Заклинатель

Возвратившись в Хогвартс второй раз, Дамблдор появился рядом с местами, занятыми преподавателями, и приказал МакГонагалл отправить детей по факультетским гостиным и проводить гостей Турнира с территории школы, в качестве объяснения бросив, что с Поттером все в порядке и ситуация под контролем. А еще попросил позаботиться о министре и, если тот пожелает дождаться новостей в Хогвартсе, отвести его в директорский кабинет. Затем он торопливо спустился к Фаджу, все еще нервно прохаживавшемуся по сцене, и под чарами конфиденциальности сообщил о происходящем на кладбище, куда Крам переправил Поттера. Министр распорядился показать место происшествия аврорам, что полностью совпадало с планами Дамблдора, и заявил, что никуда не уйдет, пока не узнает, чем все закончилось, на что получил предложение подождать в директорском кабинете. Прихватив с собой Руфуса Скримджера и пару авроров, вертевшихся возле министра магии, Дамблдор снова переместился туда, где, как он был уверен, скоро появится Темный Лорд. Он не ошибся, потому что к тому моменту, когда он снова очутился на кладбище вместе с аврорами, ритуал был практически завершен, однако, пока они пытались сориентироваться в ситуации, события начали развиваться так, что ничего действенного предпринять им не удалось.

***

Беллатриса Лестрейндж и Барти Крауч немедленно опустились на колени, как только их возрожденный Лорд подал голос. Они благоговейно пожирали его глазами, словно и не замечали жуткой внешности. — Поздравляем с возвращением, мой Лорд! — в унисон проговорили Беллатриса и Барти. Джинджер Розье и Виктор Крам были намного сдержаннее в своем расположении, однако рисковать не стали и последовали их примеру. — Хорошо. Очень хорошо! — глядя сверху вниз на склоненные головы своих слуг, покровительственно произнес возрожденный монстр, считавший себя Темным Лордом. Он бегло посмотрел по сторонам, на миг задержал взгляд на Поттере и Грюме: первый был странно спокоен, словно у него и не отобрали почти всю магию, а второй, лишенный возможности говорить из-за кляпа во рту, почему-то бросал яростные взгляды на первого, хотя выглядело бы логичнее, если бы его злость была направлена на возрожденного Лорда или хотя бы на Пожирателей Смерти. Темный Лорд чувствовал себя преотлично, магия в нем просто бурлила полноводной рекой по сравнению с тем жидким ручейком, которым ему приходилось довольствоваться в последний год. Рассмотрев свои пальцы с черными ногтями, больше похожими на когти зверя, он догадался, что его внешность далека от той, которой он обладал до развоплощения, но на данный момент его это мало заботило, ведь магия всесильна, особенно в руках такого могущественного волшебника, как он сам. Главное, он теперь сможет колдовать в полную силу, не экономя энергию, как какой-то сквиб. — Полагаю, дорогая кормилица, пора тебе стать законной частью моей свиты, — обратился Темный Лорд к Джинджер, и та неуверенно кивнула, побоявшись даже взглянуть на того, кому согласилась служить по собственной глупости и недалекости. — Дай свою руку! — скомандовал Лорд и крепко вцепился в ладонь дрожавшей Джинджер.

