Заклинатель

Добравшись до слизеринской гостиной, Гарри и Драко застали там почти половину студентов факультета, по крайней мере, большинство старшекурсников так и не разошлись по спальням и дремали на диванах и креслах явно не из любви спать в неприспособленных для этого условиях. Само собой, Гарри сразу догадался, в чем дело, и попытался прошмыгнуть в свою спальню незамеченным, но был остановлен скрипучим голоском Тима. Лечурка обрадованно встречал своего друга-друида, естественно, тем самым разбудив ожидающих новостей ребят. — Я польщен, что ты в меня верил, — кивая, ответил Тиму Гарри и выразительно посмотрел на Драко, извиняясь за бесхитростное поведение лечурки. — Конечно, со мной все в порядке, — принялся он отвечать на вопросы все трещавщего и трещавшего Тима. — И с Драко тоже. Да-да, и с остальными. Спасибо тебе, что привел помощь. И извини, что был настолько невнимателен, что даже не заметил, когда ты ко мне пришел. Говоришь, что для этого и нужны друзья! Ты прав, мой маленький друг. Ты очень нам помог, — переговариваясь с Тимом, Гарри по привычке озвучивал некоторые его фразы для тех, кто был рядом, чтобы они понимали, о чем идет речь. — Нам с Драко нужно отдохнуть, давай увидимся завтра вечером дома. Нет, не нужно встречать нас с поезда, мы останемся в школе, чтобы разобраться с делами. Обязательно вечером буду дома. Конечно, иди. Студенты молча следили за диалогом Поттера и лечурки, но стоило последнему исчезнуть, как тут же наперебой начали задавать вопросы. — Думаешь, нам можно им рассказать? — на ухо спросил Драко. — Мы же не знаем, что там решат, — он подвел глаза к потолку, намекая на министра и директора. — Ты прав, — кивнул Гарри, а потом, подняв руку, призывая к тишине, обратился к остальным: — Мы с Драко очень благодарны, что вы беспокоились о нас и дождались нашего возвращения. Пока много рассказать не можем, потому что попали в серьезный переплет, как сказал Фадж — государственного значения. Так что не обижайтесь за скудность информации, — он выдержал крохотную паузу, отделяя предупреждение от того, что намерен был сказать. — Крам и еще один преступник под оборотным в личине Янко Митова похитили нас с Драко, чтобы принудить к противозаконным делам. Наши родные смогли найти нас благодаря семейным амулетам. Они же привели туда Дамблдора, а тот — авроров. Пришлось вступить в бой. Мы справились без потерь и серьезных травм. Крам и компания арестованы. — Те, кто выжил, — язвительно добавил Драко. — Да, те, кто выжил, были арестованы аврорами, — подтвердил Гарри, хищно усмехнувшись. — Остальное, полагаю, всем на завтраке расскажет Дамблдор. Простите, но мы очень перенервничали и сильно устали. Нам нужно поспать. — Хотите сказать, что вы тоже участвовали в схватке? — скептически спросил один из семикурсников. — В настоящей? — К сожалению, у нас не было другого выхода. Так что пришлось поучаствовать. Иначе мы погибли бы, — Гарри уже знал, как наставник собирался представить дело, и, хоть и не очень одобрял его намерения, вынужден был согласиться, что это выглядит наиболее рациональным решением — к нему, к Гарри, которого уже давно называют героем, будет все же меньше вопросов и претензий, чем к любому взрослому. — И ты снова победитель всех и вся? — Панси Паркинсон имела чуткую интуицию. — Победитель он, победитель. Только дайте нам поспать. Мы действительно с ног валимся, — Драко подтолкнул Поттера в сторону коридора со спальнями. Как ни странно, задерживать их никто не стал.

