Это все Снейп! Это Снейп подсказал слизеринцам, что надо так делать, — Беллатриса не знала, на кого лучше свалить вину за провал плана Лорда, оправдываясь, она судорожно вспоминала все, что рассказал Люциус. — И Каркаров тоже хорош — почему не проверил записку до того, как бросить ее в Кубок? — Потому и не проверил, чтобы ненароком не оставить своего следа магии! — сердито прошипел Лорд, обвиняя Беллатрису в недалекости. — Барти, каковы границы Империуса? Почему он не спал после выполнения миссии, пусть она и не достигла задуманной мной цели? Сколько еще продержится без подпитки? Сколько Каркарова будут держать в Британии? — Империус ослабнет, конечно, через пару недель, но... — Барти хищно ухмыльнулся и похвастался: — Каркарову никогда не избавиться от него полностью. Никогда! Я завязал Империус на служение вам и выполнение ваших приказов, мой Лорд. Мы же планировали использовать этого предателя позже, вот я и подумал, чтобы не искать с ним встречи для подпитывания Империуса, я выбрал ту его форму, когда маг как бы сам не может отказаться от него. — Скажи, мой преданный Барти, я давал тебе такой приказ? — вкрадчиво поинтересовался Лорд, начиная снова заводиться — гнев опять принялся его захлестывать так, что следующие слова, произнесенные едва не шепотом, были до краев наполнены откровенным обещанием наказания. — Если бы ты ограничил Империус тем моментом, когда Игорь опустил записку в Кубок, его бы не вычислили, потому что заклятие спало бы! В том, что он подстраховался и взял с того малолетнего недоумка клятву молчать, я не сомневаюсь. Понимаешь? У нас остался бы свой человек в Хогвартсе. Да, проваливший задание, но свой! Я смог бы более легко подкорректировать план. А теперь что? Как нам попасть в школу, чтобы добраться до Поттера? И все по твоей вине! Потому что ты проявил ненужную инициативу! Это Белла постоянно таким грешит. Ты от нее заразился? Магический кнут снова опустился на плечи Барти, как и Белла, стоявшего на коленях перед сидевшим в кресле гомункулом.