***

Как только Темный Лорд начал колдовать над Темной меткой, пробуя свои силы и получая удовольствие, творя сложные чары, начало стремительно происходить то, что не было им запланировано. Поттер сбросил веревки, словно никто их не закреплял надежными узлами, и спокойно сошел с могильного холмика, поросшего травой, на котором стоял. В его руке были зажаты откуда-то взявшаяся волшебная палочка и флейта — та самая, которую не нашел ни Виктор, ни Барти. Из-за надгробия, к которому его привязывали, вышли три мага — у двоих были готовые к колдовству волшебные палочки, а третий преупреждающе постукивал по раскрытой ладони флейтой из черного дерева с красной кисточкой. — О! У нас гости! — самоуверенно заканчивая ставить Метку почти потерявшей сознание и тихо скулящей от боли Джинджер, сказал Темный Лорд, он единственный стоял лицом к тем, о ком говорил. — Мистер Поттер привел друзей? Или нет… Я ошибся… — Лорд говорил, продолжая колдовать над Меткой, что свидетельствовало о незаурядных способностях. — Полагаю, это ваш наставник? Вы представите нас друг другу? А вот остальных я знаю… Предатель… — прошипел он, с ненавистью уставившись на Снейпа моментально налившимися кровью глазами. Не успели Барти, уставший после проведения очень энергоемкого ритуала, и Беллатриса, еще не совсем отошедшая от связывания с Лордом в качестве настоящей рабыни, понять, что говорят о ком-то за их спинами, как внезапно вокруг расчищенной ими площадки словно ниоткуда появились с десяток людей в белых балахонах. Один из них тут же подбросил вверх какую-то вещь, при рассматривании оказавшуюся раскрытым белым веером, зависшим высоко над площадкой. Пока свидетели происходившего проследили за ним взглядами, все новоприбывшие в землю рядом с собой воткнули мечи, блеснувшие лезвиями в последних лучах заходящего солнца. Между мечами и веером тут же образовались полупрозрачные бледно-молочного цвета ленты, явно не материальные, а магического происхождения, мгновенно создавая купол. Это было отлично видно по довольно заметному свечению воздуха, а вокруг веера образовался широкий круг, расписанный призрачными огненными знаками, зависший над головами, словно огромная диковинная золотая монета. Люди, задействованные в этом процессе, при этом остались как бы между магическими стенами, двойной линией ограничивающими не слишком большую площадь. Пока Лорд и его люди отвлеклись на заклинателей, построивших формацию, подобную самой крепкой магической тюрьме, на сцене предстоящих событий появилось еще несколько действующих лиц. Прежде всего к Вэй Усяню и Гарри присоединились Малфои, которые тут же без суеты заняли места так, чтобы не мешать друг другу в явно назревающем бою. Во-вторых, к пределам созданного высокого купола подскочили Дамблдор с тремя аврорами и Люпин, Шеклболт и Вэнс, на глазах у всех снявшие с себя чары дезиллюминации — они явно прибыли сюда несколько раньше. Появление авроров Снейп и Блэк отметили лишь переглядыванием друг с другом, при этом дружно не скрывая некоторого недовольства, однако разбираться прямо сейчас с этим не было времени. Темный Лорд мгновенно оценил прочность купола, невербально отправив в него диагностику, вывод напрашивался неутешительный — сбежать никому не удастся. Расстановка сил для него тоже была не ахти, ведь Барти и Беллатриса выжаты ритуалом, Джинджер валялась в отключке после принятия Метки, а на серьезную поддержку от сопляка Крама надеяться не стоило. Даже учитывая уверенность в своих способностях стереть любого волшебника в прах, Лорд понимал, что эйфория от прилива сил, вызванная ритуалом, скоро пройдет, и ему придется несладко. Утешало, что Дамблдор, скорее всего, тоже не сможет пройти в область, накрытую неизвестными чарами людей в белом. По самым оптимистичным прикидкам Лорд совсем скоро останется без своих соратников. Пока противники присматривались и не спешили начинать бой, а он судорожно прикидывал, как лучше поступить и не попытаться ли устроить что-то вроде переговоров, от шока после внезапно изменившейся ситуации очнулась Беллатриса и, не интересуясь мнением хозяина, как преданная рабыня, готовая умереть за него, ринулась в атаку, визжа, как сумасшедшая: — Малфой, ты труп! Как посмел пойти против Повелителя! Я же говорила, что он предатель, мой Лорд! Ее действия не дали Темному Лорду сделать другой выбор. Все завертелось с неимоверной скоростью, будто