***

На следующий день еще до обеда студенты готовились разъехаться по домам, но исчезновение Поттера, Крама, Митова и Малфоя не давало никому спокойствия — все жаждали узнать, что же с ними случилось. И, само собой, это понимал Дамблдор. Поэтому, как и догадывался Гарри, в самом начале завтрака пообещал все объяснить, как только студенты поедят. Но ему почти не пришлось что-либо рассказывать — еще до того, как студенты подкрепились, в зал влетели совы с экстренным выпуском «Ежедневного пророка». — Это все правда? — спросила Астория Гринграсс, в последнее время неизменно сидевшая в Большом зале рядом с Драко. Она выглядела не на шутку испуганной. — Вы точно не пострадали? — переводя взгляд с Драко на Гарри и обратно, она неосознанно комкала газету, которую читала. — Успокойся, — Драко ласково погладил ее по руке. Он относился к Астории очень тепло, и, пускай они пока не встречались в общепринятым смысле этого слова, но и обычной дружбой их отношения не назовешь. Все же Драко оказывал ей заметные знаки внимания, особенно после предварительного сговора родителей о возможности их будущего брака. — С нами все хорошо. — Но там написано, что вам пришлось столкнуться с Темным Лордом, — не верила ему Астория, готовая вот-вот расплакаться. — Но мы же были не одни. Там был наставник Гарри и мой отец, и наш декан, и крестный Гарри. Нам помогли. — Поттер ты снова победил Того-Кого-Нельзя-Называть? — раздалось громкое из зала, после чего поднялся невообразимый шум — одни выкрикивали свои вопросы, другие высказывали вслух сомнения, третьи, кто не успел добраться до газеты, пытались выяснить, что же все-таки произошло. Из-за этого пришлось вмешаться Дамблдору: — Потише! Потише! — призвал он самых горластых прекратить крики. — Это действительно так, мистер Дэвис. Большинство из вас уже прочли репортаж, но я повторю основное для остальных. Вчера во время награждения победителя Турнира Трех Волшебников мистер Крам с помощью портключа похитил мистера Гарри Поттера. Его сообщник под видом мистера Янко Митова, — Дамблдор посмотрел на обладателя этого имени, найденного еще ночью в одном из сундуков Крама на корабле, — похитил мистера Драко Малфоя. Все это было сделано с преступным намерением. Гарри и Драко стали свидетелями возрождения могущественного волшебника Тома Риддла, звавшего себя Темным Лордом Волдемортом, развоплощенного много лет назад. На месте преступления, кроме мистера Крама, присутствовали Пожиратели Смерти Бартемиус Крауч-младший, Беллатриса Лестрейндж и Джинджер Розье. С помощью семейных амулетов родные и близкие мистера Поттера и мистера Малфоя установили их местоположение, и мы смогли прийти им на помощь. Министр магии Фадж организовал спасательную операцию, вы и сами видели это после похищения. Я переправил начальника Аврората к месту происшествия. К сожалению, к тому времени место схватки было ограждено магическим барьером и мы не смогли реально помочь, но стали свидетелями грандиозной битвы. Могу со всей ответственностью заявить, что наши ребята продемонстрировали высочайший уровень владения магией, их выдержка и способность верно действовать в условиях смертельной обстановки достойны искреннего уважения. Когда приспешники возродившегося монстра, собравшегося снова залить нашу землю кровью невинных волшебников, были обезврежены, Гарри Поттер поставил последнюю точку в схватке со злом. Он применил свое искусство заклинателя и окончательно уничтожил Темного Лорда. Свидетелями его самоотверженности стали не только обычные люди, как я и ваш преподаватель защиты от темных искусств профессор Грюм, но и более дюжины авроров. Так что те, кто все еще сомневается в том, что репортаж правдив, можете быть уверенными — в статье нет ни слова лжи. Гарри Поттер — победитель Темного Лорда! — Дамблдор протянул руку в сторону слизеринского стола, указывая на Гарри, которому хочешь не хочешь, а пришлось встать и сдержанно поклониться тем, кто начал ему аплодировать. Крики восхваления еще какое-то время стояли в Большом зале, правда, иностранные делегации не проявили в этом энтузиазма, особенно тихо вела себя команда из Дурмстранга, стараясь не привлекать к себе внимания — как-никак это сначала директор их школы попытался втянуть Поттера в скандал на Турнире, а затем их чемпион стал преступником, похитившим национального героя Британии, похоже, снова подтвердившего свой героический статус.

