Заклинатель

Шок! Именно так можно одним словом описать то, что в первое мгновение ощутили все зрители, пожелавшие наблюдать за соревнованием чемпионов и увидевшие со своих трибун прикованного в искусственно созданном ущелье дракона, с которым, судя по всему, участникам Турнира и придется иметь дело. Однако уже через минуту-другую все с жадностью рассматривали огромного огнедышащего ящера, радуясь, что им повезло увидеть его воочию, а некоторые даже в предвкушении незабываемого зрелища потирали руки. Вэй Усянь ни за что не пропустил бы такое мероприятие, тем более после того, как его партнерство со Снейпом перестало быть тайной, по крайней мере, для многих обитателей Хогвартса. Он занял место рядом с Северусом на нижних рядах судейской трибуны, где разместились преподаватели, репортеры и некоторые приглашенные гости вроде членов Попечительского совета и важных сотрудников Министерства магии, выразивших желание присутствовать на Турнире.  Две трибуны для студентов были размещены по обе стороны от судейской и имели переходы к ней, чтобы при необходимости деканы могли с легкостью пройти к своим подопечным. Слизеринцы разделили трибуну с рейвенкловцами и гостями из Дурмстранга, а гриффиндорцы с хаффлпаффцами и членами делегации Шармбатона. Гарри и Драко выбрали места с краю, так что от Снейпа с Вэй Усянем и севшего возле них Люциуса Малфоя их отделял лишь короткий помост перехода с трибуны на трибуну. — Внимание! Стартует первый этап Турнира Трех Волшебников! — раздался усиленный чарами голос Бэгмена, заставляя всех умолкнуть и прислушаться. — Я — Людо Бэгмен, один из организаторов этого мероприятия, которое, надеюсь, будет весьма зрелищным, — представился он. — Я буду помогать вам ориентироваться в том, что происходит во время состязаний. Вы все уже догадались, что первое испытание потребует от участников не только демонстрации смекалки и своих магических умений, но и немалой смелости. Чемпионы только что прошли жеребьевку. Им предстоит забрать у драконихи из кладки золотое яйцо, которое станет пропуском из зоны испытания и своеобразной подсказкой для второго тура соревнований. У каждого чемпиона будет, так сказать, свой дракон. Оценят успехи чемпионов пять судей, вы их можете видеть на судейской трибуне. Вот здесь, рядом со мной, — Бэгмен помахал рукой тем, кто смотрел на него. — В связи с некоторыми событиями, о которых вы узнаете позже, организаторами внесено изменение в работу судей — оценки участникам будут выставляться после того, как все они пройдут испытание. На мой взгляд, это правильно, ведь тогда уже можно будет сравнить методы, использованные чемпионами для решения поставленной перед ними задачи, и, исходя из этого, оценить. Итак, ждем сигнала для первого участника! После уточнения Бэгмена об оценивании успехов чемпионов впервые услышавшие об этом судьи — представители от школ вопросительно посмотрели на Перси Уизли, заменившего Крауча, но тот сделал вид, что этого не заметил, и не стал ничего пояснять.  Прозвучал сигнал, и первым вошел в зону соревнования Седрик Диггори. Было заметно, что он нервничает и опасается отвести взгляд от доставшегося ему Шведского тупорылого, пока что просто лениво топтавшегося на месте в дальнем конце широкого каньона, окруженного довольно крутыми скалами и перегороженного стеной, где и была устроена кладка яиц, к которой следовало добраться. Переступив границу чар, о которых им напомнили после жеребьевки, Диггори сразу увидел сундук, куда надо было положить записку, в свое время вылетевшую из Кубка огня, что он и сделал, косясь в сторону дракона.  