присутствующие только и ждали команды, отданной безумной Беллатрисой. Блэк выставил щит вокруг Грюма, но освобождать его не стал — без волшебной палочки тот не помощник, да еще и неизвестно, не ударит ли он в спину Северусу или Люциусу, а затем принялся за Барти. Вэй Усянь кивком одобрил действия пришедших заклинателей, появлению которых он постарался не удивляться, а затем взмыл ввысь под купол и приложил флейту к губам, принявшись плести путы для души Темного Лорда, чтобы она ненароком снова не сбежала. Крестражей вроде и не осталось, если верить тому, что кричал мелкий уродец, но лучше не рисковать. К тому же эти темные чары в некоторой степени сковывали и магическую силу, немного блокируя ядро, так что выбор был не случайным. Снейп, поднявшись в воздух и вполне комфортно двигаясь в ярде-другом над землей, сосредоточился на защите Вэй Усяня и Гарри, разделяя свое внимание между двумя самыми дорогими ему людьми. Малфой цель не выбирал — Беллатриса сама на него накинулась. Драко выпало скрестить палочки с Крамом. Не то чтобы тот сильно сопротивлялся, сообразив, что влез в опасное дело. Но хоть Крам и понял, что, раз за всем наблюдают авроры и Дамблдор, ему лучше сейчас никого не убивать и прикинуться обманутым и втянутым во все против воли, все же открыто сдаваться не спешил, решив сначала посмотреть, как будут развиваться события, — а вдруг воскрешенный Лорд и впрямь всех сейчас перемелет в муку? А Гарри тем временем готовился нанести главный удар и едва ли не против воли подтвердить свое ненавистное звание героя, уничтожившего Темного Лорда. Он с помощью пары нот, извлеченных из Песни ветра, призвал темную энергию, которой здесь было полно, и попытался ею связать своего противника. Это на какое-то очень короткое время замедлило Лорда, но не остановило, тот быстро сориентировался и принялся черпать магию из окруживших его потоков. Гарри догадался, что во время ритуала вместо его личной магии к Лорду перешла часть той энергии, из которой он делал себе защиту, поэтому возрожденный был чувствителен к тем потокам, которыми его собирались пленить. Тогда Гарри, спрятав флейту, достал свой меч — его сила была противоположностью тому, что сейчас плескалось в магической системе Лорда. Надо было разрушить тело — не живое и не мертвое, уже созданное, но еще нестабильное, — все это Гарри, как и его наставник, определил еще до того, как они начали действовать. — Снейп, открыто выступив против меня, не боишься сдохнуть вместе со мной? — отбив не самое простое заклинание, злобно скалясь, спросил Темный Лорд. — Предпочту остаться в живых, отправив вас туда, где вам давно пора быть, мистер Риддл, — парировал Северус, выставляя надежный щит, чтобы ничего не попало в Вэй Усяня. Благо Темный Лорд сообразил, что купол, выставленный вокруг них, может сработать как отражающая поверхность, так что Авадами не разбрасывался, да и другие его заклинания были не слишком энергозатратными, видимо, берег силы. — Не смей так меня называть! Я — Темный Лорд! А ты сдохнешь, если попытаешься убить меня! Забыл, какую клятву Метка закрепила? Вон Малфой не рискует меня достать. — Не знаю, о чем вы говорите, — переместившись так, чтобы снова находиться на пути заклинаний, которые Лорд швырял в Вэй Усяня, сказал Северус, и послал в ответ режущее. Сириус тоже не молча атаковал и отбивался, пересыпая свою речь ругательствами и насмешками, и наконец достал Барти Крауча заклинанием заморозки. Он не стремился убивать, как и было договорено на одной из встреч с Вэй Усянем и остальными для подобной ситуации, когда у их боя будут свидетели. Однако Барти не повезло остаться в живых — стоило ему превратиться в ледяную статую, как в него прилетел мощный Ступефай от Крама, целившегося в Драко, но тот успел уклониться. Барти ударило о каменную стелу, и он тут же разлетелся на сотни осколков. А Крам, увидевший случайный результат своего заклинания, на миг отвлекся, чем воспользовался Драко и приложил его банальным Петрификусом, а затем для надежности добавил сверху крепкие веревки и сонные чары. Само собой, Драко знал заклинания и посерьезнее и мог бы не мелочиться, если бы за ним не наблюдали Дамблдор и авроры, на что, предупреждая, успел обратить его внимание отец. Сириус, оставшись без противника, кинулся на помощь Гарри, отвлекая внимание Темного Лорда на необходимость отбиваться еще и от его заклинаний, а Драко