***

— Гарри, с тобой все в порядке? — не дожидаясь, когда можно будет покинуть Большой зал, к Поттеру подбежала Гермиона. Она была по-настоящему встревожена новостью. — Ты не ранен? — ей явно хотелось схватить Гарри и повертеть, чтобы убедиться в его нормальном состоянии, но наука о магическом этикете уже неплохо прижилась в ее сознании, так что она не позволила себе ничего лишнего, кроме обеспокоенного взгляда. — Со мной все в порядке, не переживай. Мы с Драко там были не одни. — А?.. — Никто из наших серьезно не пострадал, — догадавшись, что ее интересует, добавил Гарри. — Ты же понимаешь, что у меня ничего не получилось бы без помощи? — успокаивающе сказал Гарри, увидев искренность Гермионы. Он не рисовался, не набивал себе цену, а просто говорил так, как есть. — Это хорошо. Я могла бы сказать, что тоже хотела бы оказаться среди тех, кто тебе помог, но понимаю, что толку от меня было бы мало и я только путалась бы у вас под ногами. Но я рада за вас, — Гермиона на миг оторвала взгляд от Гарри и посмотрела на Драко, дав понять, что и о нем не забыла. — И я очень горжусь тобой! Ты не допустил, чтобы в мире волшебников как минимум начались беспорядки. Спасибо тебе! Я… Я пойду, — вдруг смутилась Гермиона и поспешила вернуться на свое место. Разумеется, студенты хотели узнать подробности схватки Поттера с Темным Лордом, поэтому Драко за слизеринским столом немного рассказал, как все произошло, раз уж министр решил не скрывать инцидент. За соседним столом гриффиндорцы тоже навострили уши, так что там, как никогда, было тихо. Правда, про ритуал Драко ничего не стал сообщать, сколько его ни просили. — Прекратите. Чего вы добиваетесь? Я должен вам рассказать, как проводится темномагический ритуал? — отшивая самых настойчивых, бросил Драко. — Но вы же видели все, и с вами ничего не случилось, — попытался настоять на своем однокурсник Астории. — Мы там были не по своей воле, — холодно бросил Гарри. Он был благодарен Драко, что тот взял на себя труд ответить на некоторые вопросы студентов, но ему не нравилось то, куда свернул разговор за столом. — Если вы удовлетворили свое любопытство, то дайте Драко поесть. Нам еще надо на собрание по Турниру, а потом придется давать свидетельские показания аврорам. — А вы еще кого-нибудь убили? Ну… Кроме убитого Поттером Темного Лорда, — спросил Уоррингтон, который в основном и задавал вопросы от имени всех интересующихся однофакультетников. — Если бы ты внимательно читал, то понял бы, что я Темного Лорда не убивал, потому что он не был ни человеком, ни по большому счету настоящим живым существом. Он был кем-то вроде лича. Я развоплотил его, уничтожив искусственное тело, и отправил его сущность за грань так, как это делают с привидениями, — уточнил Гарри, повторяя то, что было написано в газете. Вэй Усянь позаботился, чтобы никто не интересовался, что именно делал он сам, а Гарри в итоге не считали убийцей. — Пусть так. Но еще кого-нибудь убили? — повторил свой вопрос Уоррингтон. — Крам случайно убил Крауча. Ступефаем, — буркнул Драко, почему-то считавший и себя немного виноватым в случившемся. Нет, ему не было жалко Пожирателя Смерти, похитившего его с территории школы, но было неприятно, что именно его, Драко, ловкость привела к смерти преступника, которого теперь не смогут судить и наказать. — Ступефаем? Невозможно! — возмутился Малькольм Бэддок — задиристый и импульсивный первокурсник, любящий всюду совать свой нос, словно он и не слизеринец вовсе. А еще он постоянно демонстрировал умения в колдовстве, которому не учили на первом курсе, к тому же чаще всего, пытаясь кого-нибудь достать своими заклинаниями. — Возможно. Крауч за секунду до того поймал замораживающее заклятие. Поэтому от Ступефая он врезался в каменную стелу и разлетелся на сотни кусков. Так что, Малькольм, прислушайся к советам, когда тебе говорят, что не стоит применять к людям ради развлечения даже самые безобидные заклинания, потому что нельзя всего предусмотреть, и твоя шутка может окончиться очень печально, — не поскупился на нравоучение Гарри, уже не раз за этот год делавший замечания этому неугомонному мальчишке. — Северус подает нам знак, — обратился он к Драко, а затем повернулся лицом к однофакультетникам и сказал: — Нам пора идти к директору. Всем доброго пути. Встретимся в сентябре.