Как бы там ни было, Диггори быстро сориентировался и приступил к выполнению задания, наколдовав из камня большую собаку, которая, послушная его воле, и принялась отвлекать дракониху. Это помогло Диггори выкрасть золотое яйцо, но когда он уже убегал со своей добычей, дракониха все же заметила его и послала вслед струю пламени. Избежать ожогов не удалось, но, к счастью, они оказались не очень сильными. Получив свою долю аплодисментов, Диггори отправился к ожидающей его возле палатки целителей мадам Помфри. Зрителям пришлось ожидать, пока загонщики и укротители успокоят дракониху, заставив что-то выпить из левитированного к ней чана, а затем уведут, заменяя Валлийским зеленым. Организаторы снова навели необходимые чары на территорию испытания, и только после этого все увидели, что вторым участником стала Флер Делакур.  Чемпионка Шармбатона держалась не в пример увереннее Диггори. Она с помощью своих природных способностей, доставшихся от предков вейл, ввела дракониху в транс, а сама спокойно прошла и взяла свой приз, который и являлся пропуском из зоны соревнования. Но и Делакур, несмотря на ее торжествующий вид, не удалось уйти полностью невредимой. Дракониха всхрапнула, и вылетевшие из ее пасти искры здорово опалили одежду торопившейся покинуть зону задания Флер, — золотое яйцо позволяло пересечь границу чар до окончания времени, выделенного на испытание. Прожженные дыры на ее одежде сзади на самом интересном месте пониже спины повеселили публику. Третьим проходил испытание Виктор Крам. Ему достался Китайский огненный шар. Выйдя на своеобразную арену, Виктор замешкался всего на пару минут, пока придумывал, как справиться с заданием. Он действовал решительно, но довольно жестоко, заклинанием ослепив дракониху. Похоже, он рассчитывал, что она не увидит его и ему удастся без проблем забрать золотое яйцо из кладки. Однако не учел, что своими действиями причинил сильную боль драконихе, и та принялась метаться на месте, пытаясь сбежать, но мешали короткие цепи, которыми она была прикована. Она громко ревела, хлопала крыльями, поднимая пыль, и беспорядочно во все стороны пускала огненные сгустки. Только чары устроителей соревнований спасли некоторых зрителей от участи быть заживо сожженными. А Краму пришлось изловчиться, чтобы добраться до золотого яйца и не попасть под лапы разъяренной драконихи. Он оказался ловким и не получил травм, а вот кладке яиц повезло меньше — в итоге она была полностью затоптана.  — Я бы не дал ему ни единого балла, — злобно заметил Гарри, жалея пострадавшую дракониху и уничтоженную кладку яиц. Драко поддержал его, как и некоторые слышавшие эти слова студенты. Только после массы усилий разозленным жестокостью Крама драконологам удалось усыпить травмированную дракониху и переправить ее в загон для лечения. Когда они вывели на площадку, оформленную в виде горного ущелья, Венгерскую хвосторогу, зрители ахнули, ведь это был самый опасный дракон из существующих, а последним, еще не прошедшим испытание, оставался Рон Уизли — недоучка и слабоватый магически четверокурсник.  — А вот и четвертый чемпион Турнира! — жизнерадостно объявил Бэгмен, а затем с легким налетом насмешки продолжил: — Посмотрим, на что способен Рон Уизли, ведь все мы помним, как он оказался среди соревнующихся.  Зрители на трибунах затаили дыхание, когда Уизли остановился на краю зоны испытания. Он очень старался показать, что его не пугает встреча с драконихой, охраняющей кладку яиц, но по его нервным движениям все поняли, что это далеко не так. И все же Рон достаточно уверенно спрятал в зачарованный сундук записку-контракт и, укрывшись за большим валуном, явно принялся готовиться к выполнению задания, даже не глядя на огнедышащее чудовище. — Похоже, мистер Уизли не слишком озабочен предстоящим испытанием. Решил отсидеться подальше от опасности? Но что он ищет под ногами? О! Он поднял два камня и… громко стучит ими друг о друга. Я даже улавливаю особый ритм. Вам это ничего не напоминает? — обратился к зрителям Бэгмен, намекая на то, что точно таким стуком драконологи