пришлось заняться защитой Грюма, о чем ему крикнул отец, ну и о себе он, разумеется, не забывал. Люциус тем временем отбивался от атак обезумевшей Беллатрисы, как и Темный Лорд, успевающей разбрасываться заклинаниями во все стороны: не только в него, но и в Вэй Усяня, и в Поттера, и в Снейпа. В нее словно вселился берсерк, она уже была в крови от нескольких порезов, вызванных чарами противника, но продолжала орать, изрыгая проклятия и язвительные насмешки, и нападать, применяя не самые простые заклинания. И это после того, как подверглась едва ли не повторному получению Метки во время ритуала. Когда Гарри достал меч, она поняла, что ее Лорду грозит столкнуться с неизвестным колдовством, о котором тот все время твердил, поэтому, направив палочку на врага номер один, завопила: — А снова выживешь, щенок? Авада Ке… Северус режущим заклинанием лишил ее руки — та с зажатой в ней палочкой полетела на землю, а Беллатриса зашлась воем, хватаясь за культю, из которой хлестала кровь. — Не смей протягивать руки к нашему Гарри! — бросил Снейп и снова сосредоточился на Темном Лорде — теперь это была единственная угроза им всем. Но, стоит сказать, весьма серьезная угроза, противник из Темного Лорда был сильный и умелый. Люциус сжалился над дурой, которая к тому же была сестрой его жены, и вырубил ее заклинанием, отправив в стазис и ее, и отрезанную руку, тем самым еще и остановив кровотечение. Само собой, Беллатрисе больше не удастся остаться на воле, особенно учитывая, что свидетелями битвы были авроры, которых к этому моменту за пределами купола стало больше, но и ему не придется оправдываться перед Нарциссой за то, что не оказал помощь и дал ее сестре умереть от кровопотери. Уже не говоря о том, что Беллатриса умела колдовать и левой рукой, так что это было делом времени, когда она поднимет свою волшебную палочку и снова попытается кому-нибудь навредить. Гарри, выполняя кульбиты в воздухе и не тратя магические силы на противостояние, уклонялся от заклинаний, которыми разбрасывался Темный Лорд, или отражал их своим мечом, пока что, скорее, дразня противника и выводя из себя, чем представляя для того опасность, и чутко прислушивался к звукам Чэньцин, выбирая нужный момент для атаки. — Что ты скачешь, как блоха? Тебя не учили, как нужно сражаться? Какой из тебя герой, сопляк? Скоро отправишься к родителям! Доставай волшебную палочку и сразись как волшебник! Неуч! — пытался взять его на слабо Темный Лорд. Но не преуспел в своих подначках, а напротив, едва успевал избавляться от лиан, опутывавших его ноги, и буквально выпрыгивать из ям с зыбучим песком, которые внезапно появлялись под ним, одновременно отбиваясь от атак Снейпа и Блэка, которых от заклинаний Лорда принялся прикрывать Люциус Малфой. Когда Гарри понял, что Путы из темной энергии полностью созданы и зависли прямо над Темным Лордом, а наставник уже готов спеленать душу, стоит той покинуть магически созданное тело, он тут же перестал просто защищаться, время от времени еще и используя друидские навыки, а перешел в открытую атаку. Гарри в очередной раз оттолкнулся от земли, будто готовился просто пропустить луч заклинания под собой, но теперь его движение было несколько другим, чем те, что он делал раньше. Его рука с мечом, вдруг ярко засветившимся, словно его покрыло белое пламя, отошла назад, а затем, именно в то мгновение, когда Гарри развернулся в высшей точке своего подъема лицом к Темному Лорду, резко разрубила воздух перед его грудью в горизонтальной плоскости, посылая волну белого огня прямо в шею противнику. Темный Лорд не успел увернуться, у него для этого не было ни единого шанса, потому что колдовство Гарри было не таким простым, каким казалось на первый взгляд. За миг до решающего удара он успел обездвижить Темного Лорда всего на мгновение, но точный расчет времени показал, что этого оказалось достаточно. Многолетние тренировки не прошли для Гарри даром. Призрачное пламя не просто чиркнуло Лорда по шее, оно как лезвие прошло через нее, однако, если кто-то ожидал, что после этого голова отделится от тела, то ошибся в своих предположениях. Чистая энергия света, сосредоточенная в мече, уничтожила искусственное тело, разрушив созданные ритуалом связи — оно превратилось в искры магии, окрашенные испаряющейся кровью в алый цвет, и сизый пепел сгоревшей плоти, из чего, собственно, и состояло после убийства жертвы во