***

На выходе из Большого зала Поттера и Малфоя перехватили близнецы. — Это точно правда написана в статье? — Фред, полагаешь, я заплатил репортеру, чтобы он расхвалил меня? — едва ли не грубо ответил Гарри. Его покоробил вопрос. Если бы об этом спросил кто-то совсем посторонний — это одно, но близнецы вроде должны были знать о его отношении к дутой славе. — Прости, я не так выразился. Я не сомневаюсь в том, что вам пришлось схлестнуться с Пожирателями Смерти, — извиняющимся тоном продолжил Фред, покосившись на Драко, словно проверял, не оплошал ли он со своими словами и на этот раз. — Чего зыркаешь? Или ты на что-то намекаешь? — тут же отреагировал Драко. — Да не слушайте вы его! Он что-то сегодня все невпопад говорит и делает. Видимо, день у него такой, — тут же поспешил исправить ситуацию Джордж. — Вы молодцы! Жаль, что мы не могли ничем помочь. Если честно, мы и про ваше похищение узнали не сразу, потому что были в палатке целителей с Роном. Ему ожоги лечили и всякие там… В общем… — замялся Джордж, он понял, что тоже что-то не то говорит, ведь Гарри раньше натерпелся от выходок Рона. Но Гарри вдруг спросил: — Как он? Я видел его, когда с пожаром справлялся. Там был кромешный ад, но он держался. — Его почти привели в порядок. Зелья еще попьет, конечно, потому что у него магическое истощение. Он сегодня с дедом… то есть с мистером Пруэттом будет на собрании у директора. Он же с ним теперь живет, — выпалил Джордж, удивившись словам Гарри, которому раньше упоминания о Роне портили настроение. — Ой… Мы вас, наверное, задерживаем? Вам же тоже к директору надо? Дед говорил, что будут решать вопросы по провалу обеспечения безопасности, раз тебе пришлось вмешиваться на каждом этапе Турнира, чтобы спасать положение. — Да, мы идем к директору, — скупо бросил Драко, косясь на Поттера, замечание которого о Роне его тоже удивило. — Хорошо. Мы гордимся вами! Спасибо за спасение! — почти в унисон проговорили близнецы вдвоем и поклонились.

***

— И чего они хотели? — буркнул Драко, поднимаясь на восьмой этаж. — Просто напоминали о себе и поблагодарили, — Гарри ответил спокойным взглядом, давая понять, что не стоит искать еще какие-либо причины для поступка близнецов. — Думаешь, наше присутствие необходимо на этом собрании? Или будет как ночью — только время вчера потратили вместо того, чтобы поспать лишний час. — Зато мы увидели реакцию Дамблдора и компании на чистые предплечья твоего отца и Северуса. Я думал, у них глаза повылезают от удивления. А еще мы поняли, что расчет оказался верным — Фадж с готовностью продал нам свою защиту от нападок авроров за поддержку его на предстоящих выборах. В статье сегодня это было особенно заметно. Ну и ладно, мне не жалко, пускай немного погреет руки у нашего костра. Поли-и-итика… — Гарри насмешливо скривил губы и решительно встал на винтовую лестницу, ведущую к директорскому кабинету. Горгулья, охраняющая вход, отскочила с их пути, не спрашивая пароль. Гарри и Драко удивленно переглянулись — из кабинета директора доносился раскатистый голос Хагрида, явно чем-то недовольного.