успокаивали первого из драконов перед тем, как увести его с арены. — Смотрите, дракониха перестала нервничать, легла рядом с кладкой и даже прикрыла глаза. Она решила вздремнуть? Возможно, у мистера Уизли и получится справиться без особых трудностей, раз он что-то смыслит в обращении с драконами, — Бэгмен снова отметил, что Рон откуда-то знает секреты драконологов конкретного питомника, несмотря на то, что не мог ни видеть, ни слышать того, что происходило во время прохождения испытания его соперниками. Услышав замечание комментатора, Рон выглянул из-за валуна и победно улыбнулся, довольный результатом своих усилий, — Чарли не соврал, драконы и впрямь приучены к такому перестуку. Правда, брат просил не рисковать и не стремиться выполнить задание, а спрятаться, чтобы дождаться, когда время истечет, и использовать его подсказку только если не будет другого выхода, уточнив, что раскрыл тайну дрессировки. Но Рон, поняв, что стук сработал, не стал терять времени и решительно направился к цели, покинув свое укрытие. Однако дракониха не спала, а заметив движение, сбросила оцепенение, вызванное использованием Роном приема дрессировки, и снова, поднявшись на лапы, угрожающе заревела, размахивая хвостом, дробящим в щебень камни. — Похоже, не все так гладко выходит, — прокомментировал происходящее Бэгмен. — Красавица хвосторога заметила мистера Уизли. Рон замер на месте, не став прятаться, решив, что он находится достаточно далеко, чтобы не пострадать, и снова принялся стучать камнем о камень. На этот раз понадобилось больше времени, чтобы успокоить дракониху, но стоило ему сделать пару шагов, как все его усилия оказались напрасными. Хвосторога принялась снова реветь и дергать цепи, намереваясь добраться до него, а потом еще и послала в его сторону струю пламени, от которого Рону еле удалось спрятаться за очередным камнем. Он опять упрямо применил прием с камнями, добиваясь временного спокойствия драконихи, а когда та начинала плеваться в его сторону огнем, повторял свой маневр снова и снова… Но дракониха так и не позволила ему приблизиться к кладке, а с каждым разом после относительного спокойствия все сильнее ревела и плевалась огнем, все настойчивее махала крыльями и рвалась с цепи, раздраженная действиями Рона.  — Мистер Уизли не на шутку раздразнил своего противника. Смотрите! Одна цепь, удерживающая дракониху, уже лопнула, а крепление на второй треснуло. Четыре цепи… всего четыре цепи страховало чемпиона от нападения, но теперь можно считать осталось только две. Да! Второе крепление не выдержало! — распинался Бэгмен, не скрывая азарта человека, любящего зрелища. — Это как же надо рассердить хвосторогу, чтобы она так упрямо дергала цепи! А чемпион, похоже, и не собирается сдаваться, да и метод менять, видимо, не намерен. Он не планирует продемонстрировать нам свои способности в колдовстве? Да мы даже его волшебной палочки не видели еще! Странный выбор, ведь это снизит оценку за испытание. В конце концов, он маг или нет? На трибунах стоял шум, некоторые студенты были напуганы, другие же делали ставки — сумеет ли дракониха порвать все цепи или нет. Гарри, услышав о ставках, посмотрел на соседнюю трибуну — близнецы Уизли, любители скорой наживы и никогда не упускавшие случая сделать ставку, не принимали участия в спорах, они выглядели испуганными, искренне переживая за брата. — Мне кажется или крепление и третьей цепи готово сдаться? — озадаченно спросил Бэгмен, вытягивая шею, словно пытался что-то рассмотреть вдали. — Нет, я не ошибся. Это действительно так! А чемпион не прекращает попыток успокоить дракониху, но, похоже, она уже не реагирует на его старания и упрямо дергает цепи. Видимо, она намерена разобраться с раздражающим ее элементом. Интересно, драконологи готовы принять меры, если их огромный летающий питомец