время ритуала. А еще на месте только что возрожденного и рассыпавшегося прахом Темного Лорда возникло облачко из черного то ли дыма, то ли тумана, почти мгновенно сформировавшееся в подобие человеческой головы с красными глазами. — Вот же срань живучая! — воскликнул Сириус, по описанию узнав то, что крестник называл духом Темного Лорда. — Его держат рабыня, — Снейп кивнул в сторону Беллатрисы, — и новоиспеченная Пожирательница. Сириус не ошибся, это и впрямь был дух Темного Лорда, освободившийся от искусственной телесной оболочки. Но на этот раз у него, в отличие от первых двух встреч с Поттером, не имелось ни малейшего шанса сбежать, даже несмотря на то, что он поглотил крестраж, усилив себя. Как только Гарри справился со своей задачей, шепотом поставленной наставником перед началом атаки, Вэй Усянь завершил дело. Сплетенная им надежная сеть Пут мгновенно окутала дух, после чего стала видимой для всех как тонкая газовая ткань, поблескивающая черными искрами в свете купола, наколдованного заклинателями и довольно ярко освещавшего площадку после захода солнца, когда и произошло столкновение. — Что вы задумали?! — заорал дух, обретший свой прежний голос — низкий и жуткий, словно исходил из другого мира. — Я со всеми вами расправлюсь! Вэй Усянь, почти не перестававший все это время играть на флейте, лишь делая небольшие паузы, чтобы убедиться в устойчивости чар, опустился на землю, встав рядом с Гарри и Северусом, и сменил мелодию. Его волосы развевались, словно в лицо дул ветер, а глаза сверкали жаждой расправы над тем, кто угрожал его близким. — Это Упокоение, — прокомментировал вполголоса Поттер, обращаясь к духу. Он опустил меч, но не спешил прятать его в ножны. — Слышишь, тварь, эти звуки? Они спеленают твой больной разум и отберут жажду жизни. А это Усмирение, — прокомментировал Гарри, когда мелодия снова сменилась. — Теперь тебе не вырваться. Умный, сильный волшебник, который мог принести много пользы обществу, каким ты когда-то был, теперь обречен, — в тоне мелькнули нотки жалости. — А вот это — твой конец, злобное, самолюбивое создание, мнившее себя великим, — Гарри отвел взгляд от Лорда и одобрительно кивнул наставнику, приступившему к заключительной части музыкального заклятия, используемого для борьбы со злыми духами — к Уничтожению, а затем снова посмотрел на темный сгусток в виде человеческой головы с красными глазами. — Это последнее, что ты слышишь, чудовище! Эти прекрасные звуки отправят тебя туда, откуда ты никогда не вернешься, и где тебя давно заждались. Смерть наверняка приготовила для тебя достойное наказание за то, что ты сотворил со своей душой. — Не-е-ет… — простонал дух, ощутив, как его связь с этим миром рвется. — Я вернусь… — Оттуда никто не возвращается! — опуская флейту, холодно произнес Вэй Усянь, и у живых по спине прошел холодок страха, словно они все почувствовали дыхание Смерти, пришедшей за Темным Лордом. Спустя пару мгновений Путы сжались практически в точку и исчезли вместе со своим содержимым. — А-Лин, проверишь? — спросил Вэй Усянь. — Конечно. Гарри поднял все еще так и не спрятанный меч горизонтально перед грудью и медленно провел сомкнутыми тремя пальцами второй руки по лезвию от гарды до острия, что-то нашептывая, а затем толкнул его, отправляя в полет, и тот, завертевшись, словно пропеллер, принялся облетать площадку, задерживаясь на миг над всеми, кто там находился, а над останками Крауча покружил даже чуть дольше. За ним пристально следили не только Гарри и Вэй Усянь, понимавшие, что происходит, но и все остальные, как в заклинательском контуре, так и за его пределами. — Здесь нет блуждающих душ, — поймав возвратившийся меч, отрапортовал Гарри и широко улыбнулся. — Мы справились? Правда же? — Конечно, А-Лин. Ты молодец. Я горжусь тобой! — похвалил его Вэй Усянь, похлопав по плечу. — Спасибо, — Гарри поклонился наставнику, благодаря за похвалу, а затем, отступив на шаг, повернулся лицом ко всем остальным, кто стоял с ними плечом к плечу во время схватки, и, снова поклонившись, повторил: — Спасибо за помощь и спасение. — Ты отлично справился бы и без нас! — Сириус заключил Гарри в объятия, опередив Снейпа и отметив это выразительным хитрым взглядом из-за плеча крестника. Сириус и Северус все еще порой вели негласную шуточную борьбу за внимание Поттера. — Я очень горжусь тобой! — похвалил Северус, приобняв Гарри за