***

В кабинете директора яблоку негде было упасть. Организаторы Турнира, руководители делегаций из Шармбатона и Дурмстранга, мистер Диггори, сын которого, вероятнее всего, останется калекой на всю жизнь, мистер Пруэтт с Роном Уизли, мисс Делакур с отцом, министр Фадж, МакГонагалл и Рубеус Хагрид, представитель румынского драконьего заповедника с еще одним Уизли, глава Аврората Скримджер с парой авроров, Люциус Малфой как представитель Попечительского совета, Грюм, Вэй Усянь, Снейп и еще несколько человек. Драко и Гарри слегка растерялись, когда вошли в полный людей кабинет — похоже, они оказались последними, кого пригласили на собрание, которое явно уже шло полным ходом. Наскоро поприветствовав присутствующих и извинившись за задержку, они прошли на места, которые им заняли родные. — Так что вы скажете, господин директор? Где мои крошки? Мистер Бэгмен, вы же обещали, что они не пострадают! — возмущенно продолжил Хагрид ровно с того места, где его прервал приход Поттера и Малфоя. На удивление в его поведении не было заметно и следов обычно проявляемого преклонения перед директором, на которого он смотрел, несмотря на обращение и к Бэгмену. — Они не бесхозные дикие твари, я по всем правилам зарегистрировал их в отделе магических животных как новый вид. У меня есть документ! Как теперь я буду отчитываться за их сохранность и содержание? Они же были здоровые, а теперь что? — Рубеус, я уже говорил тебе, что это был несчастный случай. Пожар магического происхождения зарегистрирован в Министерстве, так что никто не станет с тебя спрашивать за их смерть, — Дамблдор вздохнул и покачал головой, упрашивая Хагрида успокоиться. — Мне действительно жаль пострадавших зверей. — Но они погибли! Мои соплохвосты погибли! Почти все! А я же их растил не один месяц, — упрямо не сдавался тот. — Пожар не начался сам по себе! Надо выяснить, кто поджег лабиринт! Пускай компенсирует все! Гарри наклонился к уху Драко и сказал: — Ты заметил, что Хагрид говорит правильно и не коверкает слова, как обычно это делал. — Наверное, надоело притворяться, — так же шепотом ответил тот, насмешливо улыбнувшись. — Так ведь вроде и так известно, что пожар начался после того, как мистер Рон Уизли применил огненное заклинание во время испытания, — влез со своим комментарием Бэгмен. — Но чемпионов предупреждали, что нельзя вредить деревьям, нельзя их уничтожать. — Значит, пускай он и расплачивается… — начал Хагрид, но Поттер, резко поднимаясь с места, чтобы обратить на себя внимание, его перебил: — Пожар устроил не Рон Уизли! — Что?! — вопрос вырвался сразу у нескольких присутствующих. Все уставились на него. — Гарри, почему ты так решил? — Дамблдор, как и остальные, с интересом посмотрел на Поттера. В принципе, он тоже считал, что не мог лабиринт так быстро вспыхнуть от того заклинания, что применил Рон, но у него не было доказательств. — Разве никого не удивило, что пожар моментально охватил такую большую площадь? Там ведь живые деревья росли, и не было ничего, что могло бы легко вспыхнуть. Почему тогда соплохвосты своими искрами не устроили пожар еще раньше? — Гарри начал пояснения с вопросов, которые логично должны были появиться у всех, кто был свидетелем пожара. Он терпеть не мог Рона, но справедливость никто не отменял. — Вы все наблюдали за пожаром со стороны трибун, а я видел лабиринт сверху, когда мы с учителем его тушили. Могу заверить вас, там как минимум было применено боевое заклинание фронтального огня, потому что горело от края до края и линия загорания была дугообразной — точно так, как при таком колдовстве охватывает взмах волшебной палочки, — Гарри даже продемонстрировал движение рукой при использовании подобного заклинания. — Колдующий стоял напротив Рона Уизли в той части, где находился кубок, а направление движения пожара, который