вырвется на волю? Или оставят это на совести чемпиона, который довел до такого состояния дракониху? Если так продолжится, то мы можем оказаться свидетелями первой жертвы Турнира, а может, и не одной, — добавил Бэгмен, правда не так громко, как выкрикивал свои предыдущие реплики, а затем завопил: — Третья цепь почти разорвана! Что будет?! Не стоит ли нам эвакуировать зрителей? — задал он вопрос своим коллегам на судейской трибуне, не позаботившись снять с себя Сонорус, усиливающий громкость голоса. На этот раз его тон был здорово озабоченным. Дело и впрямь принимало опасный поворот, драконологи бегали вокруг рубежа, наколдованного организаторами для испытания, не рискуя ни пройти внутрь, ни применить какое-либо заклинание через барьер, потому что их предупредили, что это станет приговором находящемуся внутри чемпиону, — контракт будет расторгнут, и его магическое ядро пострадает. Но, наблюдая за хвосторогой, они понимали, что, видимо, придется пожертвовать мальчишкой, раздразнившим ее, спасая зрителей, которым грозила смерть, если оборвется последняя цепь. Дракониха в таком состоянии просто сожжет всех, и никакой магический барьер не спасет тех. Выбор между одним пострадавшим и десятками жертв был очевиден. А Рон, услышав комментарий Бэгмена о порванных цепях, отбежал подальше, спрятался за камнем и продолжил выстукивать успокаивающий ритм, который теперь оказывал на хвосторогу противоположное воздействие, добавляя ей ярости. Но Рон, испуганный до колик, не замечал этого, он истерично стучал и стучал, крупно дрожа всем телом, тогда как камни за его спиной лопались от жара драконьего огня и оставалось совсем немного до того момента, когда валун, защищавший его, тоже рассыплется на куски.  До окончания времени испытания оставалось всего минут десять, но даже это не добавляло оптимизма наблюдающим за тем, как разворачивались события. Некоторые самые осторожные студенты уже покинули свои места, намереваясь вернуться под защиту замка.   Дамблдор, перегнувшись через перила и повысив голос так, что его услышали и на соседних трибунах, приказал всем преподавателям приготовить волшебные палочки, указывая на то, что драконологи могут не справиться. Он предложил всем дружно использовать Ступефай, если понадобится. Снейп тут же напомнил ему, что это вряд ли окажет воздействие, ведь на драконов действует всего несколько специфических заклинаний, одно из которых ранее применил Крам, что сейчас не могло помочь. — Третья цепь порвалась! А четвертая… — паникуя, заорал Бэгмен, дав петуха, а судьи растерянно выставили перед собой волшебные палочки, не зная, что предпринять. — Четвертая… четвертая… — договорить он не смог из-за испуга, но все и так поняли, что остались считанные секунды до того, как лопнет последняя удерживающая дракона цепь. Внезапно произошло то, чего никто не ожидал — над ареной со свирепствующей драконихой полилась музыка. Чарующе запела флейта, а через пару тактов к ней присоединилась еще одна, и музыка, напитанная магией, стала такой громкой, что почти заглушила рев драконихи. И тут все заметили, как двое музыкантов, устроивших этот незапланированный концерт, взмыли ввысь над трибунами, стоя на каких-то палках, которые при внимательном разглядывании оказались мечами. В музыкантах сразу узнали Гарри Поттера и его наставника Вэй Усяня. А те, пока их рассматривали, продолжая играть, поднялись над куполом чар испытания и закружили над драконихой, прекратившей рваться на волю, но все еще ревущей, однако теперь совсем иначе. Задрав голову и следя за заклинателями, она словно жаловалась им, а они убаюкивали ее музыкой, уговаривали и обещали спокойную жизнь. Их колдовство отличалось от традиционного и не воздействовало на наколдованный рубеж. Музыка влияла не только на хвосторогу, пусть и в малой степени она воздействовала и на людей — эмоции всех присутствующих стали чуть сдержаннее, испугавшиеся перестали трястись от страха и смогли взять себя в руки, возбуждение от неимоверного зрелища немного сгладилось, и теперь маги просто ожидали, чем все закончится. Гарри и Вэй Усянь все играли и играли, даже когда чары организаторов схлопнулись и драконологи за шкирку утащили с поля ничего не соображавшего от страха Рона Уизли — на него, похоже, музыка не подействовала.  