плечи, отодвигая Сириуса. — А мы быстро управились, и получаса не прошло, — достав из кармана часы-луковицу, присвистнув, сообщил Сириус. — Мне показалось, что все это длилось намного дольше. Гарри, ты молодец! — Да сколько вы там будете расхваливать мальчишку?! Может, все же отвяжете меня? — Грюм был вне себя от злости, дергаясь в безуспешных попытках освободиться. Ему наконец удалось избавиться от кляпа. — Оу… И кто это заговорил? — Сириус повернулся к кресту, к которому был плотно, едва ли не как мумия, примотан веревками Грюм — Беллатриса постаралась на славу. — Как самочувствие после ритуала? Прости, некогда было спросить раньше, — он заливисто засмеялся, подтверждая свою репутацию беспечного хулигана. — Почему вы меня не отвязали сразу же? — растирая затекшие руки, раздраженно спросил Грюм у Люциуса, освободившего его от веревок. — Зачем заставили своего… — И что бы вы делали? — перебив его, холодно поинтересовался Люциус. — Чем бы вы помогли без волшебной палочки? Только под ногами путались бы? — Да я забрал бы палочку у него! — Грюм указал на Драко. — Он все равно был бесполезен… — То есть, вместо того, чтобы поблагодарить моего сына за защиту, вы заявляете, что он бесполезен? — в тоне Люциуса послышалась угроза. — Говорите, что отобрали бы у него волшебную палочку, оставив беззащитным? Вот именно поэтому вас никто и не стал освобождать, чтобы никому не мешали! — припечатал он и отвернулся, но ему пришлось снова посмотреть на Грюма, когда тот заявил: — Да ничего с твоим пацаном не случилось бы! Спрятался бы за памятником, а я помог бы вам. Все же я опытнее, чем четверокурсник. — Опытнее? Если это так, то почему Гарри и мой сын даже будучи связанными сумели подать сигнал тревоги, почему они смогли освободиться от веревок без посторонней помощи, а вы до сих пор висели на кресте, как муха в паучьих сетях? Мистер Грюм, разве заметно, что нам требовалась ваша помощь? У нас все были при деле, очень удачно распределившись с ролями, чтобы не мешать друг другу. — Ну да, без музыки вам было бы скучно биться, — презрительный взгляд Грюма в сторону Вэй Усяня, вызвал у того лишь ответную уничижительную ухмылку, что для знающих было предупреждением вести себя осмотрительнее. — А Поттер вообще вместо того, чтобы упражняться в акробатике, должен был исполнить свой долг национального героя и… — Простите, и когда это мой ученик вам что-то задолжал? — вот теперь Вэй Усянь разозлился по-настоящему и, не скупясь, придавил Грюма своей силой так, что тот непроизвольно задрожал. — К тому же А-Лин только что избавил ленивых волшебников от необходимости гоняться за Темным Лордом и его прихвостнями, а вы, неспособный даже веревки сбросить без костыля из волшебной палочки, смеете критиковать его действия? Запомните, еще одно неодобрительное слово в адрес моего подопечного или кого-либо из тех, кто ему помогал, и я вас засужу. — Да что вы мне поставите в вину? — Грюм и сам понимал, что просто выплескивает свое недовольство тем, что ему пришлось висеть привязанным, когда мальчишка его защищал, но остановиться не мог. — Я известный аврор, который… — Который только что участвовал в очень нехорошем ритуале по возрождению Темного Лорда, отдав для этого свою кровь. И предупреждая ваше возмущение, А-Лин не отдал ни капли своей магии, сумев заблокировать доступ к себе во время ритуала. Это можно легко проверить. Хотя тот, кто видел его действия, и так понял, что он не потерял свою магию из-за ритуала. Да и видок этого недоЛорда отчетливо говорил, что ритуал криво прошел и он не получил то, что хотел. А что же вы, такой прославленный аврор? Остановимся на этом, мистер Грюм. Хорошо, что учебный год закончился. В будущем не быть вам учителем в Хогвартсе. Уж я об этом позабочусь. Вэй Усянь решительно отвернулся, мазнул взглядом по пришедшей в сознание скорчившейся Джинджер, с ужасом рассматривающей побледневшую Темную метку на своем предплечье, поднял над собой руку и, нацелив указательный палец в центр наколдованного купола, сделал им движение, словно сковырнул зависший там веер и отправил одному из людей в белом, одарив того предупреждающим взглядом. Защитные чары тут же начали таять, словно были созданы изо льда, становящегося все тоньше и тоньше. Заклинатели спрятали свои мечи и, стоило главе их ордена, поймав веер, взмахнуть им, быстро раскрыв и закрыв, все, сделав шаг, исчезли, словно их и не было.