совсем не распространялся в глубь лабиринта, подтверждает мое мнение. Вывод напрашивается вполне очевидный. Так как к тому времени мисс Делакур и мистер Диггори уже вышли из соревнования, а мистер Уизли оказался в огненной ловушке, которая отрезала ему путь к кубку, лабиринт поджег мистер Крам. Конечно, если соплохвосты мистера Хагрида не научились серьезно колдовать, — напоследок Гарри подпустил в тон язвительности. — Такого не может быть! — возмутился незнакомый ребятам мужчина, тоже присутствующий в кабинете. — Но, похоже, это все-таки сделал ваш сын, мистер Крам. Мои сотрудники, которые с рассвета работают над расследованием случившегося в лабиринте, тоже отметили странную форму границы пожара, — подтвердил Скримджер, бросая на Поттера пристальные взгляды. Как бы он ни расстраивался из-за результата вчерашней операции авроров по спасению похищенных студентов, практически оказавшейся бесполезной и ненужной, ему приходилось признать — Поттер был умным и наблюдательным парнем, не лишенным благородства, ведь все знали о его как минимум натянутых отношениях с Роном Уизли. — Ваше свидетельство, мистер Поттер, поможет нам в расследовании пожара. — Разумеется, я дам официальные показания аврорам, — сухо заверил Гарри. — У меня пока все. Простите за вмешательство, — сказал он и сел на место. — Было бы неплохо, чтобы и ваш, как вы сказали, учитель тоже подтвердил ваши слова, — отметил Скримджер. — Я передам ваши слова мистеру Форесту. Но он не волшебник. Он — старейшина друидов Британии. Вас это не смущает? — поинтересовался Гарри, на этот раз не вставая со стула. — Он оказал нам большую услугу, когда помог тебе погасить пожар в лабиринте. Нам хотелось бы поблагодарить его, — вместо Скримджера отозвался Дамблдор, не особо скрывая, что ему просто любопытно пообщаться с тем, кто умеет вызывать дождь и научил этому Поттера. А еще завуалированно дал понять, что пригласить Фореста лучше именно в Хогвартс, где он окажется под негласной защитой Дамблдора — мало ли что взбредет в голову прытким аврорам. — Я поговорю с ним, — повторил Гарри и, выразительно посмотрев на Дамблдора, кивнул ему, демонстрируя, что понял его намек. После уточнения о пожаре, разбирательство тут же сменило направление, все отвлеклись от жалоб Хагрида, потому что у многих появились более серьезные вопросы. Первым вступил в беседу мистер Диггори: — Мой сын был хорошо подготовлен, он сумел бы отбиться от любых тварей. Седрик ночью приходил в сознание, и, пока целители его не усыпили, я немного расспросил его о том, что произошло. Он сказал, что, во-первых, за ним гнался огромный соплохвост, ростом с человека. Разве не было гарантировано, что твари не будут большими и смертельно опасными? Даже мистер Бэгмен во всеуслышание назвал их всего лишь зверюшками. — У меня не было таких огромных соплохвостов! — тут же громогласно заявил Хагрид, возмутившись услышанным. — Ну… с ярд высотой — не выше. Сами можете убедиться, когда посмотрите на тех, что выжили. — Разберемся с этим, когда исследуем трупы животных, — пообещал Скримджер, мысленно радуясь получению подсказок, которые облегчат работу его людям, задавая направление для поисков. — Как и с тем, почему ваши соплохвосты, мистер Хагрид, оказались в одном месте в таком количестве, что скопом напали на чемпиона, хотя организаторы уверяют, что рассадили их по одиночке в разных местах, а вы утверждали, что они не терпят компании друг друга. После замечания Хагрид притих и перестал требовать справедливости для соплохвостов, поняв, что, скорее всего, и сам не все успел понять об их повадках. — Во-вторых, проход лабиринта мгновенно закрылся, когда мой сын попал в ловушку к соплохвостам. Это так обеспечивалась безопасность чемпионов, мистер Уизли? Создали смертельные ловушки? — продолжив, спросил мистер