Еще спустя какое-то время дракониха перестала «жаловаться» и даже согласилась выпить предложенное укротителями питье, которое окончательно ее успокоило, а затем позволила увести себя, зорко следя за перемещаемой вместе с ней кладкой яиц. Гарри и Вэй Усянь вернулись на трибуны и как ни в чем не бывало, спрятав мечи и флейты, заняли свои места. Но им не дали так легко избавиться от внимания публики. Бэгмен, выяснив у Дамблдора, кто помог справиться с опасной ситуацией, объявил: — Итак, закончились испытания первого тура соревнования. Прошу чемпионов подняться на судейскую трибуну, — пригласил он, когда дракониху увели. — А пока ожидаем их, я хотел бы сказать несколько слов. Прежде, чем мы перейдем к оцениванию действий чемпионов, позвольте от имени организаторов Турнира и всех присутствующих поблагодарить заклинателей мистера Гарри Поттера и его наставника мистера Вэй Усяня, которые, используя свои способности, предотвратили, не побоюсь этого слова, настоящую катастрофу. Все догадываются, что случилось бы, окажись дракон на свободе. Мало кому удалось бы спастись. Еще раз благодарю за спасение наших жизней! Удивительное колдовство, должен сказать, — не удержался от комментария увиденного Бэгмен. — Изящное и действенное. — Переходи к делу, — поторопил его Перси Уизли, недовольный инцидентом, в результате которого организаторы выглядели не лучшим образом. Он, как никто другой, понимал, чем все обернулось бы, если бы не заклинатели, но с другой стороны, те продемонстрировали несостоятельность не только организаторов Турнира, но и остальных волшебников, не сумевших толково справиться с ситуацией. И это не говоря о том, что его брат именно Поттера пытался подставить и заставить участвовать в Турнире. — А вот и наши чемпионы. Итак, уважаемые судьи, ваши оценки мистеру Диггори. Шесть, семь, десять, — Бэгмен улыбнулся Дамблдору, выставившему высший балл, — семь, и мои восемь. Полагаю, все согласятся, что для снижения баллов имелись причины. Мистер Диггори не сумел выйти невредимым. Итого тридцать восемь баллов. А теперь посмотрим, как будет оценено выступление мисс Делакур. Десять, — на этот раз отличилась отсутствием объективности мадам Максим, — пять, шесть, семь, шесть. Тридцать четыре балла. Не скажу за других, но я снизил оценку мисс Делакур за то, что она использовала недоступное другим колдовство, продемонстрировав умение, которым ее наделила природа. Это, на мой взгляд, не совсем то, что мы ожидали увидеть. Но, повторюсь, это мое личное мнение. Идем дальше. Мистер Крам получает… семь, десять, — Бэгмен хмыкнул — Стоянов не стал исключением, подсуживая своему чемпиону, — семь, восемь, восемь. Итого — сорок баллов. Думаю, если бы не пострадала кладка драконьих яиц, выступление мистера Крама, несмотря на свою жестокость, было бы оценено еще выше. Он выполнил задание, не получив ни единой царапины. И последний чемпион — мистер Уизли. Как его оценят судьи? Ведь, несмотря на то, что он не справился с испытанием, его старания стоит оценить. Два, один, три, два, один. Итого девять. Ну тут, полагаю, объяснять ничего не нужно, учитывая, что по вине этого чемпиона мы едва не стали обедом для дракона. Выдержав небольшую паузу, чтобы зрители смогли по-быстрому поделиться друг с другом своим мнением о полученных чемпионами оценках, Бэгмен продолжил:  — А теперь я расскажу о том, о чем обещал в