Диггори, обращаясь к Перси. — У Седрика не было возможности отступить. — Так не могло случиться из-за запланированных испытаний. Ни одно растение мгновенно не перемещается, а магически проходы не должны были закрываться. Такое не предусматривалось испытаниями. Подобное может быть лишь итогом колдовства чемпионов, ведь других магов в лабиринте не было, — отметил Перси, понимая, что на его голову падут все шишки за недоработки Крауча, если он будет молча сносить претензии. — Аврорам придется и это выяснить. — И третье… Целители сказали, что нога Седрика перед тем, как ее едва не оторвали твари, была основательно переломлена заклинанием. Об этом они узнали по форме перелома, а еще они обнаружили слабые следы посторонней магии, когда заподозрили, что травма была нанесена чарами, — закончил перечисление своих аргументов Диггори. — Мой сын пострадал в первую очередь от волшебника! — Крам, — предположил Драко, заметив, что произнес это вслух, только тогда, когда все на него посмотрели. — Что? Только он был вблизи Седрика, и он остался в зоне кубка после отрезания пути Уизли. — Логично, мистер Малфой, — Скримджер кивнул, мысленно сдаваясь и переставая сердиться на всех, кто схватился с Темным Лордом, не подпустив его к бою и отобрав кусочек славы. Раз мальчишки были столь сообразительны и внимательны к деталям, то что говорить об их старших. — Флер сказала, что ее толкнули в дьявольские силки! Она почувствовала очень сильную резкую боль в спине перед тем, как упала прямо в самую гущу этих жутких лиан, и едва не лишилась сознания из-за этого. Поэтому потеряла время и не смогла самостоятельно справиться с проблемой до того, как растение ее едва не задушило, — тут же заявила мадам Максим, а Флер, все еще бледная и даже сидя опирающаяся на руку отца, кивнула, подтверждая ее слова. — Это сделал ваш Крам! — мадам Максим ткнула пальцем в Стоянова. — Я уверена! — Мы разберемся, — пообещал Дамблдор, стараясь не допустить ссоры. — Олимпия, авроры обязательно все выяснят. Пруэтт попросил Рона, тоже еще не выглядевшего полностью здоровым, рассказать о том, что с ним случилось на Турнире. Все узнали, как внезапно перекрылся стеной проход за спиной Рона, откуда он только что пришел, из-за чего пришлось применить огненное заклинание, отбиваясь от подступающих растений, а потом и взрывающее, убирая стену. — И как теперь считать Турнир честным, если победитель просто устранил всех соперников?! — возмутилась мадам Максим, переключившись со Стоянова на Бэгмена, как на организатора соревнования — он казался ей более солидным по сравнению с Перси Уизли. — Даже если мистер Крам действительно напал на мистера Диггори и на мисс Делакур, он не так уж и нарушил правила. Чемпионам было рекомендовано не мешать друг другу, но под жесткий запрет это не попадало. В этом вопросе все ложилось на совесть участников. Дисквалифицировать мистера Крама за подобное поведение мы не можем. Разве что наказать за умышленный поджог лабиринта, если авроры сумеют доказать его вину. Все были предупреждены, что Турнир опасен, — развел руками Бэгмен, давая понять, что организаторы не несут ответственности за подобные неблагородные поступки чемпионов. — Так что вопросы о нападении и причинении вреда чемпионам адресуйте аврорам в частном порядке. Дамблдор сумел вернуть разбирательство в более-менее спокойное русло. Проанализировали итоги каждого тура соревнований, когда пришлось аврально спасать ситуацию то из-за одного, то из-за другого чрезвычайного происшествия, в том числе обстоятельно обговорили случай с похищением. В итоге выработали рекомендации по безопасности для организаторов следующих Турниров и договорились о подаче заявлений в Аврорат по фактам причинения телесных повреждений и умышленного создания опасной обстановки для жизни и здоровья трех чемпионов.