самом начале сегодня. О причине, почему организаторы изменили порядок оценивания выступлений, ведь сначала планировали делать это после того, как очередной чемпион закончит испытания. А дело вот в чем. Нам потребовалось, чтобы чемпионы поднялись на судейскую трибуну все вместе. Мы получили сведения о нарушении правил Турнира. И сейчас мы выясним, так ли это на самом деле. Мистер Перси Уизли, ответственный за организацию Турнира, принес сферу правды, — по трибунам пронеслись возгласы — редко кто видел работу этого артефакта, действие которого было сравнимо с Веритасерумом, но в этом случае на волю тестируемого не воздействовали ни чарами, ни зельем. У сферы правды был один недостаток, она могла оценить не более пяти ответов за раз, потом ей требовалось в течение долгого времени восстанавливаться. — Вдруг кто-то не в курсе, как работает этот артефакт, то я поясню. Если волшебник, положивший руку на сферу, соврет, она засветится красным, если скажет правду, то так и останется белой. Итак, мы вынуждены задать один и тот же вопрос всем чемпионам. Начнем по очередности выступлений. Мистер Диггори, пожалуйста, положите руку на сферу. Отлично, — Бэгмен прокомментировал действия Диггори. — Скажите, вчера вы уже знали о том, что в первом испытании вам придется столкнуться с драконами? — Нет, — ответил Диггори, и все увидели, что сфера не изменила своего цвета. — Прекрасно. Уступите место мисс Делакур. Вопрос тот же. Вчера вы знали о том, что в первом испытании вам придется столкнуться с драконами? — Н-нет, — прошептала Флер и отдернула руку от покрасневшей сферы. — А сфера не верит вам, мисс Делакур. — Но я сказала правду, — попыталась настаивать та. — Не усугубляйте своего положения. Вас несколько дней назад видели возле загонов с драконами. Бэгмен жестом показал, чтобы Делакур уступила место возле сферы Краму. Тот на заданный вопрос твердо ответил отрицанием, и сфера подтвердила, что он сказал правду. А вот когда пришла очередь Уизли, тот попытался лишь притвориться, что положил ладонь на сферу, но его брат, сидевший во главе судей, заметил это и сделал ему замечание. — А вы вчера знали о том, что в первом испытании вам придется столкнуться с драконами? — спросил Бэгмен, в общем-то уже зная ответ. — Н-н… — начал Рон, а заметив, что сфера начала краснеть, зажмурившись, выпалил: — Да! — и, хоть его не спрашивали, тут же признался: — Мне Чарли рассказал! — Чарли — это ваш брат, драконолог, который прибыл сюда вместе с драконами, не так ли? — уточнил Бэгмен, а увидев кивок, добавил: — И это он рассказал, как именно дрессируют драконов в том заповеднике, где он работает. Я имею в виду стук в определенном ритме, — добавил Бэгмен для тех зрителей, кто не понял, о чем он говорил, а затем, не дожидаясь реакции Уизли на свои слова, огласил: — В итоге проверки установлено, что двое из четырех чемпионов прибегли к обману и не поставили организаторов в известность, что им стало известно, пускай не о сути задания, но о том, что им придется столкнуться с драконами. Это было нечестно по отношению к другим участникам состязания. Поэтому организаторы решили снять с провинившихся по десять баллов. По факту нарушения правил будет проведено расследование. Итак, результаты тура! Возглавляет список мистер Крам с сорока баллами. Следом идет мистер Диггори, у него тридцать восемь баллов. У мисс Делакур двадцать четыре балла. У мистера Уизли — ноль. У него даже не хватило баллов для того, чтобы покрыть штрафные очки, — хихикнул Бэгмен. — И последнее… Чемпионы, вы заберете золотые яйца, добытые вами в этом туре, и они подскажут, что вас ожидает во втором испытании. Мистеру Уизли не повезло. Раз он не справился с первым заданием, то суть второго узнает в день соревнований двадцать четвертого февраля. Всем хорошего настроения! До встречи на втором туре!